Возвращение

от эФэФ
мидифантастика / 16+ слеш
01 апр. 2017 г.
01 апр. 2017 г.
1
6762
1
Эта глава
2 Отзыва
 
 
 
 
Фразы для обыгрывания:
- Вырастил на огороде картошку. Одну.
- Спросонья попал не в свои штаны.
- Умер за день до зарплаты, не ожидал от себя такой подлости.
- В этом году пятница 13 пришлась на день святого Валентина.

Когда человечество покорило другие планеты, возникла проблема нового времяисчисления. Чем дальше распространялись колонисты, тем острее вставал вопрос: разные небесные тела имели различное время оборота вокруг себя, вокруг своих звёзд — если таковые вообще имелись. Конфедерация пришла к наиболее простому решению: у каждого документа, у каждой записи было две даты: местная, принятая на данной территории, и тот год, день и час, что были сейчас на Земле, в месте, издавна служившем ориентиром для хронометров путешественников — Гринвиче.
За много-много парсеков от колыбели человечества, на границе Среднего круга, дрейфовал небольшой корабль.
— Я не понимаю, — Джек сидел в навигаторском кресле и всматривался в чернильное пространство космоса, сдобренное несколькими далёкими искорками звёзд, — здесь ничего нет, Джулиан.
— Не торопись, — осадил его тот, положив ладонь на плечо. — Лучше отдохни, малыш, ты третьи сутки почти не спишь.
Вздохнув, Джек снял шлем. Без него худой, бледный и взъерошенный юноша больше напоминал больную цаплю. Под светло-серыми глазами залегли тени, белки покраснели.
— Всё в порядке, — пробормотал он. — Просто не спится.
Джулиан Кейси, больше известный в Конфедерации как «Барон», нахмурился. Загорелый здоровяк, заплетающий длинные рыжие волосы в множество мелких кос, он вовсе не походил на своего приёмного сына, по совместительству — навигатора. Но это не мешало ему заботиться о Джеке не хуже, чем о родном.
— Сейчас всё равно ночь по бортовому, — Барон добавил металла в голос. — Ты же не хочешь подвести меня, когда понадобится всё твоё внимание?
Джек вздрогнул и поднял на приёмного отца испуганный взгляд.
— Джулиан, я... — Его белесые ресницы дрожали. — Я не могу уснуть. Кошмары о тех червях, тех паразитах... Я не могу спать. Ты знаешь, мне нельзя принимать таблетки или ещё что-то... Ты ведь понимаешь...
— Тебе нужен сон, малыш, — Барон наклонился над Джеком, ласково обнимая за плечи.
Тот нервно сглотнул.
— Ты будешь со мной? — прошептал он едва слышно.
Джулиану на миг захотелось согласиться. Он уже не раз и не два сидел у постели Джека, успокаивая, отгоняя кошмары или убеждая, что болезнь пройдёт. Но малышу уже семнадцать, пора становиться сильнее. Тем более, теперь Барон был не уверен, что сможет и дальше находиться со своим экипажем.
— Нет, малыш. Если тебе нужен кто-то — иди к Вику.
Джек на миг онемел от удивления. Не выдержав, он нервно рассмеялся:
— Вик?.. Джулиан, причём здесь наш механик?
Но Барон уже отвернулся и выпрямился во всех рост, скрестив руки на груди.
— Проваливай, Джекки. Когда-нибудь тебе придётся справляться самому со своими проблемами.
Джек охнул почти беззвучно, часто заморгал и поднялся с кресла навигатора.
— Конечно, — процедил он, — как скажешь.
Барон сделал вид, что не заметил, как дрогнул голос его приёмного сына. Едва рубка опустела, Джулиан сел на освободившееся место и вгляделся в ту же космическую даль, в которой навигатор безрезультатно разыскивал что-нибудь интересное.
— Осталось немного, — пробормотал он. — Я знаю, что ты отправилась сюда. Я найду тебя, кем бы ты ни оказалась.

