Здравствуйте, граф!

миниромантика (романс), хeрт/комфорт / 16+ слеш
12 июл. 2016 г.
12 июл. 2016 г.
6
13066
2
Все главы
2 Отзыва
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
«Я не пом­ню объ­ятий прох­ладнее,
И за­нуд­ней не ве­дал я ласк.
О, про­щай­те же, ва­ше ве­личес­тво,
Вспо­минать не хо­телось бы вас»


Сло­ва фри­воль­ной пе­сен­ки кру­тились в го­лове и ни­как не же­лали по­кидать ее. Проб­ле­ма бы­ла в том, что в жиз­ни Эри­ка все бы­ло с точ­ностью до на­обо­рот: он не знал бо­лее пыл­ко­го лю­бов­ни­ка, чем ко­роль, и вряд ли мог бы по­забыть о нем. Но его ве­личес­тво соб­рался же­нить­ся, и быв­ший фа­ворит... при­ходил­ся не ко дво­ру, ведь ко­роле­ве не пре­мину­ли бы на­шеп­тать доб­ро­хоты, с кем имен­но де­лил пос­тель до нее его ве­личес­тво. По­это­му юно­шу от­сы­лали в даль­ний гар­ни­зон, пе­реве­дя из лич­ных па­жей ко­роля в адъ­ютан­ты ко­мен­данта. Эрик сми­рил­ся бы с этим ка­тас­тро­фичес­ким по­ниже­ни­ем в дол­жнос­ти и по­ложе­нии, ес­ли бы не од­но «но»: ко­мен­дант, граф Ке­руа, был од­ним из тех, ко­му в свое вре­мя Эрик весь­ма не­лас­ко­во от­ка­зал в бли­зос­ти. И вот что те­перь де­лать, он ре­шитель­но не по­нимал. Ес­ли ко­мен­дант ре­шит отыг­рать­ся, за­щитить адъ­ютан­та бу­дет не­кому. Даль­ний гар­ни­зон, не­лас­ко­вые и неп­ри­вет­ные зем­ли. И сол­да­ты, на­вер­ня­ка смот­ря­щие в рот сво­ему ко­ман­ди­ру.
     Не ехать он не мог - вер­нуть­ся до­мой на­вер­ня­ка оз­на­чало бы зак­лю­чение в мо­нас­ты­ре, и что ху­же: мо­нас­тыр­ская келья или гар­ни­зон­ная ка­зар­ма... Эрик не мог ре­шить. Нет, мо­нас­тыр­ский «у­ют» он знал, в детс­тве его, пя­того сы­на, не раз от­прав­ля­ли ту­да «на по­ка­яние» пос­ле оче­ред­ной про­дел­ки. По две не­дели, а то и боль­ше, на хле­бе и во­де, в тем­ной хо­лод­ной келье, где да­же сто­ять не вы­ходи­ло, до то­го бы­ли низ­ки­ми по­тол­ки... Не тя­нуло Эри­ка ту­да. В лю­бом слу­чае, граф Ке­руа ре­пута­ци­ей жес­то­кого и без­жа­лос­тно­го не поль­зо­вал­ся. К то­му же, мо­жет, он и ду­мать за­был про Эри­ка.
     Юно­ша по­вел гла­зами по ком­на­те, мыс­ленно про­ща­ясь с оби­тали­щем, с ко­торым он уже срод­нился за про­шед­шие го­ды. Вряд ли те­перь ему све­тит ог­ромная кро­вать, бал­кон, уви­тый фре­зи­ями, или лич­ная умы­валь­ная ком­на­та с рос­кошной ван­ной. Хо­рошо, ес­ли там, в гар­ни­зоне, есть хо­тя бы об­щая пор­то­мой­ня, где мож­но вы­мыть­ся го­рячей во­дой. Эрик пог­ла­дил на­пос­ле­док рез­ной стол­бик кро­вати, вспом­нил, сколь­ко но­чей прош­ло на ней, пе­чаль­но улыб­нулся - глу­по бы­ло рас­счи­тывать, что ко­роль ос­та­вит его при се­бе, как же глу­по. Влюб­лять­ся бы­ло еще глу­пее.
«Про­щай­те же, ва­ше ве­личес­тво...».
     Он бу­дет вспо­минать, мо­жет, это бу­дет сог­ре­вать его там, на да­леком се­вере? А граф... что ж, ти­рана-от­ца он как-то пе­режил, пе­режи­вет и эту на­пасть.

