Драконы Граны

миниприключения, романтика (романс) / 16+ слеш
12 июл. 2016 г.
12 июл. 2016 г.
1
11779
1
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
Ке­ран нер­вно поп­ра­вил ру­кава и во­рот но­вень­кой, еще пах­ну­щей тра­вами со­роч­ки и в ко­торый раз по­косил­ся на сво­их со­седей: груп­па юно­шей от сем­надца­ти до двад­ца­ти лет соб­ра­лась здесь, в вы­соком за­ле двор­ца, не прос­то так. Все нер­вни­чали, это бы­ло за­мет­но по то­му, как пе­реми­нались они и так­же одер­ги­вали и поп­равля­ли одеж­ду. В за­ле бы­ло хо­лод­но - стрель­ча­тые, уз­кие ок­на бы­ли рас­пахну­ты, в них бил веч­ный ле­дяной ве­тер с вер­шин Дро­хема. Вла­дыка не лю­бил теп­ло и ду­хоту, прид­ворным при­ходи­лось ли­бо мер­знуть, ли­бо утеп­лять­ся.

На­конец, чо­пор­ный рас­по­ряди­тель, за­мер­ший у две­рей за­ла, уда­рил о мра­мор­ный пол по­сохом и зыч­но про­воз­гла­сил:

– Вла­дыка Гра­ны, Ра­тор Пер­вый!

Ке­ран вы­тянул­ся в струн­ку, за­мирая. Уви­деть Вла­дыку бы­ло боль­шой честью, хо­тя он не гну­шал­ся лич­но и яко­бы ин­когни­то про­гулять­ся по сто­лице и вы­пить в лю­бом ка­баке, заг­ля­нуть на шах­ты, по­махать кай­лом в за­бое. Ко­неч­но, не в том, где ра­бота­ли бес­прав­ные, но это уже ме­лочи.

Гро­мых­ну­ли под­ко­ван­ные са­поги, в зал стре­митель­ным ша­гом вор­вался вы­сочен­ный муж­чи­на, об­вел их го­рящи­ми тем­ны­ми гла­зами. Ке­рану по­чуди­лось, что Вла­дыка этим взо­ром вы­вер­нул на­из­нанку всю его ду­шу.

– А, ви­жу, все соб­ра­лись? – го­лос был неп­ри­ят­ный, слов­но скре­жет го­товой рух­нуть по­роды, но мощ­ный. Ке­ран мыс­ленно сог­ла­сил­ся: имя Вла­дыки со­от­ветс­тво­вало его ду­ху, как нель­зя боль­ше — «ка­мень».

Рань­ше, до при­ез­да в но­вую сто­лицу из ро­дово­го уза­та, Ке­ран не ве­рил, что Вла­дыка при­казал воль­ным сбрить бо­роды и пер­вым сде­лал это сам. Сей­час же, по про­шес­твии трех лет, го­лый, выс­коблен­ный до си­невы под­бо­родок Вла­дыки не ка­зал­ся ему чем-то от­талки­ва­ющим. Да и сам Ке­ран, с то­го вре­мени, как у не­го на­чала рас­ти пер­вая юно­шес­кая бо­род­ка, ре­гуляр­но брил­ся. Хоть это и бы­ло му­тор­но, но по­чему-то нра­вилось. Отец вот ру­гал­ся и го­ворил, что его бо­рода – это его ста­тус. Ке­ран воз­ра­жал ему сло­вами Вла­дыки: «Ста­тус – это де­яния, а не мет­ла на под­бо­род­ке!»

Ра­тора Пер­во­го Ке­ран ви­дел впер­вые так близ­ко и не мель­ком. И сей­час очень вни­матель­но рас­смат­ри­вал, слу­шая его речь.

– Ди­коземье! Так нас на­зыва­ют сре­дин­ни­ки. Зем­ли Гра­ны в пять раз об­ширнее Сре­дин­ных, но эти рав­нинные чер­ви пра­вы – мои зем­ли еще ди­кие. Сколь­ко лю­дей жи­вет в каж­дом уза­те на гра­нице с мо­рем? Де­сять? Двад­цать? И толь­ко здесь да в ста­рой Сайе ны­не не про­дох­нуть от на­рода. А по­чему?

Ке­ран мыс­ленно ус­мехнул­ся: по­тому что Сайя, как-ни­как, еще де­сять лет на­зад бы­ла сто­лицей, а вот Ра­тойя... О, это ру­кот­ворное чу­до, пос­тро­ен­ное на кос­тях де­сят­ков ты­сяч бес­прав­ных!

– Но все из­ме­нит­ся. И не в пос­леднюю оче­редь бла­года­ря вам. То, что воз­ло­жено на ва­ши пле­чи... – Вла­дыка сде­лал па­узу, да­вая вре­мя осоз­нать его сло­ва.

Юно­ши вни­мали, ос­мысли­вая. Ке­ран ус­мехнул­ся про се­бя: Вла­дыка от­прав­ля­ет с ни­ми не од­но­го уза­тара, из но­вых, тех, что как и он сам, про­ник­лись жаж­дой ука­зать сре­дин­ни­кам, что за гор­ным по­ясом Ди­ких зе­мель не од­ни толь­ко бар­сы бро­дят, и что на­род Гра­ны – это не толь­ко ди­кая си­ла, но и ра­зум, спо­соб­ный вос­при­нять но­вые зна­ния и мно­гого до­бить­ся. Че­го сто­ил тот же Пор­тал, ук­ра­ша­ющий Ра­тойю на­рав­не с двор­ца­ми, кры­тыми га­лере­ями и мос­та­ми. Ог­ромная ко­лон­на­да Пор­та­ла бы­ла под стать той же Ар­ке По­беды в сре­дин­но­зем­ном Ту­ле, или Баш­не Све­та в пус­тынном Са­ран­ге­те.

– Сре­дин­ни­ки сог­ла­сились по­казать нам сво­их дра­конов и рас­ска­зать, как имен­но они при­руча­ют их. Они ду­ма­ют, что мы нас­толь­ко ди­ки и не­оте­сан­ны, что ни­чего не су­ме­ем по­нять! По­кажи­те же им, что это не так.

Мо­лодые уза­тарии гря­нули строй­ное тро­ек­ратное «Хойя!». Вла­дыка ос­ка­лил­ся в хищ­ной ус­мешке, чем-то род­нившей его с те­ми же дра­кона­ми. Над ни­ми все­ми он воз­вы­шал­ся, как утес над рав­ни­ной, и от­ли­чал­ся от них так же, как ка­мень от гли­ны. Он и был кам­нем, вы­сека­ющим ис­кры, из ко­торых воз­го­рит­ся пла­мя, что­бы об­жечь их, мо­лодых, сде­лать не по­кор­ной гли­ной, а креп­ки­ми кир­пи­чами. А уж из них Вла­дыка пос­тро­ит но­вую Гра­ну.

– Сту­пай­те, юная на­деж­да на­ших зе­мель. Сту­пай­те и до­кажи­те сре­дин­ни­кам, что дра­коны мо­гут быть по­кор­ны и вам.

Ке­ран вы­шел вмес­те со все­ми, пог­ру­зив­шись в раз­думья. Он знал, что всад­ни­ки Сре­дин­но­земья не прос­то при­руча­ют дра­конов, они ло­ма­ют их во­лю, де­лая из ра­зум­ных и опас­ных тва­рей бес­сло­вес­ную ско­тину. Но нас­тавни­ки в Ра­той­ском Уни­вер­су­ме, от­би­рав­шие их из мно­гих уза­тари­ев, го­вори­ли, что Вла­дыка жаж­дет по­лучить не толь­ко мо­гучий тран­спорт, но и со­юз­ни­ков, ко­торым мож­но бы­ло бы до­верить ох­ра­ну воз­душных ру­бежей Гра­ны. А зна­чит, все, че­му они бу­дут обу­чать­ся у сре­дин­но­зем­ных Дра­конь­их Ша­манов, сле­ду­ет не без­думно ис­поль­зо­вать, а по­нять и пос­тро­ить свою, от­личную от их, сис­те­му. В Ди­ких зем­лях мно­го гор, где во­дят­ся дра­коны. И ес­ли толь­ко по­лучит­ся уга­дать сек­рет их при­руче­ния, по­нять, как имен­но нуж­но под­хо­дить к этим су­щес­твам – Вла­дыка щед­ро наг­ра­дит, но луч­ше все­го бу­дет осоз­на­ние то­го, что это ты су­мел по­корить мо­гучее древ­нее су­щес­тво.

Соб­рать­ся в путь им да­ли все­го толь­ко ос­та­ток дня и ночь. Ке­ран пот­ра­тил на сбо­ры от си­лы час, и то лишь по­тому, что не мог отыс­кать уне­сен­ный прач­ка­ми в стир­ку плащ. А пос­ле от­пра­вил­ся бро­дить по мос­там Ра­тойи, за­поми­ная ее кра­соты. Ко­неч­но, те, кто бы­вал в Сре­дин­ных зем­лях, да и куп­цы от­ту­да го­вори­ли, что Ра­тойю мож­но наз­вать Се­вер­ной Да­ланой, так прек­расна она и так схо­жа в ар­хи­тек­ту­ре с этим го­родом. Ке­ран знал, что имен­но в Да­лану ле­жит их путь. Что там, в юж­ных го­рах Да­лари­та и рас­по­лага­ют­ся дра­коньи цир­ку­сы. Что же там бу­дет? Бы­ло нем­но­го бо­яз­но, но очень вол­ну­юще.

Ночь мель­кну­ла, как ле­тящий свет­ляк, вро­де бы толь­ко-толь­ко смер­ка­лось, а уже алый рас­свет кра­сит не­бо, и юно­шей сзы­ва­ют в путь. Ке­ран оки­нул взгля­дом гор­дую ко­рону снеж­ных пи­ков Дро­хема, сей­час слов­но ис­ку­пан­ную в кро­ви, вздох­нул, буд­то пы­тал­ся на­дышать­ся чис­тым воз­ду­хом род­ной зем­ли, и спус­тился в об­щий зал.

– В доб­рый путь, – на­путс­твие им бы­ло ко­рот­ким.

У Пор­та­ла уже жда­ли но­силь­щи­ки с ве­щами и по­гон­щи­ки Чер­вей - при­выч­но­го для сре­дин­ни­ков тран­спор­та. Жи­тели Гра­ны пред­по­чита­ли ис­поль­зо­вать рэ­гов, гро­мад­ных ро­гачей, спо­соб­ных прой­ти по уз­ким гор­ным тро­пам, а чер­вя­ми през­ри­тель­но име­нова­ли при­выч­ных к рав­ни­нам сре­дин­ни­ков. До­рога дол­жна бы­ла за­нять па­ру дней с од­ной но­чев­кой. Чер­ви пе­ред­ви­гались не очень быс­тро. Ке­ран га­дал, от­че­го для них не прис­ла­ли ез­до­вых дра­конов? Сре­дин­ни­ки не пре­мину­ли бы пох­ва­лить­ся кры­латы­ми тва­рями. На­вер­ное, по­бо­ялись на­пугать сра­зу же ди­ких гос­тей.

По прав­де ска­зать, Ке­ран и в са­мом де­ле опа­сал­ся дра­конов, тех, что бы­ли у сре­дин­ни­ков - да­же сло­ман­ные, ли­шен­ные во­ли, тва­ри выг­ля­дели опас­ны­ми. Он уже знал, что на­ез­дни­ки Да­ланы, кро­ме про­чих из­де­ватель­ств, на­дева­ют сво­им тва­рям ошей­ни­ки, про­питан­ные ма­ги­ей под­чи­нения, а еще без жа­лос­ти – и без осо­бой на­доб­ности – поль­зу­ют­ся ма­гичес­ки­ми сти­мула­ми, от уда­ров ко­торых дра­кона не спа­са­ет и его бро­ня. Ди­кость и вар­варс­тво — вот вам и прос­ве­щен­ные Сре­дин­ные зем­ли. Ин­те­рес­но, как же по­лучит­ся при­ручить та­кое, не ло­мая? А воз­можно ли это во­об­ще?

Про­хода че­рез Пор­тал он, за­нятый сво­ими мыс­ля­ми, прак­ти­чес­ки не за­метил, оч­нулся лишь, ког­да мно­гого­лосый вы­дох слил­ся в еди­ное «Ах». Ну, и че­му тут удив­лять­ся? Рав­ни­на, плос­кая, как стол, и та­кая ши­рокая, что го­ры на се­вере, их род­ные го­ры, ка­жут­ся не­ров­ной ту­ман­но-си­ней кай­мой. А впе­реди го­род, об­не­сен­ный вы­соки­ми сте­нами. Ке­ран па­ру ми­нут со­об­ра­жал, за­чем жи­телям ог­ра­ничи­вать се­бя, на­вер­ня­ка же до­ма там тес­нятся, как го­роши­ны в струч­ке, по­ка не по­нял: все­му ви­ной тру­сость сре­дин­ни­ков и их под­лость. Зах­ва­тить об­не­сен­ный сте­нами го­род труд­нее, чем от­кры­тый.

– Не тер­пится уже уви­деть дра­конов, – про­из­нес Вир. – Как ду­ма­ешь, они и вправ­ду та­кие впе­чат­ля­ющие, как о них рас­ска­зыва­ют?

– Я ви­дел дра­конь­их всад­ни­ков, – Ке­ран по­мол­чал и про­дол­жил: – Это бы­ло ве­личес­твен­ное и од­новре­мен­но жал­кое зре­лище. Все рав­но, что гор­ный орел с под­ре­зан­ны­ми крыль­ями и за­мотан­ным клю­вом.

– Как ду­ма­ешь, мы на­учим­ся?

– Дол­жны. Вла­дыка на­де­ет­ся на нас.