Вик Гарунц, механик в экипаже из трёх человек — будь это кто другой, было бы патово, но двух Кейси и Вика хватало кораблю с лихвой — успел задремать, когда расслышал осторожный стук в дверь. Барон так не стучал, значит...
— Джекки, — выдохнул Вик, увидев перед собой сжавшего губы навигатора. — Что случилось?
Тот обхватил себя руками и отвёл взгляд.
— Не могу уснуть, — он едва не плакал, — а Джулиан сказал идти к тебе...
Вик оторопел. То, что Барон был в курсе чувств своего механика к своему же воспитаннику, было Вику известно. Кейси-старший не раз об этом намекал, но одобрения не давал, и Вик опасался излишней откровенностью испортить хорошую дружбу. Но сейчас... Или это испытание — сможет ли Вик удержаться от соблазна? Или что-то ещё? Джек переминался с ноги на ногу — он был босиком, и это почему-то стало решающим фактором.
— Заходи, — Вик отодвинулся, махнув рукой. —  Пол холодный, простудишься.
Он не знал, как относиться к навигатору теперь. Джек был чем-то близким и недостижимым одновременно: близко по работе, бесконечно далеко — вне её. А после кошмарной истории с медицинским центром, оказавшимся логовом паразитов, когда Барон едва не убил своего приёмыша... Любого бы мучили кошмары. Особенно сейчас, когда Барон задумал погоню за сбежавшим от паразитов пришельцем — куда это могло привести?
— Викки, я... — Джек замер возле койки механика, затем отступил на шаг и обернулся. — Знаешь, я не хочу тебе мешать. Просто пойду к себе и попробую уснуть, может...
— Тс-с, — Вик наклонился над кроватью и раздвинул боковую часть, превратив одноместную койку в ложе, на которое влезли бы и трое. — Ты не беспокоишь меня, — «Нет, как раз ты и беспокоишь», — так что оставайся. Я понимаю, что тебе сейчас сложно.
Сев на край кровати, Джек скинул куртку и штаны, оставшись в трусах и майке.
— У тебя есть второе одеяло? — спросил он, и Вик снова не смог понять, страх это или нежелание подпускать к себе чужого человека.
— Нет, но могу отдать тебе своё. Я не мёрзну.
Джек недоверчиво оглядел рельефный торс Вика — механик привык к тяжёлой работе, и это сказывалось на телосложении. Взгляд его задержался на груди и крепких плечах.
— Нет, — мотнул головой Джек. Несколько прядей упали на лицо, и он убрал их, заправив за ухо. — Можем спать и под одним. Если ты не против.
Вик нелогично думал об одном и том же: а знает ли Барон? Понимает вообще, что происходит? Догадывается ли? Вику всегда казалось, что Джулиан Кейси убьёт любого, кто посмеет прикоснуться к его сыну.
Джек забрался под одеяло и свернулся клубочком. Вздохнув, Вик улёгся рядом, спиной к нему, стараясь не зацикливаться на ощущении тепла другого человека.
— Викки, — Джек произнёс это едва слышным шёпотом, — расскажи что-нибудь.
Задумавшись, Вик попытался вспомнить хоть что-то интересное из своей собственной жизни. Родился в общине, пытался работать с растениями, вырастил на огороде картошку — одну, больше ничего. Благо, не одну картофелину; но от картофельной диеты сводило зубы. Выучился на механика, пропускал всё самое интересное, проводя своё время в машинном отсеке... А потом попал к Барону с его тысячами историй. Вот уж кто мог бы рассказать Джеку что-нибудь.
— Я не знаю, что могу тебе рассказать, Джекки. Извини, но моя жизнь не такая интересная, как хотелось бы. Больше механизмов, чем людей.
— И замечательно, — в голосе Джека появилось одобрение — и немного злости. Вик не стал продолжать.
Его неотступно преследовала мысль о том, что может сделать Барон, если... Если что? Ведь ничего не будет. Они поболтают, поспят, утром Вик, может быть, сделает Джеку завтрак, но это всё будет не более интимным, чем обычные дружеские посиделки.
— Джекки, — осторожно начал Вик, — ты ведь знаешь, что Барон может быть не человеком?
— Потому что нашёл контакт с инопланетным симбиотическим кораблём, и потому что заточенные под пришельцев паразиты сумели его захватить? — спокойно откликнулся тот. — Ну и что?
Вик опешил.
— Как — что? Он может быть кем угодно!
— И замечательно, — ядовито заметил Джек. — Люди сделали меня рабом, а Джулиан освободил. Ненавижу людей.
— И меня тоже? — не удержался Вик.
Джекки медлил с ответом. Наконец, он пробормотал неуверенно:
— Ты не такой, как остальные. Ты не хотел убить меня, использовать, пытать или изнасиловать. Ты... Знаешь, мне не стоило так говорить, Викки. Ты хорошо ко мне относишься, Джулиан тебя ценит и любит, но... Я просто не хочу подпускать к себе кого-то. Не могу больше. Единственный, кто не вызывает отвращения, когда касается — это Джулиан.
О таком Вик даже не думал, хотя догадаться можно было: Джек держался холодно со всеми, кто не был Бароном, и даже к механику он притерпелся не сразу.
— Я тоже тебе неприятен? — от этой мысли было горько.
— Нет, — быстро ответил Джек. — Уже нет.
И прижался спиной к спине Вика. Тот замер, боясь спугнуть — а через некоторое время услышал, как выравнивается дыхание Джекки, и тоже задремал.

Будить свой экипаж Барон предпочитал не корабельной сиреной, а мощным стуком в дверь и зычным воплем:
— Кто сейчас не встанет, тот поесть не успеет!
Это всегда срабатывало наилучшим образом, и теперь Барон довольно созерцал через порог своих обоих подопечных.
Вик щурился от яркого света коридорных ламп, но стоял ровно, возвышаясь над Джулианом во весь свой рост. Почесав выбритый затылок, он зевнул и спросил сонно:
— Что случилось?
Джек стоял рядом с ним, стараясь застегнуть на поясе ремень с кобурой, не уронив накинутой на плечи куртки.
— Засунь руки в рукава, малыш, — посоветовал Барон, едва сдержав смех. — Или боишься, что без ремня штаны свалятся?
Покраснев, Джек всё-таки справился с застёжкой ремня и принялся надевать куртку нормально.
— Да ладно, — хмыкнул Барон. — Я как-то вообще спросонья попал не в свои штаны. Общая каюта, «красная» тревога, да ещё после Дня Рождения капитана — дело было до того, как я построил эту стальную малышку... В общем, вы ещё молодцами держитесь. — Его голос стал мягче: — Как ты, Джекки?
— Выспался, — улыбнулся тот, но Джулиан заметил, как дрогнули губы его сына. — Всё в порядке.
Барон не стал заострять на этом внимание. Если бы что-то случилось, то Джек бы примчался к нему в первую очередь; значит, всё нормально.
— Тогда давайте за мной в рубку, — он не сдержал довольной ухмылки. — Появилось то, за чем мы прилетели.

