Принцесса (для) доктора Кима

от Integrity
миниAU, юмор / 18+ слеш
Дио (До Кёнсу) Кай (Ким Чонин) Чанёль (Пак Чанёль) Чен (Ким Чондэ)
3 дек. 2016 г.
5 февр. 2018 г.
2
12322
3
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
На­чало вто­рого го­да ор­ди­нату­ры по­допеч­ных Чон­дэ бы­ло оз­на­мено­вано пол­ным рас­кры­ти­ем их с Ча­нелем от­но­шений. Все ста­рые шу­точ­ки про «осо­бое по­ощ­ре­ние ор­ди­нато­ров» и до это­го кри­чали о том, что всей боль­ни­це о них из­вес­тно (у мед­сестер язы­ки без кос­тей, а ра­боты, ка­жет­ся, сов­сем ма­ло), но про­шед­шее об­щее праз­дно­вание Но­вого Го­да раз­вя­зало всем ру­ки и язы­ки. Где-то в тот мо­мент, ког­да хмель­ной Ча­нель пос­мотрел на Чон­дэ блес­тя­щими от ра­дос­ти гла­зами и за­сосал по са­мые глан­ды на гла­зах у всей боль­ни­цы.

— Это дол­жно бы­ло слу­чить­ся еще под мо­им кон­ди­ци­оне­ром, — не упус­тил шан­са под­деть Бэк­хен, ко­торый все еще сме­ял­ся над ис­то­ри­ей их зна­комс­тва. Он да­же гор­дился тем, что это слу­чилось по его собс­твен­ной глу­пос­ти (ба­тарей­ки те­перь про­веря­ют­ся в пер­вую оче­редь, ес­ли у Бе­на что-то в до­ме пе­рес­та­ет ра­ботать).

Со вре­менем все при­вык­ли и пе­рес­та­ли де­лать из них та­кую боль­шую но­вость, пос­коль­ку Ча­нелю хва­тило ос­то­рож­ности соб­лю­дать ус­ло­вие не де­монс­три­ровать близ­кие от­но­шения на ра­боте. Он во­об­ще ока­зал­ся нас­толь­ко по­нима­ющим и сво­им, что Чон­дэ до сих пор ка­жет­ся, что он не зас­лу­жил.

Каж­дый раз, ког­да Ча­нель пы­тал­ся как-то раз­но­об­ра­зить их от­но­шения и ус­тро­ить ро­ман­ти­ку, у Чон­дэ не вы­ходи­ло ре­аги­ровать на это с дол­жным эн­ту­зи­аз­мом. По­тому что он не при­вык. По­тому что все это как-то... не для не­го. Прий­ти с ра­боты, плюх­нуть­ся под теп­лый бок и зас­нуть — те­перь ста­ло при­выч­ным, хо­тя и от это­го рань­ше он под­созна­тель­но от­го­ражи­вал­ся. Убе­гал по всей кро­вати да­же во вре­мя сна, и од­нажды прос­нулся от то­го, что на­вер­нулся, ког­да Ча­нель не ус­пел его пой­мать. А вся­кие сви­дания, ужи­ны в рес­то­ране — нет.

Но со­весть все боль­ше иро­нич­но по­вяки­ва­ет: «Прос­решь ты свое счастье, док­тор Ким». И он с ней сог­ла­сен. Имен­но по­это­му он ста­вит за­мет­ку в те­лефо­не на день, ког­да его «для се­бя» ста­ло «на дво­их». К со­жале­нию (в боль­шей сте­пени), тот день ему не удас­тся ни­ког­да за­быть. И он по­нима­ет вне­зап­но: ско­ро го­дов­щи­на. Од­на из тех не­важ­ных дат, ко­торая для та­кого, как Ча­нель, об­ве­дена крас­ным. Чон­дэ зна­ет, Чон­дэ его слиш­ком хо­рошо зна­ет.

— И ты ре­шил его уди­вить?

Кен­су смот­рит с нес­кры­ва­емым ин­те­ресом, да­же от­ло­жив ис­то­рии бо­лез­ней. Чон­дэ, вы­ловив­ший его в пе­реры­ве, на­чина­ет нем­но­го жа­леть, но по­нима­ет, что об­ра­тить­ся боль­ше не к ко­му. Бэк­хен по­сове­товал од­но: «Об­мажь се­бя слив­ка­ми, по­вяжи лен­точкой и жди на сто­ле». Чон­дэ от­верг эту идею не толь­ко по­тому, что «иди­от, ос­тавь се­бе свои фан­та­зии», но и по­тому, что мно­го слад­ко­го Ча­нелю нель­зя. Не то что­бы в об­ратном слу­чае он дей­стви­тель­но бы все это сде­лал.

— То, что я не за­был об этой да­те, уже его уди­вит, — фыр­ка­ет Чон­дэ, с со­жале­ни­ем по­нимая, что это прав­да. И не по­тому, что он ре­аль­но за­был бы: прос­то не по­казал бы это­го.