Это был ве­сомый до­вод. Все пе­рег­ля­нулись и кив­ну­ли друг дру­гу. Сре­ди них всех Ке­ран был са­мым стар­шим, ему этой вес­ной ис­полни­лось ров­но двад­цать зим. И он поль­зо­вал­ся ед­ва ли не ува­жени­ем стар­ших уза­таров за свой спо­кой­ный нрав и жад­ность до зна­ний, а еще за то, что, в от­ли­чие от млад­ших уза­тари­ев, не стре­мил­ся не­мед­ленно всту­пить в по­еди­нок, да­же ес­ли проз­ву­чало неч­то ос­корби­тель­ное. Хо­лод­ные, слиш­ком свет­лые для гор­ца, го­лубые гла­за сна­чала изу­чали про­тив­ни­ка нес­коль­ко ми­нут, да­вая вре­мя оду­мать­ся и при­нес­ти из­ви­нения. Как-то так вы­ходи­ло, что по боль­шей час­ти он их все же по­лучал без то­го, чтоб об­на­жить клин­ки. Но и в дра­ке Ке­ран не па­совал. За те во­семь зим, что он вла­дел ору­жи­ем, юно­ша про­иг­рал лишь од­нажды, но тот про­иг­рыш не стал его по­зором – про­тив­ник был нам­но­го стар­ше и опыт­нее. Са­мому Ке­рану на тот мо­мент ед­ва ми­нуло че­тыр­надцать. И млад­шие впол­не за­коно­мер­но на­мере­вались все вре­мя по­ез­дки слу­шать­ся са­мого вы­дер­жанно­го из них и, по воз­можнос­ти, ко­пиро­вать его по­веде­ние. Ке­ран пос­мотрел на уза­тара Ра­мия, тот кив­нул. Этот се­дов­ла­сый муж­чи­на был наз­на­чен кем-то вро­де нас­тавни­ка над ни­ми, но вме­шивать­ся в де­ла юных на­мере­вал­ся лишь в край­нем слу­чае.

– Впе­ред, – ско­ман­до­вал Ке­ран, пер­вым нап­ра­вив сво­его Чер­вя по вы­мощен­но­му ка­мен­ны­ми пли­тами же­лобу до­роги.

Как и пред­по­лага­лось, до­рога за­няла сут­ки. К ве­черу сле­ду­юще­го дня они уже уви­дели пер­вых дра­конь­их всад­ни­ков. Кры­латая тень про­нес­лась над ни­ми, зас­та­вив всех вздрог­нуть. Ке­ран прис­та­вил ла­донь ко лбу и дол­го всмат­ри­вал­ся в си­лу­эт тва­ри, на ос­но­вании мощ­ной шеи ко­торой ед­ва раз­ли­чалась фи­гур­ка всад­ни­ка. Вол­не­ние, воп­ре­ки его во­ле, все же всплес­ну­лось в кро­ви, об­дав жа­ром из­нутри. Как же хо­телось так же па­рить над ми­ром, вос­се­дая в сед­ло­вине хреб­та кры­латой бес­тии! Ке­ран по­давил эмо­ции и оса­дил раз­болтав­шихся млад­ших:

– Ти­хо! Ско­ро уви­дите дра­конов бли­же.

Юно­ши сра­зу умол­кли и вып­ря­мились. Навс­тре­чу им вы­шел сре­дин­ник, ра­зулы­бал­ся так, что чуть ли­цо не трес­ну­ло, при­нял­ся за­верять в сво­ей ра­дос­ти от встре­чи. Ра­дость бы­ла столь же фаль­ши­ва, сколь и улыб­ка. Гра­нец не по­нимал это­го стрем­ле­ния по­казать то, че­го нет. Сре­дин­ни­ки счи­тали гор­цев уг­рю­мыми лишь по­тому, что те улы­бались толь­ко тог­да, ког­да же­лали это­го. Сво­им близ­ким, де­тям, лю­бимым, друзь­ям. Чу­жак дол­жен был вна­чале до­казать, что дос­то­ин рас­по­ложе­ния.

– Вам по­кажут ва­ши ком­на­ты, – объ­яс­нил под­рос­ткам Ра­мий. – А зав­тра с ут­ра уви­дим дра­конов, а вы по­лучи­те свой пер­вый урок в об­ра­щении с ни­ми.

Ке­ран еще на въ­ез­де в Да­лан пы­тал­ся по­нять, где же в этом об­шарпан­ном, смрад­ном и душ­ном го­роде схо­жесть с ве­личес­твен­ной Ра­той­ей? С ее ши­роки­ми пе­рехо­дами, гор­до выг­ну­тыми ар­ка­ми мос­тов, мно­жес­твом га­лерей и пе­рехо­дов, с ее ог­ромны­ми двор­ца­ми, впи­сан­ны­ми в ска­лы и скло­ны, слов­но их про­дол­же­ние? Здесь до­ма и двор­цы ка­зались пок­ры­тыми на­летом гни­лыми клы­ками в че­люс­тях древ­не­го дра­кона, из­ды­ха­юще­го от жа­ры и во­ни. Ка­кие все-та­ки са­мо­уве­рен­ные уб­людки эти сре­дин­ни­ки. Да, Да­лан был древ­нее Сайи или же ее ро­вес­ни­ком. Но и Сайя, схо­жая с му­равей­ни­ком, рас­прос­терша­яся на скло­нах се­ми гор, бы­ла ку­да ве­личес­твен­нее. Мо­жет быть, все де­ло в том, что здесь, на рав­ни­нах, не­бо да­вило на лю­дей, зас­тавляя ощу­щать се­бя бу­каш­ка­ми, а там, до­ма, лю­ди чувс­тво­вали се­бя брать­ями гор­ных ор­лов и воз­люблен­ны­ми деть­ми вет­ров? Здесь да­же воз­дух был неп­ри­ятен, об­ле­кал, лип как про­питан­ная жи­ром ткань.

Ком­на­ты ока­зались уз­ки­ми и низ­ки­ми, слов­но пред­назна­чены бы­ли для мы­шей, а не для лю­дей. И окон­ца, заб­ранные свин­цо­выми пе­реп­ле­тами, ко­торые нель­зя бы­ло от­крыть, да­ли по­нять, что гор­цев здесь не боль­но-то и жа­лу­ют. Хо­тя та­кие пе­реп­ле­ты бы­ли на всех ок­нах, ка­жет­ся. Но в чем смысл? Ке­ран сел на уз­кую кро­вать и тут же вско­чил: по пок­ры­валу зап­ры­гали ка­кие-то на­секо­мые. Юно­шу пе­редер­ну­ло от омер­зе­ния. Бо­ги Гро­зы! Не­уже­ли, рав­нинные чер­ви не зна­ют эле­мен­тарных, дос­тупных да­же ре­бен­ку в Гра­не зак­ля­тий, что­бы из­гнать мер­зость из жи­лищ? Ке­ран вы­чис­тил ком­на­ту, то и де­ло вздра­гивая от осоз­на­ния то­го, сколь­ко же тут жи­ло этих мел­ких па­рази­тов. По­том нап­ра­вил­ся в ком­на­ты к млад­шим, пре­дуп­ре­дить и про­верить, сде­лали ли они то же.

Как вы­яс­ни­лось, они пер­вым же де­лом прог­на­ли на­секо­мых.

– И это мы вар­ва­ры?

– Они дру­гие, Вир. Прос­то дру­гие. Сла­бые и не­вежес­твен­ные. И не­ряш­ли­вые. Я слы­шал, что здесь не при­нято мыть­ся.

Во­ды для омо­вения им не при­нес­ли и в ку­паль­ни про­вожать яв­но не со­бира­лись. Пос­ле пыль­ной до­роги под жар­ким сол­нцем хо­телось оку­нуть­ся в чис­тый гор­ный ис­точник и отс­крес­тись аро­мат­ным тра­вяным мы­лом.

– Я уз­наю, что здесь с ку­паль­ня­ми, – Ке­ран ос­та­вил млад­ших об­суждать нра­вы сре­дин­ни­ков и нап­ра­вил­ся к ком­на­там уза­таров. Тех по­сели­ли на вто­ром эта­же, и ком­на­ты у них бы­ли ку­да боль­ше и свет­лее.

Ра­мий ус­мехнул­ся на его воп­рос:

– Здесь нет ку­пален, Ке­ран. Мо­гу лишь про­водить ту­да, где бы­вал в прош­лое свое по­соль­ство.

– Нам на­до умыть­ся всем, – кив­ком поб­ла­года­рил Ке­ран.

Сре­дин­ни­ки про­вожа­ли не­до­умен­ны­ми взгля­дами ша­га­ющих ед­ва ли не в но­гу гор­цев, встре­тили же их – с еще мок­ры­ми во­лоса­ми и за­мет­но ос­ве­жен­ных – чуть ли не от­кро­вен­но враж­дебны­ми взгля­дами и през­ри­тель­ны­ми ух­мылка­ми. Впро­чем, гра­ний­цы их иг­но­риро­вали. Скуд­ный и неп­ри­выч­ный ужин съ­ели мол­ча, соб­равшись в об­щей ком­на­те. Так же мол­ча ра­зош­лись по сво­им кель­ям, не­мед­ленно улег­шись спать. До­ведись им пре­одо­леть та­кой же путь до­ма, ус­та­лость бы не ощу­щалась вов­се, но сей­час им ка­залось, что она лег­ла на пле­чи гра­нит­ной пли­той.

А ут­ро по-да­лан­ски ока­залось весь­ма поз­дним: ра­но встав­шие юно­ши ус­пе­ли умыть­ся, раз­мять­ся, прос­лу­шать лек­цию о по­веде­нии со сре­дин­ни­ками и зас­ку­чать, ког­да за ни­ми, на­конец, приш­ли.

– Пом­ни­те, что дра­коны – под­лые и ко­вар­ные тва­ри... – на­путс­тво­вали их пе­ред вхо­дом в неч­то, на­поми­нав­шее ог­ромную ко­нюш­ню.

Во­няло там омер­зи­тель­но, у Ке­рана аж сле­зы на гла­зах выс­ту­пили. Приш­лось зак­рыть­ся ру­кавом ру­бахи. Ког­да же гла­за при­вык­ли к по­лум­ра­ку, он ед­ва сдер­жал вопль не­годо­вания: в за­гонах, от­го­рожен­ных ка­мен­ны­ми стен­ка­ми, в ка­кой-то жид­кой гря­зи и ме­сиве пре­лого се­на и на­воза жа­лоб­но по­пис­ки­вали де­тены­ши дра­конов, при­кован­ные к мощ­ным коль­цам в сте­нах так, что ед­ва мог­ли вып­ря­мить ла­пы.

– Они дол­жны с мла­дых ког­тей за­пом­нить од­но – они ра­бы, их жиз­ни в на­ших ру­ках. И они не сме­ют ос­лу­шать­ся, – на­пев­но рас­ска­зывал про­вожа­тый. – Глав­ное, ни­ког­да не да­вать им во­ли.

Ке­ран шаг­нул к за­гону, сдер­жи­вая дрожь, опус­тился на кор­точки, что­бы су­меть заг­ля­нуть в гла­за де­тены­шам. И от­шатнул­ся — ма­ло у ко­го из них во взгля­де хоть тус­кло мер­цал ого­нек ра­зума. Эти уже бы­ли ра­бами. И ни­ког­да не ста­нут нас­то­ящи­ми друзь­ями, со­рат­ни­ками.

– Здесь нам ни­чего не да­дут, да­то Ра­мий. Ни­чего из то­го, что хо­тел бы Вла­дыка, – нег­ромко и по-гра­ний­ски про­гово­рил Ке­ран.

– Я ви­жу.

Ра­мий по­гово­рил о чем-то с про­вожа­тым, тот кив­нул:

– Да, мы по­кажем, как это де­лать с сов­сем мел­ки­ми тва­рями. Идем­те.

Ке­рана за­ранее за­мути­ло: он уже при­мер­но пред­став­лял, что уви­дит. Дей­стви­тель­ность ока­залась оше­ломи­тель­ной и прев­зошла все его ожи­дания. Сов­сем ма­лень­кие пла­чущие дра­коны, не­ук­лю­же ко­выля­ющие в по­пыт­ках спас­тись. Юно­ша все же рва­нул впе­ред, ос­та­нав­ли­вая за­несен­ный над зо­лотис­тым кро­хой сти­мул, свер­ка­ющий ма­гичес­ки­ми раз­ря­дами:

– Не смей!

Всег­да та­кие спо­кой­ные, сей­час гла­за Ке­рана по­лыха­ли ед­ва обуз­данным гне­вом и поч­ти не­навистью. Про­вожа­тый что-то кар­кнул, дрес­си­ров­щик от­сту­пил, гля­дя с удив­ле­ни­ем. Дра­кон ут­кнул­ся в но­ги Ке­рену и ти­хо за­ныл, со­пя и жуя то­му шта­нину. Здесь на по­лу не бы­ло той мер­зости, что в пре­дыду­щем за­гоне, и Ке­ран опус­тился на од­но ко­лено, при­под­ни­мая ма­лыша. И за­дох­нулся, ед­ва не зас­то­нал от пе­репол­нивше­го ду­шу и смыв­ше­го гнев вос­торга: ян­тарные гла­за дра­кон­чи­ка си­яли роб­кой бла­годар­ностью. Он еще не ут­ра­тил ра­зум. А по­том по­тянул­ся и по­тыкал­ся но­сом в ще­ку Ке­рану. Нос был го­рячим, су­хим, с тре­уголь­ной ко­шачь­ей моч­кой, и это бы­ло при­ят­но. Ке­ран лас­ко­во пог­ла­дил шер­ша­вую мел­кую че­шую, по­чесал над­бровья.

