Проклятье памяти

мидимистика, романтика (романс) / 18+ слеш
13 нояб. 2013 г.
13 нояб. 2013 г.
3
60513
1
Все главы
1 Отзыв
Эта глава
1 Отзыв
 
 
 
… Помнишь? Легкую ласку ветра, когда мы гуляли по бесконечным мостам. Он мог бы быть промозглым, но ты согревал меня всегда, загораживая собой от его ледяных порывов. И проказливую щекотку дождя… В те дни, когда он еле моросил и когда накрапывал сильнее…
     … Помнишь? Белые перья облаков над остроконечными крышами из красной черепицы, узкие улочки города, затерявшегося где-то между мирами. И мы на них. Такие счастливые…
     … Помнишь? Как ты купил корзинку цветов и сыпал их на меня. Мы смеялись оба, щурясь от яркого солнца, хотелось обнять весь мир и станцевать с ним что-то нереально зажигательное, а потом что-то тягуче томное, неспешное… Как твои ласки… Нежное, срывающееся бормотание…
     … Помнишь? Ты сидел в кресле у камина, отблески огня ложились на твое лицо. Ты слушал мою музыку. Тебе нравилось как я играл, и ты познакомил меня со многим неизвестным мне в ней, потому что мое образование и интересы до встречи с тобой были слишком консервативными.
     Не знаю, как многое ты помнишь, но я пытаюсь разглядеть твое лицо, твои глаза, даже цвет твоих волос не могу определить, потому что свет всегда падал так, что ничего нельзя определить.
     Я отодвинулся от окна, за которым набирал силу мерзкий и холодный осенний дождь и вздохнул. Надо ехать в контору, меня там ждали еще вчера, но вчера был такой ливняк, что я позвонил и попросил перенести встречу на следующий день. В трубке заворчали насчет слишком много себе позволяющих фрилансерах. И сегодня в обеих надо появиться кровь из носу. Да, я фрилансер, занимаюсь этим долбаным копирайтом, в том числе и написанием статеек к путеводителям по местам, в большинстве из которых я никогда не был. Потому что получалась у меня это почему-то лучше, чем у тех, кто там все вдоль и поперек изъездил. Я низал пустые бусины слов на строки, образующих весьма прихотливые и очень живописные ожерелья описаний,  иллюстрирующих курортные и не только места не хуже фотографий. Как-то мне попалась давняя моя статья и мне она понравилась, я даже не вспомнил сначала, что я ее писал.
     Еще в универе я честно пытался работать журналистом в одной столичной газете, куда меня засунули по блату, сопроводив это благое деяние замечанием, что мне это будет на пользу и истинный журналист куется в работе. Не спорю, но меня до сих пор передергивает при одном только воспоминании об этой поре. Я выдержал четыре месяца, потом ушел. Я не могу находиться постоянно среди людей, мне просто дурно от них становится, я задыхаюсь. С тех пор в свободном плавании, начинал с разовых статей, но потом, не выдержав истерик матери по поводу того, что ни стажа, ни приличной и гарантированной оплаты нет, нашел таки эти конторы, в одной из них я даже по трудовой числюсь, а в другой по договору совместительства. Раз в неделю я выбирался в город, чтобы зайти к ним и получить новые задания, и отдать старые. Зачем это нужно, если существует Интернет, я не понимал, но с другой стороны, они меня не дергали, платили в срок, ни разу не кинули, в отличие от кое-каких моих виртуальных заказчиков, и если их редакторы настолько консервативны, что желают видеть своего сотрудника хоть раз в неделю, ладно я готов с этим мириться. В общей сложности в офисах этих я провожу около двух часов, да я на дорогу трачу больше.
     Я ехал обратно, и меня мотало в такт движения поезда, я считал минуты, когда я наконец окажусь вне этой толпы. Хорошо, что я сейчас практически не езжу в час пик, как было раньше во времена учебы. И меня не сдавливает со всех сторон. И вздохнул с облегчением, когда поднялся на поверхность. Но не тут-то было. Дождь, утихший было, припустил с новой силой. И это было обидно, потому от Дмитровской мне до дома пешком минут 10, и я обычно спокойно иду мимо остановки, а тут уже прошел, вернулся обратно, и ни одной маршрутки как назло. Я рванул уже бегом, мокрый, да, но хотя бы меньше быть под этим ледяным душем и побыстрее оказаться в квартире. Зонт я тоже благополучно оставил дома, поэтому натянул куртку на голову и бежал, с ужасом думая о флешке, что лежала во внутреннем кармане, надеясь, что она останется в рабочем состоянии.
     В тот момент когда я подбежал к перекрестку и, притоптывая, ждал зеленого света, мимо вальяжно проплыл джип, окатив меня, не успевшего вовремя отпрыгнуть, грязной волной с головы до ног, если на мне оставалась на тот момент хоть одна сухая и чистая нитка, то после такого ее уже не было.
     - Козел! – выкрикнул я зло и ломанулся по зебре, стремясь как можно скорее пройти этот участок неудачного квеста. Сразу после перекрестка, я нырнул во дворы, собираясь таким образом срезать путь. И не сразу сообразил, что серебристый джип, вынырнувший слева от меня все тот же, кто испортил мне настроение окончательно. Дверь распахнулась и парень, сидевший за рулем, наклонился вправо ко мне. Внимательно глянул и приглашающе кивнул.
     Я отрицательно помотал головой и ускорил шаг. Еще не хватало огрести от него по шее.
     - Садись! – спокойный голос был слышен так, словно он крикнул.
     - Нет, - отказался я. – Я тебе все испачкаю.
     - Садись! Считай козел решил извиниться.
     Я ошарашено уставился на него. Как он мог услышать мой вопль? Сквозь шум дождя и мотора? Или он как-то, невзирая на скорость, умудрился прочесть это по губам? Как он вообще мог разглядеть меня, найти меня в этих дворах?
     - Ты долго собираешься здесь стоять в таком виде? – тем временем продолжал тот, не обращая внимания на мои протесты. – Не май месяц.
     И я влез, потому что оказался под гипнотическим прицелом прищуренных голубых глаз. Не знаю, что в них было больше, спокойной усмешки, вызова или приказа, но я подчинился этой гремучей смеси.
     - Тебе куда?
     Я объяснил. В конце концов, если уже повезло доехать, то лучше ехать в комфорте роскошной тачки и до подъезда. Вздохнув, я откинулся на спинку сиденья. Сам я собирался покупать себе машину, конечно, не такую дорогую, но хотелось что-то приличное. Помыкался по салонам, там  ужесточили требования по кредитам и мне отказывали, их мои заработки не впечатлили, потому что немалая часть идет в серую. И мне оставалось только копить на какую-нибудь бодрую бэушную иномарку, потому что на наши я даже не хотел смотреть. Мне казалось, что в таком случае я буду тратиться исключительно на автосервис. Но машина мне нужна, чтобы облегчить жизнь и гарантировать необходимое мне уединение на улицах города. Предки и дядя предлагали мне купить машину, но я отказался, не маленький, сам заработаю.
     Квартира мне досталась от бабушки, поэтому сделав нужный ремонт, я жил кум королю. Родители не доставали меня, слишком занятые на работе, чтобы обращать внимание на мои странности, даже когда мы жили вместе. Удостоверившись, что дите получило диплом, где-то работает, получая достаточно, чтобы обеспечить себя, ему не грозит армия, они вздохнули спокойно. А наша доблестная краснознаменная мне не грозит по одной простой причине – я просто честно отвечал на вопросы психиатра в комиссии, заработав подозрительные взгляды. А вот не надо было мне задавать вопросы о памяти, она у меня больное место. Предки до сих пор уверены, что я блестяще разыграл там спектакль.
     Образ жизни вел предельно уединенный. Спал, читал, гулял в нашем парке, писал, слушал музыку и сам пытался играть на электронном пианино. Когда мне было 16 лет я поперся в музыкалку учиться. Особых успехов не сделал, но музыка теперь всегда со мной. Она оживает во мне распустившимся цветком, распахнувшей крылья жар-птицей, даря путешествия по другим Вселенным. Перед моим совершеннолетием мой дядя, человек очень небедный, спросил, что я хочу в подарок. Я попросил именно это пианино. Конечно, со звучанием живого инструмента не сравнить, но позволяет переключаться с пианино на орган или там клавесин, я с этим наэкспериментировался и вернулся к фортепьянному звучанию. Иногда возвращаюсь к этому и играю. Может после автомобиля моей следующей солидной покупкой будет именно хорошее фортепьяно, цены на них тоже вполне себе кусачие.
     Но я жил так как я хотел, да мог работать до 3 ночи, но потому что я сам этого желал, да и пишется ночью куда легче. Ничто и никто не отвлекает. А нынешние возможности сети позволяют найти практически любой материал. Если мне что-то нужно по путеводителям, то мне это присылают. Так и жил пока не заметил, что начал просыпаться раз за разом уже где-то в районе четырех дня. Пришлось в этом как-то разбираться. И все-таки заставлять себя вставать раньше, иначе как-то не особо успевалось.
     Я мало куда выходил, в основном для прогулок,  моя  единственная подруга для встреч со мной приезжала ко мне, ворча, что не все, как некоторые работают дома, а еще им надо и на работу и развлечься и вообще. Маринка ворчала, но приезжала ко мне регулярно, часто в пятницу и оставалась у меня с ночевкой. А так общение и перемещения у меня были в основном виртуальные. Подростком я наездился с родителями по Европе, был на учебе несколько месяцев в Штатах, теперь меня редко куда тянуло. Но это не значит, что никуда не хотелось вообще. Там же в Интернете я и находил всех своих любовниц и любовников. Да, я би и никогда этого не скрывал, но и не афишировал.
