Размер шрифта  Вид шрифта  Выравнивание  Межстрочный интервал  Ширина линии  Контраст 

Семья для Феликса

максиДетектив, Семья / 13+
Гарри Поттер ОЖП Северус Снейп
11 февр. 2017 г.
2 апр. 2017 г.
7
20.551
1
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
11 февр. 2017 г. 2.660
 
В нашем уютном, пахнущем после ремонта свежей магловской краской и сверкающем новеньким кафелем ванной доме появилось «оно».

     При­тащил пар­шивца. Здрась­те, при­еха­ли. Вос­пи­тывай, до­рогая. К чер­товой бабушке! К Мер­ли­ну! Пусть сам с ним во­зит­ся. Я и паль­цем не при­кос­нусь. Ни за что!

     «Оно», ка­жет­ся, дол­жно бы­ло от­кли­кать­ся на столь близкое и родное каждому выпускнику Дурмстранга имя «Фе­ликс», но, по­хоже, муж, со­об­щив имя паршивца мне, забыл пос­та­вить в из­вес­тность «оно». «Оно» не от­кли­калось во­об­ще и вся­чес­ки де­лало вид, что ни­чего не слы­шит и не ви­дит. Ме­ня, в час­тнос­ти.

     На вид «оно» пред­став­ля­ло со­бой ре­бен­ка муж­ско­го по­ла, ес­ли су­дить по одежде и имени. Точ­нее мож­но бы­ло бы ска­зать, ес­ли бы уда­лось «это» за­тащить в мою прекрасную ван­ную, раз­деть и от­мыть. Но по­ка не по­луча­лось. Товарищ педагог, извините, никак не привыкну, я хотела сказать, господин профессор, ско­тина та­кая, то есть, сокровище мое, ап­па­риро­вал с «этим» не­из­вес­тно от­ку­да пря­мо в гос­ти­ную и тут же скрыл­ся из ви­ду:

     — По­заботь­ся о нем, до­рогая, я по­том те­бе все объ­яс­ню! Фе­ликс, его зо­вут Фе­ликс. Мне ко вто­рой па­ре, министерское тестирование на допуск к экзамену, опаз­ды­ваю, прости!

     И сбе­жал, не­годяй. Пар­дон, ап­па­риро­вал, вол­шебник.

     «Оно» про­яви­ло не­дюжин­ную си­лу, меш­ком сва­лив­шись на пол и тут же вце­пив­шись в нож­ку мо­его лю­бимо­го крес­ла, так что в ван­ную это­го грязного по­росен­ка уда­лось бы за­тащить толь­ко вмес­те с нес­час­тным пред­ме­том ме­бели.

     Че­рез десять минут бе­зус­пешных по­пыток от­нестись по-че­лове­чес­ки к дан­но­му представите­лю, по идее, ра­зум­ных че­лове­ко­об­разных, я пси­хану­ла и не по­лени­лась поднять­ся за па­лоч­кой. Не люб­лю кол­до­вать, не же­лаю, да и поч­ти не умею. Но тут ме­ня слов­но прор­ва­ло. То, что ни в ка­кую не хо­тело по­лучать­ся ни на уро­ках тран­сфи­гура­ции в род­ном Дурмс­тран­ге, ни пос­ле дол­гих тре­ниро­вок под ру­ководс­твом му­жа, вне­зап­но получи­лось са­мо со­бой, но результат оказался несколько неожиданным: крес­ло сду­лось, слов­но ре­зино­вое, выс­коль­зну­ло из дет­ских паль­чи­ков и от­прыг­ну­ло на поч­ти­тель­ное рас­сто­яние.

     — Ой, ма­моч­ки! — от не­ожи­дан­ности я при­жала ру­ки к ще­кам, ед­ва не проткнув се­бе глаз па­лоч­кой.