— Он го­ворил, что вы уже об­сужда­ли этот воп­рос: вы ре­шили праз­дно­вать, ес­ли до­тяни­те хо­тя бы до пер­во­го юби­лея. Хо­тя в ва­шем слу­чае я го­тов был пус­тить са­лют еще пос­ле пер­во­го ме­сяца.

Чон­дэ бро­са­ет в не­го руч­кой, на­поми­ная, кто здесь во­об­ще стар­ший. Кен­су, при­вык­ший за столь­ко вре­мени ви­деть док­то­ра Ки­ма вне ра­боты, аб­со­лют­но пе­рес­тал сох­ра­нять ос­то­рож­ность. Чон­дэ за со­бой за­меча­ет, что от это­го да­же теп­лее. «Ста­ре­ешь, друг мой», — го­лосом вез­де­суще­го Бэк­хе­на.

— Так ка­кого ви­да пла­ниру­ет­ся сюр­приз?

— Что-то, че­го он дей­стви­тель­но не ожи­да­ет.

— Хм, — Кен­су за­думы­ва­ет­ся. — А как у вас в пос­те­ли?

Чон­дэ да­вит­ся воз­ду­хом и идет крас­ны­ми пят­на­ми.

— Что, все нас­толь­ко пло­хо?

И нет, все прос­то за­меча­тель­но, о чем Чон­дэ тут же го­ворит. Прос­то в пос­леднее вре­мя единс­твен­ное, чем они за­нима­ют­ся в пос­те­ли, — сон. Нас­толь­ко ус­та­ют, что вре­мени и сил хва­та­ет толь­ко на душ и ле­нивый ут­ренний пет­тинг. А тут еще не­дав­но в гос­ти из Ки­тая при­летел тот са­мый зна­ток кон­ди­ци­оне­ров, и Чон­дэ ви­дит Ча­неля еще ре­же. По­тому что гость ос­та­новил­ся у Па­ка, а Чон­дэ не­любовь к но­вым зна­комс­твам и не­понят­но от­ку­да взяв­ша­яся рев­ность ме­ша­ют к ним при­со­еди­нить­ся. Толь­ко си­дит в сво­ей квар­ти­ре на ди­ване и прис­лу­шива­ет­ся к сме­ху эта­жом ни­же. Черт бы поб­рал эту слы­шимость.

— Исин — наш об­щий друг, мы учи­лись вмес­те, — втол­ко­выва­ет Кен­су, учу­яв в объ­яс­не­ни­ях рев­ность. — У не­го там в Ки­тае дос­та­точ­но же­ла­ющих, и с на­шим ушас­тым дру­гом ни­ког­да и не бы­ло ни­чего серь­ез­но­го. Он да­же не в бро-аль­бо­ме.

Что там за бро-аль­бом та­кой, Чон­дэ по­ка ма­ло ин­те­рес­но (он об этом по­гово­рит с Па­ком поз­же), а цеп­ля­ет­ся он толь­ко за «ни­чего серь­ез­но­го».

Кен­су за­каты­ва­ет гла­за:

— Ну кто у нас не це­ловал­ся спь­яну на сту­ден­ческих ве­черин­ках?

— Я, — врет Чон­дэ прос­то из вред­ности и да­же не крас­не­ет.

— Хо­тите на­вер­стать, док­тор Ким? Я всег­да к ва­шим ус­лу­гам, — со­вер­шенно серь­ез­но пред­ла­га­ет Кен­су и тя­нет­ся к не­му, в го­лос сме­ясь над удив­ленным Чон­дэ.

— Ты не по­мога­ешь.

— Воп­рос лишь в том, нас­коль­ко вы с Ча­нелем го­товы к на­шей по­мощи.

Под «на­шей» Кен­су яв­но под­ра­зуме­ва­ет и сво­его бла­говер­но­го. А Чон­дэ весь­ма нас­лы­шан. Как и вся боль­ни­ца, пос­ле то­го как од­на из мед­сестер зас­ту­кала их ку­выр­ка­ющи­мися в ор­ди­натор­ской. Ник­то так и не по­нял: бы­ла ли она боль­ше вос­хи­щена или шо­киро­вана. Но за­бега­юще­го из­редка к ним Чо­нина те­перь все встре­ча­ют иг­ри­вым хи­хикань­ем, не поз­во­ляя се­бе по­доб­но­го при сдер­жанном и кол­ком Кен­су.

В ко­неч­ном ито­ге, Кен­су все ре­ша­ет за дво­их:

— Есть кое-что, что мы сов­сем не­дав­но ку­пили. Поп­ро­бовать не ус­пе­ли, по­это­му по по­воду это­го мо­жешь не бес­по­ко­ить­ся. Да­вай я прос­то при­несу те­бе это зав­тра, а ты уже сам ре­шай: поп­ро­бовать или сде­лать по-сво­ему.