     Любовников и любовниц… Звучит так как будто у меня их было много, но это не так. Просто сексуальный и эмоциональный голод никуда не девается. Но моя память не давала мне покоя, и ни одни отношения не были сколько-нибудь длительными. Они же все были нормальными людьми, а кто выдержит того, что между нами стоит кто-то третий, невидимый, но от этого не менее реальный? Пусть я ни словом, не взглядом не упоминал о нем, но мои ночи с ними были тяжелыми, потому что я ощущал как меня физически оттаскивают за плечи от них, особенно от парней. Энергетическая стена вклинивалась между нами раз за разом. И человек уходил, исчезая из моей жизни, бросая подозрительные взгляды на невесть откуда у нас берущиеся синяки и ссадины в виде отпечатков пальцев. Одного хватило только на ночь, он вылетел от меня как ошпаренный, вопя, что с психом он связываться не хочет, если искал того, кто будет его так колотить, да еще во сне,  зашел бы в другой раздел. Я только обалдело хлопал ресницами и понимал, что это продолжение все той же истории….
     … Помнишь?  На мою руку скользнул твой браслет, магия родила его под сводами храма и подарила его мне вместе с твоей сияющей, торжествующей улыбкой. И как радостно зашлось мое сердце, когда на твоем запястье засверкал похожий, может чуть тоньше, но это ли важно в тот момент, когда горло сжимается от счастья?
     …Помнишь? Губы скользят по моей шее, разжигая жидкий огонь под кожей, дурманя голову, рождая чувство близости и принадлежности. «Мой» Еле слышный выдох.
     …Помнишь? Ты горделиво вышагивал по анфиладам белоснежных комнат, украшенных светлыми драпировками, моя ладонь лежит на твоей руке, ты лучишься и от счастья, и от удовольствия видеть зависть на лицах окружающих. И вот что странно, их лица я видеть могу, а твое – нет. Никогда, ни разу не видел его за все те годы, что эти видения преследуют меня. И не тогда, когда всеми силами пытался избавиться от них, и не тогда, когда я пытался разобраться и осознать их.
     … Помнишь? Отчаянный, молящий взгляд …. Не твой, чей-то еще… И тепло… невесомость покоя, что разбивается о твой гнев.
     - Меня зовут Максом, - врывается в мои мысли голос попутчика.
     - Что?
     - Говорю, меня зовут Макс. Ты где витаешь?
     Видимо, мое лицо стало уж совсем отрешенным, раз он отметил это.
     - Нигде, я здесь. Меня … В общем, я – Леха. Да, кстати, мы уже приехали.
     - Понял, ну давай. Удачи тебе.
     - Спасибо, - пробормотал я, вылезая из машины. Мы стояли возле моего подъезда. – пока.
     - Еще увидимся? – со странной полувопросительной интонацией произнес Макс.
     - Ннне надо. Пожалуй, не стоит.
     - Ну это уже как пойдет. Пока.
     Когда я заходил в подъезд, то увидел как внезапно прекратился дождь и солнечные лучи разорвали тяжелую завесу пузатых туч. Дома перво-наперво я тщательно вытер руки и вытащил флэшку, положил ее рядом с компом, вроде сухая. И пошел в душ. Стоя под упругими обжигающими струями, я постепенно согревался и оживал, не ощущая себя больше окоченевшей, съежившейся до предела тушкой. В машине этого Макса вроде чуть отогрелся, но тут дала о себе знать прилипшая к телу ледяная одежда. А теперь совсем хорошо будет, если поесть и организовать себе чашку крепкого чая. В холодильнике обнаружилось оставшееся со вчерашнего дня жаркое, его на сковородку, ибо микроволновки не признаю принципиально, чайник успел за это время вскипеть. Положил все на поднос и отнес в комнату, там включил комп и проверил флэшку. Вроде нормально работает, что позволило свободно выдохнуть, там материалы, а то потом выцыганивай их заново.
     Включил музыку и начал заправляться, запивая все обжигающим чаем. Лепота, по телу растекались расслабленность и тепло, и даже каким-то краем умиротворение. Сгреб грязную посуду в раковину на кухне и снова зашел в зал, сначала сел к компу, проверил почту, там помимо всякой хрени обнаружился еще один заказ. Так пахать придется много на предстоящей неделе, я прикидывал как лучше все распределить, чтобы уложиться в сроки. Но это позже, вечером, после обычного сна на часок, чтобы перезагрузить мозги.
     Я отодвинулся от компа, нарыв в сети новые мелодии, поставил их играть. Странное дело, я слушал их в первый раз в жизни, но они напоминали мне что-то очень знакомое, я вздрогнул. Это же была музыка до боли напоминающая мои воспоминания, не идентичные, скорее стилизованные под знакомое мне звучание, максимально приближенное к привычному ранее, насколько это возможно выжать на земных инструментах. Пораженный, я кинулся к компу, стараясь нарыть побольше информации о композиторе и исполнителе. Информации оказалось немного, какой-то не особо известный парень, появился с этими записями в сети с год назад, кстати, все ролики сделаны профессионально, музыка тоже не в домашних условиях писалась. Он выступал в небольших клубах, особо не разъезжал по стране, но успел выступить кое-где в Европе. Везде утверждалось, что он не профессиональный музыкант, да что там непрофессионал! Он только недавно выучил нотную грамоту. Но качество звучания… Елки зеленые, да большинству отечественных музыкантов до него, как до неба.      
     Я слушал, а у меня тряслись руки, чем дальше, тем больше мне хотелось увидеть его и спросить откуда он знает эти мелодии. Откуда вообще это взялось. Сердце переворачивалось, особенно, когда я слушал одну вещь. «Тайна летней ночи». Что-то напоминающее традиционные китайские инструменты, плюс фортепьяно, и нежнейшие звуки флейты. Я прокручивал этот ролик раз за разом, ощущая, как внутри все холодеет и обрывается при последних тающих звуках, а от мягкого перебора клавиш наворачивались слезы. Поставив повтор, я уставился в окно.
     … Помнишь? Твой концерт, бешеный успех, поклонники и поклонницы чуть тебе на ленточки не разорвали. Ты смеялся и целовал мои обиженно надутые губы, скинув перед этим порванный камзол, твоя охрана едва успела отгородить тебя.
     … Помнишь? Ты вставал с кровати и садился к инструменту, и сочинял, и записывал, и комментировал. Музыка тогда лилась из нас обоих нескончаемым потоком, но от отличие от тебя, я никогда не мог сочинять, только исполнять придуманное другими. И ты щедро дарил мне. Песни, танцевальную музыку, себя. Часто я сидел на высоком стуле с маленьким, круглым вращающимся сидением за тобой, прижавшись к твоей спине, положив голову тебе на плечо. И я не мешал тебе, наоборот, только помогал, как ни странно. Ведь обычно рождение чего-то нового процесс настолько интимный, что к нему не допускают никого. А я был частью этого процесса, частью тебя в этот момент. Как всегда пока мы были вместе… Ты говорил, что никогда сочинение не давалось так легко, как со мной. Что же случилось потом?
     … Помнишь? Мы любили остаться вдвоем в твоем загородном доме, лениво забиться в каминную залу, слушать записи с музыкой, не только мои или твои, еще многих наших друзей или просто знакомых, да и великих тоже иногда.
     Хочу тебя рядом, твоего тепла рядом, твоих рук, твоего дыхания. Хочу снова увидеть тебя, слушать твой голос, оказаться в твоих объятиях, вдохнуть твой аромат, задрожать от твоих ласк. Хочу твоей поддержки, твоего понимания, твоей любви. Хочу дарить тебе то же самое. Хочу снова создать с тобой круговорот любви. Хочу снова проводить свои вечера, как тогда, разговаривая с тобой, сидя у тебя на коленях в нашем общем кресле или веселясь в компании друзей. У меня и тогда их почти не было, но ты ввел меня в свой круг, а с тобой я легко мог переносить какое угодно количество народу, даже концерты свои переживал без обморока. Твоя поддержка, твое присутствие давали мне силы пережить это. Ради твоей улыбки я мог горы своротить.
     Я сморгнул слезы и попытался глубоким дыханием разогнать жгучий клубок внутри груди. Потопал в ванную и долго плескал в лицо холодной водой, чтобы прийти в себя. Вернулся к компу и рыскать сначала по ютубу, ища информацию о нем, потом уже забивая запрос в поисковик. Дмитрий. Дмитрий Пищанский. Вот как, оказывается, зовут того, кто перевернул во мне все. По счастью, мне не пришлось долго искать. Первой же строкой выпал его официальный сайт, потом было несколько фанатских ресурсов. Для человека, попавшего в музыкальный мир только год назад – невероятно. И тусили там не истеричные малолетки, нет, чаще достаточно взрослые люди. Учитывая статус мест, где он обычно выступал и цены в них.
     На главной страничке его сайта, оказалась и первая его увиденная мною фотография. Он сидел вполоборота, подогнув под себя одну ногу и облокотившись на колено другой, согнутой. Раскрытая ладонь поддерживала наклоненную голову, вторая рука касалась пола. Одет был в бледно-голубые джинсы и белую рубашку навыпуск. На этой фотке он был босой. Растрепанные темно-русые волосы и смеющиеся глаза, мне они показались какого-то неправдоподобно сине-лилового оттенка. Линзы? Свет так поставили? Непонятно. Впрочем, мне это все было неважно,  гораздо важнее было другое, у него оказалась офигительная улыбка, сияющая, собирающая лукавые морщинки вокруг глаз, от нее он просто светился.