     Во­об­ра­зите кар­ти­ну: од­ной ру­кой я хва­таю за тон­кое за­пястье яв­но воз­на­мерив­шееся от ме­ня уд­рать «нечто», а дру­гой ма­шу па­лоч­кой в сто­рону крес­ла, тщет­но пы­та­ясь вер­нуть сдув­шей­ся ре­зин­ке ее преж­ний об­лик. Ре­бенок ве­рещит, ог­лу­шитель­но под­тверждая свой ста­тус по­росен­ка, ме­ня от­бра­сыва­ет теп­лой вол­ной в сте­ну, яб­ло­ко раз­до­ра, то есть крес­ло, взры­ва­ет­ся. И ти­шина, в ко­торой слы­шен толь­ко уда­ля­ющий­ся то­пот ма­лень­ких ног…

     Клоч­ки не­понят­но че­го, то есть еще как по­нят­но — быв­ше­го крес­ла, раз­ле­телись по ком­на­те, лох­мо­тьями пок­ры­вая все, по­пав­ше­еся на их пу­ти, в том чис­ле и мою многострадаль­ную го­лову. Меня приложило знатно: потребовалось не менее па­ры ми­нут реф­лексии по по­воду то­го, что, черт возь­ми, это бы­ло, и что похожие ощущения в последний раз я испытывала уже довольно давно — во время уроков по боевому самбо, которыми в Думстранге нас пытали ежедневно, как и квиддичем. В попытках понять, не сло­мано ли у ме­ня с де­сяток кос­тей, я, наконец, ре­шилась сесть и ос­то­рож­но ощу­пать наиболее пострадавшие места. Громко и с чувством выругалась, нащупав шишку на голове.

     Сре­ди непечатно выраженных вы­водов по по­воду: «Что это было?», пре­вали­ровал единс­твен­ный: «оно» — маг, и весь­ма силь­ный, раз в столь юном воз­расте ед­ва не про­бил сти­хий­ной ма­ги­ей сте­ну. Мо­ей го­ловой, су­кин сын.

     Ни­ког­да не лю­била де­тей. А уж Ви­тень­ке — мо­ему млад­шень­ко­му поч­ти бра­тику час­тень­ко дос­та­валось от ме­ня за шко­ды. И без вся­кой ма­гии.

     — Ука­жи! — а чем черт не шу­тит, мо­жет, ме­ня в ка­чес­тве ком­пенса­ции за стра­дания ожи­да­ет при­ят­ный сюр­приз, и это зак­ли­нание то­же по­корит­ся мне?

     — Ука­жи, где ре­бенок! — ноль ре­ак­ции. — Да ука­жи же, ту­пая де­ревяш­ка!

     Впрочем, все как всегда, — поч­ти скви­бов эти обид­чи­вые дро­ва слу­ша­ют­ся ред­ко. Ви­димо, на се­год­ня мое ве­зение за­кон­чи­лось. Оно у ме­ня и не ве­зение вов­се. Я пред­став­ляю свою собс­твен­ную ма­гию в об­ра­зе из­ба­лован­ной сво­ен­равной кра­сот­ки: ес­ли у нее есть нас­тро­ение — она «в го­лосе», а ес­ли нет, то и су­да нет.

     Я от­пра­вилась ис­кать свою ре­аль­ную и по­тен­ци­аль­ную го­лов­ную боль, вспо­миная, где за­тих то­поток. Где бы я са­ма ста­ла пря­тать­ся в пер­вую оче­редь, ес­ли бы силь­но ис­пу­галась? Нор­маль­ные де­ти пря­чут­ся под кро­ватя­ми. Нор­маль­ные. Что есть «нор­ма»?

     Да­вай­те по­рас­сужда­ем? От­ста­вить раз­го­вор­чи­ки!

     Уж не знаю, как «оно» до­дума­лось, воз­можно, «оно» — ге­ний, или дол­го тре­ниро­валось, но об­на­ружи­лось это соз­да­ние имен­но там, где на­ходить­ся ему не сле­дова­ло ни за что.