– Не бой­ся, ма­лыш. Те­бя боль­ше ник­то не оби­дит.

Дра­кон смеш­но по­дер­гал но­сом и рас­крыл пасть, об­дав Ке­рана тон­кой струй­кой ды­ма.

– Да что же вы! Дай­те ус­ми­рить эту тварь, по­ка она вас не по­кале­чила.

– Толь­ко про­тяни ру­ку, чер­вяк, - Ке­ран от­пустил дра­кон­чи­ка, мед­ленно вып­ря­мил­ся, не­тороп­ли­во раз­вернул­ся к дрес­си­ров­щи­ку. Ру­ки са­ми лег­ли на ру­ко­яти клин­ков. – Трус­ли­вый вы­пол­зок, толь­ко и мо­гущий, что уни­жать и бить ре­бен­ка!

Спо­кой­ный вна­чале, го­лос юно­ши к кон­цу уже прос­то зве­нел от сдер­жи­ва­емой ярос­ти. Та­ким его ос­таль­ные ви­дели впер­вые.

– Что вы се­бе поз­во­ля­ете? – взвыл про­вожа­тый.

Ра­мий взгля­нул в гла­за Ке­рану, по­качал го­ловой:

– Ос­тынь.

Брать се­бя в ру­ки юно­ше приш­лось с зу­бов­ным скре­жетом и ед­ва ли не ви­димым уси­ли­ем во­ли.

– При­ношу с-с-свои из­ви­нения, – вы­давил он. Но отог­нать дра­кона не дал, не­замет­но от­тесняя его к сте­не, за спи­ны быс­тро со­об­ра­зив­ших, ку­да ду­ет ве­тер, млад­ших.

По­нем­но­гу про­вожа­тый пе­рес­тал ко­сить­ся на них, од­на­ко из за­гона быс­тро по­вел прочь, ре­шив не ис­ку­шать судь­бу и рас­ска­зать все сло­вами.

– Ког­да тварь под­растет, ее учат ле­тать... И нес­ти всад­ни­ка.

О том, что в за­гоне ос­та­лось на од­но­го дра­кон­чи­ка мень­ше, ка­жет­ся, ник­то из сре­дин­ни­ков не до­гадал­ся. А Ке­ран му­читель­но со­об­ра­жал, как же пря­тать ма­лыша и чем его кор­мить. По­тому что от­дать его уже не мог. Дра­кон­чик пря­тал­ся сре­ди лю­дей и быс­тро пе­реби­рал лап­ка­ми. Жить хо­телось. Что­бы би­ли — нет.

Ког­да вер­ну­лись в от­ве­ден­ный для гос­тей дом, в ком­на­ту Ке­рана сра­зу нап­ра­вились все стар­шие. Дра­кон­чик ед­ва ус­пел юр­кнуть под кро­вать и за­тих­нуть там.

– Ке­ран, что на те­бя наш­ло?

Юно­ша сто­ял пе­ред ни­ми, уп­ря­мо не опус­кая глаз.

– Мы ни­чему не на­учим­ся у этих чер­вей, да­то. Ни­чему, что по­мог­ло бы нам вы­пол­нить на­каз Вла­дыки. Я приз­наю свою ви­ну, был нес­держан и груб, но... Так нель­зя!

– И ты пред­ла­га­ешь вер­нуть­ся, так и не уз­нав, как они при­руча­ют...

– Пчих.

Уза­тары за­мол­ча­ли. Ке­ран поб­леднел и на­бычил­ся:

– Не от­дам. Яс­нир мой дра­кон!

– Пчих, – дра­кон­чик вы­пус­тил еще од­ну струй­ку ды­ма.

Ра­мий вне­зап­но рас­хо­хотал­ся, хло­пая се­бя по бед­рам:

– Как при­руча­ют, го­вори­те? А вот Ке­ран нам и по­кажет по воз­вра­щении.

Юно­ша ото­шел к кро­вати, встал на ко­лени и по­манил ма­лыша:

– Иди ко мне, не бой­ся. Ну же.

Дра­кон по­думал и вы­лез, по­тыкал­ся мор­дой в Ке­рана, ища еду.

– Он го­лоден, – ощу­щение пус­то­го же­луд­ка и же­лания пог­рызть че­го-ни­будь соч­но­го, еще ис­те­ка­юще­го кровью, бы­ло стран­но-сво­им и чу­жим од­новре­мен­но. Ке­ран смах­нул с мор­ды дра­кон­чи­ка пыль­ные те­нета.

В дверь мощ­но пос­ту­чали, Ке­ран ед­ва не пос­ту­пил так, как в соп­ли­вом детс­тве, го­да в три, ког­да при­волок до­мой ра­нено­го вол­чонка и спря­тал его в сун­ду­ке. Отец тог­да всы­пал ему го­рячих так, что он не­делю спал на жи­воте и ел стоя. Ра­мий со­об­ра­зил быс­тро, су­нул дра­кона... в сун­дук, ос­та­вил крыш­ку при­от­кры­той и встал око­ло не­го. У Ке­рана от­легло от сер­дца, он от­пер дверь. На по­роге сто­ял сре­дин­ник, ра­за в два круп­нее тех, что по­пада­лись до это­го. Про­тянул Ке­рану за уши двух зай­цев, не про­ронив ни сло­ва. Юно­ша при­нял под­но­шение, пос­мотрел в ли­цо это­му че­лове­ку, хо­тя и приш­лось зад­рать го­лову. Хо­телось бы знать, по­чему? Чем он от­ли­ча­ет­ся от ос­таль­ных рав­нинных чер­вей, кро­ме рос­та и кре­пос­ти те­ла? И то­го, что от не­го не нес­ло за де­сяток лок­тей вонью не­мыто­го это­го са­мого те­ла.

– Ы­ыы, – по­яс­нил сре­дин­ник и ткнул в сто­рону ды­мяще­гося сун­ду­ка.

Ке­ран ах­нул и ки­нул­ся вы­тас­ки­вать Яс­ни­ра из не­надеж­но­го и ог­не­опас­но­го узи­лища. Дра­кон уви­дел зай­цев и выс­ко­чил сам, тут же жад­но вце­пив­шись од­но­му из них в шею.

– Ы­ыы, – за­явил сре­дин­ник, по­думал и до­бавил. – Ммм?

– Мой. Не от­дам, – Ке­ран неп­ло­хо знал язык Да­лари­ты, но не знал, дос­та­точ­но ли у это­го вер­зи­лы ра­зума. – Он мой. Я по­чувс­тво­вал его.

Сре­дин­ник за­кивал, яв­но по­няв, сно­ва вы­дал свое «ы­ыы».

– Ду­рак, ты где? – за­ора­ли со дво­ра. – А ну марш ра­ботать!

– Ы­ыы, – огор­чился гость, по­том пос­мотрел на Ке­рана и при­ложил па­лец к гу­бам. – Ы?

Юно­ша с яв­ным об­легче­ни­ем кив­нул:

– Ы. То есть, ник­то не дол­жен знать.

Бла­жен­ный по­думал, по­манил его за со­бой. Всех ос­таль­ных он по­чему-то иг­но­риро­вал. Ке­ран на­шел взгля­дом Ра­мия, по­лучил от не­го ус­по­ка­ива­ющий ки­вок и пос­ле­довал за сре­дин­ни­ком. Тот при­вел его ку­да-то в под­вал.

– Ы?

Проз­ву­чало это с гор­достью. В гнез­де из тря­пок ле­жало чер­ное гро­мад­ное яй­цо.

– А оно не за­мер­знет? – Ке­ран ос­то­рож­но пот­ро­гал скор­лу­пу.

Бла­жен­ный по­мотал го­ловой, взял яй­цо на ру­ки, при­нял­ся ба­юкать.

– Те­бе не поз­во­лят его ос­та­вить, – вне­зап­но дош­ло до гор­ца. – От­бе­рут и ис­ка­лечат, как ос­таль­ных.

Сре­дин­ник тос­кли­во зас­ку­лил, при­нял­ся ба­юкать яй­цо еще неж­нее.

– За­бирай его и у­ез­жай. Прос­то у­ез­жай от­сю­да. По­даль­ше. К нам.

Бла­жен­ный по­ложил яй­цо в сун­дук, уку­тал тряп­ка­ми, как мла­ден­ца и по­шел к сте­не, на­лег пле­чом на шкаф, отод­ви­гая тот в сто­рону. В вы­колу­пан­ной в сте­не ни­ше ле­жали еще три яй­ца, сап­фи­ровое, изум­рудное и ру­бино­вое.

– Ы­ыы...

– Тем бо­лее. Ты уме­ешь об­ра­щать­ся с вы­луп­ка­ми? На­учишь? – Ке­ран ед­ва не при­нял­ся тор­мо­шить бла­жен­но­го.

Тот ут­верди­тель­но за­мычал.

– Ду­рак! – сно­ва за­ора­ли во дво­ре. – Опять при­дур­ко­ватый за яй­ца­ми ушел.

– Да пус­кай его, сно­ва от­бе­рем, но­вые дра­коны бу­дут.

– Прячь в сун­дук. Сун­дук от­не­си к на­шим уза­тарам... ну, стар­шим. Со­бери ве­щи, толь­ко не­замет­но. Ког­да мы по­едем на­зад, я пре­дуп­ре­жу те­бя, где-ни­будь на вы­ез­де из Да­лана жди, по­нял?

– Ы! – под­твер­дил бла­жен­ный, бе­реж­но пе­ренес яй­ца в сун­дук, пе­рело­жил их тряп­ка­ми.

– Еще де­сять дос­тать смо­жешь? Нет, один­надцать?

Бла­жен­ный нах­му­рил­ся, стал счи­тать паль­цы. Ке­ран по­казал – де­сять и еще один. Ду­рачок за­кивал, мол, смо­гу, че­го ж не смочь-то? Юно­ша скло­нил пе­ред ним го­лову в бла­годар­ном пок­ло­не и быс­тро мет­нулся на­зад, к стар­шим, док­ла­дывать.

– Зна­чит, го­воришь, он мо­жет до­быть для нас яй­ца дра­конов? – Ра­мий нем­но­го по­думал. – Что ж, это ме­ня­ет де­ло, ес­ли он от­пра­вит­ся с на­ми и на­учит нас...

– Я так по­нял, что он нем, ну, и бла­жен­ный точ­но. Но яй­ца для здеш­них чер­вей до­быва­ет имен­но он.

– Ну что ж, что бла­жен­ный, так это бла­гос­ло­вение бо­гов. А что не­мой, то­же не бе­да, на­учит­ся зна­ками изъ­яс­нять­ся.

– Зна­чит... Яс­нир! Нель­зя есть мой са­пог!

Дра­кон пуг­ли­во сжал­ся, мет­нулся под кро­вать. До­бывать его от­ту­да приш­лось Ке­рану са­мому, и дол­го до­казы­вать, что он не со­бирал­ся бить ма­лыша за по­жеван­ное го­лени­ще, гла­дя и по­чесы­вая его по шее и меж­ду крыль­ями.

– Яс­нир, ес­ли ты хо­чешь есть, прос­то по­дой­ди ко мне и ска­жи... То есть, ну, по­думай?

Дра­кон яв­но не ве­рил, что бить не бу­дут, на каж­дый звук дер­гался и по­рывал­ся свер­нуть­ся в клу­бок. На­конец, нер­вно из­зе­вал­ся и ус­нул.



По­соль­ство свер­ну­ли че­рез три дня, ког­да бла­жен­ный при­волок Ке­рана в свой под­вал и по­казал сун­дук с один­надцатью яй­ца­ми. Горд со­бой он был не­имо­вер­но. Яй­ца ос­то­рож­но спря­тали в сун­ду­ках, уза­тары на­ложи­ли на них осо­бые ча­ры, что­бы по до­роге не встрях­нуть дра­гоцен­ную до­бычу. Сре­дин­ни­ки не­до­уме­вали, от­че­го гор­ские ди­кари так пос­пешно соб­ра­лись прочь.

– Ди­кари же... тва­рей, на­вер­ное, жал­ко. У них же все — сво­бода, сво­бода.

На вы­ез­де, за во­рота­ми Да­лана, на Чер­вя взгро­моз­дился и бла­жен­ный. С ба­улом. В оном яв­но ле­жало что-то еще ок­руглое. Ке­ран схва­тил­ся за го­лову, и еще три яй­ца – зо­лотис­то-зе­леных – ос­то­рож­но пе­реп­ря­тали в сун­ду­ки с ча­рами. Чер­вей гна­ли без ос­та­новок. Млад­шие ед­ва не ло­пались от рас­пи­ра­юще­го их вос­торга и ощу­щения об­щей тай­ны. Яс­нир здо­ровя­ка яв­но не бо­ял­ся, си­дел с ним, что-то ур­чал на сво­ем дра­конь­ем, бла­жен­ный от­ве­чал сво­им ыка­ни­ем. И оба бы­ли до­воль­ны. Ке­рану же до­верие дра­кон­чи­ка приш­лось за­во­евы­вать дол­го и упор­но. Ку­соч­ка­ми соч­но­го мя­са, по­чесуш­ка­ми. Яс­нир яв­но оби­дел­ся на гром­кий ок­рик.

– Ы­ыы, – объ­яс­нил бла­жен­ный. Зва­ли его Рас, во вся­ком слу­чае, имен­но это он су­мел на­писать на зем­ле вет­кой и по­тыкал в се­бя.

– Не по­нимаю. Я же не бил его, толь­ко ок­рикнул. Ну, что мне те­перь де­лать?

Яс­нир си­дел, на­хох­лившись, на го­лове Чер­вя и пос­матри­вал на обо­их ян­тарным гла­зом, изоб­ра­жая смер­тель­но оби­жен­ное ди­тя, нес­пра­вед­ли­во сос­ланное в угол.

