Одна стая

максиAU / 18+ слеш
Гарри Поттер Драко Малфой
5 нояб. 2013 г.
5 нояб. 2013 г.
18
78494
17
Все главы
9 Отзыва
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
" Дамблдор и Волдеморт строили грандиозные планы, а судьбу волшебного мира решили два вечно враждующих подростка. Мне очень нравится эта идея. "
Дж.К. Роулинг


- Драко, ты видел Его?

Ниша в коридоре, любимое убежище Гарри, была полускрыта доспехами. Пролезть в нее было можно, только здорово изогнувшись, но зато, если подтянуть под себя ноги, вполне можно было сесть на пол за железным рыцарем и спрятаться ото всех. И от Гермионы, с ее обострением повторения пройденного перед СОВами, и от Рона, который Гермионино обострение воспринимал, как личную обиду, и тут же начинал громко жаловаться вслух, что в него уже не лезут ни даты, ни формулы, и вообще, пойдемте хоть на кухне поедим, раз уж завтрак был давно, а обед еще не скоро... Карту Мародеров он предусмотрительно забирал с собой, чтоб охваченная учебным пылом Гермиона, случайно не вычислила, где прячется нерадивый Поттер и не лишила его последней возможности просто посидеть в тишине. В этот коридор редко кто забредал, поэтому Гарри был уверен, что случайно наткнуться на него невозможно. Похоже, не один он это понял.

- Ну, Драко! Ну, расскажи же! Какой Он?

«Малфой что, удостоился аудиенции у Тома?» - мелькнула растерянная мысль, - «Кто это его так пытает?»

- Отстань, Забини. Как я могу тебе его описать, я во сне в зеркало не смотрел! Какие там зеркала – в одиннадцатом веке, соображаешь? В лезвии меча что-то такое видел, но много ли рассмотреть можно? Ну, блондин, да. Волосы, как у Снейпа, грязные и до плеч. Вот Вильяма тебе описать могу – крутой такой мужик был... Как он Матильде оплеуху отвесил – я думал, он ей голову оторвет! А она из лужи себя собрала и заявила, что теперь только за Ублюдка замуж и пойдет. Кто бы понял – почему.

- Женщин понять невозможно. Они вообще от других обезьян произошли. Путем почкования. Слышал про женскую логику? Никто не знает, что это такое, но почему-то все верят, что она – есть.

- И вполне красивая девчонка, эта Матильда, была. Правда и Уиллз был хорош, - мечтательные нотки в голосе Малфоя не услышал бы только глухой.

- А битва при Гастингсе? Ты же был там?

- Он был там, - поправил Забини Малфой. – Ну и ничего такого, красивого. Тупая мясорубка, кишки вывороченные, вонь от них... Крики, кто от боли орет, кто в атаку призывает. Было поле зелененькое, травка такая нежная, а потом глянешь – все изрыто, кровью полито, ржавчина от доспехов... Глаза лошадиные, выкаченные, с кровью... бр-р-р...

- А магией нельзя было, что ли?

- А магией мы щиты только и держали. Над собой да над Уиллзом, чтоб перестраховаться, Ублюдок же – пер вперед, как бессмертный.

- Все равно интересно. Как... вот знаешь, как маггловский фильм посмотрел, но про своих.

- Магглам такого не снять, - с сожалением отозвался Малфой. – Даже в Омуте Памяти ни запахов не чувствуешь, ни погоды не ощущаешь. А тут все живьем. Все на своей шкуре.

Гарри в своей нише перевел дыхание, только когда шаги Малфоя и Забини затихли вдали. Озадаченно прокрутив в памяти все детали разговора, он понял, что без посторонней помощи ему не обойтись. Очень хотелось понять – о чем это они говорили? Спрашивать Гермиону – значило, выслушать ее лекцию о недопустимости манкирования учебой за счет каких-то непонятных, да еще и подслушанных, бесед. Мало ли, что они там обсуждали! Рону только фамилию Малфоя проговори – заведется и будет шипеть целый вечер. Рон вообще Малфоя не любит странной нелюбовью: даже к Креббу и Гойлу у него отношение попроще, а от Малфоя у него, как крышу срывает, одномоментно. Словно «Малфой» и «Фас!» для него одно и то же. Черт, кого бы спросить, такого... поравнодушнее настроенного?