Чон­дэ за­ин­три­гован, и да­же его ос­то­рож­ность ре­ша­ет от­сту­пить. По­это­му он при­нима­ет не­боль­шой бу­маж­ный па­кет с ко­роб­кой внут­ри и не заг­ля­дыва­ет в не­го до са­мого до­ма, вни­мая мно­гоз­на­читель­но­му: «Уда­чи».

А по­том при­ходит до­мой, дос­та­ет ко­роб­ку и за­мира­ет, под­няв крыш­ку. Что это и для че­го нуж­но, он зна­ет прек­расно. Прик­ле­ен­ный сти­кер к за­бот­ли­во по­ложен­ной бу­тылоч­ке смаз­ки с яр­ким «Ис­поль­зуй ме­ня!» зас­тавля­ет поб­леднеть, пок­раснеть, а по­том сми­рен­но вы­дох­нуть. Бу­дет Ча­нелю удив­ле­ния до са­мого пер­во­го юби­лея.


***




Ча­нель про­сыпа­ет­ся вмес­те с бу­диль­ни­ком и на­поми­нани­ем в ка­лен­да­ре: се­год­ня их го­дов­щи­на. Поч­ти бря­ка­ет поз­драв­ле­ние сон­но­му Чон­дэ, но в пос­ледний мо­мент при­кусы­ва­ет язык и прос­то це­лу­ет, вкла­дывая нес­ка­зан­ное в это дей­ствие. Чон­дэ от­ве­ча­ет, пусть и сна­чала не­уве­рен­но, и да­же не вор­чит по по­воду не­чище­ных зу­бов.

Этот день на­чина­ет­ся как обыч­но и за­кон­чится точ­но так же (на тот мо­мент Ча­нель еще не знал, нас­коль­ко оши­ба­ет­ся). По­это­му пос­ле ра­боты он сог­ла­ша­ет­ся пой­ти вы­пить вмес­те с Иси­ном и Чо­нином, ко­торым «пос­час­тли­вилось» выс­лу­шать его жа­лобы.

— Он нас­толь­ко про­тив по­доб­но­го? — ин­те­ресу­ет­ся Исин.

— Не то что­бы, прос­то счи­та­ет это глу­пос­тя­ми, — взды­ха­ет Ча­нель во вто­рой ста­кан вис­ки с ко­лой.

— Мо­жет, ты его не­до­оце­нива­ешь? — лу­каво щу­рит­ся Чо­нин.

— А че­го это ты мо­его пар­ня во­об­ще оце­нива­ешь? Кен­су уже те­бе ма­ло?

Чо­нин за­каты­ва­ет гла­за, а Исин пос­ме­ива­ет­ся:

— Вы, пар­ни, сов­сем не из­ме­нились.

— Мы мо­жем пос­по­рить на ужин для дво­их в том до­рогом рес­то­ране в цен­тре, ку­да я вас с Кен­су про­тащил тог­да на при­ем под ви­дом кол­лег, — пред­ла­га­ет ре­шитель­но Чо­нин.

А Ча­нель вспо­мина­ет це­ны и за­думы­ва­ет­ся: нас­толь­ко ли есть прав­да в сло­вах Чо­нина, что тот го­тов по­жер­тво­вать сво­им ко­шель­ком. Ему, не­дав­но по­лучив­ше­му по­выше­ние, это все рав­но вле­тит в ко­пе­еч­ку. Так кста­ти вспо­мина­ет­ся обе­щание са­мому се­бе: ни­ког­да не спо­рить с Ким Чо­нином.

От от­ве­та спа­са­ет вдруг вып­лывший от­ку­да-то Бен Бэк­хен в иде­аль­ном кос­тю­ме. И вот эта вот улы­боч­ка на гу­бах дру­га Чон­дэ ни­ког­да не су­лила ни­чего хо­роше­го. Ча­нель при­ветс­тву­ет его с по­доз­ре­ни­ем и не­хотя пред­став­ля­ет Иси­на, с ко­торым их мо­лодой хи­рург еще не был зна­ком.

— Чон­дэ про­сил пе­редать, что­бы ты не за­сижи­вал­ся, — поч­ти про­пева­ет Бен.

Ча­нель хло­па­ет гла­зами: все это очень по­доз­ри­тель­но.

— Я при­ду, толь­ко мы с Иси­ном...

— Оу, не пе­режи­вай, — от­ма­хива­ет­ся хи­рург и уса­жива­ет­ся воз­ле их дру­га, — мы не бу­дем ску­чать.