- Ы­ыы! - стро­го за­явил дра­кону Рас. – Ы! Ммм? Ы­ыы!

Дра­кон чих­нул и по­лез лас­тить­ся к Ке­рану и тре­бовать по­чесы­вания. Свое он по­лучил тут же, заг­ла­жен­ный и за­лас­канный до бла­жен­но­го сос­то­яния. Но на сей раз Рас одер­нул Ке­рана, при­нял­ся что-то объ­яс­нять мы­чани­ем.

– Не ба­ловать? – ка­ким-то чу­дом дош­ло до юно­ши.

Бла­жен­ный за­кивал. По­том нах­му­рил­ся, ты­ча паль­цем в не­бо. Там па­рила кры­латая тень, ус­трем­ля­ясь пря­мо на них с пре­дуп­режда­ющим ры­чани­ем. Тем­но-зе­леный дра­кон с уз­кой хищ­ной мор­дой смот­рел очень не­доб­ро, при­чем на Ра­са. При­мер­но так­же взи­рала на не­го и дра­конья всад­ни­ца, по­иг­ры­ва­ющая плетью.

– Ты у нее яй­ца спер, что ли? – вздох­нул Ке­ран.

Всад­ни­ца спрыг­ну­ла с дра­кона и дви­нулась пря­мо на Ра­са:

– Так-так, и ку­да это соб­рался мой блуд­ный бра­тец?

Де­вуш­ка бы­ла кра­сивая, нес­ла се­бя гор­до, гиб­кая, изящ­ная: соб­ранные на ма­куш­ке в хвост вы­горев­шие свет­лые во­лосы, чу­точ­ку рас­ко­сые гла­за, вздер­ну­тый но­сик. Ке­ран тос­кли­во гля­нул в сто­рону Пор­та­ла, уже мер­ца­юще­го впе­реди.

– Доб­ро­го ве­чера бла­город­ной да­то.

На не­го гля­нули, как на пыль под но­гами:

– И те­бе, чу­жес­тра­нец.

Рас что-то за­мычал, всад­ни­ца нас­мешли­во взгля­нула на не­го:

– Прав­да? В гос­ти приг­ла­сили?

– В гос­ти, – под­твер­дил вмес­те с за­кивав­шим Ра­сом Ке­ран.

– А то, мо­жет, еще и нас с Да­мирой приг­ла­сите? – со­щури­лась всад­ни­ца.

Ке­ран обог­нул ее и бесс­траш­но нап­ра­вил­ся к дра­кони­це. Ну, не сов­сем бесс­траш­но – страш­но ему бы­ло весь­ма, но пе­ред гро­мад­ной кры­латой бес­ти­ей он ос­та­новил­ся, не дро­жа. Мед­ленно скло­нил го­лову. Дра­кони­ца вни­матель­но ос­мотре­ла его, об­ню­хала, по­том пос­мотре­ла на всад­ни­цу.

– Ну, ес­ли ты уве­рена, – хмык­ну­ла та. – Зо­лотой?

Яс­нир ки­нул­ся за­щищать Ке­рана, бесс­траш­но уку­сил са­пог де­вуш­ки, при­нял­ся злоб­но ды­шать ды­мом.

– Ти­хо-ти­хо, ма­лыш, – юно­ша схва­тил его в охап­ку, при­нима­ясь че­сать над­бровья.

Дра­кони­ца вы­суну­ла язык, об­ли­зала мел­ко­го пря­мо на ру­ках у Ке­рана. Он за­мер, не зная, что те­перь де­лать.

– Я его не от­дам. Яс­нир мой!

– Да ник­то и не за­бира­ет, – хмык­ну­ла всад­ни­ца.

По­дошел Ра­мий, ос­мотрел обо­их и при­нял единс­твен­ное вер­ное ре­шение:

– Поч­тит ли бла­город­ная да­то сво­им при­сутс­тви­ем на­ши зем­ли?

Рас за­си­ял, за­мычал что-то. «Бла­город­ная да­то» пе­рег­ля­нулась с дра­кони­цей, гор­до кив­ну­ла:

– Поч­тит. Тем бо­лее, вам все рав­но по­надо­бит­ся кто-то, кто смо­жет внят­но объ­яс­нить, как уха­живать за мел­ки­ми, чем кор­мить, ле­чить и про­чее.

– Ы­ыы?

– А ты во­об­ще по­мал­ки­вай, мел­кий наг­лый во­риш­ка.

– Ес­ли все ре­шено, впе­ред, – ско­ман­до­вал Ра­мий. - Вре­мя не ждет.

Всад­ни­ца взоб­ра­лась на дра­кона, Чер­ви сно­ва дви­нулись впе­ред, к пор­та­лу.



Ес­ли Вла­дыка и гне­вал­ся на то, что ре­зуль­та­том по­соль­ства ста­ли пол­то­ра де­сят­ка я­иц и всад­ни­ца с дра­коном, то гнев его весь из­лился на стар­ших уза­таров. К млад­шим же, по­лучив­шим в свое рас­по­ряже­ние яй­ца, Ра­тор при­шел уже в доб­ром рас­по­ложе­нии ду­ха.

– Ну что ж, как те­перь это все вы­сижи­вать, что­бы у нас бы­ли свои дра­коны?

– Ка­ата ска­зала, что они вы­лупят­ся че­рез две не­дели, Вла­дыка, – скло­нил­ся Ке­ран. – А ког­да это слу­чит­ся, мы бу­дем их учить, но не так, как учат сре­дин­ни­ки. Они тво­рят из дра­конов бес­сло­вес­ных ра­бов, под­чи­ня­ющих­ся толь­ко си­ле. На­ши же – ста­нут нам друзь­ями и вер­ны­ми по­мощ­ни­ками.

– А как рас­тет тот дра­кон, ко­торо­го при­вел ты?

Юно­ша рас­плыл­ся в счас­тли­вой ус­мешке:

– Я по­кажу, Вла­дыка. Яс­нир, иди сю­да!

Зо­лотой ма­лыш при­топал на зов, лю­бопыт­но пос­мотрел на всех. Ке­ран при­пал на ко­лено, вы­тянул ру­ку, без­мол­вно про­ся его рас­крыть крылья. Яс­нир рас­пахнул зо­лотые по­лот­ни­ща.

«А те­перь под­ни­мись на зад­ние ла­пы, обоп­рись на мою ру­ку».

Дра­кон вы­пол­нил и это. Вла­дыка гул­ко рас­хо­хотал­ся:

– Хо­рош, чу­до как хо­рош.

– Они ра­зум­ны и все по­нима­ют, Яс­нир сей­час при­мер­но так же раз­вит, как пя­тилет­ний ре­бенок. Но ему все­го че­тыре лу­ны.

– Бе­реги чу­до. А как ос­таль­ные вы­лупят­ся, по­зови­те взгля­нуть.

За ок­ном прош­ла кры­латая тень, Ка­ата с Да­мирой ле­тали, изум­ляя всех, кто еще не при­вык к та­кому зре­лищу.

– Да, Вла­дыка, неп­ре­мен­но по­зовем, – Ке­ран сно­ва скло­нил­ся, Яс­нир ко­мич­но пов­то­рил за ним, ткнув­шись но­сом в ка­мен­ный пол.



Из ком­нат бу­дуще­го дра­конь­его всад­ни­ка приш­лось уб­рать все, что мо­жет го­реть – ков­ры, лиш­нюю ме­бель, за­наве­си. Кро­вать те­перь бы­ла ок­ру­жена ко­ваной ре­шеточ­кой, пос­та­вец и под­став­ка для книг - то­же ко­ваные, а кор­зи­ну с ме­ховой под­стил­кой, в ко­торой Яс­нир спит ночью, днем юно­ша уби­рал к сво­ей пос­те­ли. А все по­тому, что зо­лотой ма­лыш учил­ся вы­дыхать не толь­ко дым, но и ис­кры. Од­но­го вспых­нувше­го пок­ры­вала хва­тило, что­бы Ке­ран у­яс­нил но­вые пра­вила. Прав­да, Ка­ата, сме­ясь, ска­зала, что че­рез па­ру лун мож­но бу­дет вер­нуть все на­зад, ког­да Яс­нир на­учит­ся кон­тро­лиро­вать свой внут­ренний жар. Да­мира не вы­дыха­ла огонь, а вып­ле­выва­ла пла­вящую все вок­руг слю­ну, так что у Ка­аты проб­лем с ис­кра­ми не воз­ни­кало.

– Ни­чего, то ли еще бу­дет, ког­да он на­учит­ся в цель пле­вать.

Ка­ата же объ­яс­ни­ла, что дра­коны на са­мом де­ле бы­ва­ют раз­ные, и тот, кто вы­лупит­ся из сап­фи­рово­го яй­ца, ско­рее все­го, бу­дет не ог­нем ды­шать, а ль­дом. А ру­бино­вые – ог­нем, но не та­ким, как у Яс­ни­ра. Раз­ни­цу по­яс­нить она не смог­ла.

– Ты сам все уви­дишь, – за­гадоч­но за­яви­ла она и от­пра­вилась даль­ше на об­лет гор.

Ка­ата ис­ка­ла мес­тных дра­конов, хо­тела уз­нать, ра­зум­ны ли они. Ке­ран был уве­рен, что ра­зум­ны все дра­коны, ина­че как объ­яс­нить, что у них до сих пор не слу­чалось ни­какой враж­ды с эти­ми прек­расны­ми и мо­гучи­ми соз­да­ни­ями? Их ма­ло, но охот­ничьи тер­ри­тории дра­конов об­ширны. А вот на люд­ские ста­да они не на­пада­ют ни­ког­да, хо­тя что мо­жет быть про­ще для дра­кона, чем упасть с не­ба и убить сра­зу де­сяток овец или коз? Но они охо­тят­ся на иную до­бычу.



Од­нажды днем Яс­нир вне­зап­но за­вол­но­вал­ся, за­топал ла­пами. Раз­да­лись кри­ки вос­торга, мо­гучий рев – Да­мира ни­ког­да так не кри­чала. Ке­ран выс­ко­чил за дверь, сле­тел вниз по сту­пеням во двор. И ос­та­новил­ся, зад­рав го­лову, слов­но за­чаро­ван­ный. Ка­ата сто­яла на спи­не гро­мад­но­го ан­тра­цито­вого-чер­но­го дра­кона, об­ни­мая один из ши­пов хреб­та. Да­мира ле­тела ря­дом, изящ­ная и ма­лень­кая, вре­мя от вре­мени иг­ри­во вы­дыхая на чер­но­го об­ла­ко сво­ей разъ­еда­ющей кис­ло­ты, чер­ный не ме­нее лас­ко­во ды­шал на зе­леную пла­менем.

По­зади, в под­ко­лен­ки Ке­рану ткну­лась ма­лень­кая зо­лотая ко­мета – Яс­нир, ко­неч­но же, не уси­дел на мес­те. Чер­ный дра­кон при­зем­лился, Ка­ата спрыг­ну­ла на­земь. И два дра­кона под­ня­лись в не­бо.

– Кто он? Ка­ата, это... Яс­нир го­ворит, это Ста­рей­ший? Ты наш­ла дра­конов Ди­коземья? – Ке­ран, под­хва­тив из­рядно по­тяже­лев­ше­го за про­шед­шую лу­ну зо­лото­го, на­вора­чивал кру­ги вок­руг всад­ни­цы. Ту из­рядно ве­сели­ло вни­мание бу­дуще­го всад­ни­ка.

– Да. Они сог­ласны дать нес­коль­ко я­иц, ес­ли убе­дят­ся, что вы ста­нете им хо­роши­ми друзь­ями. А еще он сма­нил Да­миру.

– Она те­перь бу­дет с ним... э­ээ... – юно­ша пок­раснел, не зная, как наз­вать то, что бу­дут де­лать дра­коны на­еди­не.

– Ага, – Ка­ата ве­село гля­нула на не­го. – Имен­но э­ээ. А по­том от­ло­жит яй­ца.

– Сме­ешь­ся на­до мной, – Ке­ран под­нял го­лову, встре­ча­ясь взгля­дом с де­вуш­кой, с изум­ле­ни­ем об­на­ружив, что он нес­коль­ко вы­ше нее. До сих пор это как-то про­ходи­ло ми­мо соз­на­ния.

– Нет, я серь­ез­на. У них бу­дет семья, с деть­ми. Жаль, ко­неч­но, что Да­мира ме­ня по­кину­ла, я ра­зучи­лась хо­дить сво­ими но­гами. Но она обе­щала мне пер­венца, – Ка­ата поп­ра­вила плеть на по­ясе.

– Зна­чит, и Яс­нир ме­ня ког­да-ни­будь по­кинет? – юно­ша не­осоз­нанно креп­че при­жал бла­жен­но ви­сяще­го у не­го на ру­ках дра­кон­чи­ка. Зо­лотой не­доволь­но пис­кнул.

– Ко­неч­но, все дра­коны уле­та­ют, ког­да на­ходят се­бе па­ру. Но это мо­жет слу­чить­ся че­рез мно­го лет пос­ле тво­ей смер­ти.

Ке­ран по­думал, скри­вил­ся в гри­масе за­дав­ленной не­навис­ти:

– Да­лан­ские жи­воде­ры го­вори­ли, что их дра­коны не жи­вут доль­ше всад­ни­ков.

Ка­ата фыр­кну­ла:

– Не знаю, Да­мира ме­ня по­кину­ла по сво­ей во­ле.

– Объ­яс­ни, как выш­ло, что у вас с ней бы­ла связь, и она ос­та­лась ра­зум­ной, а не за­битой ту­пой тварью, как те, что мы ви­дели?