     Я долго не мог налюбоваться на эту и прочие его фотки, все себе в отдельную папку сохранил на случай, если вдруг окажусь без инета, а посмотреть захочется. Почитал и его краткую биографию. И малость офонарел от нее. Такого я не ожидал, он был до прошлого года более чем удачливым бизнесменом, не крутым олигархом, но его сеть по продажам компьютеров и ПО была успешной, плюс несколько фитнес-клубов. И все это он единым махом продал перед самым кризисом по максимально высокой цене, этого на сайте не было, но я порылся и нашел уже в других источниках. На сайте просто говорилось, что он решил заняться тем, к чему душа лежит. И не обращал внимания на окружение, которое только что не пальцем у виска крутило. Позанимался с преподавателями несколько месяцев, набрал ребят в свою группу. Причем ему нужны были люди знакомые с достаточно экзотическими инструментами. То, что они играли, условно относили к нью-эджу, мне попадались записи фанатов, которые утверждали, что под часть его вещей можно великолепно медитировать и даже испытать состояние инсайта.
     И еще я уже на других сайтах находил записи людей, утверждавших, что знали его до таких радикальных перемен, они писали, что его как подменили, это стал совсем другой человек. Большинство дел он вел сам, ему помогали несколько человек из прежнего бизнеса. Резкая смена сферы деятельности не повлияла на его деловую хватку. И хоть вместо строгих костюмов он стал носить джинсы и свободные рубашки, дела вести он не разучился. Все интереснее и интереснее. А еще я нашел то, что резко испортило мне настроение. Он был дважды женат, и у него рос сын от первого брака. Я откинулся на спинку кресла и задышал глубоко. Он ведь мог оказаться натуралом до мозга костей. И на что рассчитывать мне тогда? Отдышавшись, я решил, что приму от него все, что он сможет мне предложить, дружбу так дружбу, любовь так любовь, если еще что, приму все, что даст. Причем меня тогда не смутило ни то, что он практически живет в другом мире, ни то, что сквозь систему фильтров, окружавшую его еще надо пробиться. Уже тогда я знал, что сделаю это. И был в этом уверен на сто процентов.
     Контактные данные были и для организации концертов, и для писем фанатов. Вот первое меня заинтересовало больше, последнее вероятно просматривается модератором, раз в месяц наиболее удобоваримые вопросы направляются ему. И он что-то на них отвечает. Нет, мне нужно чтоб уж наверняка мое письмо дошло к нему. И сел сочинять послание. Нужно что-то такое, чтобы ему переслали это обязательно. Но что?
     И я сидел крепко задумавшись. И в очередной раз машинально переключив ролик, я услышал мелодию, от которой меня словно током пронзило. Эта вещь была почти такой же, какой я ее помнил с поправкой на инструменты. Называлась она «Родник света», но было и второе еще название. «Путешествие света». И второе название здесь нигде не светилось. Так, это забиваем в тему письма вместе с пометкой, что это лично для Пищанского. Глупо получается, но ты мне тогда пообещал, что вспомнишь его в любом случае, и письмо надо составить так, чтобы все-таки на него обратили внимание.
     Дядя был человеком бездетным, супругу свою обожал, и не пытался найти счастье в виде второй жены или постоянной любовницы. Они пытались усыновить кого-то из детдома, но там что-то не склеилось. Причем, по личным причинам. Не нашли того, кто смог бы им стать еще одной родной душой. Да, тетка очень больная, но деньги решают все, если уж решились идти в этом деле до конца, то уж он бы проплатил все. Но не смогли что-то, я не уточнял. И всю свою родительскую любовь они изливали на меня, в последние годы это больше выражалось в дорогих подарках, причем больше из-за меня так получилось. Но с ним мне было легче разговаривать на многие сложные темы, и он меня понимал. Он был первым, кому я решился признаться, что парни привлекают меня так же, как и девчонки, если не больше. До сих пор помню как побелело его лицо от такого известия. Но он принял и смирился, понадеявшись на то, что я встречу девчонку, после которой все эти глупости выйдут у меня из головы. Он и бабушку забрал наконец к себе, чтобы обеспечить лучший уход, она до этого отчаянно сопротивлялась, но после ее инфаркта он действовал весьма решительно. Она в принципе и так ни в чем не нуждалась, обеспеченная отцом и дядей всем. Но после этого они не стали ее слушать. И одним из его подарков стали студийные мои записи, полностью им оплаченные. Они были в интернете, но особого резонанса не вызывали, их слушали, на меня пару раз выходили, чтобы предложить выступление, но я отказывался, ибо невыносимо было даже представить себе такое. Но самое главное, эти записи у меня были. И одну из них я нигде не светил, только у меня и была, потому что это был твой подарок мне. Я ее вспомнил и записал по памяти. «Мудрость любви». Ты говорил, что любовь делает человека более мудрым, чем лучшее образование и немалый жизненный опыт, более зрячим, чем хищную птицу в полете, более внимательным, чем шпиона, более чувствительным, чем эмпата. И это так.
     Я прикрепил файл с мелодией к письму, и, собрав все свое соображение, начал писать. Когда написал, то прочитав, покачал головой. Я накатал, что у меня есть несколько подобных песен, указал ее название, и сказал, что, возможно, господину Пищанскому будет интересно сотрудничество со мной. И все мои координаты, включая номер мобильного. Последнее очень напрягало, но я наступил на горло своей паранойе. В конце концов, мои координаты есть у многих, если надо можно найти. Письмо вышло плоским и бесцветным. Единственное, что могло его зацепить, это песня. Надеюсь, какие-то подобные указания он раздал своим администраторам. И я нажал на «отправить». А потом вытер влажные ладони о штаны.
     Лег вздремнуть немного, но не смог, бушующая во мне буря не позволила мне это, как же хотелось поскорее оказаться рядом с тобой, если бы только ты знал. Я старался отогнать от себя мысли, что после первой же встречи ты не захочешь иметь со мной ничего общего. В первой встрече я был уверен на все сто. А вот что будет потом…
     И я сел писать заказ. Глянул на то, что мне предложено и выбрал одну тему. Накатал за один присест почти 13 тысяч знаков, так у меня поперло, правда, было ощущение, что еще немного и мозги из ушей потекут. Плюс дали о себе знать одеревеневшая задница и занывшая спина. Глянул на часы, так, два часа ночи. Пора баиньки. Весь запал от неожиданной встряски ушел в статью. Я успокоился. И когда проверял почту – а вдруг? – руки почти не тряслись.
     На следующий день, обследовав холодильник и шкафы на кухне, я решил заказать продукты, ну и те, с которыми лучше не рисковать, мясо, курицу, рыбу, еще кое-что, купить на рынке. После завтрака туда и направился. Откуда и приехал с полными пакетами. Вроде всего понемногу, но это глянулось, то, и домой явился нагруженный, как лошадь. А основной заказ привезут вечером, поэтому перекусив, попробовал писать, но не фига не пошло, решил прогуляться в парке. Потому что сидеть дома и ждать было совершенно не выносимо. А в почте ничего не было. Тем более погода, в отличие от вчерашней была солнечной и сухой.
     Первым я увидел своего вчерашнего знакомца, Макса, он сидел в своем джипе, и как только я вышел из подъезда, вылез из машины и направился ко мне, заставив внутренне напрячься. Что еще ему от меня надо? Да, я не извинился за свои слова, но и он был хорош.
     - Привет, - и безмятежно так улыбается.
     - Привет, - буркнул я, пытаясь его обойти.
     - Давай подвезу, если тебе куда-то надо, Леш, - сказал Макс, продолжая разглядывать меня так словно… он был ребенком, а перед ним вдруг оказалась вожделенная игрушка. Словно поиграть с ней было если не смыслом жизни, то что-то весьма близко к этому.
     - Нет, спасибо, мне никуда не надо, я так пройтись.
     - Еще лучше, я составлю тебе компанию, - преспокойно объявил он, невзирая на мои протесты. Он попросту заявил, что прогулка в одиночестве не так интересна, как прогулка вдвоем.
     - А тебе на работу не нужно? Или еще куда? – раздраженно воскликнул я, вышагивая в сторону парка.
     - Неа, не надо. Я вообще уже года четыре как не работаю, - отозвался Макс, все также флегматично.
     - Это как? – покосился на него я. Дорогая тачка, одежда тоже говорящая о немалых деньгах… Да у него одни ботинки стоили дороже, чем все что на мне было надето, включая платиновую цепочку. Впрочем, это еще ни о чем не говорит. Или говорит о слишком многом.
     - А вот так. Я получил наследство. И вложился неплохо так. В основном в ПИФы, но не только.
     Не хрена себе сообщать о себе такие подробности незнакомому человеку! Я удивленно смотрел на него.
     - И чего ты об этом рассказываешь?
     - Хочу, чтобы ты знал обо мне побольше. Потому что не намерен прерывать общение с тобой. Начало знакомства было неудачным, но я надеюсь реабилитироваться.
     Вот как. А мое мнение по этому поводу кого-то интересует? Я это озвучил, не задумываясь.
     Макс рассмеялся.
     - Я обещаю исправиться, Леш. Чесслово, - и смотрит оценивающе, лениво прищурив глаза. И от этого взгляда мне становится очень не по себе. Взгляд сытого хищника. Не хотелось бы мне увидеть его в ярости или голодным.