     Мне по­каза­лось, что я да­же уви­дела пер­вый рос­ток бу­дуще­го вза­имо­пони­мания меж­ду мной и тем, ко­му толь­ко пред­сто­яло вы­учить са­мое ос­новное: что на свое имя неп­ре­мен­но нуж­но от­кли­кать­ся. Прос­то жиз­ненно не­об­хо­димо. Осо­бен­но, ког­да те­бя зо­вет и так ра­зоз­ленная по са­мое не мо­гу поч­ти маг­ла, не име­ющая воз­можнос­ти в счи­тан­ные се­кун­ды най­ти те­бя с по­мощью по­ис­ко­вого зак­ли­нания. По­чему вза­имо­пони­мания? Да по­тому что, про­терев коленями несуществующую пыль перед кро­ватью в спаль­не му­жа, а по­том и в сво­ей собс­твен­ной, я уже точ­но зна­ла, где ис­кать. Уме­ние с треть­ей по­пыт­ки про­ник­нуть в строй мыш­ле­ния дру­гого че­лове­ка и пред­ска­зать пос­ледс­твия — этим мож­но гор­дить­ся! А са­мое глав­ное, пред­ска­зать пос­тупки это­го «дру­гого». Еще пот­ре­ниру­юсь — смо­гу за­менить Тре­лони! Ес­ли ос­та­нусь жи­ва.

     Я бро­силась пря­миком в чу­лан, за­вывая не ху­же на­шей яс­но­видя­щей:

     — Фе­ликс, иди­от, толь­ко не ту­да! Он меня убьет!

     Ко­неч­но, «оно» ока­залось там и те­перь от­ча­ян­но чи­хало, че­салось и да­вилось ры­дани­ями, спря­тав­шись за ящи­ком с пус­ты­ми кол­ба­ми. Ес­тес­твен­но, что в тем­но­те «оно» не раз­гля­дело ящи­ки на по­лу, спот­кну­лось и вре­залось в пол­ки с бан­ка­ми, ме­шоч­ка­ми, ко­робоч­ка­ми и про­чими ем­костя­ми, на­пол­ненны­ми столь не­об­хо­димы­ми мужу ин­гре­ди­ен­та­ми. Те­перь часть все­го это­го бы­ла рас­сы­пана, пе­реме­шана, ис­порче­на.

     Во что обош­лись эти за­пасы? Сколь­ко вре­мени лич­но я и нес­час­тные, по­пав­шие на отработ­ку гриф­финдор­цы пот­ра­тили на при­веде­ние всех этих рас­те­ний, ла­пок, хвос­ти­ков и про­чей дря­ни в над­ле­жащий вид «об­разцо­во под­го­тов­ленных для вар­ки зе­лий ин­гре­ди­ен­тов»? Что ска­жет муж, уви­дев раз­гром?

     От­ве­ты на все эти воп­ро­сы про­нес­лись в мо­ей рас­ка­лывав­шей­ся от бо­ли го­лове. Те­перь я точ­но смо­гу пре­тен­до­вать на мес­то про­фес­со­ра пред­ска­заний в Хог­вар­тсе.

     Ярость моя не зна­ла гра­ниц!

     Я вы­волок­ла мер­завца из его убе­жища и, гром­ко каш­ляя и ма­терясь в пе­реры­вах меж­ду спаз­ма­ми, от ду­ши от­шле­пала так, что у ме­ня са­мой за­боле­ла ру­ка. Пар­ши­вец по­кор­но ви­сел в мо­ей ру­ке, при­душен­ный во­ротом ру­баш­ки, иног­да икал, из­да­вал еле слыш­ные зву­ки, но не пред­при­нимал ни­каких по­пыток ока­зать соп­ро­тив­ле­ние. Слов­но ог­ромный кот, ста­щив­ший сме­тану, а по­том све­сив­ший лап­ки и по­кор­но вы­носив­ший на­каза­ние.