– Ког­да дра­коны ма­лень­кие, они очень ос­тро чувс­тву­ют, хо­роший че­ловек или нет. И при­вязы­ва­ют­ся к тем, ко­му го­товы до­верить­ся. Пой­ду, под­бе­ру се­бе но­вого дра­кона сре­ди я­иц.

– По­годи, Ка­ата. А как же ос­таль­ные? Я не по­нимаю...

– В го­родах они ис­тя­за­ют дра­конов, ко­торые вы­луп­ля­ют­ся из я­иц...

– Ты не из Да­лана, – на­конец по­нял Ке­ран.

Ка­ата да­же по­ап­ло­диро­вала:

– Бра­во. Да, я не из Да­лана. Я ро­дилась в го­рах, там же и жи­ла. Брат жил в го­роде, по­тому что там о нем за­боти­лись.

– А за­чем он тас­кал им яй­ца?

– По­тому что ду­рачок, не мог без дра­конов. И да­же не по­нима­ет, что нат­во­рил.

Рас по­дошел к ним:

– Ы­ыы?

– Ага, уле­тела.

– Не он – так это де­лали бы дру­гие. Дра­коны у чер­вей не пер­вый год и не пер­вый де­сяток зим, – вздох­нул юно­ша. – Спа­сибо, что по­мог­ла.

– Об­ра­щай­ся, ма­лыш, – ус­мехну­лась Ка­ата.

Ке­ран вспых­нул и сер­ди­то пос­мотрел на нее проз­рачны­ми го­лубы­ми гла­зами. Раз­вернул­ся на каб­лу­ках и за­шагал на­зад, в ком­на­ты. Он был млад­ше нее все­го-то на шесть зим, дав­но счи­тал­ся со­вер­шенно­лет­ним, и его зли­ло это об­ра­щение. И хо­рошо, что гра­нец ни ра­зу не опус­тился до выс­ка­зыва­ния этой злос­ти. Ка­ату это нес­ка­зан­но ве­сели­ло, она не ус­та­вала под­черки­вать раз­ни­цу в воз­расте. Яс­нир дог­нал его, по­топал ря­дом. Вот Ке­ран, как обыч­но, опус­тил ру­ку, Яс­нир тут же при­нял­ся тя­нуть шею, что­бы под­ста­вить под ла­донь то­вари­ща го­лову. Ка­ата смот­ре­ла, по­ка оба не скры­лись в две­рях. Ей уже сей­час бы­ло яс­но, что эта па­ра бу­дет до кон­ца вмес­те.



Зи­ма вы­далась труд­ной, но Ке­ран это­го поч­ти не за­метил, пог­ло­щен­ный тре­ниров­ка­ми Яс­ни­ра. Учить­ся бе­гать, пры­гать, охо­тить­ся, пле­вать­ся сгус­тка­ми яр­ко­го бе­ло-зо­лотис­то­го пла­мени в цель – за­нятий у них бы­ло мас­са. А еще го­ворить-го­ворить-го­ворить, улег­шись на теп­лый ко­вер и мед­вежью шку­ру у оча­га, обо всем на све­те: по­чему сол­нце всхо­дит на вос­то­ке, по­чему нель­зя скле­ить раз­би­тую на сот­ни ос­колков чаш­ку, за­чем кош­ке шерсть и по­чему птич­ни­ца так ру­галась, ког­да Яс­нир хо­тел по­мочь ей опа­лить туш­ку гу­ся, но нем­но­го не рас­счи­тал си­лу пла­мени.

Ка­ата тос­ко­вала по Да­мире, все ча­ще от ску­ки драз­ни­ла Ке­рана на­мека­ми на воз­раст, по­мога­ла тре­ниро­вать Яс­ни­ра.

– Мне так ее не хва­та­ет… И это­го ощу­щения по­лета…

– Ну, по­тер­пи, сколь­ко там яй­ца зре­ют? Год?

Ка­ата так и не выб­ра­ла се­бе дра­кона из тех трех я­иц, ко­торые Рас ук­рал пос­ледни­ми. Ре­шила ждать обе­щан­но­го пер­венца от лю­бимой дра­кони­цы. Лю­бимой в пря­мом смыс­ле. Ка­ата объ­яс­ни­ла про знак до­верия.

– Это... Это как бы единс­твен­ный раз, ког­да дра­кон вла­де­ет всад­ни­ком.

Ке­ран удив­ленно рас­пахнул гла­за, не сов­сем по­нимая ска­зан­ное.

– То есть – вла­де­ет? Э­ээ... – и пок­раснел, ког­да, на­конец, дош­ло, что Ка­ата име­ет вви­ду.

– Ов­ла­дева­ет.

– Но как? Твоя Да­мира – она же ог­ромная! И она сам­ка...

– Язык... О, ка­кой у нее язык.

Ке­ран при­жал ла­дони к прос­то по­лыха­ющим ще­кам и от­вел взгляд. В Гра­не бы­ло не при­нято об­суждать та­кое, во­об­ще. Хоть и пос­тыдным не яв­ля­лось, но как-то при­выч­нее бы­ло ус­лы­шать ин­форма­цию о бли­зос­ти меж­ду муж­чи­ной и жен­щи­ной от ро­дите­лей, он ее, собс­твен­но, и ус­лы­шал в свою че­тыр­надца­тую вес­ну. Прав­да, до сих пор как-то не осо­бен­но ин­те­ресо­вал­ся ни­чем та­ким. Бы­ло мно­го ку­да бо­лее ин­те­рес­ных дел. А сей­час, ког­да Ка­ата раз за ра­зом на­мека­ла, а те­перь еще и пря­мо рас­ска­зала... Си­деть Ке­рану ста­ло не очень удоб­но.

– А как же я с Яс­ни­ром?

– Ну, он не очень вы­рос. Это ж с под­рос­тка­ми де­ла­ют. Да­мира бы­ла в три ра­за мень­ше, чем сей­час.

– Я не о том, – ка­залось, крас­неть даль­ше не­куда, но Ке­ран уже си­дел, весь слов­но об­ли­тый све­коль­ным со­ком, от ушей и до гру­ди. Ед­ва не ды­мил­ся.

– А о чем ты? – Ка­аата бы­ла спо­кой­на как дра­кон. – Ку­да и чем?

– Н-ну, да...

Яс­нир обес­по­ко­ил­ся и при­шел к лю­бимо­му бу­дуще­му всад­ни­ку, вы­лизы­вать ще­ки и шею. Он стре­митель­но рос и уже был раз­ме­ром не со сред­нюю со­баку, а с упи­тан­но­го та­кого же­ребен­ка.

– Те­бе про лю­бовь меж­ду муж­чи­нами ни­чего не рас­ска­зыва­ли, как я по­нимаю?

– У нас та­кое не при­нято. И во­об­ще про это толь­ко ро­дите­ли и суп­ру­ги обыч­но го­ворят.

– Ну, пус­кай ро­дите­ли и рас­ска­жут. Ты вро­де ум­ный ре­бенок, сам пой­мешь, кто ко­му и что со­вать бу­дет, – Ка­ата под­ня­лась, по­тяну­лась, сце­пив паль­цы в за­мок над го­ловой и при­под­ни­ма­ясь на нос­ках. Под на­тянув­шей­ся тканью от­четли­во обоз­на­чилась уп­ру­гая грудь.

– Я не ре­бенок! – ожи­да­емо взвил­ся Ке­ран, хо­тел от­вести взгляд и не смог. Ка­ата бы­ла кра­сива, хоть и слиш­ком ху­дая по мер­кам Гра­ны, по­вари­хи все пы­тались ее от­кормить.

– Дра­коньи всад­ни­цы дол­жны быть строй­ны­ми, – фыр­ка­ла Ка­ата, но ела, как не в се­бя. И при этом ос­та­валась изящ­ной и гиб­кой как дра­кони­ца. Так что гла­зеть Ке­рану бы­ло на что, а Ка­ата ему нра­вилась. Мож­но бы­ло ска­зать, что с пер­во­го взгля­да, но ско­рее, с пер­во­го раз­го­вора о дра­конах.

– Лад­но, пой­ду я. Мо­жет, хоть по­раз­влечь­ся най­ду.

– Ве­чер уже, се­год­ня во двор­це Вла­дыка при­ем ус­тра­ива­ет, – Ке­ран пог­ла­дил свер­нувше­гося вок­руг не­го дра­кона. Ему то­же хо­телось ту­да пой­ти, но как ос­та­вить Яс­ни­ра?

– А те­бя и не приг­ла­сили?

– Приг­ла­сили. Я ж нас­ледник уза­тара Ле­ноха. Мне там в прин­ци­пе быть по­лага­ет­ся. Но не бро­сать же Яс­ни­ра?

– Ос­тавь его с Ра­сом, бла­го, им есть, о чем по­гово­рить.

Ке­ран по­тор­мо­шил сво­его зо­лото­го:

– Яс­нир, ос­та­нешь­ся с Ра­сом?

Тот зев­нул и фыр­кнул, пе­редав, что он луч­ше пос­пит, и пусть Ке­ран идет, ку­да ему так хо­чет­ся, он, его дра­кон, не оби­дит­ся. Ка­ата ух­мы­лялась, за­гадоч­но щу­рясь.

– Лад­но, я сей­час, – юно­ша встал и по­шел ис­кать се­бе бо­лее-ме­нее тор­жес­твен­ный на­ряд, по­доба­ющий при­ему во двор­це Вла­дыки.

Ка­ата всег­да хо­дила в од­ном и том же, не счи­тала нуж­ным пе­ре­оде­вать­ся в платья. Ке­ран заб­рался в сун­дук, пе­реб­рал вы­шитые ру­бахи, мор­щась: ма­туш­ка сно­ва прис­ла­ла что-то та­кое, что боль­ше по­дош­ло бы де­вуш­ке, чем ему. Ну вот за­чем рас­ши­вать во­рот ру­бина­ми? Она же зна­ет, что он тер­пит из ук­ра­шений толь­ко мел­кий жем­чуг.

– Ка­ата, при­мерь, – юно­ша ки­нул всад­ни­це тем­но-крас­ную, тон­ко­го по­лот­на, со­роч­ку, с плот­но рас­ши­тыми зо­лотой нитью и чер­ным шел­ком во­ротом и ру­кава­ми.

Де­вуш­ка по­вер­ну­лась к не­му спи­ной, ски­нула свою прос­тую ру­баху, да­же вы­шив­кой не ук­ра­шен­ную, на­тяну­ла одеж­ду Ке­рана, раз­верну­лась об­ратно и со­щури­лась лу­каво:

– Ну как?

– Кра­сиво, – Ке­ран ус­пел по­любо­вать­ся ее спи­ной, по­чему-то пред­ста­вив, ка­кая там дол­жна быть глад­кая, неж­ная ко­жа. Хо­телось поп­ро­бовать ее на вкус, ка­залось, что он дол­жен быть по­хож на сре­дин­но­земель­ный ви­ног­рад, на­по­ен­ный сол­нцем.

– Точ­но? – она заг­ля­нула в вы­рез. – А не слиш­ком об­ле­га­ет?

– Она на ме­ня ши­та, – юно­ша рас­сме­ял­ся. По­лот­но бы­ло тон­ким, вы­рисо­выва­ло грудь всад­ни­цы, при­жатое к ней тя­желой вы­шив­кой. – Ты очень кра­сивая, зна­ешь?

– Да брось, ка­кая кра­сота в су­хос­тое?

Ке­ран глу­боко вздох­нул, сде­лал три ша­га, что раз­де­ляли их, и все-та­ки про­вел ла­доня­ми по ее пле­чам, поп­равляя со­роч­ку и ог­ла­живая креп­кие, сов­сем не по-жен­ски силь­ные пле­чи и ру­ки.

– Ты кра­сивая. Мне нра­вит­ся.

Ка­ата блес­ну­ла гла­зами:

– Что, по се­ну по­валять­ся пред­ла­га­ешь?

– За­чем се­но? У ме­ня и кро­вать есть, чтоб ва­лять­ся. Толь­ко я не то пред­ла­гаю.

– А что же ты пред­ла­га­ешь? – го­лос Ка­аты чуть по­низил­ся.

Ке­ран при­тянул ее поб­ли­же, поч­ти об­ни­мая.

– Не­вес­той стать мо­ей.

– А не то­ропишь­ся ли? Ты ж ме­ня и не зна­ешь, я же для вас гор­ная ди­кар­ка.

– Ты не ди­кар­ка, а всад­ни­ца. Кто пой­мет ме­ня луч­ше? По­вари­хи го­вори­ли, ты уме­ешь стря­пать, но это и не важ­но, ни здесь, ни до­ма моя же­на не бу­дет обя­зана во­зить­ся у оча­га.

– Я умею пой­мать дичь, при­гото­вить ее, сшить из шку­ры плащ. В го­рах мно­гому учишь­ся. Но луч­ше все­го я умею раз­го­вари­вать с дра­кона­ми.

– Так ты сог­ласна, или мне те­бя, как при­нято, по­дар­ка­ми уго­вари­вать? Хо­чешь, бар­са снеж­но­го на шу­бу до­буду? Оже­релье в три ря­да са­моц­ветное? Цве­тов гор­ных?

Ка­ата лишь рас­хо­хота­лась:

– Не трожь бар­сов. Да и са­моц­ве­ты мне ни к че­му. Так за­бирай, толь­ко смот­ри, при­дано­го у ме­ня – од­но дра­конье яй­цо.

Ке­ран был серь­езен, как об­вал. В свет­лых гла­зах слов­но те­ни про­бега­ли.

– Тог­да за­бираю. Се­год­ня же у Вла­дыки бла­гос­ло­вения про­сить ста­ну. Идем, – на­кинул на пле­чи де­вуш­ке свой па­рад­ный плащ, тя­желый, под­би­тый волчь­им ме­хом, схва­тил за ру­ку и по­тянул из ком­на­ты прочь.