     Поп­ро­щать­ся, да да­же уви­деть ко­роля в пос­ледний раз не выш­ло - его ве­личес­тво был за­нят го­сударс­твен­ны­ми де­лами и ни­кого не при­нимал. А у вхо­да для слуг Эри­ка уже ожи­дала ка­рета и прис­ланный ко­мен­дантом эс­корт - пя­тер­ка су­рово­го ви­да во­инов, сплошь не­улыб­чи­вых и хо­лод­ногла­зых, буд­то се­вер вы­пил из них спо­соб­ность ра­довать­ся жиз­ни. Эрик опус­тил го­лову, шмыг­нул в ка­рету. Слу­ги пог­ру­зили его ба­гаж - два сун­ду­ка с тем, что бы­ло для юно­ши са­мым до­рогим. Он не на­шел в се­бе сил рас­стать­ся с по­дар­ка­ми его ве­личес­тва: кни­гами, дра­гоцен­ностя­ми, нес­коль­ки­ми па­мят­ны­ми без­де­луш­ка­ми. Одеж­ду то­же заб­рал, бы­ло как-то неп­ри­ят­но ос­тавлять прид­ворные кос­тю­мы и знать, что пос­ле не­го их, ско­рее все­го, прос­то вы­кинут, спо­ров зо­лотое шитье и кру­жева, жем­чуг и эма­левые в зо­лоте пу­гов­ки. Нет уж, не так у не­го и мно­го это­го доб­ра ско­пилось вре­мя его фа­воритс­тва. Что бы там ни го­вори­ли прид­ворные за его спи­ной, но Эрик не был па­док на дра­гоцен­ности, не слиш­ком-то стре­мил­ся рос­ко­шес­тво­вать. Ему ва­жен был сам ко­роль, а не его ти­тул. И вот итог - два сун­ду­ка.
     Эрик сам был сви­дете­лем то­му, как у­ез­жал из двор­ца пре­дыду­щий фа­ворит: с це­лым обо­зом доб­ра. Ед­ва ли не об­ста­нов­ку спаль­ни вы­вез. Кста­ти, тог­да Эрик мог бы и по­нять, что его по­ложе­ние при ко­роле не веч­но. Но, как и все юные влюб­ленные, не внял гла­су ра­зума. Он ус­тро­ил­ся на си­дении, сло­жив ру­ки на ко­ленях. На ткань за­капа­ли сле­зы. О, сем­надцать лет - это тот воз­раст, ког­да сле­зы еще поз­во­литель­ны, но по­казы­вать их не же­латель­но. Имен­но по­это­му он кре­пил­ся до се­го мо­мен­та, и лишь в у­еди­нении ка­реты поз­во­лил се­бе эту сла­бость. Но пос­те­пен­но сле­зы ис­сякли, и в Эри­ке прос­ну­лось лю­бопытс­тво. Он от­дернул глу­хие за­наве­си на двер­цах ка­реты и ус­та­вил­ся за ок­но. Пей­заж был по­ка что впол­не при­вычен, они про­ез­жа­ли при­город­ные ро­щи. Хо­тя из ок­на ка­реты наб­лю­дать за мель­ка­ни­ем де­ревь­ев бы­ло да­же за­бав­но.
     До сих пор Эрик по­кидал сто­лицу лишь вмес­те со всем дво­ром, ког­да его ве­личес­тво пе­реби­рал­ся на ле­то в за­город­ную ре­зиден­цию, но это бы­ло в дру­гую сто­рону. Сей­час ка­рета про­ез­жа­ла по се­вер­ным пред­месть­ям, а они счи­тались са­мыми бед­ны­ми и неб­ла­гопо­луч­ны­ми. Сре­ди де­ревь­ев он то и де­ло ви­дел не­боль­шие усадь­бы, а то и це­лые по­местья, и не­до­уме­вал: это бед­ные? Не­ухо­жен­ные? Да каж­дая из этих уса­деб бы­ла по­боль­ше ба­рон­ско­го по­местья, при­над­ле­жав­ше­го от­цу!
     Мяг­кое по­качи­вание ка­реты, на­конец, уба­юка­ло юно­шу. Эрик улег­ся, сме­жил ве­ки и пог­ру­зил­ся в слад­кий сон. Раз­бу­дила его ос­та­нов­ка ка­реты. Один из сол­дат рас­пахнул двер­цу, и Эрик с тру­дом ра­зог­нулся, са­дясь. Все те­ло за­тек­ло от не слиш­ком удоб­ной по­зы и жес­тко­го си­дения.
- Пос­то­ялый двор, су­дарь. Из­воль­те вый­ти. Пе­рено­чу­ем тут.
- Да, хо­рошо, - Эрик по­тер гла­за, про­гоняя сон­ную муть, выб­рался на­ружу, ог­ля­дев­шись.