     Земля кругом напиталась водой за несколько дней проливных дождей, превратившись практически в глину, присыпанную пестрыми мокрыми листьями, и мы могли идти только по дорожке. Поэтому далеко отойти друг от друга не могли. И до меня доносился его мускусный запах, приправленный свежестью одеколона. Внутри все сжималось. А он был бы почти красивым, если бы не привычка плотно сжимать яркие губы, а так очень правильные черты лица, модельная стрижка каштановых густых волос, высокий, выше меня на пару сантиметров, а меня с моими 184-мя сложно назвать маленьким. Крепкая подтянутая фигура. И он, похоже, в теме. Еще пару дней назад я был бы счастлив, что такой интересный мужик обратил на меня внимание, а теперь это несколько напрягало. Хотя и волновало тоже, у меня давно никого не было, и тело явно реагировало на ту ауру силы и уверенности, что он распространял. Он принялся рассказывать о себе, а я поражался его откровенности и тем, как втягивал меня в себя. Через полчаса я не видел и не слышал ничего, кроме него.
     - В общем, сейчас я почти ничего не делаю. Занят был целый год ремонтом.
     - А что ремонтировал? Дом такой большой купил?
     - Да уж не маленький. Замок в Чехии. Решил, что хочу отдохнуть от Москвы. И принялся искать недвижимость в тех краях. Ну, и нашел. Делать там все пришлось почти с нуля, а это проблематично, учитывая, что рядом только небольшая деревушка. Приходилось искать рабочих, располагать их там, полностью их всем  обеспечивать от еды и ночлега до материалов, возиться с дизайнером, плюс с властями договариваться. Много чего было. Но оно того стоило, там тишина, покой, потрясающий воздух, в принципе если куда нужно доехать, это можно сделать достаточно быстро. К тому же там обалденный сад. Я думаю, тебе там понравится.
     Я аж остановился, и, запнувшись, уставился на него.
     - Почему ты так говоришь, словно я уже дал свое согласие? Я тебя второй раз в жизни вижу, а ты уже рассуждаешь о том, где мне понравиться, а где нет!
     - Тебе больше по вкусу мегаполисы? Жаль, я от Москвы устал, - и губы растягиваются в ленивой усмешке. – Да не ерошься ты так. Это пока просто предложение. Которое будет в силе. Всегда. – Тут его взгляд стал пугающе серьезным. – Я буду ждать тебя там всегда, Леш.
     Да уж, куда там откровеннее. Он почти открытым текстом сообщил мне о своем интересе. Я промолчал и начал прикидывать, как бы в конце прогулки послать его подальше, хотя он словно оплел мое сознание золотистой паутиной своих слов. Манящий, яркий такой паук, сидящий в самом центре и убаюкивающий мое чувство реальности. Это самое верное впечатление, которое сложилось у меня позже, я не мог оторваться от него.
     А Макс тем временем спокойно вещал мне о своей жизни, он был второй раз в разводе, в первый раз женился по залету, теперь у него осталась чудесная, как он выразился, дочка, Сонечка. При этих словах я вздрогнул, почти как у  моего Димки… О как я его называю, ни разу еще не увидев в реале человека.
     До получения  наследства чем только ни занимался, и инструктором по лыжному спорту был, ибо КМС, и на бирже играл, и на телевидении работал, участвовал в куче проектах, кое о каких знал даже я. Даже продажником был, его азарт и в этом деле помогал. А потом привалившее наследство, поделенное между несколькими родственниками, позволило расслабиться. И попутешествовать нормально. Не ограничиваться парой - тройкой недель где-нибудь в Турции или, если есть больше денег, где-то в Европе, а серьезно обследовать приглянувшийся район. В последний раз перед покупкой замка был даже в Гималаях, один, только проводник рядом. А приземлиться решил в Чехии, потому что в эту страну влюбился с первого взгляда. В ней ему было очень комфортно. Хоть и не так просто купить там недвижимость, но и там деньги и знакомства решают если не все, то многое. Он даже умудрился фильм документальный снять про нее. Неплохо получилось, его даже купили.
     Тут у меня в голове ненадолго прояснилось, и я хмыкнул скептически. Про Чехию снято уже столько, что чем-то сложно удивить. Макс мою ухмылку понял правильно.
     - Я давно хотел снимать о разных местах, когда появилась возможность, взял несколько уроков у настоящих профи по съемке. Купил хорошую профессиональную камеру, и с ней тогда в Индию и поехал. И это был мой первый такой опыт. Потом мне фильм смонтировали, и его купила одна телекомпания. А Чехию я объездил в перерывах своей эпопеи с ремонтом. Там есть множество мест, о которых не особенно известно, а они красивейшие и интереснейшие. Вот я их и снимал. Сейчас привез это в Москву, мне фильм монтируют. Сегодня полдня проторчал в студии, к тому же мне сейчас к нему подбирают музыку и ищут кто бы мог сочинить текст. Не хочешь помочь мне? Не за бесплатно, разумеется.
     Отвечал я ему мало и редко, но чем я на жизнь зарабатываю он из меня вытянул.
     - У меня и так заказов масса.
     - Да ты не отказывайся. Давай я тебя завтра отвезу на студию, ты посмотришь уже смонтированный материал и там уже договоримся. Как тебе?
     - Я не хочу планировать ничего на ближайшие дни, у меня полно работы.
     - Слушай, ну давай я тебе завтра позвоню и ты мне скажешь уже точнее. Как тебе? Диктуй свой номер.
     И я на автомате выдал его ему. Осекся только когда он с победным видом стукнул по экрану на «сохранить». Ошалев от случившегося, я пробовал протестовать и говорить, что не стоит мне звонить. Он только ухмыльнулся.
     - Спокойно, Леха. Все под контролем. Ты мне лучше скажи как насчет того, чтобы сходить сегодня в ресторан?
     - Нет, я занят! – хоть это получилось твердо. С этим типом пора завязывать пока я не вляпался во что-нибудь. – И вообще не ходок я по ресторанам.
     Мы как раз подходили к моему подъезду, я надеялся, что он пойдет к своему джипу, но не тут-то было. Он удержал дверь, которую я хотел закрыть и вошел вслед за мной. В следующее мгновение я оказался в его руках, он крепко сжал мои плечи и заглянул в глаза.
     - Леш, я готов подождать пока ты будешь согласен. Но мне не 14 лет, чтобы гулять по парку, хоть в этом есть свое очарование, не смея даже взять тебя за руку. Я хочу, чтобы и в ресторан тебя можно было вытащить, и в клуб куда-нибудь и чтобы ты приезжал ко мне и вообще был со мной.
     Тут я разозлился.
     - Знаешь что, Макс? Я больше не собираюсь с тобой видится! С меня достаточно этих двух дней! Черт, не звони мне! Не вздумай! И уходи!
     - Я уйду сегодня, ма кринаш, уйду, чтобы ты мог успокоиться. Но мы еще увидимся, обязательно и не раз.
     Я ахнуть не успел как его губы накрыли мои, меня ощутимо тряхануло от этого, целовался он просто крышесносно. Его рот оставил меня в покое также внезапно, как и начал целовать.
     - До встречи, ма кринаш, - шепнул он, обдавая мое лицо теплым дыханием.
     И исчез, оставив меня дрожать. Вот придурок! Ему-то что, а я здесь живу, и если бы кто-нибудь увидел меня целующимся с парнем, то все, мне были бы кранты. Но в подъезде никого не оказалось в этот момент. Я словно лишался воли рядом с ним, он словно околдовывал меня. А что если не словно? Я потряс головой как будто это могло прояснить мои мозги. Как он меня назвал? Ма кринаш? Мой талисман удачи… Это были знакомые слова по прошлой жизни. Меня зазнобило со страшной силой. Откуда?...
     Когда в голове немного прояснилось, я пошел к лифту, на мою удачу никого мне не встретилось. В тот момент, когда передо мною открылись дверцы лифта, в кармане завибрировал мой мобильный. Номер был скрыт, но я все-таки рискнул нажать на зеленую трубку.
     - Алексей? Здравствуйте, это Дмитрий Пищанский вас беспокоит. У вас есть время пообщаться? Я получил ваше письмо,  и оно меня очень заинтриговало. Как насчет встретиться в ближайшую пару дней и  более подробно поговорить на эту тему?
     Услышав красивый бархатный баритон, я только и смог что схватиться за стенку, чтобы не рухнуть окончательно.
     - Здравствуйте, - выдохнул я, не веря своим ушам. Он даже не написал, позвонил. Боги! – Да, я готов с вами встретиться. Когда и где? – последняя фраза звучала вполне уверенно. Не хотелось, чтобы он услышал как я мямлю.
     - Скажем, послезавтра? К сожалению, вечер у меня занят, но вот в дневное время мы могли бы встретиться и более подробно все обсудить.
     - Да, можно.
     - Отлично! Тогда я буду ждать вас в час в … - он назвал известный и дорогой ресторан. – Куда за вами прислать машину? Или вы сами за рулем?
     - Нет, пока я не водитель, но я сам прекрасно доберусь, - ответил я, одновременно гадая, удерживать ли раскрытыми дверцы наконец-то подъехавшего лифта.
     - Алексей, я настаиваю, чтобы и туда и обратно вы доехали с максимальным комфортом. Диктуйте адрес, - его голос звучал уверенно и даже властно, но это почему-то вселило в мою душу ощущение покоя. И я подчинился, с радостью подчинился. – Отлично! Тогда буду ждать вас, мой шофер позвонит вам по этому номеру, его зовут Андрей. Хорошего вечера! И до встречи.
     - До встречи, - пробормотал я. И тупо уставился на телефон в своей руке, словно Дима мог вылезти из него. Я не помнил как добрался до квартиры и рухнул на диван, не выпуская его из рук пялясь на него, что я там планировал увидеть мне и самому было непонятно. Но это было невероятно, услышать его голос. Хоть он и сильно отличался от того, что я помнил, но все равно интонации и модуляции остались прежними. Из практически анабиозного состояния меня вырвал звонок в дверь. Пришлось идти в коридор.