Теперь на обзорном экране виднелись не только звёзды. Треть изображения занимала огромная космическая станция с разветвлениями многочисленных солнечных батарей. Разноцветные огни на её поверхности мигали, привлекая внимание. Рядом кружилось несколько кораблей и шаттлов.
— Но как мы её не заметили? — поразился Джек.
— Она не стоит на одном месте, — пояснил Барон, неотрывно наблюдая за монитором. — Постоянно смещается, но более-менее постоянная орбита есть. Приводите себя в порядок, мы отправляемся в бар.
— В бар? — недоверчиво спросил Джек, опасливо поглядывая на изображение станции.
— Ага, — кивнул Барон. — Вик, ты тоже. Мы все заслужили хороший отдых.
Вик пожал плечами. Его занимала мысль о том, что будет интересно присмотреться к тому, как Джек ведёт себя на людях — раньше механик на это внимания особо не обращал, глядя только на самого Джека, не связывая поведение того с окружением.

Чем ближе подлетал кораблик к космической станции, тем более потрёпанной она выглядела. Обшарпанные пластины, обшивка кое-где залатана или обожжена, виднелись даже надписи и рисунки посетителей, несколько переливающихся рекламных объявлений. Доки казались забитыми, но подходящее место нашлось.
— Звёздной пыли мне в глаза! — протянул руку охранник дока. — Барон! Давно тебя не было видно!
— Скучали? — усмехнулся тот, обмениваясь с ним крепким рукопожатием. — Сына-то моего помнишь?
— Парень подрос, — хмыкнул охранник. — А это кто?
— Мой механик, Вик Гарунц. Скажи Иттл, чтобы даже не пыталась его переманить на вашу ржавую развалюху, это мой спец. Сегодня у неё свободно?
— Толпа, как обычно, — улыбка охранника была всё шире. — Но для тебя и твоих ребят всегда есть столик.
Вик и Джек не успели сказать ни слова, а Джулиан уже тащил их за собой через толпу самого разного сброда со всей Конфедерации. Здесь были несколько солдат в тёмно-синих мундирах, парочка лиц с плакатов «разыскивается живым или мёртвым», лётчики, механики, учёные, контрабандисты, несколько репортёров, а в стороне на диванах сидела, вся в золоте и шёлке, принцесса нескольких окраинных планет.
Барон подтолкнул товарищей к барной стойке, за которой лихо работала смуглая женщина с чёрными волосами, собранными в пучок. Её шесть рук — две своих и ещё четыре кибернетических — ловко готовили коктейли и принимали деньги одновременно. На белоснежном фартуке не было ни одного пятна.
— Hola, Иттл! — махнул рукой Джулиан, привлекая внимание. — Как жизнь?
— Отлично, — заулыбалась женщина за барной стойкой, поворачиваясь к новым гостям. Её руки продолжали делать свою работу, словно обладали отдельным разумом. — Ты припозднился. Хоть помнишь, что мы живём по гринвичскому, а сейчас там уже одиннадцать.
— Ты ещё скажи, что закрываться собралась!
— Размечтался! Что будешь пить?
— Мне «Сверхновую» и покрепче, не жалей виски, — Барон бросил взгляд на Джека. — Моему парню содовую с лимоном, ему ещё восемнадцати нет. Вик, а ты что возьмешь?
— Тоже содовую, — Вик нахмурился. — Я завязал с алкоголем.
— Джекки, — Иттл подмигнула, протягивая стакан навигатору, — а ты был поменьше пару годков назад. Красивый такой вырос! Папка небось гордится?
Джек стремительно покраснел и отвёл взгляд. Джулиан рассмеялся:
— Не смущай его, он не очень любит общаться с людьми. Зато толковый, так что, — он осторожно коснулся волос Джека, — я им и вправду горжусь.
— Может, отдашь парня нам на заработки? — хмыкнула Иттл. — Привыкнет к народу, раскрепостится! У нас недавно один официант выбыл. Умер за день до зарплаты! Наверняка парнишка не ожидал от себя такой подлости... Так что, Барон?
— Захочет — придёт, я его не держу, — хмыкнул тот.
Джек покраснел ещё больше.
— Нет, — выдавил он из себя и отступил назад, налетев на ещё одного посетителя.
Рослый мужчина в форме недоуменно уставился на свой китель, залитый содовой. Джек тихо выдохнул, но все слова вылетели из памяти. Вокруг было слишком много людей, их голоса вбивались в разум, не давали сосредоточиться. Мелькали яркие пятна чужой одежды, скалились чужие улыбки... С каждой секундой становилось всё труднее дышать.
— Джекки, — крепкие руки подхватили его и оттащили в сторону. — Ты в порядке?
Тот поднял взгляд.
— Викки, — пробормотал он. — Спасибо.
Вик смотрел так странно, что Джек вновь начал краснеть и нервничать, но тут механик произнёс:
— Давай присядем.
Он выбрал столик на двоих в неприметной углу. Поставил на стол свой стакан, пододвинул его к Джеку.
— Пей, тебе надо успокоиться. — Дождавшись, пока стакан опустеет, Вик спросил: — Что произошло?
В баре всё продолжало идти своим чередом. Играла музыка — гитара, ударные, бас и проникновенный мужской голос, поющий что-то о страсти к горам и свободе. Джек поймал себя на мысли, что отдал бы сейчас многое за то, чтобы вырваться из этого тесного и многолюдного места, чтобы снова оказаться одному в рубке. Ну или вдвоём с Виком.
— Я и раньше не особо любил людей, — Джек поднял взгляд от стола, чувствуя, как его щёки продолжают гореть. — А после «Хель», после этих тварей-паразитов... Мне страшно. И ещё страшнее от того, что я знаю, зачем мы сюда прилетели. Джулиан ищет пришельца, сбежавшего из исследовательского центра, кем бы он ни был.
— И ты боишься, что...
— Что этот пришелец успел инфицироваться. Что к его разуму подцепился такой же червь, и что если он сумеет заразить Джулиана...
— Не думаю, — Вик говорил уверенно и неторопливо, — что Барон будет столь же неосмотрителен. В этот раз он взял с собой нас обоих, а это уже о чём-то говорит.
— Да, он... он взял нас с собой, — Джек начал нервно кусать нижнюю губу. — Но у меня кровь стынет от одной мысли о том, что где-то здесь может быть один из этих... из паразитов. Они быстро развиваются, быстро адаптируются...
— Ты уже сумел прикончить такого один на один, Джекки...
— Вот именно! — отчаянно выкрикнул тот, но тут же опомнился и понизил голос. — Викки, у меня из рук всё валится, когда я вспоминаю, как Джулиан превратился во врага... Я до сих пор едва уговариваю себя поесть. От одной мысли о мясе тошнит. Кошмары... Нет, я не боец. Мне просто повезло, я просто... просто очень-очень испугался. Я не хочу снова сталкиваться с кем-то из них.
Вик не знал, что на это сказать, но от необходимости подыскивать нужные выражения его спас Барон.
— Возвращаемся, — он улыбался, но голубые глаза смотрели предельно серьёзно. — Я узнал то, что хотел. Малыш, ты в норме?
— Да, — выдохнул Джек.
— Тогда отрывайте задницы от стульев, я уже расплатился за напитки.

