Хищные птицы

от Mark Cain
минидрама / 6+
10 нояб. 2014 г.
10 нояб. 2014 г.
1
1544
 
Все главы
1 Отзыв
Эта глава
1 Отзыв
 
 
 
 
Едва переступив порог кабинета, майор Гром инстинктивно вскинул руки, заслоняя лицо от пикирующей на него со шкафа белой, как призрак, твари с растопыренными когтями. Любой другой испугался бы до полусмерти, но Гром, уже привыкший к такому радушному приёму, только вполголоса выматерился и отмахнулся от пронзительно каркающей и хлопающей крыльями вороны. Удовлетворившись своим маневром, Марго перелетела на хозяйское плечо, где и приосанилась соколом, пристально наблюдая за каждым движением посетителя.
– Когда она сдохнет-то уже, – без злобы, а с какой-то даже обречённостью проворчал Гром.
– Вороны живут долго. И память у них хорошая, – холодно заметил подполковник Дубин, удостоив его короткого взгляда сквозь очки, поверх экрана ноутбука. Гром не любил этот взгляд: из-за толстых линз в пижонской деревянной оправе глаза Дубина казались непропорционально большими на худом лице, подёрнувшемся светлой щетиной.
– И ты тоже до сих пор не можешь простить мне дело «Гражданина», – заметил Гром, без приглашения опускаясь на край обитого чёрной кожей дивана, настолько жёсткого, что вместо создания удобства он подчёркивал подчинённое положение всех сюда входящих. Всё тело сразу заныло, и Гром поморщился – скорее от досады, чем от боли. Дмитрий проигнорировал его реплику: как раз за такой непроницаемый вид он и заслужил в отделе уважительное прозвище «Дуб». И это молчание тоже раздражало.
– Только не говори мне, что «все ошибаются», – продолжил Гром, заводясь. – Он наошибался на пять пожизненных, гуманист ты хренов.
Дмитрий беззвучно вздохнул. Он уже много лет назад устал вести с Громом бесплодные споры и давно перестал реагировать на его выпады. Но в одном тот был прав: Дмитрий никогда не забывал, что если бы не человек, сидящий сейчас перед ним, они бы могли жить в совсем другой стране. В которой, быть может, и полиции бы не понадобилось, потому что всякая сволочь, и мелкая, и крупная, хорошо бы усвоила, что народ не побоится её наказать.
– Приступы неконтролируемой агрессии? – одновременно скучающим и участливым тоном поинтересовался Дубин, глядя на сжавшего пальцами подлокотник сослуживца. Волосы Грома посеребрила благородная седина, но нахмуренные брови оставались, как прежде, чёрными, мускулатура под тесной рубашкой – безупречной, без признаков полноты или дряблости, а ясный взгляд выдавал непьющего человека. – В нашем деле такое бывает. Я недавно виделся с Юлей. Удивляюсь, почему она ещё не записала тебя на тренинг социальных навыков...
– А я удивляюсь, – огрызнулся майор, но скорее по привычке, – как тебя вообще ещё держат на посту, господин «моя-жена-лидер-оппозиции».
– Лилию не трожь, – спокойно предупредил Дубин. – Скажи спасибо, что я тебя каждый раз выгораживаю. Ты, Игорь, никогда не задумывался, почему тебя не повышают? Потому что твои действия больше дискредитируют органы, чем приносят пользу. Таких беспредельщиков даже в спецназ не берут, потому как ты в команде работать не умеешь... Ну да что это я. Прокопенко к тебе неровно дышал, а иначе ты бы и здесь не задержался.
– О нём не смей... – пришла очередь Грома парировать, но получилось это у него довольно жалко. Дубин знал его настолько давно, что выучил все слабые места и не гнушался по ним бить в их редких словесных дуэлях. Впрочем, гомофобия майора Грома была известна всему участку и не без участия острых языков переросла в паранойю.
– Он тебя ценил и берёг, – неожиданно смягчился Дмитрий, подпустив лирически-скорбную нотку. Нельзя было допустить, чтобы кто-то засомневался в том, что гибель полковника Прокопенко и для него была тяжёлым ударом. – И я тебя ценю. Как твои боевые ранения?
Гром непроизвольно потёр ладонью плечо – швы чесались, повязка давила на грудь.
– Нормально, – буркнул он, с нескрываемой неприязнью косясь на своё молодое начальство и его заматеревшую птицу, раскормленную, в частности, забитыми белыми мышами, которых Дубин держал здесь же, в кабинете, в морозильной камере. – Тебе не понять, штабная крыса.
Дуб снова пропустил оскорбление мимо ушей.
– Пока ты прохлаждался на больничной койке, я нашёл дело как раз для тебя. Вот, ознакомься, – он протянул Грому тощую папку. Тот нетерпеливо дёрнул завязки и начал перебирать распечатки с нечёткими фотороботами. – Чрезвычайно опасные типы, в Румынии их выследить так и не смогли. Надо проверить пару личностей на контакты с ними, в случае чего – наступить на хвост быстро и жёстко, пока не утекли, всё как ты любишь. Возьмёшься?
Вопрос был излишним. Ладони Грома сжимали папку, как вражеское горло, и было видно – он-то никогда не умел скрывать свои эмоции, – что немолодой майор гордится былой хваткой.
– Возьмусь, – откликнулся Гром и встал, с усилием оттолкнувшись от подлокотника здоровой рукой. – Это всё?
– Да, можете быть свободны, – рассеянно проговорил Дубин и уткнулся обратно в монитор.
Когда за Громом закрылась дверь, он с улыбкой откинулся на спинку кресла, и Марго перепрыгнула с его плеча на стол. Презрительно сверкнув рубиновым глазом в сторону опустевшего дивана, ворона уставилась на хозяина, склонив голову набок.
– Люди живут долго, моя дорогая, – ответил Дмитрий на её молчаливый вопрос и в знак извинений пощекотал кончиками пальцев пёрышки на белой макушке. – На этот раз ему удалось вернуться. Но когда-нибудь я отыщу задание, которое станет для этого героя последним. Может быть, в этот раз...
Написать отзыв