     Су­дя по то­му, что пос­то­ялый двор выг­ля­дел сов­сем неп­ре­зен­та­бель­но, граф то ли от­дал при­каз на ком­форте эко­номить, то ли вов­се не от­дал ни­како­го при­каза, и это бы­ло ини­ци­ати­вой са­мих соп­ро­вож­да­ющих. Спать, ско­рее все­го, пред­сто­яло в со­седс­тве с кло­пами, мы­шами и та­рака­нами. И ес­ли мы­шей и та­рака­нов Эрик не бо­ял­ся, то кло­пы его пу­гали уку­сами, мел­ки­ми и про­тив­ны­ми. Он с ра­достью пе­рено­чевал бы в ка­рете. Но ему не поз­во­лили. Это уже на­води­ло на раз­мышле­ния: бо­ят­ся, что он сбе­жит, не оце­нив все­го ве­лико­лепия да­рован­ной ко­ролем «ми­лос­ти»? Или же это граф Ке­руа опа­са­ет­ся, что раз­жа­лован­ный из фа­вори­тов паж не до­берет­ся до его ло­гова?
     Воп­ре­ки опа­сени­ям, мат­рас ока­зал­ся да­же чис­тым. Хо­тя ком­на­ту де­лить все рав­но приш­лось с соп­ро­вож­да­ющи­ми. Из них трое нес­ли вах­ту, а трое, вклю­чая ку­чера, спа­ли. По­доз­ре­ния Эри­ка ок­репли и рас­цве­ли буй­ным цве­том, он прок­ру­тил­ся на сво­ем мат­ра­се по­лови­ну но­чи, не в си­лах ус­нуть от дур­ных пред­чувс­твий и мыс­лей. Смо­рило его зыб­кой не­ров­ной дре­мотой на рас­све­те. И, слов­но в нас­мешку, поч­ти тот­час его рас­толка­ли. Зав­тра­кать в та­кую не­сус­ветную рань Эри­ку вов­се не хо­телось, он поп­ро­сил за­вер­нуть ему нес­коль­ко кус­ков хле­ба с сы­ром и око­роком, рас­счи­тывая по­есть в ка­рете, ког­да окон­ча­тель­но выс­пится.
- При­учай­тесь к рас­по­ряд­ку дня.
- Все­неп­ре­мен­но, - от не­досы­па у юно­ши вновь от­кры­лось по­вышен­ное ядо­выде­ление, че­го он не поз­во­лял се­бе уже дав­но, с мо­мен­та при­ез­да во дво­рец, - как толь­ко уз­наю этот рас­по­рядок. И как толь­ко у ме­ня над ухом не ста­нут хра­петь, со­петь и ма­терить­ся шес­те­ро сол­дат, поз­во­ляя мне выс­пать­ся ночью. А сей­час, будь­те так лю­без­ны, - Эрик по­вер­нулся к трак­тирщи­ку, - за­вер­ни­те мне то, что я поп­ро­сил, ми­лей­ший.
- Ко­неч­но-ко­неч­но, - трак­тирщик пос­пе­шил ис­полнить эту прось­бу. Сти­мулом ему пос­лу­жила се­реб­ря­ная мо­нет­ка, мель­кнув­шая в паль­цах юно­ши.
     За пос­той и ужин-зав­трак пла­тили соп­ро­вож­да­ющие, точ­нее, стар­ший из них, ве­ро­ят­но, сер­жант. Эрик счел не­об­хо­димым за свой за­каз пла­тить са­мос­то­ятель­но, бла­го, нем­но­го де­нег у не­го бы­ло с со­бой. Ос­таль­ное бы­ло спря­тано в глу­бине сун­ду­ков, за фаль­ши­вым дном. В ка­рете он все-та­ки смог по­зав­тра­кать. Хо­тя опа­сал­ся, что ку­сок в гор­ло не по­лезет.