     - Кто там?
     - Доставка.
     - Минуточку.
     Пока искал кошелек, пока искал ключи, обнаружившиеся в кармане куртке, пока открывал дверь и сверял список покупок со счетом под внимательным взглядом курьера, немного пришел в себя. Расплатившись и выпроводив его, потащил пакеты на кухню, где принялся разбирать их. И когда последняя пачка оказалась на своем месте, зазвонил телефон. Я рванул в зал, надеясь…
     Но звонила Маринка.
     - Привет, Леонов! Ты куда пропал и не звонишь? Что у тебя стряслось?
     - Привет. Да вроде все по-прежнему, - меня в тот момент обуял прямо-таки мистический страх сглазить.
     - Тааааак, колись давай, что случилось, - вклинивался в мозг настырный голос. – Если у тебя все по-прежнему, то чего ты какой-то придушенный?
     - Ведьма, - буркнул я, падая на диван.
     - А то ты не знал, - злорадно отозвалась Маринка. – Но поздно метаться, раньше надо было думать. Давай, брат, делись, что у тебя такое произошло.
     Маринка кстати была ведьмой, самой настоящей, без дураков, с какими-то цыганскими корнями, что не мешало ей вести достаточно обыденный образ жизни. Хотя это еще как посмотреть обыденный… Но о своем даре она предпочитала не распространяться. Просто иногда использовала его в своих целях, иногда работала за плату. Но не часто и только по знакомству. Ржала и говорила, что если прижмет и работы в издательствах для нее не найдется, то вполне может зарабатывать себе на жизнь этим.
     А я никак не мог начать рассказывать. Она знала о моих воспоминаниях, но даже Маринка не была в курсе того, о ком я вспоминаю. О тебе она не знала ничего и я не хотел, чтобы она знала об этом, ибо со своей паранойей она может довести кого угодно до белого каления. Но и смолчать я не мог, она не даст, да и хотелось хоть с кем-то поделиться.
     - Понимаешь я тут с одним мужиком познакомился… То есть… Ну у нас будет встреча… деловая… вроде как… Я его в живую еще не видел ни разу.
     - Но уже трепещешь, получается, - задумчиво протянула она. – И что это за чудо, на которое ты так бурно среагировал?
     - Ну, он музыкант…
     - Леонов, ты что, на старости лет зафанател?
     - Нет, конечно! Что за ерунду ты городишь!
     - Хммм, ну, ладно, рассказывай дальше.
     - Ваше величество позволяет мне это? – не удержался я от шпильки.
     - Разрешает… дозволенные речи, - хохотнула она. Я выдал ей отредактированную версию, сказал, что услышал вчера его музыку, обалдел от нее, так она напоминает то, что я «сочинил» сам и решил с ним связаться.
     - От него или от его музыки ты обалдел больше? – пугающе серьезно уточнила Маринка.
     - Сначала от музыки, потом от него и это перевесило эффект от нее. А теперь жду встречи, как первого в жизни свидания и не знаю куда себя деть. Вчера на этой волне статью накатал, сам удивился. Впрочем, даже заказы меня сейчас не волнуют. Хотя по- хорошему следует сесть и начать писать. Ибо работы до фига.
     - Вот как и как зовут твое чудо?
     Я так увлекся отделением моих воспоминаний от того, что было в реале, что даже не назвал ей Димкиного имени.
     - Дмитрий Пищанский.
     - Мда? Не слышала про такого. Впрочем, я далеко не эксперт в музыке, - зато Маринка настоящий эксперт в поиске информации. И сдается мне, очень скоро у нее на компе появится скромная такая папочка, где будет много чего интересного.
     - Мариш, он в этой сфере недавно.
     - Понятно. И как ты оцениваешь свои шансы?
     - Как очень невысокие. Потому что кажется он натурал. И отношения нам светят исключительно деловые.
     - Хреново, уж больно бурно ты на него реагируешь. Запал ты на него очень сильно. Впрочем, ладно ты встреться с ним, а там видно будет. Может, пройдет все это безумие, как страшный сон. Вы поработаете вместе, мило попрощаетесь в конце и разойдетесь, как в море корабли.
     - Может быть, но вряд ли.
     - Все так серьезно?
     - Да, Мариш, - вздыхаю я.
     - Значит так! – после минутной паузы провозгласила она. – Надо тебя загрузить по полной, чтобы немного разгрузить мозги, - привычные командные нотки заставили улыбнуться, она так озаботилась моей проблемой, что даже не заметила невольного каламбура. – Ты что-нибудь сегодня написал?
     - Ни строчки.
     - Ага, а поесть приготовил? Нет, конечно. Вот тебе программа-минимум на сегодня: приготовить, поесть, прикорнуть на часик, и написать самое меньшее 5 тысяч знаков. И не забудь помыть посуду!
     А последнее весьма актуально, я еще со  вчерашнего вечера  не вымыл посуду, так что будет чем заняться.
     - Будет исполнено, товарищ генерал!
     - Вот так-то, капитан, твой голос однозначно зазвучал лучше. Займись делом. Целую… слушай, знаешь что… постарайся завтра свою норму выполнить днем, чтобы я подъехала вечером и поддержала тебя.
     Нет, я ей, конечно, благодарен за заботу, но это уже перебор.
     - Спасибо, но я лучше сам.
     - Ну, смотри, как знаешь. Передумаешь – звони.
     Ее голос с ее неуемной заботой и любопытством вернул меня в этот мир, я смог сделать все, что было намечено по ее плану и даже 6 тысяч знаков наваять. Статья ушла виртуальному заказчику,  а мне перевели деньги. Что весьма подняло настроение.
     На следующее утро, точнее день я продрал глаза от назойливой мелодии, которая у меня стоит на Маринке.
     - Алло! – выдавил я, зевая во весь рот, и никак не мог проснуться окончательно.
     - Привет, Лех. Ты как вообще?
     - Ну, все было бы замечательно, если бы ты меня не разбудила, - пробурчал я.
     - Я вот тут этого Пищанского просмотрела и хотела спросить – ты знаешь, что он энергет очень сильный?
     - Ну, как бы не удивительно. Он смог такой бизнес построить и потом вряд ли бы его выступления пользовались такой популярностью, если бы он не был человеком с сильной энергетикой.
     - Так-то оно так, но дело не в этом, а в том, что он маг, очень сильный и серьезный. Если честно я даже приблизиться к нему не смогла, такая защита на нем стоит. Леш, может, ну его в баню, а?
     - Маринк, нет, его не в баню, я хочу его увидеть хотя бы и понять что происходит, - сказал я, с кристальной четкостью осознавая, что все это правда с первого и до последнего слова.
     - Леш, тут такое дело, на тебя сейчас идет достаточно сильное воздействие, но я бы могла его сейчас убрать, если что. Но если ты ввяжешься в это дело глубже, то я тебя уже не удержу.
     - Его воздействие?
     - Не пойму я, - с тоской в голосе ответила она. – Вроде и его есть, и еще чье-то, вокруг тебя за последнее время столько всего заклубилось, что я просто в удивлении. А еще я тут его музыку послушала. Странное дело, как минимум половина вещей как будто про тебя и для тебя. Что за дела, Леш?
     Я улыбнулся.
     - Ты тоже почувствовала?
     - Ага, похоже на некоторые твои произведения, которые ты мне играл.
     - Есть такое.
- Но главное, у меня странное ощущение точечного попадания в тебя. Даже если бы я не знала про твой интерес к нему, и просто прослушала его игру, я бы подумала, что в этом очень много тебя. Что скажешь, Леш?
     - Это мой шанс, Мариш, - произнес я, мечтательно улыбаясь. Если она действительно это почуяла, то может у меня и впрямь есть шанс. Быть с ним. И то, что это действительно тот человек, грезы о котором преследовали меня долгие годы.
     - Леонов, ты ввязываешься в опасную игру. Это не твой уровень.
     - Марин, а какой он, мой уровень? – неожиданно разозлился я. – Работа на чужого дядю? Встречи с людьми, с которыми нередко я ощущаю себя, как на минном поле и которые сбегают от меня при первой же возможности? Игра в своей комнате на пародии на пианино? И бонус – общение с тобой по выходным! А он невероятный и я хочу его и к нему. Он из другой жизни! – и прикусил язык, поняв, что наговорил лишнего.
     - Именно, так, он из другой жизни. Не той, к которой ты привык, ты взвоешь от нее очень быстро, и вероятно не впишешься в нее, - серьезно, без малейшей обиды сказала она.
     - Знаешь, я сам решу впишусь я в нее или нет! Хорошо? Сам! Без тебя! Я тебе не указываю с кем их твоих кавалеров тебе быть. Чего ты вдруг озаботилась моей личной жизнью, кто-то из твоих знакомых замаячил на горизонте, с кем ты решила меня свести?
     - Дурак ты, Леонов, - неожиданно устало прозвучал ее голос. – Если бы ты мог видеть то, что вижу я…
     Если ты могла видеть то, что вижу я, чуть было не сказал я, но вовремя остановился. Маринка вздохнула.
     - Ладно, я тебя предупредила. Будь осторожен. И … слушай, а у тебя новых знакомств, кроме него не было в последнее время?
     - Да вроде нет, а что? – про Макса я в тот момент и не вспомнил
     - Да так. Я просто вижу возле тебя двоих мужиков и каждый из них очень опасен. Побереги себя.
     - Ладно, пока, - прохладно отозвался я.
     - Пока, - сказала она.