...


- Я спросить хотел, - начал было Гарри, и запинаясь, закончил, - насчет снов.

Вежливое недоумение в глазах старосты Равенкло сменилось пониманием и острым интересом.

- Ты же Поттер.

Эти слова звучали совсем не так, как Гарри привык слышать. Не было в них этого слепого восхищения как у Криви, издевки «наша новая знаменитость» Снейпа или ядовитого малфоевского «Потти». В этих словах не было Мальчика-Который-Выжил с фотографии в «Пророке», там был кто-то еще.

В библиотеке, несмотря на идущие экзамены, было очень мало народа. То ли все книжки уже разобрали, то ли Гарри попал в какое-то «мертвое» время – бог весть. Повезло, наверное. Поэтому увидев одиноко сидящего равенкловца старше его курсом со значком старосты на груди, Гарри не раздумывая, подошел и спросил.  Потому что если бы он еще постоял и подождал, рассуждая – а нужно ли это ему, а не пошлют ли его куда подальше с идиотскими вопросами, или придумывая предлоги для разговора, чтоб не сразу и в лоб спрашивать – он бы просто не решился подойти. А так – как в ледяную прорубь, с маху. И сразу же последовал ответ, и главное, его почему-то поняли! И не сказали, иди, мол, к пикси, идиот, который сам не знает, что говорит, он на что-то важное напоролся!

Староста Равенкло тем временем протянул ему руку и представился:

- Эдди Кармайкл. Пойдем, Поттер, здесь не место для такого разговора. Сейчас мы зайдем к нам в гостиную, надо кое-что оттуда взять, а потом...  потом я постараюсь ответить на твои вопросы.

Двери в гостиную воронов не открывались портретом по паролю. Над дверями торчала скульптура орла, скрипучим голосом загадывающая загадки желающим пройти. Но Эдди пролетел мимо нее с возгласом, «Себастьян, пусти нас. Это со мной, он чист». На ошеломленный взгляд Поттера Эдди только хмыкнул:

- Себастьян – это орел. Он запоминает наши голоса, если мы правильно угадываем его загадки, а потом достаточно просто голос идентифицировать, как своего. Так бы мы тут толпились всем факультетом, отгадывая... А поскольку я староста, то моих спутников он пропускает без пароля. Посиди пока, - он кивнул на диванчик возле камина, - я сейчас.

Гарри огляделся. Все пространство у стен было занято книжными шкафами, как в школьной библиотеке. Несколько столиков подгибалось под тяжестью толстых фолиантов с закладками, торчащими из них, причем закладки были разные: ленточки, перья, куски пергамента, карточки от шоколадных лягушек: видно, что под руку, попалось, тем и закладывали. Балансируя аккуратно, чтоб не сдвинуть стопки книг, он приподнялся на цыпочки, посмотрел на верхнюю – и с удивлением прочитал на обложке «Бытовые чары». Под ней лежало толстенное «Домоводство». Гарри пожал плечами: ему казалось, что уж равенкловцы-то – это люди чистой науки, а у них «Домоводство» на первом месте...

В углу рядом со статуей величественной женщины с диадемой на голове стоял высокий стул. «Это стул Флитвика, - сообразил Гарри, - чтобы книг не подкладывать, он же коротенький», и снова удивленно покачал головой: декан гриффиндорцев в гостиной факультета появлялась очень редко, в основном, для того, чтобы вставить фитиль всем разом. Провинившиеся или просто нуждающиеся в декане всегда сами шли в ее кабинет.

Не успел Гарри присесть на диван, как в дверях показался Эдди с книгой в руках. Он сунул ее Гарри и приказал:

- Читай вслух, вот, прямо с обложки начинай.

На недоуменный взгляд Поттера он нахмурился:

- Читай, говорю, потом все вопросы.