     Слиш­ком по­кор­но. И зву­ков ика­ния, со­пения и крях­те­ния уже дав­но не слыш­но что-то…

     Я взгля­нула в уже чуть ли не по­синев­шее ли­цо ре­бен­ка и от ужа­са раз­жа­ла ру­ку. «Оно» сва­лилось на пол и, на­туж­но каш­ляя, по­пол­зло от ме­ня прочь, дрожа и прик­ры­вая ру­чон­ка­ми го­лову.

     Твою мать, господин декан! Да что же ты мне под­ки­нул-то, а?

     Я своими нежными ручками, привыкшими крутить, словно барабанную палочку, тяжеленный дубовый окованный железом посох, едва не при­души­ла ре­бен­ка че­тырех-пя­ти лет от ро­ду. Кош­мар ка­кой…

     У ме­ня пе­рех­ва­тило гор­ло и зак­ру­жилась го­лова: трав­ма от уда­ра о стен­ку очень вов­ре­мя да­ла о се­бе знать, под­стег­ну­тая не­шуточ­ным стрес­сом и рез­ки­ми за­паха­ми из раз­гром­ленно­го чу­лана. Я с детс­тва пе­ребо­лела, ка­жет­ся, все­ми рес­пи­ратор­ны­ми за­боле­вани­ями. Ла­рин­гит был са­мым «лю­бимым». Слу­чалось, во вре­мя про­тека­ния дан­ной бо­лез­ни, за­каты­вала гла­за и от ме­нее па­хучих ве­ществ.

     Я опус­ти­лась на пол, схва­тила маль­чиш­ку за щи­колот­ку, что­бы опять не уд­рал, и за­мер­ла, по­валив­шись на бок и под­гре­бая мел­кую дрянь под се­бя.

     «От ко­медии до тра­гедии…», — про­нес­лось в го­лове и я на не­кото­рое вре­мя пе­рес­та­ла адек­ватно вос­при­нимать ре­аль­ность.

***


     — Те­тя, прос­нись… Те­тя, по­жалуй­ста… Я убил те­тю… Я — су­чий вы­родок… Я не-нор-маль-ный… Я убил сво­ей не-нор-м-маль­ностью те­тю… Ме­ня нуж­но ли-к-к-ви-и-и-ди­рова-а-ть…

     Да что за…?!

     Я от­кры­ла гла­за и не­воль­но от­шатну­лась: пря­мо пе­ред мо­им но­сом рас­ка­чива­лась ма­лень­кая фи­гур­ка, мо­нотон­но, слов­но дол­гие ка­тре­ны зак­ли­наний, про­из­но­ся од­ни и те же фра­зы. Вре­мя от вре­мени зак­ли­натель пре­рывал­ся на еле слыш­ные ры­дания и ико­ту, а по­том все на­чина­лось за­ново.

     Бред, прос­то бред. Что он не­сет! Ужас ка­кой…

     — За­мол­чи не­мед­ленно, прек­ра­ти бор­мо­тать чушь! Я не со­бира­юсь уми­рать. Не в бли­жай­шие сто пять­де­сят лет, это уж точ­но. И не от тво­ей сти­хий­ной ма­гии. По­зор мне, «птенцу Железного Феликса», на го­лову — по­гиб­нуть, не сой­дясь во мне­нии с мла­ден­цем по по­воду крес­ла!

     Тут я зап­ну­лась. Хм, а ведь и силь­ней­шие ма­ги, слу­чалось, по­гиба­ли, по­об­щавшись с де­тиш­ка­ми го­раз­до бо­лее неж­но­го воз­раста. Что уж тут го­ворить о поч­ти скви­бе, ко­торо­го не выг­на­ли из Дурмс­тран­га толь­ко бла­года­ря его уни­каль­ным ор­га­низа­тор­ским спо­соб­ностям и, что уж там скрывать, — родственным отношениям с директором Дурмстранга.