Чо­нин пос­ме­ива­ет­ся, Исин за­ин­те­ресо­ван, а Ча­нель по­нима­ет, что есть что-то, что ему толь­ко пред­сто­ит уз­нать. По­это­му он вни­ма­ет собс­твен­ной по­доз­ри­тель­нос­ти и со­об­ще­нию Бэк­хе­на, из­ви­ня­ет­ся пе­ред друзь­ями и убе­га­ет из ба­ра, ос­тавляя па­ру ку­пюр. «Так­си уже ждет», — от Бэк­хе­на он слы­шит уже у вы­хода.



Ча­нель нег­ромко ру­га­ет­ся, ког­да лифт зак­ры­ва­ет­ся пря­мо пе­ред его но­сом, и бе­жит по лес­тни­це вверх. Зас­ты­ва­ет у две­ри Чон­дэ и да­ет се­бе от­ды­шать­ся, дос­та­вая из паль­то клю­чи, что уже нес­коль­ко ме­сяцев дал ему стар­ший. Он не­лов­ко пе­реби­ра­ет в паль­цах связ­ку, а по­том вы­дыха­ет и от­кры­ва­ет дверь.

В квар­ти­ре ти­хо и тем­но, лишь из при­от­кры­той спаль­ни ль­ет­ся тус­клый свет ноч­ни­ка. Ча­нель до пос­ледне­го бо­ит­ся да­же пред­по­ложить, что его ждет. Он ра­зува­ет­ся, ве­ша­ет паль­то и зас­ты­ва­ет в не­реши­тель­нос­ти в нес­коль­ких ша­гах от при­от­кры­той две­ри.

— Чон­дэ? — не­уве­рен­но зо­вет он.

— Я здесь, — че­рез ка­кое-то вре­мя сле­ду­ет от­вет. И го­лос стар­ше­го ка­жет­ся нез­на­комым.

Ча­нель тол­ка­ет дверь и про­ходит в ком­на­ту, за­мирая на мес­те. Чон­дэ сто­ит пе­ред ним, пред­по­читая гип­но­тизи­ровать ко­вер. Тус­клый свет ноч­ни­ка очер­чи­ва­ет кон­ту­ры жи­лис­той фи­гуры, об­ла­чен­ной в тон­кое шел­ко­вое ки­моно мо­лоч­но­го цве­та. Ча­нель сгла­тыва­ет, ког­да Чон­дэ под­ни­ма­ет го­лову и ста­новит­ся луч­ше вид­но не­широ­кую по­лос­ку ошей­ни­ка на чу­жой шее с тон­ким ре­меш­ком, ис­че­за­ющим под ки­моно.

— Ты та­кой...

— Иди­от? — нер­вно ус­ме­ха­ет­ся Чон­дэ, за­пус­кая не­лов­ко паль­цы в от­росшие во­лосы. — Я знал, что не сто­ило все это де­лать. Глу­по это все...

Чон­дэ за­мол­ка­ет, ког­да Ча­нель в два ши­роких уве­рен­ных ша­га ока­зыва­ет­ся пря­мо воз­ле не­го. Смот­рит на не­го сво­ими тем­ны­ми гла­зами и ждет.

— Кра­сивый, — за­кан­чи­ва­ет Ча­нель уже хрип­ло и низ­ко, буд­то бо­ит­ся, что кто-то ус­лы­шит этот крик из­нутри.

Чон­дэ слы­шит, но не ве­рит. Ни­ког­да не ве­рил: сколь­ко бы Ча­нель ни пы­тал­ся до­казать об­ратное, всег­да уве­рен­ный Ким Чон­дэ был не уве­рен в са­мом глав­ном — в се­бе са­мом и в собс­твен­ной не­от­ра­зимос­ти. В том, что прек­раснее для Ча­неля ни­кого нет.

Ча­нель кла­дет ла­донь на чу­жую шею, боль­шим паль­цем еле ощу­тимо за­девая ко­жаную по­лос­ку ошей­ни­ка. А по­том пе­рево­дит взгляд Чон­дэ в гла­за — по­тем­невшие, но все еще не­уве­рен­ные — и вы­дыха­ет:

— С го­дов­щи­ной ме­ня?

Чон­дэ чуть улы­ба­ет­ся и ки­ва­ет, а Ча­нель буд­то толь­ко это­го и ждал — при­каса­ет­ся к ма­нящим гу­бам жад­но, вто­рой ла­донью при­тяги­вая бли­же к се­бе за бок. Чон­дэ сто­нет еле слыш­но ему в гу­бы и цеп­ля­ет­ся паль­ца­ми за сви­тер, пы­та­ясь его под­нять. Ча­нель слу­ша­ет­ся, быс­тро стя­гивая вещь че­рез го­лову, и сно­ва це­лу­ет. На­порис­тее, пы­та­ясь пой­мать чу­жой юр­кий язык сво­им. Ла­донью ве­дет от ло­паток вниз по глад­ко­му шел­ку и поч­ти сто­нет, жад­но сжи­мая уп­ру­гую яго­дицу сквозь тон­кую ткань, ког­да по­нима­ет, что белья на Чон­дэ нет.