- Гхм. «De civilitate morum puerilium» или «Воспитание нравов детских» Дезидериуса Эразмуса. ...Дозволено говорить истину, но это не всякому полезно, не во всякое  время  и не во всяком виде.* (Эразм Роттердамский. Диатриба, или рассуждение о свободе)

- Достаточно, - кивнул Эдди, - ты можешь это видеть. Книгу возьмешь с собой, она, как видишь, не особенно большая. Вернешь, когда прочитаешь. А пока пойдем, посидим у озера, там меньше лишних ушей.

Все еще озадаченный и недоумевающий, Гарри молча последовал за ним. Секретов становилось все больше...

У озера они нашли закрытую со всех сторон кустами ежевики полянку,  по периметру которой Эдди бросил еще чары «чтоб не мешали разговору». Чары Гарри не опознал.

- Итак Поттер, сначала вопрос. Что ты знаешь о чистокровных магах?

Гарри представил себе Малфоя, который задирает нос перед Роном и Гермионой и скривился в отвращении:

- Снобы. Как будто гордиться больше нечем, гордятся тем, что у них магглов в семьях нету.

- Понятно. Ничего, значит, не знаешь. Похоже, это надолго... Теперь послушай меня и постарайся не перебивать, хорошо? Любые вопросы, оценки, твое мнение о происходящем – отложи, пока не дослушаешь. А потом можешь задавать вопросы.

Итак, чистая кровь. Как правило, это значит, что у волшебника перед ним два-три поколения носителей магии в крови. Мама-папа, дедушки-бабушки, прадедушки-прабабушки. На самом деле, в твоем случае, у тебя только с одной стороны – отцовской – линия магов, а вот родители твоей матери - магглы. С точки зрения ортодоксов - ревнителей, ты – полукровка. Но. Судя по тому, что ты смог прочитать написанное, твою мать перед замужеством приняли в Род Поттеров по обряду Новой крови. Такое делается для очищения магглорожденных от крови магглов (это важно) и для разбавления застоявшейся крови в поколениях чистой линии. Следовательно, ты, Поттер – чистокровен, и более того, - он выделил эти слова голосом, - истинно чист. Если, предположим, в Роду Поттеров были какие-то неприятности с родовыми проклятиями, введение твоей матери в род очистило их.  Смотри на это с точки зрения маггловской генетики: нельзя размножаться в ограниченной группе людей, непременно последуют генетические дефекты, передающиеся по наследству. Вот, хоть королевскую семью возьми – гемофилики через одного, а поскольку все королевские дворы мира между собой родственники, можешь себе представить, какой там букет, кроме гемофилии присутствует.

Мы не магглы, генетических болезней у нас не бывает, но вот родовые проклятия и сглазы подцепить можем. Соперник проклял, соперница сглазила, сказку о Спящей красавице слышал? Чистая правда: не позвали одну ведьму на имянаречение, старушка обиделась, да в маразме и приложила, чем было. Уже и старушка померла, а сглаз сняли только через сто лет. И не с красавицы, конечно, а с ее внучки. Три поколения женщин семьи впадали в кому перед совершеннолетием, а выводились из комы поцелуем женихов. Магические науки, конечно, развиваются, артефакторика на месте не стоит, но чтобы полностью исключить такие проклятия, нужно либо в родовом замке сидеть безвылазно, либо обвеситься охранными амулетами с ног до головы, а это, как ты понимаешь, не всякому под силу. Научились снимать одни сглазы – приходит время других.

Есть еще один очень важный момент, о нем, собственно, у нас с тобой речь и пойдет. В отличие от магглорожденных, полукровок с родителем-магглом и от Предателей Крови, чистокровные с шестнадцати лет воочию видят всю историю своего Рода. Начиная от основателя его. Это – защитный механизм, созданный магией, чтобы дети волшебников не забыли о том, кто они есть. Вот у магглов тех же, есть такая сказка «Маугли», слышал, конечно? О том, как ребенка воспитывали дикие звери, а когда он вырос, он ушел к людям. Так вот, если такой ребенок маггл, то попади он к людям – он останется диким зверем. Ходить будет на четвереньках, лаять или рычать, цивилизовать такого просто не получится. Но вот если ребенок – маг, то до семнадцати лет он получит всю родовую память поколений, а заодно поменяет внешний вид, ненамного, но, скажем, по «средне-арифметическому» - он будет выглядеть потомком всех своих предков. Чтобы окончательно, на пальцах тебе все это объяснить, чтоб ты понял – есть еще одна сказка, на этот раз написанная магом. «Гадкий утенок». Вот она-то четко про такого, как ты написана. Яйцо лебедя, если помнишь, высидела утка, на птичьем дворе лебеденок был чужой, но старался вести себя утенком. А потом его, как непохожего, выпихнули со двора – и подобрали его лебеди, сразу же опознав «своего». Только если идти по той же маггловской логике – не должно то, что крякает, как утка, движется, как утка – оказаться лебедем... А у него гены и инстинкты – заложены оказались, вот такое дело.