Ка­ата спе­шила за ним, ку­талась в плащ, са­ма дер­жа­ла его за ру­ку. Же­них, зна­чит. А что, по нра­ву впол­не. Стран­ные обы­чаи бы­ли в Гра­не: ни один уза­тарий без доз­во­ления Вла­дыки, как здесь го­вори­ли, «без бла­гос­ло­вения» же­ну взять не имел пра­ва. Дру­гое де­ло, что Вла­дыка осо­бо и не ог­ра­ничи­вал их, толь­ко на ро­дос­ловные смот­рел, чтоб близ­кие ро­дичи бра­ком не со­чета­лись. Но тут и вов­се пре­пятс­твий не бы­ло, Ка­ата да­же не из Ди­ких Зе­мель. Вряд ли от­ка­жет, из всад­ни­цы хо­рошая же­на по­лучит­ся. Вот и дос­ме­ялась, дод­разни­ла маль­чиш­ку. Му­жем бу­дет. Не­цело­ван­ный, чис­тый - ей од­ной. Толь­ко с Яс­ни­ром и при­дет­ся де­лить, да и то один раз. Стран­ное чувс­тво под­ни­малось в Ка­ате, рос­ло, слов­но хруп­кий рос­ток, раз­во­рачи­валось, за­пол­няя ее ди­кую ду­шу.

– А ну стой, – она не вы­дер­жа­ла, при­жала к сте­не и взя­ла по­целуй, слов­но пос­та­вила пе­чать.

Лю­бо-до­рого бы­ло смот­реть на то, как за­пыла­ли его ще­ки, как еще силь­нее по­тем­не­ли гла­за. И са­мой ока­зать­ся тут же при­жатой к той же сте­не - то­же лю­бо. Ке­ран це­ловал­ся не­уме­ло, за­то на­порис­то, жар­ко, зим­ний хо­лод буд­то от­сту­пил от них вов­се. Ка­ата рас­пахну­ла плащ, приль­ну­ла к Ке­рану. Жаль бы­ло, что не­воз­можно пря­мо сей­час по­чувс­тво­вать при­кос­но­вение ко­жи к ко­же, по­тереть­ся грудью о грудь, уку­сить за пле­чо. Мыс­ли сколь­зи­ли от­ры­воч­ные и яр­кие, как вспыш­ки дра­конь­его ог­ня – на­до уку­сить, ос­та­вить на нем мет­ку. И сплес­тись креп­ко, ру­ками и но­гами, как дра­коны в брач­ном по­лете. Она да­же не по­нима­ла, что мыс­лит боль­ше как дра­кони­ца, чем как че­ловек.

– По­мечу этой же ночью, – гла­за го­рели, как у дра­кона.

– Сна­чала на­учи, – Ке­ран за­дыхал­ся, креп­ко при­жимая ее к се­бе, об­ли­зывал гу­бы, поч­ти до кро­ви ис­ку­сан­ные, пун­цо­вые, буд­то виш­ни здеш­ние. – Ты пер­вая у ме­ня, единс­твен­ная.

– Все­му на­учу, – Ка­ата не­силь­но уку­сила его в шею над во­ротом, не ос­та­вив сле­да, слов­но при­мери­валась.

Ке­ран нег­ромко за­рычал, буд­то пре­дуп­реждая. Отс­тра­нил­ся:

– Идем же. Нель­зя так, без бла­гос­ло­вения. Идем, – и сно­ва по­тянул ее ку­да-то вверх, по ши­рокой лес­тни­це, под­ни­ма­ющей­ся по краю гор­ба­того мос­та, од­но­го из ты­сяч здесь, в Ра­тойе.

Ка­ата спе­шила за ним, на хо­ду ус­по­ка­ива­ясь. Бу­дет вре­мя. Бу­дет ночь, не до ут­ра же этот при­ем во двор­це. Лю­бопыт­но бы­ло: что там за­тева­ет­ся? Во дво­рец Вла­дыки ее приг­ла­сили один раз пос­ле пе­рехо­да Пор­та­лом. Сра­зу с пу­ти и по­вели. Вла­дыка Ра­тор ее по­разил сво­им ви­дом: прос­тая одеж­да, как у обыч­но­го го­рожа­нина, толь­ко цепь тол­стая, а на ней ку­лон - кай­ло, да не зо­лотое и не се­реб­ря­ное да­же, из прос­то­го же­леза вы­кован­ное. Буд­то обыч­ный инс­тру­мент ра­бочий, толь­ко ма­лень­кий. А сам Вла­дыка - вы­сочен­ный, жи­лис­тый, хоть и пле­чи не ши­рокие. Го­лос звуч­ный, не слиш­ком при­ят­ный. Ми­ловид­ное ли­цо, но взгляд чер­ных глаз хищ­ный, страш­ный. И все же этот че­ловек ей пон­ра­вил­ся. Бы­ло в нем что-то та­кое, при­тяга­тель­ное. По­хож был на дра­кона чем-то. Спо­кой­стви­ем, на­вер­ное. Хо­тя Ке­ран, ус­лы­шав от нее это, сме­ял­ся дол­го и как-то не­весе­ло.

- Вла­дыка... он по­рой жес­ток и скор на рас­пра­ву. Но спра­вед­лив, это­го не от­нять. И не спо­ко­ен, от­нюдь. В нем буд­то все вре­мя го­рит тем­ное пла­мя недр, и оно не да­ет ему ос­та­вать­ся на мес­те. Это сей­час, ког­да он ждет вес­тей от пос­лов, ос­та­ет­ся на мес­те, в Ра­тойе. А так ска­чет по всей Гра­не, всю­ду ему нуж­но лич­но по­бывать. Он и Сре­дин­ные зем­ли объ­ез­дил ма­ло не все.

– Хо­рошо иметь та­кого Вла­дыку, зем­ли бу­дут проц­ве­тать.

– Да. Это под его ру­кой Гра­на ста­ла та­кой... Ме­ня­ет­ся все, при­ходит но­вое. Но все же он зап­ре­ща­ет мно­гое. Нап­ри­мер, это ва­ше мер­зос­тное зелье – та­бак, да? Раз поп­ро­бовал и ве­лел, еже­ли уз­на­ет, что кто-то тиш­ком при­вез, по­роть до смер­ти на пло­щади. Ска­зал, что боль­шей мер­зости не ви­дал еще.

– Я сог­ласна. Ни к че­му вам эту от­ра­ву сю­да во­лочь.



Они приш­ли, на­конец. Двор, где жи­ли уза­тарии, был от двор­ца да­леко­вато, но Вла­дыка ре­шил, что ма­лень­ких дра­кон­чи­ков не­чего во­лочь в са­мое наг­ро­мож­де­ние кам­ня, так что жи­ли они ед­ва ли не на краю, ря­дом с ро­щей, где удоб­но тре­ниро­вать­ся. Дво­рец нын­че свер­кал сот­ня­ми ма­гичес­ких све­тиль­ни­ков, цвет­ные вит­ра­жи из дра­гоцен­ных плас­тин нас­то­ящих са­моц­ве­тов дро­били свет, и ка­залось, что это не ок­на - гра­неные ал­ма­зы в сте­нах свет­ло-се­рого кам­ня. Ши­рокая лес­тни­ца ве­ла к вы­соким две­рям, пок­ры­тым зо­лоче­ной медью. Они бы­ли рас­пахну­ты нас­тежь, мно­гие ок­на то­же. Ке­ран по­дал Ка­ате ру­ку, как по­лага­лось, по­вел ее на­верх, в теп­ло.

Ка­ата с лю­бопытс­твом ог­ля­дыва­лась. Ка­мен­ные жи­лища ей бы­ли все еще неп­ри­выч­ны. Но они хо­тя б бы­ли прос­торны­ми, свет­лы­ми, это при­миря­ло. Жить мож­но. Здесь, в Гра­не, вер­нее в Ра­тойе все бы­ло от­лично от ви­ден­ных в Да­лане до­мов, улиц, лю­дей. Хо­лод­но, прос­торно, яр­ко. Ма­ло зе­лени, да­же та, что есть - не при­выч­ные бу­ковые ле­са, а су­ровые ели и сос­ны или стран­ные, из­ло­ман­но-пе­рек­ру­чен­ные мел­ко­лис­тные де­рев­ца, сей­час боль­ше на­поми­на­ющие суг­ро­бы. Но Ке­ран вел ее не по ле­су, а по за­лам, от­де­лан­ным раз­ноцвет­ным мра­мором, ку­да-то даль­ше. За­лы сме­нялись: глу­бокая зе­лень ма­лахи­та, неж­ная ла­зурь не­из­вес­тно­го ей кам­ня, тя­жело­вес­ная рос­кошь ага­та. Но тот зал, где сей­час бы­ло боль­ше все­го на­роду, от­ку­да слы­шалась му­зыка, по­разил Ка­ату в са­мое сер­дце. Слов­но она всту­пила в ку­сочек сол­нца. Пе­релом го­да Вла­дыка праз­дно­вал в Ян­тарном за­ле.

– Как тут... – слов боль­ше не бы­ло, охот­ни­ца с вос­торгом взи­рала на сте­ны, на по­толок, на пол.

Ян­тарные мо­за­ики за­чаро­ваны, она это чувс­тво­вала. Ян­тарь мя­гок, слиш­ком мя­гок, чтоб топ­тать­ся по не­му под­ко­ван­ны­ми са­пога­ми, ко­торые так лю­бит Вла­дыка, и но­сят все уза­тары и уза­тарии. По­тому и за­чаро­вали. А вот на сте­нах чар не бы­ло, и они си­яли жи­вым ог­нем: чер­ный, ме­довый, зе­лено­ватый, крас­ный ян­тарь. На воз­вы­шении, в ук­ра­шен­ном тем же ян­та­рем крес­ле си­дел, за­кинув но­гу на но­гу, Вла­дыка, по­тяги­вая ви­но из ча­ши. Ке­ран сно­ва ух­ва­тил Ка­ату под ру­ку и пов­лек ту­да, об­хо­дя тан­цу­ющих пос­ре­ди за­ла прид­ворных. Де­вуш­ка шла, боль­ше раз­гля­дывая сте­ны, не­жели об­ра­щая вни­мание на ок­ру­жа­ющих. Но на Вла­дыку пос­мотреть все же приш­лось, по­тому что Ке­ран ос­та­новил­ся пря­мо нап­ро­тив воз­вы­шения. Ра­тор под­нял ру­ку, му­зыка смол­кла.

– Слу­шаю те­бя, уза­тарий Ке­ран.

– Бла­гос­ло­вения, Вла­дыка, для ме­ня и да­то Ка­аты, – проз­ву­чало сов­сем по-маль­чи­шечьи звон­ко, Ке­ран яв­но вол­но­вал­ся.

Ка­ата ус­та­вилась на Ра­тора и за­кива­ла. Вла­дыка хму­рил­ся, чер­ные гла­за ог­ля­дыва­ли так, буд­то да­же не раз­де­вали - раз­ди­рали реб­ра, до­бира­ясь до сер­дца или ду­ши, как го­вори­ли гран­цы. Стран­ное чувс­тво. Ка­ата стис­ну­ла ру­ку же­ниха. Не­уже­ли Вла­дыка от­ка­жет?

Ра­тор жес­том по­доз­вал слу­гу, что-то ска­зал ему так ти­хо, что да­же она не ус­лы­шала. Тот пок­ло­нил­ся и ис­чез ми­гом, слов­но по ве­лению ма­гии.

– Бла­гос­ло­вения про­сишь? Что ж, - Вла­дыка встал, мед­ленно спус­тился. Ря­дом сно­ва воз­ник слу­га, пе­редал ему шка­тул­ку. - Да бу­дет так. Слу­шай­те все! Сим бла­гос­ловляю уза­тария Ке­рана и да­то Ка­ату на брак, да зрят Бо­ги Гро­зы! Что зас­ты­ли? Ру­ки да­вай­те.

Ка­ата мор­гну­ла, про­тяну­ла Вла­дыке ру­ку. Не коль­ца – брас­ле­ты, ши­рокие, изук­ра­шен­ные че­кан­кой и нас­то­ящи­ми, си­яющи­ми скры­той си­лой чар сап­фи­рами, да не ка­кими-то там, а звез­дча­тыми, ред­кос­тны­ми. Вла­дыка с че­го-то бла­гово­лил им, и это нын­че ви­дели все, кто соб­рался в за­ле. Тя­желое зо­лото при­ят­но об­хва­тило за­пястье Ка­аты, пе­релив­ча­то заз­ве­нело, ста­новясь цель­ным, без воз­можнос­ти снять. Ке­ран бес­тре­пет­но про­тянул и свою ру­ку, свет­лея взо­ром.

– Сту­пай­те.

А по­ка шли к две­рям, под но­ги сы­палось пол­но­вес­ное зо­лото и се­реб­ро. Слу­ги со­берут – по­дарок от всех, кто был на праз­дни­ке. Ка­ата рас­те­рян­но улы­балась.

– А мы уже об­ру­чены?

– Те­перь – да, и сва­деб­ная це­ремо­ния осо­бо не нуж­на, толь­ко ро­дите­ли ж нас­то­ят, – Ке­ран ос­та­новил­ся в ка­ком-то за­ле, креп­ко об­нял, ус­по­ка­ивая. Буд­то ей бы­ло нуж­но ус­по­ко­ение!

– Ну, с этим по­дож­дем, – Ка­ата хищ­но об­лизну­лась. Че­го ей дей­стви­тель­но хо­телось, так это не­мед­ленно ос­тать­ся с юным уза­тари­ем на­еди­не и на­чать, на­конец, то, что он так ней­траль­но наз­вал обу­чени­ем. Впро­чем, он дол­жен стать от­личным уче­ником.