     Но! И я, смею надеяться, тоже кое-чего стою: не­заме­нимая ста­рос­та, спо­соб­ная ор­га­низо­вать всех и все; самый надежный и ответственный по­мощ­ник учи­телей бук­валь­но с пер­вых дней пер­во­го кур­са, лучший загонщик квиддичной команды школы. Та­кими, зна­ете ли, не раз­бра­сыва­ют­ся! А еще я «невозвращенец» и «предатель Родины», позор прославленного отца… Но не будем о печальном.

     Я вни­матель­но ог­ля­дела дос­тавше­еся мне на­каза­ние: оно же воз­растом вряд ли намно­го млад­ше мо­его бра­тиш­ки, а та­кое впе­чат­ле­ние, что при­лич­ный кот мас­сой по­боле бу­дет. Не убить бы!

     Упо­мина­ние о ма­гии по­дей­ство­вало как-то стран­но: ожи­вив­ший­ся при ви­де жи­вой ме­ня Фе­ликс (вот как, ока­зыва­ет­ся, на ме­ня по­дей­ство­вали кар­тре­ны зак­ли­наний-за­выва­ний: уже Фе­ликс, а не «оно») сжал­ся в ко­мочек и при­нял­ся в пол­ном смыс­ле сло­ва раз­во­дить соп­ли. И ста­ратель­но их раз­ма­зывать по ху­дым ос­трень­ким ко­лен­кам, пок­ры­тым до­роги­ми, мод­ны­ми, но уже по­ряд­ком из­гваз­данны­ми в земле и ка­ком-то ма­зуте или ма­шин­ном мас­ле, об­сы­пан­ны­ми со­дер­жи­мым чу­лана меш­ко­об­разны­ми джин­са­ми. Ме­ня пе­редер­ну­ло: вот… по­росе­нок! Я при­жала паль­цы к вис­кам, чувс­твуя, как скре­бет гор­ло, и кру­жит­ся го­лова пос­ле не­дав­не­го об­мо­рока. На нес­коль­ко се­кунд зак­ры­ла гла­за. По­мог­ло. Ка­жет­ся.

     — Так, то­варищ! Раз уж ты мне дол­жен за то, что не до­вел до кон­ца са­мое глу­пое убий­ство сто­летия, то я став­лю те­бе ряд ус­ло­вий: ты без кап­ри­зов от­кли­ка­ешь­ся, ког­да я про­из­но­шу славное имя «Фе­ликс», прек­ра­ща­ешь ныть и нес­ти вся­кий бред, сда­ешь свои гряз­ню­чие ве­щи в стир­ку и ле­зешь в ван­ную мыть­ся! По­нял, не по­нял — вы­пол­нять! Сколь­ко те­бе лет? На­де­юсь, ты не уто­нешь в ван­ной?

     — Шесть. Те­тя, прос­ти­те, я, прав­да, не хо­тел, оно са­мо… Вы не сда­дите ме­ня на опы­ты? Те­тя, вам пло­хо? Это из-за ме­ня, да? А сдать свои ве­щи в стир­ку я не мо­гу. Это джин­сы и ру­баш­ка бра­та, — сле­зы вновь под­сту­пили к крас­ным от тра­вяной пы­ли и дол­гих ры­даний гла­зам маль­чиш­ки.

     Вот ин­те­рес­но: по ка­кому по­воду сей­час сле­зы? При­вел мне сра­зу столь­ко ва­ри­ан­тов. Тут те­бе и «оно са­мо», и страх «сда­чи на опы­ты» (ин­те­рес­но, кто его этим пу­гал) и про­чее. Страх по­лучить до­пол­ни­тель­ных пи­люлей за до кон­ца не уби­тую те­тю от этой са­мой те­ти по­чему-то на вто­ром мес­те, а «опы­ты» ли­диру­ют. Ин­те­рес­нень­ко-чу­деса­тень­ко. Столь­ко ин­форма­ции. Она — вла­дычи­ца ми­ра. Ну, или, на ху­дой ко­нец, воз­можность зас­та­вить од­но­го кон­крет­но­го по­росен­ка-ма­га пос­ту­пать так, как мне тре­бу­ет­ся.