Едва Джек вывел корабль из дока, как Барон наклонился над ним, кладя ладонь на плечо.
— Я дам координаты, малыш, а ты должен взять курс с учётом ускорения. Мы очень спешим.
— Конечно, — Джек ввёл полученные цифры в систему, — только... Подожди, это же за пределами Внешнего круга!
— Да, — Барон смотрел на изображение карты на мониторе. — Случилось худшее — эта тварь возвращается домой.
— На свою родную планету? — осторожно уточнил Джек.
— На мою родную планету, — прошипел Барон. — Поторопись.
Джек понял, что не время для вопросов, и начал спешно вводить нужные данные в систему, не отрываясь от работы, пока на дисплее не появилась линия маршрута.
— Запускай, — скомандовал Барон.
— Принято, — отозвался Джек.
В момент ускорения всегда казалось, что воздух вокруг начинает тихо гудеть, но это неприятное ощущение длилось не больше полутора минут. Едва гул в ушах исчез, Джек повернулся к своему приёмному отцу, отступившему от навигаторского кресла.
— Послушай, — он старался смотреть ему прямо в глаза, но никогда это не было так сложно, — ты уверен, что в этот раз ничего не случится?
— Уверен, — Барон улыбнулся. — Не бойся, малыш. Я не подпущу её к себе.
— «Её»?
— Да, — Джулиан кивнул. — Если говорить вашим языком, то это была особь женского рода. И, — он помедлил, — я не думаю, что паразит успел захватить её. Он бы тогда остался в исследовательском центре и сделал то, ради чего эти твари попытались захватить меня.
— Хорошо, — кивнул Джек. — Я верю тебе.
— Тем более, — подмигнул Барон, — со мной будет Вик.
Джек тихо вздохнул. Сняв навигационный шлем и положив его на колени, он посмотрел на звёздную карту, пытаясь найти внутри уверенность в том, что собрался сказать.
— Джулиан, — Джек нервно постукивал пальцами по шлему, — кажется, мне нравится Викки.
— А раньше не нравился? — удивился Барон.
— Сначала я его ненавидел, — признался Джек, опустив взгляд. — Он забирал тебя у меня. Влез в семью. А потом я привык — он тихий, верный, не плохой. С ним не страшно.
— Я рад, что вы поладили.
— Да, но... — Джек не мог понять, его приёмный отец притворяется или правда не понимает, о чём речь. Может, ему надо, чтобы Джек сказал это вслух? — Он мне по-другому нравится теперь. Не знаю. Не так, как раньше. Я снова хочу чувствовать его рядом этой ночью, и дело не только в кошмарах.
Барон молча сделал пару шагов, оказавшись прямо перед приборной панелью. На своего сына он не смотрел — его взгляд был устремлён лишь на дисплеи. По непроницаемому лицу невозможно было догадаться, о чём же он думает.
— Забавный факт: так как мы пока в ускорении, — Барон наблюдал за вспышками на экране, обозначающими активность находящихся рядом звёзд, — то у нас ещё сегодня, когда в Конфедерации уже завтра.
— Ты о чём? — удивился Джек. — Релятивистский эффект мы на первом курсе подробно проходили.
— По странному совпадению, во всей Конфедерации сегодня празднуют совершенно бесполезный праздник. А на нашем корабле, если смотреть по гринвичскому бортовому, пока что пятница, да ещё и тринадцатое — раньше думали, что это бедовый день.
Джек часто заморгал, недоуменно глядя то на Барона, то на цифры «13.02.2426» на дисплее.
— Я всё ещё не понимаю, о чём ты.
— Это я не понимаю, — хмыкнул тот, поворачиваясь к Джеку и глядя ему в глаза, — это праздник или беда: мой сын спит с моим механиком.
Вспыхнув, Джек скрестил руки на груди:
— Ты же знаешь, что... Мы просто поговорили.
Джулиан наклонился ближе, едва ли не касаясь.
— Когда ты взял мою фамилию и захотел остаться, я подумал, что сделаю всё для твоего счастья. Но сейчас, малыш... Нет, ты уже не малыш. Джекки, — его голос звучал необычайно проникновенно, — сейчас всё зависит от тебя. Тебе решать, сближаться с Виком или нет. Но только учти — если не  сойдётесь, чёрта с два я найду ещё одного такого толкового механика.
— Это значит...
— Это значит, что у нас до прибытия ещё восемь с половиной часов, а время позднее. Иди спать.
— Но...
— В чьей именно каюте ты предпочтёшь спать, меня не касается, Джекки.