По­целуй нас­толь­ко жар­кий и не­ис­то­вый, что за­быва­ет­ся вся на­копив­ша­яся ус­та­лость. Чон­дэ от­тя­гива­ет во­лосы на за­тыл­ке и сто­нет, ког­да Ча­нель сжи­ма­ет обе яго­дицы ла­доня­ми, чуть раз­дви­гая их. Ве­дет паль­ца­ми к лож­бинке и зас­ты­ва­ет, на­тыка­ясь на что-то еще. Он от­ры­ва­ет­ся от го­рячих губ и смот­рит воп­ро­ситель­но. Чон­дэ об­ли­зыва­ет­ся, а по­том от­хо­дит на шаг и раз­вя­зыва­ет ки­моно, поз­во­ляя глад­кой тка­ни осесть на ко­вер.

У Ча­неля пе­ресы­ха­ет во рту, ког­да Чон­дэ ока­зыва­ет­ся пол­ностью об­на­жен пе­ред ним. Уз­кие шта­ны уже поч­ти при­чиня­ют боль толь­ко от по­целуя и нес­коль­ких при­кос­но­вений, и Ча­нель бо­ит­ся, что прос­то не вы­дер­жит. А Чон­дэ кра­сив, ес­ли не аб­со­лют­но пот­ря­са­ющий. В сво­ей на­готе, с блес­тя­щей на тус­клом све­ту го­лов­кой воз­бужден­но­го чле­на, с ошей­ни­ком на шее и тон­кой по­лос­кой, как ока­зыва­ет­ся, по­вод­ка, прик­реплен­но­го к по­лос­ке ко­жи. Чон­дэ от­сту­па­ет еще на шаг и не­уве­рен­но по­вора­чива­ет­ся спи­ной. Ча­нелю ка­жет­ся, что он пря­мо сей­час скон­ча­ет­ся на мес­те. По­тому что пу­шис­тый хвост, скры­ва­ющий рас­се­лину уп­ру­гих яго­диц, зас­тавля­ет пе­рес­тать ды­шать на нес­коль­ко мгно­вений.

— На ко­шек у те­бя ал­лергия, но... Там бы­ли еще уши, но это уже сов­сем пе­ребор, — хмы­ка­ет Чон­дэ, на мгно­вение воз­вра­щая в ре­аль­ность.

Ча­нель сгла­тыва­ет и под­хо­дит нес­пешно бли­же, на хо­ду рас­сте­гивая ре­мень. Чон­дэ нап­ря­жен­но сле­дит за ним, и Ча­нель мо­жет бук­валь­но по­щупать его не­уве­рен­ность, ког­да под­ни­ма­ет его ли­цо за под­бо­родок. Он по­нима­ет, что сло­ва сей­час из­лишни, по­это­му прос­то це­лу­ет. На этот раз неж­но, поз­во­ляя по­чувс­тво­вать собс­твен­ную бла­годар­ность. По­тому что он зна­ет, что для Чон­дэ это бы­ло тя­жело. Для не­го все еще все про­ис­хо­дящее — тя­жело. И то, что он сам по­шел на это, нас­толь­ко бес­ценно, что Ча­нель за­дыха­ет­ся от всей сво­ей люб­ви.

Чон­дэ прос­каль­зы­ва­ет язы­ком ему в рот, де­лая по­целуй бо­лее глу­боким и гру­бым, рас­сте­гивая ши­рин­ку и пы­та­ясь стя­нуть с Ча­неля шта­ны. Ча­нель жад­но ог­ла­жива­ет же­лан­ное те­ло, не ка­са­ясь ма­нящих яго­диц. А Чон­дэ при­кусы­ва­ет его гу­бы и спус­ка­ет­ся го­рячи­ми по­целу­ями по под­бо­род­ку, стас­ки­вая шта­ны вмес­те с ниж­ним бель­ем. У Ча­неля от воз­бужде­ния все пе­ред гла­зами поч­ти в дым­ке, ког­да Чон­дэ го­рячо и гром­ко вы­дыха­ет на го­лов­ку воз­бужден­но­го чле­на. Юр­кий язык иг­ри­во про­ходит­ся по всей дли­не, и Ча­нель с ры­ком под­ни­ма­ет Чон­дэ за пле­чи на но­ги, ког­да го­рячие гу­бы смы­ка­ют­ся на го­лов­ке.

— Про­дол­жишь, и все твои ста­рания бу­дут нап­расны, — пос­ме­ива­ет­ся хрип­ло он на ухо стар­ше­му.