Сны – это тот самый защитный механизм памяти Рода. В свой шестнадцатый день рожденья ты увидишь того, с кого начался твой Род. В зависимости от древности рода и числа поколений, в течение месяца-трех, ты будешь смотреть по ночам историю своей семьи, а закончится это на смерти последнего перед тобой родича. В твоем случае – отца. Помнить каждый сон ты будешь в самых мельчайших подробностях, это очень важно. Твое тело будет подстраиваться само, вряд ли могут быть какие-то особенные деформации, но на крайний случай у нас всегда есть Сент-Мунго, там достаточно будет сказать о том, что ты проходишь Наследие. Книга описывает всевозможные варианты – от полного принятия, до полного отказа от Наследий, и такое тоже бывало. Так что прочти ее внимательно и выводы сделай. Вопросы?

- Ты сказал, что эти сны видят только чистокровные, почему?

- Потому что для запуска механизма снов нужны родители-маги. У магглорожденных – родители магглы, у них такой родовой памяти нет. Даже если они из сквибов: сквибы, например, видят привидений и творимую магию, но не могут ни пользоваться ей, ни передать это «зрение» потомкам, пусть и магам. Сбой программы. В случае, если один родитель – маг, а второй – чистый маггл, механизм передачи памяти тоже сбоит: потомок может увидеть что-нибудь смутно, и как правило, забывает, что ему снилось сразу же. А вот  Предатели Крови видят только один сон. В шестнадцать лет им показывают то происшествие, из-за которого Род утратил Честь. И любые варианты исхода, которые могли бы произойти. Если ребенок из семьи Предателя Крови сможет выбрать тот вариант, который – теоретически - вернет Честь Роду, то у него и в самом деле есть шанс. Но практически такого уже давно не бывало, вон, хоть Уизли возьми. Семеро детей, твой приятель шестнадцать отметил, а печати на нем по-прежнему видны. Значит, никто не рискнул.

- Какие печати?

- Предателей Крови. Ты научишься их видеть. Этому учат в первую очередь.

- Почему ты мне... - Гарри хотел спросить по-другому, но внезапно осознал, что это явно будет невежливо, - помогаешь?

- Видишь ли, на Гриффиндоре исторически собираются магглорожденные, полукровки и Предатели Крови. Ну, так вышло, в Слизерине они не выживут, для Равенкло  недостаточно любознательны, для Хаффлов – недостаточно терпеливы. Раньше старост факультетов выбирали именно по крови, чтобы те чистокровки, которые все-таки окажутся у львов, получали информацию от них. Но в последние годы, лет пятнадцать, если не дольше, профессора не обращают на это внимание. В результате, если помнишь, старосты у вас много лет – Предатели крови, или полукровки без Памяти. Такие ни сами ничего не знают, ни другим объяснить не смогут. Поэтому Советом Лордов было решено, что за гриффами присматриваем мы и барсуки. От змей ты вряд ли захотел получить совет, да? В этом году у вас всего четверо чистокровок учится – ты, Лонгботтом, Патил и Перкс. А из вас всех – только ты сирота, да к тому же окруженный кордоном тех, кто не знает ничего. И вряд ли, уж прости, им понравится, что ты все это узнал. Они не понимают.

- А я, значит, пойму?

- А ты все это увидишь. Тогда и поймешь. Не раньше.
Написать отзыв