– Ве­ди к этой тво­ей кро­вати, супр-р-руг.

Ке­ран по­чему-то рас­сме­ял­ся, схва­тил ее за ру­ку и рва­нул бе­гом сна­чала по ко­ридо­рам и за­лам двор­ца, по­том по ули­цам и мос­там го­рода, слов­но за ни­ми гна­лись. Ка­ата ле­тела ря­дом, ко­силась лу­каво на му­жа. Этот про­бег по го­роду, ос­ве­щен­но­му сот­ня­ми ма­гичес­ких све­тиль­ни­ков и обыч­ных фа­келов, под чер­но-бар­хатным не­бом, усе­ян­ным ми­ри­ада­ми звезд, слов­но ал­мазной вы­шив­кой, был чем-то не­ре­аль­ным, в ка­кой-то мо­мент да­же по­каза­лось, что она не слы­шит сту­ка под­ко­ван­ных каб­лу­ков по мос­то­вой. Они слов­но ле­тели над зем­лей, как две стре­митель­ные те­ни. Ка­ата ды­шала пол­ной грудью, нас­лажда­ясь ноч­ным воз­ду­хом, его све­жестью. Не срав­нить с зат­хлым и на­пол­ненным ми­аз­ма­ми воз­ду­хом го­родов Сред­не­земелья.

– Вот мы и до­ма, – вы­дох­нул Ке­ран, ос­та­новив­шись у вы­соко­го крыль­ца, и под­нял ее на ру­ки. Еще один не­понят­ный, но тро­гатель­ный обы­чай Гра­ны. Ка­ата об­ня­ла его за шею, рас­пре­деляя вес. То, что ему с та­кой но­шей пред­сто­яло под­нять­ся на три про­лета вверх, зас­тавля­ло по­верить в дос­та­точ­ную си­лу юно­ши. Впро­чем, хи­лым он и не выг­ля­дел. И да­же поч­ти не за­мед­лился, пре­одо­левая лес­тни­цу. Дверь от­кры­вать приш­лось пин­ком, что­бы все же внес­ти же­ну че­рез по­рог, пусть и вре­мен­но­го жи­лища.

– Ну что, те­перь доб­ро по­жало­вать?

– Те­перь всем, чем вла­дею я, вла­де­ешь и ты. Же­на для уза­тара - это под­ру­га и по­мощ­ни­ца, это его ле­вая ру­ка, в ко­торой щит, по­тому и брас­лет вен­чаль­ный но­сят имен­но там. Это зна­чит, что я бу­ду за­щищать те­бя всег­да, да­же це­ной сво­ей жиз­ни. Иди сю­да, – он под­тол­кнул ее к за­наве­шен­ной по­логом кро­вати. Ог­радку вок­руг нее уже уб­ра­ли, ведь Яс­нир боль­ше не рас­сы­пал ис­кры где по­пало. Ке­ран при­нял­ся раз­де­вать Ка­ату сос­ре­дото­чен­но и мед­ленно, буд­то это то­же бы­ло частью ри­ту­ала. Она из­ги­балась, по­могая. Су­дя по учас­тивше­муся ды­ханию юно­ши, да и по от­то­пырив­шимся шта­нам, про­цесс раз­де­вания выз­вал у не­го впол­не за­коно­мер­ные же­лания. Осо­бен­но, ког­да вмес­то то­го, что­бы прос­то снять ее со­роч­ку, Ке­ран про­вел по глад­ко­му по­лот­ну ла­доня­ми, слов­но же­лая раз­гла­дить его на гру­ди де­вуш­ки.

Ка­ата улы­балась, при­жима­лась к не­му грудью, тер­лась. На­конец, со­роч­ка то­же от­пра­вилась в по­лет на сун­дук у из­го­ловья, как и ру­баха Ке­рана. И пер­вое ни­чем не прик­ры­тое при­кос­но­вение ко­жи к ко­же зас­та­вило Ка­ату поч­ти зас­то­нать: юно­ша был го­рячим, слов­но и в его жи­лах тек­ло дра­конье пла­мя. А ла­дони у не­го бы­ли твер­ды­ми и слег­ка шер­ша­выми. И их при­кос­но­вение бы­ло ос­то­рож­ным и влас­тным од­новре­мен­но, хо­телось и по­корить­ся, и взбун­то­вать­ся, Ка­ата по­ка не мог­ла ре­шить, че­го боль­ше. Сей­час она как ни­ког­да на­поми­нала неп­ри­ручен­ную дра­кони­цу, тя­нущу­юся к че­лове­ку. А ин­стинкт всад­ни­ка под­ска­зывал, как ук­ро­тить это су­щес­тво, за­во­евать его до­верие. Ке­ран ка­сал­ся ее те­ла, раз­жи­гая же­лание силь­нее: гла­дил, чуть на­жимая, по спи­не до яго­диц, сжи­мал их ла­доня­ми, пог­ла­живал по бо­кам, при­под­ни­мал в ла­донях креп­кие, как по­ловин­ки яб­ло­ка, гру­ди, лег­ко ка­са­ясь сос­ков по­душеч­ка­ми паль­цев.

Взор Ка­аты пос­те­пен­но ту­манил­ся пе­леной же­лания. Она уже сов­сем бес­стыд­но вы­гиба­лась, пред­ла­гала се­бя. Ке­ран опус­тил ее на пок­ры­вало, под­би­тое ме­хом, раз­дернул ре­мень и сбро­сил са­поги и шта­ны сле­дом. Все, что он де­лал сей­час, бы­ло на­ити­ем, ин­стинкта­ми, па­мятью о рас­ска­зан­ном от­цом. «Что­бы не от­вра­тить же­ну от суп­ру­жес­кой пос­те­ли, в пер­вый раз сто­ит быть ос­то­рож­ным и очень лас­ко­вым, сы­нок», – го­ворил уза­тар. Ке­ран ста­рал­ся, це­луя вы­гиба­юще­еся навс­тре­чу те­ло, про­бовал его на вкус. Сом­кнул гу­бы, втя­нув в рот не­боль­шой тем­ный со­сок. Ка­ата прос­то­нала что-то, дей­ствия суп­ру­га ей яв­но нра­вились. Ке­ран был у нее не пер­вым, но то­ропить его она не ста­ла. Так бы­ло да­же луч­ше, мож­но бы­ло нас­ла­дить­ся лас­ка­ми. Юно­ша про­дол­жил изу­чать ее гу­бами, при­лас­кал и вто­рую грудь. Пер­вый раз дол­жен стать за­поми­на­ющим­ся, са­мым при­ят­ным. Что­бы по­том суп­руг, вку­сив и рас­про­бовав это удо­воль­ствие, жаж­дал его еще.

Вот че­го Ка­ата не ожи­дала от юно­го суп­ру­га, так это то­го, что он ре­шит­ся при­лас­кать ее так, за­пом­нив фра­зу о дра­конь­ем язы­ке. Кон­ку­рен­ции Да­мире он не мог сос­та­вить, но сам факт это­го зас­та­вил Ка­ату поч­ти зак­ри­чать от же­лания. На гра­ни соз­на­ния мель­кну­ла мысль, что по­том сто­ит му­жа при­лас­кать то­же, ведь о та­ком на­вер­ня­ка не рас­ска­зыва­ли ро­дите­ли... А по­ка что при­ходи­лось вцеп­лять­ся ру­ками в длин­ный мех пок­ры­вала, что­бы не за­пус­тить ру­ки в длин­ные во­лосы Ке­рана. Впро­чем, нап­равлять его поч­ти не тре­бова­лось, он и сам ка­ким-то чу­дом по­нимал, что тре­бу­ет­ся же­не. Но это­го ста­нови­лось ма­ло, ей хо­телось, на­конец, ощу­тить его в се­бе, по­чувс­тво­вать, как втор­гнет­ся в ее те­ло кра­сивый, с круп­ной го­лов­кой, рель­еф­ный член.

– Ке­ран... Да­вай же... Ну...

Он под­нял го­лову, гля­нул на нее по­тем­невши­ми от же­лания гла­зами, об­ли­зал с губ со­ки ее ло­на. И, на­конец, нак­рыл ее со­бой, вхо­дя мед­ленно, слов­но опа­сал­ся не вы­дер­жать все­го нас­лажде­ния и слиш­ком быс­тро за­вер­шить со­итие. Впро­чем, так и бы­ло, Ке­рану приш­лось до кро­ви при­кусить гу­бу, что­бы сдер­жать­ся. Ка­ата вце­пилась ему в пле­чи, от­вле­кая крат­кой вспыш­кой бо­ли. Ко­гот­ки у нее бы­ли ос­трые, это по­мог­ло. А вот ей сдер­жи­вать­ся нуж­ды не бы­ло, и ощу­щение то­го, что они под­хо­дят друг дру­гу, слов­но две час­ти од­но­го це­лого, зас­та­вило Ка­ату об­хва­тить его бед­ра но­гами и выг­нуть­ся, при­жима­ясь еще силь­нее. Ке­ран все-та­ки на­чал дви­гать­ся, зас­та­вив ис­тор­гнуть­ся из гру­ди Ка­аты чис­тый дол­гий стон.

Рас­па­лен­ная лас­ка­ми де­вуш­ка дош­ла до пи­ка быс­трее, чем мог­ла ожи­дать, за­билась под суп­ру­гом, стис­ки­вая его ру­ками и но­гами. И Ке­ран, ко­рот­ко прос­то­нав, вып­леснул­ся в об­жи­га­ющую тес­но­ту ее те­ла, от из­бытка чувств креп­ко при­кусы­вая ее пле­чо. Ка­ата еще нес­коль­ко мгно­вений креп­ко об­ни­мала его, за­тем ра­зом об­мякла, рас­плас­та­лась, бла­жен­но улы­ба­ясь. В ту­мане, на­пол­нявшем соз­на­ние, мель­кну­ла мысль, что юный суп­руг по­метил ее пер­вой, и это так хо­рошо, что ка­жет­ся сном. А по­том ее уку­тали в ме­ха, и она в са­мом де­ле ус­ну­ла.



При­шел Яс­нир, дол­го при­нюхи­вал­ся. От Ке­рана пах­ло стран­но, да и во­об­ще весь воз­дух в спаль­не про­питал­ся ка­ким-то жи­вот­ным за­пахом. Дра­кон ос­то­рож­но по­доб­рался к пос­те­ли и при­под­нялся, опи­ра­ясь пе­ред­ни­ми ла­пами на край кро­вати. Вы­суну­тый язык тре­петал, слов­но у при­нюхи­ва­ющей­ся яще­рицы. За­пах Яс­ни­ру нра­вил­ся, бу­дил что-то та­кое. На­вер­ное, как ска­зал Рас, «пой­мешь, ког­да по­чувс­тву­ешь». По­ка что он прос­то заб­рался на кро­вать в но­гах у об­нявших­ся суп­ру­гов, хо­тя и был уже слиш­ком круп­ным, ла­пы сви­сали. Ка­ата во сне упер­лась ему в бок но­гами, ви­димо, хо­тела сог­реть­ся, зас­ме­ялась. Яс­нир фыр­кнул, но не стал сдви­гать­ся – бы­ло не­куда. Да и всад­ни­ца, на­вер­ное, ви­дела во сне свою Да­миру. Дра­кон чувс­тво­вал, что она ску­ча­ет.

– Да­мира... ммм, та­кая теп­лая.

Яс­нир про­каз­ли­во прик­рыл гла­за и по­щеко­тал язы­ком ее пят­ку, из­вернув­шись. Ка­ата за­фыр­ка­ла, по­дог­ну­ла но­гу. Ке­ран креп­че об­нял ее, ут­кнув­шись в пах­ну­щие тра­вами во­лосы. Ему ни­чего не сни­лось, прос­то бы­ло хо­рошо и спо­кой­но.



Ми­нула зи­ма, про­нес­лась с вет­ром и ме­теля­ми.

– Сол­нце приг­ре­ва­ет, по­ра вы­гули­вать дра­кон­чи­ков.

Да­мира при­нес­ла всад­ни­це яй­цо, чер­ное, узор­ча­тое. По­ка что Ка­ата хра­нила его в сун­ду­ке – в ее по­ложе­нии дра­кона тол­ком не осед­лать. При­ходи­лось рас­ска­зывать на сло­вах, что и как. Ка­ата, хоть вре­мена­ми и фыр­ка­ла на Ке­рана за его «слиш­ком уж силь­ную муж­скую си­лу», но рас­ту­щий жи­вот нес­ла гор­до, как по­ложе­но суп­ру­ге уза­тария и нас­ледни­ка силь­но­го уза­та. Ке­ран толь­ко лас­ко­во улы­бал­ся же­не и об­ни­мал ее за пле­чи.

Вы­гули­вать ма­лышей, вы­лупив­шихся на ис­хо­де ле­та и еще не до­рос­ших до Яс­ни­ра, хо­дили на уз­кие лу­гови­ны, рас­по­ложен­ные не­дале­ко от Ра­тойи. Вла­дыка при­казал осо­бо не тре­вожить бу­дущих всад­ни­ков, не гла­зеть на их дра­конов, но все рав­но на­ходи­лись лю­бопыт­ные, в ос­новном, де­ти, про­бирав­ши­еся к лу­гови­нам и вос­торжен­но под­смат­ри­ва­ющие за тем, как учат­ся ле­тать раз­ноцвет­ные кры­латые кра­сав­цы.

– Вот так, под­пры­гивай и крыль­ями-крыль­ями, – под­бадри­вала Ка­ата.