А по­том неж­но це­лу­ет изог­ну­тые в иг­ри­вой, та­кой дра­гоцен­ной улыб­ке гу­бы. Кон­чи­ками паль­цев еле ощу­тимо про­водит вдоль поз­во­ноч­ни­ка Чон­дэ, ло­вя гу­бами го­рячий вы­дох и встре­чая чу­жую го­рячую грудь сво­ей, ког­да Чон­дэ из­ги­ба­ет­ся от при­кос­но­вений. Ча­нель поч­ти с тре­петом про­водит по ме­ху хвос­та, чувс­твуя, как му­раш­ки пред­вку­шения пол­зут по спи­не. Он вто­рой ла­донью цеп­ля­ет край по­вод­ка, под­ни­ма­ясь поч­ти до креп­ле­ния и вдруг от­тя­гивая его на­зад. Чон­дэ отс­тра­ня­ет­ся он его губ с удив­ленным вы­дохом.

Ча­нель жад­но смот­рит, как дви­га­ет­ся ос­трый ка­дык, ка­са­ющий­ся ко­жаной по­лос­ки ошей­ни­ка, и хри­пит:

— На кро­вать.

Лишь на мгно­вение что-то мель­ка­ет в гла­зах Чон­дэ, но он тут же под­чи­ня­ет­ся, при­нимая пра­вила. Ча­неля пь­янит пол­ней­шее ощу­щение влас­ти, и он бла­года­рен сво­им друзь­ям (а да­леко хо­дить не на­до, что­бы по­нять, от­ку­да но­ги рас­тут) за эти мгно­вения. Хо­тя вряд ли за­хочет де­лить­ся вос­по­мина­ни­ями. Та­кой Чон­дэ — толь­ко для не­го. Да­же на сло­вах, да­же в фан­та­зи­ях.

А его са­мая боль­шая в жиз­ни уда­ча в это вре­мя по­вора­чива­ет­ся спи­ной, из­ги­ба­ясь в по­яс­ни­це, и Ча­нель за­воро­жен­но смот­рит, как дви­га­ет­ся пу­шис­тый хвост, прик­ры­ва­ющий все са­мое ин­те­рес­ное. Он опи­ра­ет­ся ко­леня­ми на кро­вать, ла­доня­ми жад­но про­водя от ло­паток до яго­диц, под­жавших­ся под при­кос­но­вени­ями. Чон­дэ из­да­ет ти­хий стон в по­душ­ку, и Ча­нель за­кусы­ва­ет гу­бу.

Он нак­ло­ня­ет­ся к го­ряче­му те­лу и ос­тавля­ет жад­ные по­целуи на со­лоно­ватой от по­та ко­же, ог­ла­живая под­жа­рые бед­ра ла­доня­ми. Спус­ка­ет­ся по­целу­ями вниз до по­яс­ни­цы, ку­са­ет жад­но яго­дицу, зас­тавляя Чон­дэ вздрог­нуть от не­ожи­дан­ности, и ве­дет но­сом к хвос­ту, все еще скры­ва­юще­му все са­мое ин­те­рес­ное. Ка­жет­ся, пре­людий с них на се­год­ня дос­та­точ­но.

Ча­нель про­пус­ка­ет мех меж паль­цев и с ак­ку­рат­ностью ка­са­ет­ся кон­чи­ка пла­га, к ко­торо­му прик­реплен хвост. Он неж­но це­лу­ет ко­жу яго­диц, ос­то­рож­но вы­нимая проб­ку мяг­ки­ми дви­жени­ями. Ча­нель жад­но смот­рит, как мыш­цы не­хотя от­пуска­ют ме­тал­ли­чес­кий плаг. Чон­дэ гром­ко вы­дыха­ет, а Ча­нель смот­рит и поч­ти с ума схо­дит, ви­дя Чон­дэ нас­толь­ко от­кры­тым толь­ко для не­го. Он ос­то­рож­но ог­ла­жива­ет ла­доня­ми яго­дицы, раз­во­дя их в сто­роны, и жад­но сле­дит за су­дорож­но сжи­ма­ющим­ся и раз­жи­ма­ющим­ся влаж­ным от смаз­ки ко­леч­ком мышц.

Чон­дэ что-то нег­ромко го­ворит, но Ча­нель не мо­жет ра­зоб­рать. От­вле­ка­ет­ся, толь­ко ког­да ма­нящие яго­дицы отод­ви­га­ют­ся, что­бы Чон­дэ что-то взял с тум­бочки и бро­сил ему. Ча­нель толь­ко сей­час за­меча­ет бу­тылоч­ку смаз­ки и хмы­ка­ет на яр­кое «Ис­поль­зуй ме­ня!».

Чон­дэ под­тя­гива­ет­ся чуть впе­ред, хва­та­ясь за из­го­ловье, и из­ги­ба­ет­ся еще боль­ше, зас­тавляя Ча­неля сглот­нуть. Кры­шеч­ка смаз­ки щел­ка­ет в вяз­кой ти­шине, и Ча­нель жад­но ль­ет на паль­цы. На ко­ленях под­полза­ет бли­же и об­во­дит паль­цем неж­ный вход, вы­зывая тре­бова­тель­ное: «Ча­не-оль».