     Мы познакомились с ней на вступительных экзаменах, я просто ошалел от яркой, эффектной брюнетки с кошачьими глазами в узких джинсах, подчеркивающих длину стройных ног, в белой майке и на высоких каблуках. Что уж она тогда во мне разглядела, до сих пор остается для меня загадкой, но довольно бесцеремонно обшарив меня глазами, она подошла и представилась, протянув руку. Мне ничего не оставалось как пожать ее и постараться не краснеть так отчаянно, как обычно. Сам бы я тогда не осмелился к ней подойти. Да и сейчас, наверное, тоже. Если я вначале еще надеялся на продолжение банкета, то в середине первого семестра понял, что мне ничего не светит. Для нее я поначалу представлял объект для своеобразного эксперимента, со мной она хотела быть наставницей. И искренне недоумевала, почему у нее ничего не получалось. Из любопытства я честно пытался выполнять ее указания, но у меня ничего не выходило. Вообще. Про свои видения я благоразумно помалкивал, так, упоминал, что вижу кое-что, ибо не хотел делить их ни с кем, даже с ней. А так ничего не мог делать из того, что по ее словам должен уметь каждый уважающий маг.
     - По всем признакам, ты видящий, но почему даже это у тебя не получается? – озадаченно смотрела она на меня. Ну, то, что мне надо я мог видеть, а вот увидеть какая записная книжка лежит в сумочке преподши по культурологии мне точно было не дано. Меня она воспринимала, как свою творческую неудачу и возилась со мной с энтузиазмом Пигмалеона. Потом это переросло в дружбу, с покровительственным оттенком с ее стороны, я для нее по сей день остался непутевым младшим братцем. Я не возражал. Мне нужен был человек, который меня принимал настолько полно, насколько это вообще возможно для такой странной дружбы двух таких абсолютно разных людей, как мы с ней. Иногда разница во взглядах и характерах давала о себе знать и мы цапались для того, чтобы через несколько дней позвонить и извиниться. Я изображал, когда надо было ее кавалера, если вдруг она оказывалась без оного. Что случалась очень редко и я был этому рад. Она вполне заслуженно считала девиз «выше, быстрее, дальше» своим и следовала ему. Не на сто процентов, отдыхать и веселиться она тоже любила, но ей и этого хватало.
     Ладно, нам надо обоим остыть и потом уж начинать снова общаться. За завтраком или обедом, как посмотреть, я окинул квартиру внимательным взглядом и понял, что пора убираться. Паутина и пыль не заметные при искусственном освещении, становятся очень видны при дневном свете, особенно в такой солнечный день, как сегодня. И закипела уборка, к тому же я сдернул и засунул стираться занавески  из комнат и кухни. Через два часа я был в очередной раз безумно доволен, что у меня все-таки двушка, а не большая хата. Высунув язык, плюхнулся на диван и пытался отдышаться. Надо принять душ, а то весь в поте и в пыли. Когда я уже выходил из ванны, то услышал последние аккорды мелодии, стоящей на моем звонке. Добежать не успел, проверил телефон – 5 пропущенных звонков и все с одного номера. Незнакомого. Что-то странно кольнуло при одном только взгляде на него.
     Только я собрался сушить волосы, как телефон снова разразился “Sorry, go round”. Поколебавшись, я нажал кнопку.
     - Привет! Что делаешь? Никак не мог до тебя дозвониться, - начал вклиниваться в сознание голос Макса.
     - Привет, - ответил я послушно. – Да ничего особенного, убирался.
     - Свободная жизнь, - радостно откликнулся тот. – Уборка посреди недели. Ну так как насчет того, чтобы я заехал за тобой и отвез в студию? я как раз туда еду и мне сейчас удобно свернуть и забрать тебя.
     - Макс, я не хочу никуда ехать. К тому же я с мокрой башкой. И заказов у меня сейчас выше крыши, чтобы еще на это соглашаться.
     - Послушай, я же не говорю вот прямо сейчас сесть и писать текст. Может, просто посмотришь и послушаешь музыку заодно? Мне как раз только что звонили и сказали, что часть записей уже привезли на студию. Давай соглашайся! Проветришься заодно и будет масса положительных эмоций, они подарят тебе вдохновение для твоей работы.
     - Ага, вдохновение. Тут надо просто иметь железную задницу, чтобы это высидеть и быстрые пальцы, чтобы успевать набирать.
     - Забавно звучит, - по голосу было слышно, что улыбается он сейчас от уха до уха. – Ладно, говори мне код, этаж и номер квартиры. Я как раз уже въехал в ваш двор.
     - Макс, скажи мне, а как это сочетается с тем, что ты говорил, что едешь в студию, а через пару минут ты уже оказываешься возле моего дома?
     - Очень просто, - его тон продолжал оставаться все таким же отвратительно жизнерадостным. Прямо бесконечный американский «смайл». Или меня просто раздражало его бодрое настроение. – Я действительно ехал в студию, но перед этим планировал забрать тебя. Что тут непонятного?
     - Все понятно. Особенно мне казалось понятным, что я вчера внятно и четко сказал тебе, что не хочу больше видеться с тобой.
     - Леш, давай-ка я зайду к тебе и мы это обсудим. Я вчера погорячился и прошу за это прощение. Может меня извинит тот факт, что ты мне очень понравился, и я начал гнать лошадей. Прости, правда. Пока я предлагаю просто съездить и посмотреть как фильм монтируют, в дневное время, заметь, - в трубке неожиданно серьезный тон сменился вновь лукавыми нотками. – Я исправлюсь, Леш, но не обещаю оставить тебя в покое, это сильнее меня. Давай, Лех, суши голову и дай свои координаты. Я уже на месте.
     Я помолчал, Макс терпеливо ждал моего ответа. Я слушал его еле заметное дыхание и вдруг в голове словно что-то щелкнуло и я продиктовал ему все, что он требовал. Как вчера.
     Через несколько минут по квартире разнесся требовательный звонок. Когда я открыл дверь он стоял, улыбаясь и жадно вглядываясь мне в лицо.
     - Ну, что отшельник, я здесь, чтобы нарушить твое уединение. Приводи себя в порядок и поедем! Пятнадцати минут тебе хватит?
     Я немного обалдел от его напора.
     - Макс, да успокойся ты. Если ты так торопишься, то можешь ехать без меня. Не смею задерживать.
     Только я успел порадоваться сдержанности своего голоса, как он рассмеялся.
     - Леш, я опять порю горячку, да? Ну, прости-прости. Какое у тебя лицо! Просто хоть сейчас щелкай и вывешивай в сети с надписью « А меня обидели! И никто не хочет меня слушать!»  Послушай, ну, ты когда-нибудь видел как монтируют фильм?
     - Видел, гоняли на практику, скучнейший процесс.
     - Ну, не скажи, это всегда рождение чего-то нового. Если в это вложили душу, а не отбили повинность. Лешка, поехали, я, может, похвастаться хочу перед тобой чем я занимаюсь и где был. И вот, это тебе, - он протянул мне диск.
     «Рассвет в Гималаях» гласила надпись на коробочке. Автор – Максим Найденов. На ней была нарезка из нескольких кадров и сам Макс с камерой на плече, в комбинезоне, припорошенный снегом, заросший, и с очень довольной физиономией. Тот его первый фильм. Судя по тому, что там было написано, он действительно снимал его в одиночку. Вот псих. Но такое невольно вызывало уважение. Да, псих, но ради того, что хотел совершил невероятное.
     - Это мой подарок тебе, чтобы ты мог получить представление о том, где и как я это сделал, - на удивление спокойно произнес Макс. – Надеюсь, тебе понравиться.
     - Спасибо, посмотрю обязательно, - пробормотал я. – Чай или кофе?
     - Кофе растворимый?
     - Есть молотый, но варить его будешь сам в таком случае, потому что я не умею.
     - Показывай дорогу, Сусанин.
     На моей кухне он освоился мгновенно. И тут же принялся колдовать с джезвой.
     - Готовить не умеешь… Для гостей держишь?
     - Для Маринки, - ответил я, добиваясь непонятной реакции.
     Она не заставила себя ждать. Он резко обернулся и испытующе посмотрел на меня.
     - Маринка – это твоя девушка?
     - Подруга, когда-то я хотел, чтобы была моей девушкой, но не сложилось, - какой-то черт дернул меня за язык и честно ответил ему. Хотя скажи я ему, что она  моя, может быть и напор его ослаб и позже он оставил бы меня в покое? Но где-то в глубине души я точно знал, что ничто его бы не остановило, даже если бы я был женат и семеро по лавкам сидело. Он, возможно, поменял бы тактику, вел бы себя осторожнее, но от намеченной цели не отошел бы. Но при словах о том, что Маришка все не моя девушка его лицо разгладилось, даже как-то просветлело. Он расслабился и снова лучезарно улыбнулся.
     - Сам ты чай пьешь? – поинтересовался он. Я кивнул. – Ага. Иди, приводи себя в порядок и возвращайся.
     Я ощутил разницу между нами, он стоял полностью одетый, а на мне только домашние штаны, и я поспешил убраться в комнату. Пока я сушил голову, натягивал джинсы и свитер, я не мог понять, почему я подчинялся ему вопреки своим установкам. Я, черт возьми, пустил незнакомого человека на свою территорию и оставил его одного и теперь собирался ехать с ним непонятно куда. Я не хотел осложнений и на кухню вышел с твердым намерением сказать, что никуда не еду. И остановился на пороге. Макс сидел за столом и уплетал горячие бутерброды, на второй тарелке лежало несколько, для меня, надо понимать, рядом стоял чайник, от которого одуряюще пахло жасмином. Угадал с моим любимым сортом.