Яс­нир, уже ос­во­ив­ший это ис­кусс­тво, гор­до на­вора­чивал кру­ги над по­ляной, свер­кая чис­тым зо­лотом крыль­ев и че­шуи. И драл глот­ку, во­пя что-то не­раз­борчи­вое, но по­хожее на ве­сен­ние воп­ли ко­тов на кры­шах. Ка­ата хо­хота­ла, ма­нила его к се­бе. Яс­ни­ру нра­вилось ты­кать­ся в ее жи­вот но­сом, он де­лал это ос­то­рож­но. Всад­ни­ца, ко­торой во­лей-не­волей приш­лось но­сить платья, нем­но­го стес­ня­лась это­го, ей все ка­залось, что она по­хожа на ши­тую из лос­кутков иг­рушку-грел­ку, ко­торую мес­тные хо­зяй­ки са­дили на за­вар­ник, чтоб тра­вяной нас­той креп­че вы­шел.

– Я глу­по выг­ля­жу, – ут­вер­жда­ла она.

– Ты прек­раснее всех. В жиз­ни не встре­чал еще жен­щи­ну, что зат­ми­ла бы твою кра­соту, осо­бен­но сей­час.

Ке­ран был со­вер­шенно серь­езен, при­ходи­лось ве­рить его сло­вам. Яс­нир то­же был в вос­торге – у его всад­ни­ка бу­дет яй­цо. И де­теныш.

– Не яй­цо, – хо­хотал у­яс­нивший мыс­ли дра­кона Ке­ран, – ре­бенок. Сра­зу ро­дит­ся.

«А это как? Он сра­зу жи­вой? У нее внут­ри не яй­цо?» – уди­вил­ся Яс­нир.

Юный всад­ник по­пытал­ся объ­яс­нить, но сам за­путал­ся.

– На­вер­ное, сей­час яй­цо, но вы­лупит­ся сра­зу жи­вой ма­лыш.

– О чем спо­рите? – Ка­ата по­дош­ла, по­чеса­ла дра­кону пе­рено­сицу.

– Пы­та­юсь по­яс­нить, что лю­ди рож­да­ют­ся не из яй­ца, – улыб­нулся Ке­ран, по­цело­вал же­ну.

– Ага, он сей­час рас­тет внут­ри, свер­нувшись. А по­том по­явит­ся на свет. Яс­нир, а ну ле­ти, ско­ро сов­сем крылья от­сохнут.

Яс­нир, ос­корбив­шись за та­кое пред­по­ложе­ние, при­нял­ся сно­ва по­казы­вать, что ле­та­ет он, слов­но в воз­ду­хе ро­дил­ся.

– А ведь уже сов­сем ско­ро... – про­бор­мо­тала Ка­ата.

– Что – ско­ро? – Ке­ран лас­ко­во пог­ла­дил ее жи­вот, сно­ва по­цело­вал. Ему не хва­тало поч­ти це­ломуд­ренных ласк, ко­торы­ми при­ходи­лось ог­ра­ничи­вать­ся сей­час, хо­тя Ка­ата и ста­ралась раз­но­об­ра­зить их, как мог­ла.

– Ско­ро он при­дет к те­бе.

Ке­ран вздох­нул: он по­ка так и не смог пред­ста­вить, как это все бу­дет.

– Ду­маю, мы спра­вим­ся, ми­лая.

– Прос­то пом­ни, что это не пос­тыдно.

На­поми­нание бы­ло важ­ным, Ке­рану дей­стви­тель­но ка­залось неп­ра­виль­ным то, что дол­жно бы­ло про­изой­ти меж­ду ним и дра­коном. Но, в ос­новном, от­то­го, что он счи­тал, буд­то это бу­дет из­ме­ной по от­но­шению к Ка­ате. Та уга­дала чуть­ем, о чем ду­ма­ет муж, по­цело­вала:

– Ты дол­жен до­верять сво­ему дра­кону. И са­мому се­бе, сер­дце мое. Ни о чем не ду­май, бу­дете толь­ко вы двое. И ва­ша связь.

– Ты го­вори­ла, что в жиз­ни дра­кона и в жиз­ни его всад­ни­ка есть три веч­ных при­вязан­ности, – Ке­ран лег­ко под­нял ее на ру­ки, не­ся по вы­соким тра­вам к не­дав­но вы­руб­ленной из цель­но­го брев­на скамье. На ней ле­жала мед­вежья шку­ра и теп­лое оде­яло из козь­ей шер­сти, в го­рах бы­ло еще хо­лод­но, а Ка­ате не сто­ило прос­ту­жать­ся сей­час ни в ко­ем ра­зе. – Не­бо, их па­ры и они друг у дру­га. Я люб­лю те­бя, на­вер­ня­ка по­люб­лю по­лет, но по­ка не по­нимаю, люб­лю ли Яс­ни­ра, как ты Да­миру, или по­ка лишь как ре­бен­ка.

– По­любишь, как са­мого се­бя. Вы ста­нете... Не знаю, как это объ­яс­нить, ког­да в не­бе вы еди­ное це­лое, вы сли­ва­етесь во­еди­но, и ты ви­дишь гла­зами дра­кона, а он – тво­ими, – Ка­ата яв­но тос­ко­вала по по­летам.

– Под­растет мой зо­лотой, и мы смо­жем ле­тать на нем вмес­те, по­ка бу­дет рас­ти твой дра­кон­чик, – по­обе­щал Ке­ран.

– Хо­рошо, – Ка­ата за­вер­ну­лась в оде­яло, за­тем вы­суну­ла ру­ку, сор­ва­ла ка­кой-то лис­ток, рас­терла меж паль­цев. – Да, за­пах вес­ны. Ду­маю, этой ночью я бу­ду спать од­на. От­прав­ляй­тесь в пе­щеру, раз­ве­дите там огонь, на­пей­ся во­ды из гор­ных ис­точни­ков... И все слу­чит­ся са­мо.

Ке­ран кив­нул. И ве­чером, ус­тро­ив лю­бимую же­ну в спаль­не со все­ми удобс­тва­ми, ушел с Яс­ни­ром за го­род, к Хрус­таль­ным гро­там, вы­точен­ным в ска­лах го­вор­ли­выми ручь­ями. Дра­кон по­лез в не­боль­шое озер­цо у под­но­жия во­допа­да, во­да там мгно­вен­но наг­ре­лась, и Ке­ран вос­поль­зо­вал­ся этим, что­бы ис­ку­пать­ся не в ле­дяном по­токе. Сбро­сил одеж­ду на кам­ни и с ди­ким кли­чем «Хойя!» си­ганул в озе­ро. Го­лова сра­зу зак­ру­жилась, в ушах заз­ве­нело, слов­но стол­кну­лись где-то хрус­таль­ные па­лоч­ки. Приш­лось схва­тить­ся за шею Яс­ни­ра, что­бы не уто­пить­ся. Че­шуя, ос­ту­жен­ная во­дой, все рав­но бы­ла го­рячей, но при­ят­но. Дра­кон шум­но за­сопел, по­топал к бе­регу, вы­тас­ки­вая Ке­рана. Всад­ник рас­сме­ял­ся, он чувс­тво­вал се­бя так, слов­но на­пил­ся мо­лодо­го хмель­но­го ме­да. Яс­нир по­топ­тался, улег­ся ря­дом, лиз­нул Ке­рана в пле­чо. Юно­ша рас­ки­нул­ся на прог­ре­том за день плос­ком кам­не, пог­ла­дил дра­кона по неж­но­му но­су.

Яс­нир чувс­тво­вал се­бя то­же стран­но, хо­телось че­го-то... В эту ночь. От Ке­рана. Всад­ник про­дол­жал ог­ла­живать его, про­ходя ла­доня­ми по шее, там, где бро­ня бы­ла еще сов­сем тон­кой, и дра­кон мог чувс­тво­вать при­кос­но­вения. Яс­нир ощу­тил, как где-то меж­ду зад­них лап ста­ло очень теп­ло. За­хоте­лось вы­лизать сво­его че­лове­ка с ног до го­ловы. А еще очень хо­телось уку­сить его. Так, как это де­лала Ка­ата. Толь­ко пе­реби­вать мет­ку па­ры всад­ни­ка он не хо­тел, а по­тому ос­трые клы­ки сом­кну­лись на пра­вом пле­че юно­ши. Ке­ран глу­хо зас­то­нал, боль сме­шалась с ка­кой-то жи­вот­ной страстью, мгно­вен­но за­топив­шей соз­на­ние. Мо­жет, все де­ло бы­ло в за­пахе, ис­хо­див­шем от дра­кона?

Он не знал, да и не по­луча­лось сей­час связ­но мыс­лить. Ке­ран сно­ва зас­то­нал, ког­да го­рячий язык при­нял­ся за­лизы­вать ра­ны, а по­том и ис­сле­довать его те­ло.

«Ни­чего не бой­ся», – вспом­ни­лись сло­ва Ка­аты. Он и не бо­ял­ся, он до­верял Яс­ни­ру так же, как тот до­верял ему. За все вре­мя, что они бы­ли вмес­те, юно­ша ни­чем не оби­дел дра­кона и ве­рил, что тот то­же не при­чинит ему вре­да.

Яс­нир под­тол­кнул его но­сом, по­нуж­дая пе­ревер­нуть­ся. Ке­ран под­нялся на чет­ве­рень­ки, ока­зав­шись под дра­коном, не­осоз­нанно по­тер­ся спи­ной о че­шую на брю­хе Яс­ни­ра, мяг­кую и чу­точ­ку шер­ша­вую. Дра­кон при­мерил­ся, бы­ло слег­ка страш­но­вато сде­лать что-то не так.

– Ну же, ма­лыш, – Ке­ран выг­нул спи­ну, при­жима­ясь грудью к кам­ню. У не­го боль­ше не бы­ло ни стра­ха, ни сом­не­ний. Его уже по­вело от рез­ко­вато­го, ос­тро­го аро­мата дра­кона-под­рос­тка, от че­го-то, по­пав­ше­го в кровь с его уку­сом.

Яс­нир от­ри­нул сом­не­ния, тол­кнул­ся в те­ло че­лове­ка, зас­ку­лил сра­зу же, вы­дох­нул язык пла­мени. Ке­ран за­мер – бы­ло боль­но и го­рячо. Буд­то он сду­ру на рас­ка­лен­ную ко­чер­гу на­садил­ся. Не за­орал он толь­ко по­тому, что пе­рех­ва­тило гор­ло. Но Яс­нир не ше­велил­ся, чувс­твуя боль сво­его всад­ни­ка, и та пос­те­пен­но ста­нови­лась все тер­пи­мее. А по­том схлы­нула, слов­но сли­зан­ная на­катив­шей вол­ной удо­воль­ствия. Яс­нир, выг­нув шею, вы­лизы­вал ему спи­ну и сжи­мал бо­ка пе­ред­ни­ми ла­пами, по­ка еще мед­ленно дви­га­ясь. Ке­ран зас­ку­лил от пе­репол­ня­ющих его чувств, без слов умо­ляя дра­кона о чем-то, че­го не по­нимал и сам. Иног­да ка­залось, что еще дви­жение – и его ра­зор­вет на клоч­ки, ког­да Яс­нир, хле­ща хвос­том по кам­ням, вби­вал­ся в его те­ло, за­пол­няя его до слад­кой бо­ли. А по­том Ке­ран оку­нул­ся в чувс­тва дра­кона, как в сол­нечный свет, в рас­плав­ленный ян­тарь и зо­лотое пла­мя, унес­шие ку­да-то в бес­ко­неч­ное не­бо.

Дра­конье се­мя бес­след­но впи­талось в те­ло всад­ни­ка, по су­ти, де­лая его при­над­ле­жащим к дра­конь­ему ро­ду. Ке­ран по­шеве­лил­ся, с удив­ле­ни­ем осоз­на­вая, что у не­го ниг­де и ни­чего не бо­лит. Пот­ро­гал пле­чо, об­на­ружив на нем лишь че­тыре глу­боких тре­уголь­ных от­ме­тины - дра­конью мет­ку. Раз­вернул­ся к Яс­ни­ру, об­ни­мая его за шею и сог­ре­ва­ясь от теп­ла его те­ла.

– Спа­сибо, мой кры­латый.

Яс­нир неж­но за­ур­чал что-то, сно­ва вы­дох­нул пла­мя. Оно об­ле­кало че­лове­ка, как неж­ный шелк, и не об­жи­гало вов­се. На­вер­ное, это и бы­ло то, о чем го­вори­ла Ка­ата. Ке­рану бы­ло так хо­рошо, как не бы­ло да­же с лю­бимой же­ной. Но по­думав, он по­нял: нет, это бы­ли сов­сем раз­ные ощу­щения. С Ка­атой они бы­ли од­но це­лое на зем­ле и для лю­дей. С Яс­ни­ром – бу­дут еди­ным су­щес­твом в не­бе и для них дво­их. Дра­кон о та­ком во­об­ще не ду­мал, прос­то ур­чал. Все же, он был еще очень юн.



Ка­ата ска­зала, что пос­ле еди­нения дра­кона и всад­ни­ка Яс­нир ста­нет рас­ти очень быс­тро, и она ока­залась пра­ва. Ког­да по всей Гра­не и Ди­коземью праз­дно­вали Уро­жа­ины, у Ке­рана ро­дилась дочь, а Яс­нир впер­вые под­нял сво­его всад­ни­ка в не­бо.

Вла­дыка Ра­тор, стоя на вы­сокой лес­тни­це ра­той­ско­го двор­ца, сле­дил за тем, как кру­жит­ся в не­бе дра­кон, прис­та­вив ру­ку ко лбу ко­зырь­ком, и ду­мал, что имен­но сей­час на­чалась но­вая ве­ха в ис­то­рии Гра­ны.

– Мы еще ста­нем дер­жа­вой, по­корив­шей не­беса! – Вла­дыка рас­хо­хотал­ся, вски­дывая ру­ку к вы­соко­му и крис­таль­но-чис­то­му осен­не­му не­бу.