Ча­нель де­ла­ет вид, что не за­меча­ет прось­бы. На­щупы­ва­ет ре­мень по­вод­ка и на­маты­ва­ет его на ла­донь, чуть от­тя­гивая. Чон­дэ зап­ро­киды­ва­ет го­лову, под­чи­ня­ясь и жар­ко вы­дыхая с ед­ва слыш­ным сто­ном, ког­да Ча­нель вво­дит сра­зу два паль­ца в жар­кую узость. Прос­то не мо­жет се­бе в этом от­ка­зать. Ощу­пыва­ет из­нутри го­рячие стен­ки, ду­рея от то­го, как жад­но его ох­ва­тыва­ют мыш­цы. Во­дит по­душеч­кой боль­шо­го паль­ца по рас­крас­невше­муся чувс­тви­тель­но­му краю и ос­тавля­ет мел­кие по­целуи на влаж­ном выб­ри­том за­тыл­ке. Чон­дэ что-то ши­пит ед­ва слыш­но, и Ча­нель ре­ша­ет боль­ше не иг­рать с ог­нем.

Ль­ет еще смаз­ки, сма­зыва­ет нас­пех член в па­ру рез­ких дви­жений, ощу­щая бо­лез­ненное же­лание на­конец-то ока­зать­ся внут­ри. Под­тя­гива­ет к се­бе Чон­дэ за бед­ра, от­че­го тот поч­ти от­пуска­ет из­го­ловье, и вхо­дит в нес­коль­ко тол­чков. Чон­дэ сто­нет в го­лос, ког­да Ча­нель встре­ча­ет­ся бед­ра­ми с его яго­дица­ми звуч­ным шлеп­ком.

Ча­нель да­ет ему нем­но­го пе­редох­нуть, а по­том силь­нее сжи­ма­ет паль­ца­ми бед­ра — точ­но ос­та­нут­ся си­няки, за ко­торые дос­та­нет­ся, — и на­чина­ет дви­гать­ся. Раз­ме­рен­но, вы­рывая ко­рот­кие нег­ромкие сто­ны, жад­но сле­дя за тем, как Чон­дэ пол­ностью вби­ра­ет его в се­бя. Кро­вать пос­кри­пыва­ет от неп­ре­рыв­ных дви­жений, и Ча­нель те­ря­ет­ся в го­рячем ды­хании, за­пол­нившем ком­на­ту, и сто­нах. Он пе­рено­сит вес на ру­ки, упи­ра­ясь ими в мат­рас, и рез­ко по­да­ет­ся впе­ред, от­че­го Чон­дэ сто­нет поч­ти жа­лоб­но, а его но­ги разъ­ез­жа­ют­ся. Ча­нель ло­вит это мгно­вение и на­ращи­ва­ет темп, раз за ра­зом все боль­ше вдав­ли­вая Чон­дэ в мат­рас. Ру­ки Чон­дэ сос­каль­зы­ва­ют, и он су­дорож­но цеп­ля­ет­ся паль­ца­ми в по­душ­ку, заг­лу­шая ей осо­бен­но гром­кие сто­ны.

Ча­нель хо­чет слы­шать каж­дый вздох, каж­дый стон. Он отс­тра­ня­ет­ся, сно­ва опи­ра­ясь на ко­лени, и под­тя­гива­ет ос­лаблен­но­го на­пором стар­ше­го за бед­ра вверх. Чон­дэ про­тес­ту­юще сто­нет, ког­да член выс­каль­зы­ва­ет из не­го. Ча­нель на­маты­ва­ет по­водок и дер­га­ет вверх, вы­зывая ши­пение. Чон­дэ из­ги­ба­ет­ся, спи­ной ка­са­ясь гру­ди Ча­неля. Млад­ший прих­ва­тыва­ет со­леную ко­жу меж­ду пле­чом и ше­ей и вхо­дит в один тол­чок в рас­тя­нутый про­ход. Чон­дэ сто­нет в го­лос и пе­рес­та­ет се­бя сдер­жи­вать. Лишь хва­та­ет­ся за за­пястье ру­ки, что дер­жит по­водок, и жад­но по­да­ет­ся на­зад, при­нимая боль­ше и глуб­же.

Ча­нель, ка­жет­ся, от­пуска­ет все­го се­бя. Лишь ос­тавля­ет по­целуи-уку­сы и за­сосы на блес­тя­щей от по­та ко­же, че­го не поз­во­лял се­бе все это вре­мя в пол­ной ме­ре. Чон­дэ сто­нет поч­ти умо­ля­юще, и Ча­нель ос­та­нав­ли­ва­ет­ся. Выс­каль­зы­ва­ет из не­го под про­тес­ту­ющий стон и зас­тавля­ет лечь на спи­ну. Чон­дэ с го­тов­ностью под­тя­гива­ет но­ги к гру­ди, и Ча­нель зас­ты­ва­ет, лю­бу­ясь им та­ким — от­кры­тым, до­вер­чи­вым и аб­со­лют­но жад­ным.