     - Давненько я не был на кухне, особенно на кухне, где нет микроволновки, - заявил он, увидев меня. – Пришлось вспомнить детство и засунуть бутеры в духовку. Садись, поешь немного, потому что сколько мы будем на студии, я не знаю, но несколько часов точно.
     - Макс, а ты всегда на чужих кухнях себя так ведешь?
     - Нет, только на тех, которые намерен не считать в дальнейшем чужими, - пугающе серьезно ответил он. И мне снова повело голову, я снова сделал не то, что хотел. Нет, бутерброды оказались выше всяких похвал, но я не собирался сидеть рядом с ним, пить чай, словно делал это далеко не в первый раз. И это неотвязное чувство, которое сегодня только усилилось, я знал его, точно был знаком с ним раньше. Не спросишь же: «Слушай, а в прошлой жизни мы случаем не встречались?»
     На студии мы оказались спустя час, она была небольшой. Макс там спорил до хрипоты, ругаясь чуть ли не за каждый кадр. Пока я смотрел уже несколько смонтированных кусков, которые и он, и режиссер монтажа одобрили. Без звука это воспринималось совсем иначе, чем привычные фильмы. Пару минут показывали какую-то деревушку, окружающие ее изумительные горы, потом эти же горы на закате, казавшиеся объятыми неземным огнем заходящего солнца. Следующий кусок заставил меня вздрогнуть: небольшой сонный и уютный городок, узкие улочки, крутые мосты с чугунными кружевами перил, старинные дома. Что-то очень знакомое было во всем этом, хорошо, что в следующих кадрах были уже вполне себе современные виды, потому что мне вдруг почудилось что-то невозможно знакомое во всем этом. И тут я встретился глазами с Максом, он следил за мной, за тем, как я среагирую. Я вымученно улыбнулся. Его губ тоже коснулась тень отстраненной улыбки.
     Я сидел в помещении, отгороженном от монтажного отделения стеклянной перегородкой. Тут был диван и стол с компом, на котором я все это смотрел. За перегородкой же сидело несколько человек, над которыми нахохлились Макс и режиссер, и с сосредоточенными лицами колдовали с тем, что видели на нескольких больших экранах. Кропотливая работа, для постороннего человека, не погруженного в процесс, малопонятная и скучная. Потом Макс, доспорившись о чем-то с режиссером, и заслужив злой взгляд и длинную тираду, в которой было мало цензурных слов, пошел ко мне.
     - Давай, я тебе музыку поставлю, что мне принесли к нему, - предложил он мне, заметив, что я заскучал. Отрывать его от работы было явно чревато, а лазить без спроса с чужого компа в сеть остатки воспитания не позволяли. И я с удовольствием прослушал то, что он мне включил. Мне понравилось. И в принципе подходило к тому, что я уже видел и в смонтированном и в сыром варианте. О чем я уже ему и сказал. Макс просиял так, словно я ему уже Оскар за это протягиваю.
     - Одобряешь, значит? Это же здорово! – он принялся душить меня в шутливом захвате, еле вывернулся. – Давай теперь в ресторанчик заглянем поужинать, а то у меня даже бутеры, у тебя съеденные давно растворились в небытие, не говоря уж о завтраке. Тут есть одно симпатичное местечко неподалеку.
     - Макс, нет, хватит, у меня и так времени немного. Работы до фига, писать надо кучу всего, а я тут прохлаждаюсь. Объясняй потом, что не успел сделать все, потому что здесь сидел, - возразил я, отодвигаясь от него и приглаживая взлохмаченные свои волосы. Мой спутник помрачнел.
     - Лех, ты так торопишься от меня избавиться?
     - Слушай, ты как-то все любишь переворачивать с ног на голову. Тебе бы сильно понравилось, если бы незнакомый человек начал так активно вмешиваться в твою жизнь и принялся бы перекраивать ее под себя?
     - Если бы это был ты, я бы не очень возражал.
     - Макс, не надо…
     - Жаль, - он посмурнел еще больше. – У меня в ближайшие дни практически не будет времени, чтобы вырваться к тебе.
     - Ничего, - ответил я, радуясь в душе такому повороту. Мне остро не хотелось, чтобы они с Димкой хоть как-то пересекались и я надеялся остыть от Макса и найти аргументы, способные убедить его в ненужности наших встреч.
     Он отвез меня до дома, но выходить не стал, только коротко и властно поцеловал на прощание, я успел порадоваться, что уже стемнело и никто не видит. Поев, сел писать, как ни странно Макс оказался прав, в этот день я был снова удивительно плодотворен.  
     На следующий день я проснулся как от щелчка, не просто глаза разлепил, намериваясь поваляться, как обычно, а мгновенно проснулся и сразу же почувствовал прилив  сил и бодрости. В приподнятом настроении я даже успел отгладить и развесить занавески. Времени у меня оставалось не так много, чтобы работать, а чем занять себя я не знал. Поставил музыку и принялся рыться в шкафу с одеждой. Если обычно я не задумываясь натягивал то, что под руку попадется, то сейчас мне хотелось выглядеть лучшим образом. В итоге остановился на классическом варианте – светло-серый костюм и белая рубашка, только без галстука. Последний с позволения сказать элемент одежды я люто ненавидел и повязывал в самом крайнем случае, я не хотел, чтобы сегодня меня хоть что-то стесняло. К этому всему нужны и ботинки другие, не те, что обычно, и пальто, а не привычная куртка. Я в этот момент порадовался дядиным подаркам, сам бы я себе такое не купил, но он вручал мне это с ворчанием, что у мужчины должна быть и хорошая, классическая одежда. Правда, это все часто просто повисало в шкафу, а вот сейчас все пригодилось. Последние брызги одеколона и мой мобильник заиграл.
     - Алексей? Здравствуйте. Я – Андрей, водитель Дмитрия Ивановича. Я уже внизу, у подъезда. Вы готовы?
     - Добрый день. Да, готов. Через пару минут спускаюсь.
     В прихожке меня накрыло, и я стоял, наклонившись и уперевшись ладонью в стену, глубоко дыша. Потом поднял голову и взглянул в свое отражение, подивившись своей бледной физиономии. Так, надо взять себя в руки.
     Дорогущая машина, возле которой стоял невозмутимый, крепко сбитый мужик, поразительно не вписывалась в обстановку нашего двора, даже джип Макса смотрелся здесь более органично. Я направился к ней, и неожиданно успокоился. Теперь надо уже идти до конца, я же хотел этой встречи.
     - Андрей?
     - Именно так, - кивнул он, открывая передо мной заднюю дверцу.
     Доехали быстро и на удивление без пробок. Я забеспокоился было, что приехали раньше времени, но Андрей заверил, что все в порядке и меня в любом случае ждут. В ресторане я отдал свое пальто, и милая девушка-администратор проводила меня. Столик в отдельной нише, частично отгороженный стильной ширмой. При виде меня Пищанский поднялся мне навстречу и протянул руку.
     - Добрый день, - прозвучал мягкий и глубокий голос, пославший теплую волну по всему моему телу.
     - Добрый день, - ответил я, и наконец сделал то, что хотел уже два дня – заглянул ему в глаза, не внаглую, но все же. Они оказались на самом деле синими, редкого насыщенного, но вполне натурального оттенка. И от них не хотелось отрываться.
     - Как доехали? Все нормально? – Почему мне кажется, что в этом звучит не формальная вежливость, а искренняя забота?
     - С максимальным комфортом и даже в пробке нигде не встали.
     - О! По нынешним временам это и впрямь большая удача, - смеется он. – Рад за вас, что вам так повезло.
     В этот раз он одет достаточно строго, но тоже как и я, без галстука, такое совпадение почему-то согрело душу. Вот он рядом, теплый и живой, от его улыбки в животе все узлом завязывалось и в то же время внутри все ликовало. Я расслабился и улыбался в ответ на его подколки, впрочем вполне себе безобидные.
     Нарисовавшийся официант вышколено осведомился о нашем выборе. Я только порадовался, что вчера успел выскочить на минутку и снять несколько тысяч, потому что цены тут … впечатляли.
     - Не предлагаю выпить, потому что вечером у меня выступление. А одному вам наверное будет несколько дискомфортно.
     - Я вообще почти не пью, - сказал я.
     - Понятно, ну что ж. Сейчас это даже к лучшему.
     Какая же у него улыбка! И вживую он оказался еще лучше, чем я себе представлял. Я не знал ошибся ли я, приняв его за свою мечту или нет, но мне было хорошо от одного его присутствия. О чем будет нашем разговор я представлял себе смутно. О музыке, особенно о той, что я «спионерил» у него по старой памяти? И что будет, если найдутся совпадения? Если это действительно он, то ничего не скажет, уверен, а вот если я каким чудовищным образом ошибся? И он просто словил эту музыку с чужой души? И в этот момент я был рад, что руки оказались заняты меню, так они задрожали, я упер книжку в край стола, чтобы она ходуном не ходила.
     Не мудрствуя лукаво, я выбрал стейк с запеченной картошкой, салат и сок. Димкин выбор оказался посложнее, но мне было уже не до этого. С облегчением отделавшись от официанта и меню, я смог нормально разглядывать его уже спокойнее, не опасаясь косых взглядов, впрочем, специально или нет, но он выбрал столик так, что нас практически не было видно.
     - Скажите, а откуда к вам пришла эта музыка? Она очень необычна, - спросил я.
     - Откуда? Как-то она начала звучать во мне, иногда мне кажется, что я просто проводник для нее, - улыбается он. – А что сильно зацепило? И что понравилось больше?
     Зацепило? Ты мне душу ею переворачиваешь.
     -Понравилось все, что-то больше, что-то меньше, но особенно «Тайна летней ночи».