     — Да, мне пло­хо. Да, из-за те­бя, свин­тус ты эта­кий. Ве­щи бра­та? Чу­дес­но, эко­номи­ка дол­жна быть эко­ном­ной! Да мне, собс­твен­но, нап­ле­вать, чьи они, но их нуж­но пос­ти­рать. Ты сог­ла­сен? А на опы­ты я, ка­жет­ся, сдам то­го, кто те­бя сю­да при­тащил, кля­нусь! Ес­ли он рань­ше не пус­тит ме­ня на ин­гре­ди­ен­ты за то, что ты нат­во­рил в чу­лане.

     Не­понят­но­го от­тенка гла­за на личике, пе­рема­зан­ном пе­реме­шан­ны­ми с грязью соп­ля­ми, взгля­нули на ме­ня сна­чала с не­дове­ри­ем, а по­том и вов­се со стра­хом:

     — Он вас побь­ет? Но это же я ви­новат! Он боль­шой… Силь­ный… На­вер­ное, боль­но де­рет­ся… Я… ска­жу ему, что это я!

     В этот мо­мент я по­чувс­тво­вала, что бОль­шая часть от­ри­цатель­ных эмо­ций, свя­зан­ных с пре­быва­ни­ем Фе­лик­са в мо­ем об­разцо­вом кот­теджи­ке, вне­зап­но по­кину­ла ме­ня. За та­кой ге­ро­изм маль­чиш­ке мож­но бы­ло мно­гое прос­тить. Где мой милый супруг это от­ко­пал? На­до по­быс­трее за­мочить ге­роя в ван­не и, ког­да от­киснет, раз­гля­деть пов­ни­матель­нее: мо­жет, об­на­ружу зна­комые мне чер­ты? А то с че­го бы вдруг та­кая за­бота со сто­роны сурового господина декана к кон­крет­но это­му пред­ста­вите­лю на­чина­ющих вол­шебни­ков?

     По­росе­нок что-то дол­го… В ван­ной!

     Я уро­нила упа­ков­ку с таб­летка­ми и за­вер­ну­тый в по­лотен­це за­моро­жен­ный ку­сок мя­са, ко­торый при­жима­ла к за­тыл­ку, и со всех ног бро­силась спа­сать Фе­лик­са.

     Жи­вой, сла­ва те­бе, гос­по­ди!

     Па­цан, об­мо­тав­шись с ног по шею, вы­делен­ным мной по­лотен­цем, отче­го стал по­хож на до­мово­го эль­фа, что-то ста­ратель­но на­мыли­вал не­из­вес­тно где най­ден­ным ог­ромным кус­ком хо­зяй­ствен­но­го мы­ла. Обер­нулся и вы­жида­юще пос­мотрел на ме­ня. Хо­рошень­кое, поч­ти дев­чо­ночье, ли­чико. На моего суженого не по­хож аб­со­лют­но. Я об­легчен­но вздох­ну­ла, по­том по­мор­щи­лась от бо­ли в за­тыл­ке.

     — Сти­ра­ешь?

     Он кив­нул, опус­тив го­лову и ощу­тимо нап­рягшись.

     — Да­вай, я в сти­рал­ку за­кину, и пой­дем по­едим, что бог пос­лал, да и по­гово­рить нуж­но. Ты как счи­та­ешь?

     Удив­ленный взгляд, еле за­мет­ный ки­вок, и еще плот­нее за­кутав­шись в по­лотен­це, Фе­ликс от­сту­пил в сто­рону, вни­матель­но сле­дя за тем, как я за­пус­каю ма­шин­ку.

     — Мы­ло где взял?