Он под­би­ра­ет­ся к не­му бли­же и вхо­дит, на этот раз ос­то­рож­ны­ми тол­чка­ми, ло­вя гу­бами жар­кие вы­дохи, об­жи­га­ющие ко­жу. Чон­дэ скре­щива­ет но­ги у не­го на по­яс­ни­це, смот­рит в гла­за поч­ти нев­ме­ня­емым взгля­дом и по­да­ет­ся впе­ред, на­сажи­ва­ясь глуб­же и втя­гивая в по­целуй. Ча­нель жад­но от­ве­ча­ет, цеп­ля­ясь за из­го­ловье, что­бы не об­хва­тит ла­доня­ми ма­нящую шею с нер­вно дер­га­ющим­ся ос­трым ка­дыком. Лишь пре­рыва­ет по­целуй, что­бы слы­шать слад­кие сто­ны, и ос­тавля­ет мет­ки вез­де, где до­тянет­ся.

Чон­дэ на­чина­ет­ся рез­че по­давать­ся впе­ред, и Ча­нель по­нима­ет, что они оба на гра­ни. Он об­хва­тыва­ет паль­ца­ми со­чащий­ся смаз­кой член стар­ше­го и уси­лива­ет на­пор, зас­тавляя кро­вать ко­рот­ко бить­ся о сте­ну. Чон­дэ жад­но хва­та­ет ртом воз­дух и гром­ко сто­нет в уни­сон. Они до­ходят до пи­ка вмес­те, кон­чая тол­чка­ми: Чон­дэ — на собс­твен­ный под­тя­нутый жи­вот, а Ча­нель — в го­рячую тес­но­ту мышц, жад­но сжи­ма­ющих его в ор­газме.

Ча­нель поз­во­ля­ет се­бе ми­нуту прос­то по­лежать ря­дом с тя­жело ды­шащим Чон­дэ, преж­де чем выс­коль­знуть из рас­тя­нуто­го стар­ше­го под не­доволь­ный стон. Ча­нель вос­ста­нав­ли­ва­ет ды­хание и толь­ко еще че­рез нес­коль­ко ми­нут от­кры­ва­ет гла­за.

Чон­дэ ле­жит воз­ле не­го на бо­ку — ус­тавший, с за­вив­ши­мися от по­та пря­дями у лба и аб­со­лют­но зат­ра­хан­ный. Ча­нелю нра­вит­ся то, что он ви­дит, до по­калы­ва­ющих кон­чи­ков паль­цев.

— У те­бя сей­час ли­цо трес­нет, — вор­чит Чон­дэ в по­душ­ку. Ус­та­ло и прос­то для про­фор­мы.

Ча­нель неж­но улы­ба­ет­ся и под­тя­гива­ет­ся к не­му, ве­дя но­сом по го­рячей ще­ке и ос­тавляя мяг­кий по­целуй. Чон­дэ ле­ниво при­от­кры­ва­ет один глаз, смот­рит на не­го нес­коль­ко мгно­вений, а по­том сам тя­нет­ся впе­ред, втя­гивая в нес­пешный по­целуй. Ча­нель аб­со­лют­но счас­тлив, о чем тут же спе­шит со­об­щить.

Трет­ся но­сом за ухом стар­ше­го и поч­ти мур­лы­чет:

— Спа­сибо.

Чон­дэ фыр­ка­ет, но не отс­тра­ня­ет­ся, хо­тя неж­ностей пос­ле сек­са ни­ког­да осо­бо не лю­бил.

— Еще бы. Я и не ожи­дал, что все бу­дет так. Я мно­гого о те­бе еще не знаю, Пак Ча­нель.

Ча­нель и сам о се­бе это­го не знал: прос­то не ожи­дал, что его так нак­ро­ет. Про­водит не­весо­мо по ошей­ни­ку паль­ца­ми и хмы­ка­ет.

— Да­же не хо­чу знать, что там еще при­пасе­но у этой па­роч­ки.

— До­гадал­ся, да? — не­доволь­но буб­нит Чон­дэ.

— До­гадал­ся. Прос­то по­тому что сам бы ты до та­кого не до­шел: мыс­ли бы не по­вер­ну­лись в эту сто­рону, — пос­ме­ива­ет­ся Ча­нель.

— Это бы­ла ра­зовая ак­ция, вку­шай. Вот отой­ду — отыг­ра­юсь.

Чон­дэ ку­са­ет его за ниж­нюю гу­бу, вид­но, пы­та­ясь сте­реть улыб­ку. Пусть отыг­ры­ва­ет­ся, Ча­нель сов­сем не про­тив.