     Чем даль­ше на се­вер они дви­гались, тем бо­лее уны­лым ста­новил­ся пей­заж. И тем гру­бее раз­го­вари­вали с юно­шей его кон­во­иры. Эрик уже не сом­не­вал­ся, что это не эс­корт, а имен­но кон­вой, прис­ланный за ним са­мим гра­фом. На пя­тый день пу­ти сол­да­ты поз­во­ляли се­бе неп­ри­лич­ные шу­точ­ки и скаб­резнос­ти, об­ра­щен­ные к бу­дуще­му адъ­ютан­ту, на седь­мой сер­жант пря­мо, с наг­лой ух­мылкой, наз­вал его бу­дущей под­стил­кой ко­мен­данта, выс­ка­зав­шись в том ду­хе, что не сто­ит за­носить­ся, ведь граф Ке­руа впол­не мо­жет от­пра­вить но­во­яв­ленно­го адъ­ютан­тишку в сол­дат­ские ка­зар­мы, что­бы из не­го по­выби­ли спесь. Эрик на сер­жанта толь­ко гля­нул рав­но­душ­но, не вы­казы­вая ни­каких чувств, ушел в ка­рету. И лишь там поз­во­лил се­бе ми­нуту сла­бос­ти - креп­ко заж­му­рить­ся, за­кусить кос­тяшку паль­ца, что­бы болью прог­нать страх. Нет, он ни­ког­да не по­кажет ис­тинных чувств пе­ред эти­ми ха­мами. И не­уже­ли граф Ке­руа... Нет, не мо­жет та­кого быть, прос­то обыч­ные до­мыс­лы сол­дат, толь­ко и все­го. Они лишь пу­га­ют его. Дол­жно быть, сей­час по­тихонь­ку сме­ют­ся над ним. Он слы­шал, что так бы­ва­ет. Сво­его ро­да, про­вер­ка на кре­пость нер­вов. Нет, он не под­дас­тся стра­ху, все бу­дет хо­рошо. В кон­це кон­цов, граф, при­ез­жая ко дво­ру, де­монс­три­ровал бе­зуп­речные ма­неры и га­лан­тное об­хожде­ние, и их раз­ногла­сия бы­ли выз­ва­ны ины­ми при­чина­ми.
     На­конец, пей­за­жи ста­ли се­рыми, а где-то вда­леке на го­ризон­те Эрик смог рас­смот­реть что-то вы­сокое.
- Это го­ры?
- Это лишь пред­горья, - отоз­вался один из сол­дат. - Го­ры ку­да вы­ше.
     До гар­ни­зона, как ока­залось, бы­ло еще не ме­нее двух су­ток пу­ти. Эрик по-нас­то­яще­му из­му­чил­ся в до­роге, он все так же не мог ус­нуть при сво­их кон­во­ирах, а спать в ка­рете - зна­чило пос­ле му­чить­ся бо­лями в за­тек­ших чле­нах. Еще он страс­тно же­лал ис­ку­пать­ся и пе­реме­нить одеж­ду на бо­лее теп­лую. Да­же бар­хатный плащ, в сто­лице ка­зав­ший­ся не­выно­симо жар­ким, не спа­сал от про­низы­ва­юще­го вет­ра здесь. Он за­мер­зал да­же днем, а уж ночью, за­куты­ва­ясь в плащ и дро­жа, ус­нуть не мог те­перь еще и по этой при­чине. Ни один из его соп­ро­вож­да­ющих не сжа­лил­ся и не дал ему свой плащ. Сер­жант же с гад­кой ух­мылкой не поз­во­лил снять сун­ду­ки и взять там зим­нюю одеж­ду. Это уже бы­ло сов­сем стран­но, Эрик рас­те­рял­ся, хо­тя пос­та­рал­ся не по­казать это­го ни жес­том, ни сло­вом. В ка­рете он пос­та­рал­ся прос­то не ше­велить­ся, это сох­ра­няло хоть ка­кие-то кро­хи теп­ла.
     К го­род­ку, вы­рос­ше­му вок­руг гар­ни­зон­ной кре­пос­ти, они доб­ра­лись к по­луд­ню де­сято­го дня. Эрик шмы­гал за­мер­зшим но­сом, ста­ра­ясь де­лать это по­реже.
- При­еха­ли, - глум­ли­во про­тянул сер­жант, - вы­лезай­те, су­дарь.
     Здесь уже ца­рила са­мая нас­то­ящая про­моз­глая осень, хо­тя ок­ру­жа­ющие счи­тали это ле­том. И ис­крен­не ра­дова­лись теп­лу. Теп­ла Эрик не за­мечал, хоть ум­ри. Он без­ро­пот­но по­кинул ка­рету, выб­равшись на мо­щеный ис­тершим­ся кам­нем двор. И тот час стал ми­шенью для де­сят­ка лю­бопыт­ных, ал­чных и поч­ти раз­де­ва­ющих взгля­дов: на не­го пя­лились ча­совые у во­рот и сту­пеней, слу­чив­ши­еся ми­мо сол­да­ты, да­же поз­во­лив­шие се­бе за­мед­лить ша­ги, что­бы пог­ла­зеть на не­видан­ное зре­лище - сто­лич­ную штуч­ку, не­весть ка­ким вет­ром за­несен­ную в эти не­гос­тепри­им­ные края рай­скую птич­ку, прав­да, уже нес­коль­ко пот­ре­пан­ную дол­гой до­рогой.
     Эрик ог­ля­дел­ся, ища взгля­дом гра­фа. Он же встре­тит сво­его адъ­ютан­та? Вмес­то гра­фа к не­му по­дошел нез­на­комый сер­жант.
- Сле­дуй­те за мной, су­дарь.
     Эрик кив­нул, ре­шив ни­чего по­ка не спра­шивать.