     От это­го прос­то­го воп­ро­са па­цан ед­ва не под­прыг­нул, слов­но я его спро­сила, у ко­го он ук­рал ко­шелек.

     — Там… — про­шелес­тел он, ука­зывая ру­кой на неп­ри­мет­ную двер­цу под ван­ной и все так же нас­то­рожен­но сле­дя за мной.

     — Ну, сла­ва Мер­ли­ну, что ты та­кой вни­матель­ный. Я и за­была, ку­да его су­нула — столь­ко хло­пот бы­ло в пос­ледние дни, — ис­крен­не об­ра­довав­шись на­ход­ке, за­яви­ла я. — Товарищ, тьфу, господин зельевар вы­вел ка­кую-то спе­ци­аль­ную фор­му­лу для это­го сор­та. Я еще не ис­пы­тыва­ла. Ис­пы­та­ем на тво­их джин­сах: ес­ли не рас­тво­рят­ся, зна­чит …

     — Рас­тво­рят­ся? — гла­зен­ки ис­пу­ган­но взгля­нули на ме­ня и тут же вновь ус­та­вились в пол, и даль­ше сры­ва­ющим­ся ше­потом: — Эти джин­сы рас­тво­рят­ся? Ис­чезнут?

     — Да по­шути­ла я, по­шути­ла, — пос­пе­шила я ус­по­ко­ить яв­но на­ходя­щего­ся не в се­бе маль­чиш­ку, — Ни­чего с тво­ими джин­са­ми не бу­дет, раз­ве что, мо­жет, хоть эти ужас­ные пят­на от­сти­ра­ют­ся.

     Па­цан­чик шу­точек не по­нима­ет: то ­ли мал еще, то­ ли еще что. С ним во­об­ще ак­ку­рат­ней нуж­но, пси­хован­ный он ка­кой-то. И хо­зяй­ствен­ный че­рес­чур, для шес­ти­лет­не­го — осо­бен­но. Хо­зяй­ствен­ность — это хо­рошо. При­годит­ся.

     — Слу­шай, да­вай от­ло­жим рас­сужде­ния о до­моводс­тве на по­том. У ме­ня бо­лит го­лова, пер­шит в гор­ле, и я сроч­но нуж­да­юсь в боль­шой чаш­ке чаю, в двух, а еще луч­ше в трех! Ес­ли я сей­час не запью па­ру таб­ле­ток мак­си­мум, па­рой ча­шек ми­нимум, я выпью те­бя, как вам­пир! — сви­репым то­ном за­яви­ла я, схва­тила Фе­лик­са за ру­ку и по­тащи­ла на кух­ню.

     При­тор­мо­зила, про­летая ми­мо ком­на­ты му­жа, зас­ко­чила на ми­нут­ку внутрь, не от­пуская от се­бя пу­тав­ше­гося в спол­завшем по­лотен­це па­цанен­ка. По­вели­тель­ный взгляд, двер­ца шка­фа гос­тепри­им­но рас­пахну­лась, нед­ра плю­нули в ме­ня фут­болкой. Пой­дет. Я лов­ко пе­рех­ва­тила ее в по­лете и про­тяну­ла маль­чиш­ке.

     — На­девай и сбе­гай в ван­ную — раз­весь по­лотен­це!

     Фе­ликс пис­кнул, поб­леднел и по­пятил­ся, с ужа­сом гля­дя то на ме­ня, то на плю­ющий­ся шкаф.

     По­лотен­це раз­мо­талось, об­на­жив не­обыч­но мус­ку­лис­тое для шес­ти­лет­не­го ка­рапу­за те­ло. И да, это точ­но был ка­рапуз, а не ка­рапу­зиха. Толь­ко вот пу­за, как та­ково­го, у не­го не име­лось.

     Не по­нимая, что так на­пуга­ло Фе­лик­са, я на вся­кий слу­чай ско­ман­до­вала:

     — Зах­лопнись, де­ревяш­ка!