     - Она и для меня особенная, - кивнул он. – Потому что она предназначена дорогому мне человеку.
     Что?! Я с трудом раздвинул онемевшие губы в вежливой улыбке, вся эйфория этой встречи схлынула, оставив только недоумение.
     - Ясно, - голос звучал уже практически без участия моего мозга. Только даже мне показалось, что безжизненно. – Мне показалось, что последние вещи сильно отличаются от того, что выкладывалось в начале.
     - Так и есть, - кивнул Пищанский и лукаво прищурился. – Потому что я их написал буквально недавно, последние мои студийные работы были завершены всего две недели назад и, разумеется, за эти почти полтора года я изменился, изменились мои отношения с этим миром и мой настрой. Теперь я точно знаю ради чего работаю. И это начало приносить результат. А скажите, как так получилось, что у вас родились произведения так похожие на мои? Я прослушивал то, что нашел уже по вашей ссылке. Удивительное сходство.
      Хорошо хоть не сказал, что плагиат, с горечью подумал я.
     - Не знаю, просто они мне приснились, я почти ничего не пишу, в основном играю для себя, но вот они у меня есть. Знаете, у Ольги Громыко я нашел такую фразу, не дословно, конечно, но примерно так. «Идеи носятся в воздухе и сачками машут многие».
     Он коротко хохотнул.
     - Ну, если так, то возможно. А кто такая эта Громыко?
     Я оторопел и даже пришел в себя. Даже не ожидал подобного вопроса.
     - Известная писательница фэнтези. Очень популярная.
     - Ах, вот как. Я просто не читаю такую литературу.
     - А какую читаете?
     - Ну, в прошлой моей жизни, как я это называю, я читал в основном профессиональные книги, деловые и компьютерные журналы, чтобы быть в курсе. График был настолько насыщенным, что мне редко хватало времени на что-то другое. Сейчас чаще книги и статьи по музыке, и да начал читать материал по авторскому праву.
     Я похолодел от этих слов. Начинается?
     - Я что читаете вы?
     - Я больше пишу, чем читаю. Я – копирайтер и возможность поваляться на диване с книжкой для меня большая роскошь, не только в вопросе времени, но и в профессиональном плане, потом что чужие мысли часто перебивают мои собственные. Иногда хочется забить на все и просто разгрузить мозги при помощи какой-нибудь фантазии о далеких мирах. Но если говорить о моих интересах, то сейчас в основном читаю фантастику и фентези, хотя в свое время перечитал кучу так называемой серьезной прозы. Но всегда готов посмотреть интересную книжку, хотя время, время…
     - Понятно, а вы верите в существование миров, помимо Земли, причем с разумной жизнью? – в голосе его мне послышалась ирония.
     - Я знаю это, - отвечаю спокойно, со всей возможной твердостью. Я уже не знаю, что ждать от этого. Идиотизм  моих ожиданий предстает передо мной во всей красе. Чего я себе надумал, что он признает во мне того, кого ждал всю жизнь? Бред какой-то. В лучшем случае потенциального поставщика музыки или возможного конкурента.
     Материализовавшийся официант с виртуозной легкостью сервировал наш заказ и испарился.
     - Думаете, что эти гробы, которые у нас называют космическими кораблями, куда-то долетят? – поинтересовался Пищанский, отправляя в рот кусочек рыбы.
     - Не при том уровне техники, что есть сейчас, но когда-нибудь обязательно, - уверенно ответил я. – И потом я считаю верной теорию о множестве ветвящихся миров.
     - Что это? Просветите меня.
     Вместо того, чтобы жевать я рассказал ему о теории Эверетта. Он только слушал меня и улыбался, и эта привычка наклонять голову, словно это помогало ему лучше понимать или еще что. Это было очень знакомо и я вдруг понял, что не ошибся, что все вернулось на круги своя, я вещал, а ты слушал и улыбался, какую бы чушь я не нес. И сдается мне, что в этом ты понимаешь больше моего. Я успокоился, все стало привычно, хоть и странно звучит это для первой встречи. Мы довольно долго еще болтали. Я осторожно поинтересовался как ему удалось достичь такого уровня игры, все-таки фортепьяно – это сложный инструмент и за несколько месяцев научиться так играть это что-то невероятное.
     - У меня было желание, огромное желание, а самое главное, у меня была цель, и это буквально вопрос  жизни и смерти, и, поверьте, когда потребность в музыке и то, для чего она нужна затмевает все кругом, это становится достижимым, тем более музыка тогда начала течь сквозь меня сплошным потоком, и для меня многие упражнения и ноты стали только наметками, основную дорогу я прошел сам.
     Меня так и подмывало спросить, что было настолько важно, что позволило произойти невозможному?     
- Алексей, а что вы планируете делать с теми вещами, что выложили в интернет? – неожиданно серьезно спросил он. – Так все и останется и будете играть для себя? Дома? – я рассказал ему как пошел учиться играть в 16 лет.
     - Я не любитель публичности, для меня выложить их в интернете – верх возможного, поэтому если не пройдет что-то из ряда вон выходящего, то все останется как было.
     - Как насчет того, чтобы отдать их мне? – он тут же поднял руки ладонями ко мне. – Нет-нет, разумеется, за определенный гонорар и с соблюдением всех авторских прав. В этом даже не сомневайтесь. Никто не собирается вас их лишать, - он так воспринял то, что я сильно напрягся? Надеюсь, мое лицо по цвету не напоминает помидор, так оно пылало. Ведь в моем сознании, это все давно уже принадлежало ему.
     - Я не могу же просто так согласиться, - возмутились во мне остатки критического мышления.
     - Нет, конечно, - улыбнулся Дима. – я вообще хочу, чтобы вы убедились, что ваши детища попадут в хорошие руки. Поэтому предлагаю следующий план действий. Первое, вы сейчас едете со мной в клуб, в котором у нас сегодня выступление. Посмотрите и послушаете все живьем. И решите достоин ли я их. Второе, вы встречаетесь с моим юристом и обсуждаете с ним проект контракта, который потом заберете с собой и проконсультируетесь с тем адвокатом, которому доверяете. И согласовав все детали, мы его подписываем. Если вы напишете что-то новое, надеюсь, я буду первым, кому вы дадите их послушать. Как вам такой расклад?
     - Поехать в клуб? Прямо сейчас? – растерялся я. – У меня просто много работы. И я должен все написать.
     - Алексей, ну одним-то вечером можно пожертвовать? У вас вообще выходные бывают?
     - Редко, это один из моментов работы фрилансером. Работать приходиться почти каждый день.
     - Давайте, вы устроите себе выходной сегодня? Обещаю, вы не пожалеете, - его голос снова начал обволакивать меня.
     Я кивнул и завертелось, во-первых, он не позволил мне расплатиться, несмотря на все мои протесты, во-вторых, через несколько минут уже мчались в его собственную студию. Он ее не снимал на время как большинство музыкантов, он ее попросту купил. Впрочем, это вполне окупается, как он пояснил небрежно, несмотря на довольно большое количество студий в Москве от желающих что-то записать практически нет отбоя, студия работает чуть ли не круглосуточно.  Как он пояснил, там же, ну в отдельном помещении, они проводят репетиции и у него с этим строго, несколько раз в неделю и чтобы не опаздывать, наоборот приходить пораньше, чтобы быть полностью готовым в назначенное время. Если что-то приходило новое, всегда можно было записать прямо там, не отходя от кассы.
     Ребята оказались совершенно чумовыми, на их фоне Дима казался воплощением сдержанного официоза. Они весело перекидывались фразами, ржали, именно так ржали над шуточками отвязного барабанщика Дэна и беспрекословно подчинялись указаниям Дмитрия. Он скинул пиджак и сел за инструмент. Тишина образовалась мгновенно.
     - Значит, отрабатываем начало «Песни звезд» и, Катя, - это он обратился к девушке со странной штукой в руках. – Чуть живее, чем обычно, не спать!
     Как же это напомнило мне то, что было раньше, когда я был на твоих репетициях! Я чуть было не забрался по привычке с ногами в кресло, так расслабился, спохватился в последний момент. И обратил внимание на то, что у него нет профессиональной, в здешнем понимании, постановки рук. За несколько месяцев мышечная память так и не закрепилась, а руки он ставил как раньше. У меня вспышкой встали несколько картин: другие ладони, порхающие над клавишами неземного инструмента, но постановка рук точно такая же. Земная не появилась, сохранилась та, прежняя.
     Я улыбался, слушал и плыл от удовольствия. Я наслаждался атмосферой, легкой, искрящейся, хотя и деловой, Дима тут командовал и комментировал каждый огрех, наслаждался музыкой, они отыгрывали кусок за куском, самим его присутствием. Музыка здесь была более энергичной и ритмичной, это было что-то новенькое, в интернете этого не было, и я этого не помнил. И барабанщик был классный. Впрочем, все музыканты были очень хороши и невероятно драйвовыми. Дима сумел не просто найти хороших исполнителей, он сумел за небольшой срок сделать из них коллектив, где все понимали и чувствовали друг друга, они понимали, что от них хотят и выполняли это почти безупречно. Почти, потому что я знал, что он бесконечный перфекционист и все время стремится все улучшить. Меня распирало от радости и я ничего не мог поделать со своим ртом, который все время расплывался до ушей. Я уже и не помнил когда мне было так хорошо, сейчас хотелось вскочить и просто подвигаться под это все.
     Часа через три, Пищанский решил, что  на сегодня достаточно, небольшая морщинка между бровями подсказала мне, что он все-таки опять где-то что-то выискал и теперь втолковывал это парню с восточной внешностью, который и был флейтистом.