Вик почти не удивился, услышав неуверенный стук. На этот раз Джек был уже полураздет, поэтому охотно закутался в предложенное одеяло.
— Я поговорил с Джулианом, — сообщил он, падая головой на подушку.
— Насчёт опасности и паразитов?
Джек мысленно чертыхнулся.
— И про них тоже. Он сказал, что будет осторожен и что ты будешь рядом.
Вик сел на кровать рядом и осторожно сжал в своей ладони пальцы Джека.
— Я не допущу, чтобы с Бароном что-нибудь случилось, Джекки, — пообещал он. — Можешь не беспокоиться о нём.
— За тебя я тоже беспокоюсь, Викки, — Джек повернулся на бок и положил голову ему на колени. — Я говорил с Джулианом не только об опасности. Я спросил его о тебе.
— Обо мне?
Вик не знал, что и думать. Всё происходящее начинало казаться странным сном: Джекки, его почти-любовь — а как ещё назвать того, к кому и прикасаться иногда боязно, вдруг рассыплется? — прижимался к нему и говорил мягким шёпотом:
— О тебе. Я сказал, что ты мне нравишься. Что мне нравится быть рядом с тобой.
Сердце замерло — и тут же забилось быстро-быстро. Вик медленно выдохнул, стараясь успокоиться.
— Джекки... — он не мог подобрать слов. — Я не хочу всё испортить. Ты понимаешь, что значит — быть вместе? Насколько далеко ты готов зайти? Ты вообще знаешь, о чём говоришь? Знаешь ли ты, — он сбился, но всё-таки закончил едва слышно, — как я люблю тебя?
Джек смотрел на него с интересом. Не страхом, не отвращением — в светлых, почти белых глазах его было любопытство.
— Не знаю, — он потянул Вика за плечи, заставляя лечь рядом, и прижался плечом к его плечу. — Расскажи.
— Что? — опешил тот.
— Ты не знал, что мне рассказать вчера, — пояснил Джек. — Расскажи мне о любви. О своей любви. Я очень хочу послушать.

Барону не надо было подслушивать, чтобы знать, что происходит в каюте механика. Его больше волновало то, что должно было произойти по прилёту на место. Иттл быстро просмотрела фотографии сотрудников исследовательского центра, и признала в одной из женщин недавнюю посетительницу. И, конечно, сообщила, куда та отправилась — кибернетические руки Иттл остались у барменши от её хакерского прошлого. Для неё не было ничего проще взлома бортового компьютера.
— Джулиан Кейси... — пробормотал Барон, глядя на вспышки звёзд на обзорном экране. — Хорошее имя. Хорошая жизнь. Возможно, слишком долгая.
Он спать не собирался — ему и не нужно было. Попытавшись вспомнить что-то о доме, Барон усмехнулся: с домом ассоциировались теперь лишь этот корабль да его экипаж.
Когда до пункта назначения осталось сорок минут, он отправился будить своих подопечных.