     При­каз был пе­ревы­пол­нен на сто про­цен­тов: шкаф оби­жен­но зах­лопнул двер­цу, а па­цан, ви­димо ре­шив, что ко­ман­да от­но­сит­ся к не­му, вновь пис­кнув, за­мотал­ся во влаж­ное по­лотен­це и рез­ко дал де­ру по нап­равле­нию к ван­ной. Толь­ко вот фут­болка ос­та­лась у ме­ня в ру­ке.

     Вздох­нув, я поп­ле­лась сле­дом, чувс­твуя, как у ме­ня на­чина­ет кру­жить­ся так и не по­лучив­шая от­ды­ха го­лова. Я не по­вери­ла сво­им гла­зам: дверь ван­ной ока­залась за­пер­та! На что там мож­но бы­ло зак­рыть­ся, ес­ли лю­бые средс­тва для это­го от­сутс­тво­вали нап­рочь: ни крюч­ка, ни ще­кол­ды там и не пла­ниро­валось, а са­ма дверь от­кры­валась в ко­ридор!

     — Фе­ликс, от­крой дверь! И за­бери фут­болку. Бо­ять­ся плю­юще­гося шка­фа луч­ше в су­хой одеж­де.

     Ти­шина.

     Блин. И что де­лать-то? Уго­вари­вать его — сил нет, он ме­ня сам уже «уго­ворил» так, что на но­гах еле дер­жусь. Тош­нит. Это­го еще не хва­тало. Доп­ры­гались.

     Я се­ла на пол воз­ле две­ри и ти­хо ска­зала:

— Му­жик, я се­бя пло­хо чувс­твую. По тво­ей ви­не, меж­ду про­чим. А ты мне кое-что обе­щал. Ты му­жик или кто? Ты дол­жен дер­жать свое сло­во.

     Дверь при­от­кры­лась. Ма­лень­кая руч­ка цап­ну­ла фут­болку и ис­чезла. Че­рез нес­коль­ко се­кунд из недр ван­ной яви­лась фут­болка поч­ти до по­ла и в ней «му­жик». На его ре­шитель­ной фи­зи­оно­мии чи­талась го­тов­ность сдер­жать не дан­ное мне «сло­во». Уже хо­рошо. Я зас­то­нала и при­нялась под­ни­мать­ся. Но Фе­ликс не­ожи­дан­но рез­ко при­сел со мной ря­дом и за­говор­щически за­шеп­тал:

     — Те­тя! Я хо­чу вам сде­лать од­ну не-нор-маль-ность! Это пло­хо, очень-очень, я знаю, но это хо­рошо, прав­да-прав­да! Я уви­дел крес­ло и шкаф и сей­час толь­ко по­нял: вы пой­ме­те!

     Я за­мер­ла, ус­лы­хав этот тор­жес­твен­но про­из­не­сен­ный бред и уви­дав го­рящие стран­ным ог­нем гла­за. Мне ста­ло не то, что­бы страш­но, но весь­ма и весь­ма не по се­бе. О бо­же, по­моги…

     Фе­ликс ви­димо рас­це­нил мой сту­пор как сог­ла­сие на его «сде­лать» то, что он про­из­но­сил по сло­гам, и вце­пил­ся мне в ру­ку сво­ими креп­ки­ми ру­чон­ка­ми. Вце­пил­ся боль­но, стис­нул за­пястье и что-то за­бор­мо­тал — то ­ли стиш­ки, то ­ли прос­то ру­гал­ся.

     Я по­чувс­тво­вала, как пе­ред гла­зами все поп­лы­ло, и, в ко­торый уже раз за этот день, уп­лы­ла в стра­ну Мор­фея.


Примечания:
Продолжение в группе
https://vk.com/soldatstefana
 
 Размер шрифта  Вид шрифта  Выравнивание  Межстрочный интервал  Ширина линии  Контраст