Крысёныш

от H2O
драбблымистика, хоррор / 18+
16 мая 2016 г.
16 мая 2016 г.
1
1147
1
Все главы
2 Отзыва
Эта глава
2 Отзыва
 
 
 
 
Их было пятеро. Каждый — косая сажень в плечах, коротко стриженные головы на бычьих шеях, черная кожа и ботинки на «тракторной» подошве. Один остался лежать со сломанной ногой, четверо же бросились за Венькой в погоню.

Венька что есть мочи бежал по скудно освещенной улице, но топот за спиной становился все ближе, как и грубые голоса, нецензурно его обругивающие.

Наконец впереди показалась светящаяся в темноте буква «М» — вход в метро. Венька ринулся вниз, перепрыгивая ступени и расталкивая поднимающихся по ним пассажиров. Ругань и оскорбительные выкрики преследователей, усиленные эхом от стен подземки, стали еще громче, но он, не оборачиваясь, летел к перрону, к спасительным дверям поезда.

Он опоздал всего лишь на секунду…

Двери захлопнулись, и поезд, набирая скорость, скрылся в тоннеле, оставив на прощание стук колес и вихрь пахнущего дегтем воздуха.

Венька остановился, хрипло дыша, и застонал от отчаяния.

— Вон он! — раздалось за спиной, и Венька вздрогнул. — Убью суку!

Четверо скинхедов, громко топая и пыхтя от усердия, неслись по перрону прямо к нему.

Он понял, что ко второму выходу уже не успеть, и под испуганные возгласы ожидающих на платформе пассажиров решительно спрыгнул на рельсы.

— Стой, сука! — выкрикнул один из преследователей, но Венька только поддал жару.

* * *
Венька наткнулся на этих типов случайно, возвращаясь после тренировки домой. Явно подвыпившие, они пинали друг другу какой-то меховой комочек, улюлюкая и смеясь дурными голосами. По отчаянному писку Венька понял, что комочек этот — живое существо. Крыса. Жестокие удары тяжелых ботинок превратили несчастное животное в агонизирующий сгусток боли, но, несмотря на это, крыса все еще пыталась увернуться и удрать.

Дикая ярость вспенила Веньке кровь, он и думать забыл о неравенстве сил. Отбросив сумку с тренировочной одеждой, он бросился на гогочущих придурков; одного с силой отпихнул в сторону, другому удачно (или неудачно, смотря как поглядеть) двинул локтем по зубам, злорадно отметив, что один удалось выбить. Из-за бурлящего в крови адреналина Веньке казалось, что противники двигаются будто в замедленной съемке, и он, ловко ускользнув от кулака третьего, пнул в коленную чашечку четвертого. Раздался противный хруст, и тот покатился по асфальту, громко крича от боли в сломанной ноге.

Воспользовавшись замешательством остальных, Венька, как и его мохнатый подзащитный минуту назад, дал деру, рассчитывая ускользнуть от них в метро.

* * *
В тоннеле было темно и до одурения душно. В боку нещадно кололо, и Венька перешел с бега на быстрый шаг, внимательно глядя под ноги, чтобы случайно не угодить на силовой рельс.

Он рассчитывал добраться до следующей станции до того, как его настигнет поезд (благо час был довольно поздним и поезда ходили редко), но спасительного света в конце тоннеля все не появлялось, и Венькой постепенно начала овладевать паника.

К тому же топот и грубые выкрики за спиной не стихали — обуреваемые жаждой мести гопники последовали за Венькой в тоннель метро.

Венька ускорил шаг.

В темноте, изредка освещаемой тусклыми лампами, он быстро потерял счет времени. Казалось, он бежит довольно долго, во всяком случае, он уже давно должен был достичь следующей станции, но тоннель уводил его все дальше и дальше вглубь московского подземного царства.

Постепенно сменился и характер освещения — если раньше путь освещали электрические лампы, то теперь кромешную тьму еле-еле разбавлял флуоресцирующий зеленоватый свет от поганок, растущих прямо из стен тоннеля. Исчезли и рельсовые пути — под ногами теперь была плотно утрамбованная земля. Изредка подворачивались камни и какие-то белесые палочки, сухо хрупающие, когда он на них наступал.

Кости, понял Венька и поежился.

Он в нерешительности остановился и прислушался: ни стука колес, ни голосов… Ничего. Если не считать бухающего венькиного сердца и прерывистого дыхания, вокруг была тишина, давящая на привычные к городскому шуму уши. Иногда из нее доносился невнятный шорох, тихий писк и еще что-то совсем необычное — завораживающе печальная мелодия флейты.

Венька, очарованный мелодией, медленно двинулся к ее источнику. Музыка становилась все громче, и скоро Венька различил в темноте силуэты, движущиеся в его сторону. Тусклый свет от поганок внезапно стал ярок настолько, что Венька смог разглядеть играющего на флейте: худощавый, длинноволосый мужчина, на плечах — пестрый плащ. Его плотной толпой окружали маленькие дети, грязные, одетые в рванину. На бледных личиках, словно черные бусины, сверкали глаза, и не было в них ничего человеческого…

Внезапно завораживающая мелодия прервалась, а мужчина в пестром плаще улыбнулся, сверкнув мелкими острыми зубами.

— О да, Ханс, этот юноша действительно необычен, — задумчиво сказал он, потрепав одного из малышей, отличавшегося от других избитым лицом, превратившимся в один сплошной синяк.

— К… кто вы? — растерянно пробормотал Венька.

Мужчина опять улыбнулся и ответил:

— Мы — твоя новая семья. Я достойно отблагодарю тебя за спасение Ханса и за угощение!

Ничего не понимая, Венька захлопал глазами.

— Какое…

Его прервали топот и грубые выкрики за спиной. О черт! Он успел забыть о своих преследователях!

Четверо громил, громко матерясь, вышли из темноты тоннеля и оторопело замерли, глядя на толпу детей.

— Добрый вечер, господа! Как мило, что вы пожаловали к нам на ужин!

— Чего?.. — прорычал один из гопников, тот самый, с выбитым зубом.

Но мужчина только ухмыльнулся и снова заиграл на флейте. На этот раз мелодия была наполнена каким-то темным, гипнотизирующим ритмом. Свет померк, и из темноты, словно мерзкое сопровождение флейте, раздались потрескивание костей, мокрое хлюпанье и цокот тысяч маленьких когтей. Венька в ужасе отшатнулся, когда мимо него пронеслась какая-то тень, мазнув его по руке меховым боком.

Раздались крики ужаса и боли, хруст, чавканье — будто тех, кто кричал, жрали заживо.

«Их и жрут!» — в панике пятясь назад, понял Венька.

Ритм мелодии снова изменился, и Веньку скрутила невыносимая боль. Суставы выкручивались, перестраиваясь, голова будто попала в жернова мельницы, кожу пронзали миллионы раскаленных игл… Венька упал на корточки, пытаясь заорать, но горло сковала судорога. Внезапно ужасная боль закончилась, и Венка смог вдохнуть полной грудью. Проморгавшись, он понял, что может видеть в темноте, словно днем. И как же вкусно пахнет горячей кровью!

Облизнувшись, он присоединился к собратьям, уже пирующим на обидчиках своего народа…

* * *

Мужчина в пестром плаще, которого жадные люди однажды прозвали Гамельнским крысоловом, убрал флейту в потайной карман и почесал за ушком нового крысеныша, усердно умывающего испачканные кровью усы.

Путешествие по городским подземельям России оказалось намного занимательнее, чем он предполагал.

Насытившись — кто свежим мясом, а кто ужасом своих жертв, — они снова двинулись в путь.
Написать отзыв