Джек проснулся первым. Если в прошлый раз они засыпали спина к спине, то этим утром Вик осторожно обнимал Джека, прижимая к себе. Спать с ним в тепле было намного уютнее, чем в одиночестве, и всё же...
Они говорили несколько часов, точнее, говорил в основном Вик, Джек слушал и иногда спрашивал. Механик, больше привыкший к машинам, иногда терялся, не мог собрать свои чувства и превратить в слова, но Джек не торопил. Это было необычно: слушать чьи-то чужие слова о себе. Видеть себя так, как видел другой человек: отстранённым, холодным, недоверчивым. Колким, но упорным. Чувственным, но смелым и сильным. Джек даже не догадывался, что кто-то может так о нём думать. Ему говорили: ты плакса, ты слишком медленный, ты слишком слабый, бестолковый... Другое говорил только Джулиан. А теперь ещё и Викки, и Джек пытался понять, что именно ему нравится: то, как Вик смотрит на него, или всё-таки сам Вик.
Меньше всего хотелось перепутать одно с другим, и дать Викки ложную надежду.
— Доброе утро, — пробормотал тот, тоже проснувшись. — Мы заболтались, да?
— Мне нравится тебя слушать, — Джек смотрел изучающе, Вик даже смутился. — И меня не беспокоили плохие сны.
— Тогда замечательно, — Вик улыбнулся, но тут же обеспокоенно спросил: — Знаешь, насчёт того, что я сказал...
— Да?
Джек с удивлением обнаружил, что их суровый механик тоже умеет краснеть.
— Это ни к чему тебя не обязывает. Ты не должен заставлять себя, если тебе чего-то не хочется. Понимаешь?
Кивнув, Джек наклонился над ним, рассматривая черты смуглого лица. Вик замер, чувствуя тепло чужого дыхания на своей коже. Он не знал, что делать, боясь даже шевельнуться — лишь бы не отпугнуть.
А затем Джек мягко коснулся губами его плеча. От одного лёгкого поцелуя, от прикосновения сухих искусанных губ, по телу словно искры прошлись. Вик судорожно вздохнул — и схватил Джека за плечи.
— Не сейчас, — хрипло прошептал он. — Не сейчас, Джекки.
Тот смотрел внимательно, на почти белой радужке заметнее обычного были расширившиеся зрачки.
И тут прогремел уверенный стук в дверь.

— Воздух на планете приемлем для дыхания, — инструктировал Барон, проверяя ремни на рюкзаке Джека. — Но только выше уровня тумана. Увидите низины с туманом — бегите как можно быстрее.
— А если всё же...
— Захочется спать, и через двадцать четыре секунды ты уснёшь навсегда, Джекки. Точно не хочешь остаться на корабле? Ты мог бы нам пригодиться.
— Нет, — Джек мотнул головой и тут же торопливо принялся закалывать волосы набок: чтобы удобнее было надеть шлем. — Я не хочу оставлять вас. А кораблём можно управлять дистанционно, я подключусь, если понадобится.
Вик тем временем проверял индикаторы заряда у лучевых пистолетов, которые экипаж собирался взять с собой. Барон мотнул головой:
— Мне достаточно ножа, — и положил ладонь на ножны.
— Уверен? — Вик покосился на продолжающего возиться с чёлкой Джека. — Твой сын волнуется за тебя.
— Тогда отдай ему его оружие, — хмыкнул Барон. — И не забывай, кто я такой.

Когда Вик подошёл к Джеку с кобурой в руках, тот уже возился с настройками шлема.
— Твой пистолет, — собственный голос показался Вику слишком холодным, но Джек словно не заметил.
— Можешь сам закрепить? — попросил он, пока его тонкие пальцы касались стекла шлема, завершая работу. — Не хочу потом настраивать заново.
— Сейчас, — Вик опустился на одно колено.
Ох. Ты ж. Чёрт. Вик на пару секунд замер, в голове билась лишь одна мысль: Джек Кейси отлично выглядит в обтягивающем комбинезоне, которым космонавты пользовались для наземных вылазок. Эластичный плотный материал хорошо обтягивал стройную фигуру, и Вик нервно сглотнул, подумав о том, что ночью он толком ничего не рассмотрел. Да и наутро не до того было.
Он бросил взгляд в сторону — Барон следил за ним, ухмыляясь. Джек продолжал увлечённо возиться с облегчённой моделью навигаторского шлема, не замечая ничего вокруг. По крайней мере, Вик очень надеялся на это. Выдохнув, он закрепил кобуру на поясе, стараясь касаться как можно меньше, и резко поднялся.
— Готово.
— Спасибо, Викки, — Джек провёл пальцем по стеклу шлема. — Я тоже закончил. Если что, смогу удалённо ввести любую команду в бортовой компьютер.
— Надеюсь, это нам не пригодится. — Барон жестом подозвал сына к себе. — Я поймал сигнал её корабля. Сходим с орбиты, садимся рядом и идём на перехват.
— Тут на карте будет ущелье, — Джек уже освоился с управлением при помощи шлема кнопок возле наушников. — С тем самым туманом.
— Поэтому я хочу, чтобы мы были осторожны. Джекки...
— Да?
— Точно идёшь?
Даже сквозь стекло шлема было видно, как навигатор хмурится.
— Да.
Барон вздохнул, но молча повернулся к ближайшему поручню.
— Начинай посадку, малыш.

На незнакомой планете пахло корицей. Джек едва не поперхнулся, сразу сделав глубокий вдох, но через несколько минут привкус уже почти не чувствовался. Пейзаж вокруг словно пропустили через фильтр сепия, на земле, недвижимый в полном безветрии, лежал толстый слой такой же серо-зелёной пыли. Ступив на неё, Джек увяз по щиколотку, но ниже, похоже, была твёрдая скальная порода. Яркий свет местного солнца, красного гиганта, окрашивал безоблачное небо в багряно-ржавые цвета, корабль отбрасывал на холм длинную фиолетовую тень.
— Не похоже, что здесь может водиться жизнь...
— Не спеши судить, Джекки, — вышедший за ним Барон тут же заозирался. — Вот наша цель, — он указал на облачко пыли над впадиной неподалёку.
— Она приземлилась недавно, да? — предположил Джек. — Иначе воздух бы был уже чистым.
— Именно.
Барон продолжал сосредоточенно хмуриться. Его глаза вновь были словно лёд, как в медицинском центре. Джека передёрнуло от воспоминаний, но он медленно выдохнул, успокаиваясь, и последовал за Джулианом. Позади, прикрывая, шёл Вик с лучевым пистолетом наготове.

Корабль оказался одноместным, больше похожим на спасательную капсулу. Он с трудом перенёс посадку — корпус перегрелся от трения в атмосфере, а при столкновении бак лопнул, и топливная смесь улетучилась, охладив его до сверхнизких температур. Теперь обшивка покрылась трещинами и кое-где отвалилась. Над соплом виднелся дым, стелющийся по земле и смешивающийся с пылью. Стоило Барону подойти ближе, как верхняя часть корабля откинулась вверх, открывая чужим взорам пассажирку.
Джек удивлённо заморгал: он не ожидал увидеть пожилую женщину. На вид медсестре было лет шестьдесят, если не больше; она тяжело дышала, из носа у неё текла кровь.
— Скиталец, — прохрипела она, увидев Джулиана. — Звёздный Барон... Не трогай, отойди...
— Она знает тебя, — удивлённо выдохнул Джек, покосившись на приёмного отца.
— Да, — тот хмурился, положив ладонь на рукоять ножа. — Особенность нашего вида в некоей эфемерности: мы можем существовать отдельно, но можем и захватывать чужие тела в момент слабости их прежних владельцев.
— Слабости?
— По крайней мере, так было здесь, — Барон не отрывал взгляда от старухи колючего взгляда. — Но когда на нашей планете появились люди, выяснилось ещё кое-кто. Захватить человеческое тело мы можем лишь перед самой смертью человека.
Вик молча слушал, опустив оружие. Джек кусал губы, нервно глядя то на Джулиана, то на незнакомую женщину в кресле пилота.
— У нас есть запрет: мы не убиваем. Никогда.
— У меня не было выбора, — с каждым словом из горла женщины лилось ещё больше крови. — Она бы убила меня.
— И ты помогла ей умереть, — выдохнул Барон. — Как её звали?
— Энн Пэрри. Не надо, скиталец... Дай мне исцелиться, не надо...
— Ты знаешь закон, — красным отблеском сверкнуло обнажённое лезвие. — Мы не убиваем.
Барон подошёл ближе и наклонился над Энн — или кем она теперь была? Вселившимся в мертвеца пришельцем?
— Ты завидуешь... — пробормотала та, облизнув окровавленные губы. — Ты бесполезный... Никогда бы не смог стать ма...
Барон замахнулся, и Джек зажмурился, не желая смотреть на чужую смерть. Он слышал, как нож Джулиана вонзается в человеческую плоть, слышал последний хрип инопланетянки...
— Пойдём, — глухо сказал Барон, вытирая нож о бедро. — Не на что смотреть.
Джек не удержался и всё-таки оглянулся. В кресле пилота болталась иссушенная мумия, из которой словно высосали все соки.
— Послушай, — Джек догнал Джулиана, — расскажи мне. Та женщина была не такая, как ты, верно? Я раньше не спрашивал, но сейчас...
— Хорошо, — тот даже не замедлил шага, — тогда слушай внимательно, Джекки. Принявшая жизнь Энн Пэрри особь была «матерью» — так называют тех из нас, кто способен давать потомство. Их почитают, их уважают, ибо именно они те, кто воспитывают молодняк, кто хранит наши знания и традиции, а главное — именно они утвердили наше первое правило, самое священное: не убивать. Мы никогда не убиваем и не ослабляем существо для того, чтобы получить его тело.
— А ты кем был? — Джека уже не интересовала Энн. Какое ему дело до мёртвой, если здесь, перед ним, его отец, глаза которого непривычно холодны.
— Скитальцем. Бесполезная часть общества. Обычно нас отсылают куда подальше, а если мы находим интересное место или ресурс, то получаем награду — и направление следующего похода.
— Ты обнаружил людей?
— Почти, — Барон сжал губы. — Я был первым, кто соединился с человеком. Спасательная капсула с уничтоженного корабля... Как ты смог увидеть, наша атмосфера жестковата для них. Это был молодой лётчик, его звали...
— Джулиан Кейси, — закончил фразу Вик. Джек обиженно покосился на него.
— Именно.
Он замолчал, остановившись у шлюза. Солнце стремилось к горизонту, и фиолетовые тени становились глубже и длиннее, холмы цвета сепия превратились в насыщенно-голубые, скрытые на горизонте дымкой — то ядовитый туман поднимался выше, понемногу подбираясь к ложбине со спасательной капсулой. Джек подошёл к Барону и снял шлем, глядя прямо в глаза.
— Не уходи.
— И в кого ты такой догадливый? — улыбнулся тот и тут же нахмурился. — Джекки, я давно начал думать об этом. Меня удерживал лишь ты, и...
— И я всё ещё не хочу терять тебя!
— Послушай, — голос Барона стал необычайно мягок, — ты дал мне то, чего я никогда не должен был получить: радость быть родителем. Ты был отличным сыном, Джекки. Я горжусь тобой, и я счастлив, что увидел, как ты вырастаешь. Но мне и вправду пора.
Джулиан потянулся к воротнику — Джек помнил, что там всё ещё темнеет след от присосавшегося паразита-слизняка.
— Эти твари говорили, что тела, захваченные ими, разрушаются, — Джек боялся сорваться, чувствуя, как жжётся что-то в уголках глаз. — Это из-за них, да?
— И из-за этого тоже, — кивнул Барон. — Но... Мы не так уж отличаемся от них, Джекки. И я больше не хочу быть Тем Самым Скитальцем, за которым идут все. Я выслеживал и отправлял обратно всех своих сородичей, а потом они запустили «Хель»... И всё пошло не так. Сегодня — финал, сегодня умрёт легенда о Скитальце, о Звёздном Бароне.
— Нет, — Джек всхлипнул, не сдержавшись, — сегодня умрёшь ты...
Барон снял с пояса нож и протянул его Джеку.
— Ты — мой сын, Джекки. Помни об этом. Вик, — он повернулся к замершему механику, — не дай ему пойти за мной.
Что-то в голосе и в ледяном взгляде Барона говорило о том, что это не шутка. Вик взял Джека за руку.
— Джекки...
— Нет! — выкрикнул тот, даже не пытаясь скрыть слёзы. — Нет, Джулиан! Ты не бросишь меня здесь! Не смей!
— Он прав, — вступился Вик. — Ты не смеешь так прощаться. Дело не в легенде, не в твоём примере. Напоследок, — он бросил взгляд на Джека, — хотя бы скажи правду, Джулиан.
Тот вздохнул — совершенно по-человечески. Джек сквозь слёзы смотрел на приёмного отца и не понимал, как тот смеет бросать его сейчас из-за каких-то пустых чужих слов... Джулиан никогда не обращал внимания на других, а сейчас...
— Скажи, — голос дрожал, — скажи, почему ты уходишь? Ты же... Джулиан, ты же...
— Джулиан Кейси уже давно мёртв. А я... — Барон шагнул ближе к Джеку и крепко обнял. — Я очень устал, Джекки. Я хочу домой.
Тот вздохнул и осторожно обнял его в ответ.
— Я люблю тебя, — собственный шёпот казался Джеку оглушительно громким. — Очень люблю. Кем бы ты ни был.
Он не заметил, как Барон отпустил его, как направился к приливу ядовитого тумана, обволакивающего спасательную капсулу внизу. Джеку казалось, что он всё ещё чувствует прикосновение отца, и что всё ещё в воздухе звучит его ответ.
«Тогда рассказывай обо мне легенды, малыш».

Вику всегда было сложно подобрать слова, но сейчас любое слово казалось лживым. Джек стоял, обхватив себя руками, и смотрел невидящим взглядом, как его приёмный отец исчезает в зелёно-фиолетовом мареве. Они стояли так ещё несколько минут, пока волны тумана не стали подбираться к кораблю.
Вик молча взял Джека за руку и потянул за собой к шлюзу. Кейси-младший вздохнул, бросил последний взгляд на тускнеющие лучи багряного солнца на западе, и послушно последовал за Виком. Тот надеялся, что на корабле навигатор хоть как-то придёт в себя, скажет хоть слово, хоть что-нибудь, но Джек снял шлем и замер, глядя перед собой куда-то в пустоту. Его глаза покраснели, но слёз больше не было.
Это было ещё хуже.
Вик осторожно снял с него рюкзак с баллонами с кислородом, наклонился и отстегнул кобуру с пояса, аккуратно забрал из рук шлем — и вздрогнул, коснувшись пальцев. Руки Джека были непривычно холодные, и казалось, это не Джулиан пошёл умирать — это Джек умирает здесь и сейчас, молча и безропотно, потому что больше не хочет жить.
— Джекки...
Тот наконец-то поднял взгляд и посмотрел Вику в глаза.
— Джекки, нам надо взлетать. Я могу взять управление на себя, если хочешь, но...
— Я сам.
— Уверен?
— Да, чёрт возьми! — вспылил Джек, стягивая с рук перчатки и отшвыривая их в сторону. — Да! Я не слабый хилый щенок, с которым можно только нянчиться! Я могу поднять корабль и не угрохать его в нетипичной атмосфере! Я могу пережить правду, если у кого-то хватит смелости сказать её мне вслух! Просто поверь мне и заткнись!
Вик ошеломлённо моргнул: он впервые видел Джека таким... злым. Ещё бы, парня бросил человек, которого он считал за отца. И Джек никак не мог его отпустить — там, в мыслях, он продолжал спорить, кричать, упрашивать и искать причину.
Вик не стал пытаться говорить: у него это получалось всегда хуже, чем у Барона. Он последовал за Джеком в рубку, встал у двери и наблюдал, как тот яростно бьёт по клавиатуре, заставляя корабль подняться. Лицо навигатора скрывалось за шлемом, но из-под стекла были видны сжатые в тонкую линию губы.
За обзорным экраном багряно-фиолетовое небо насыщалось синевой, словно кто-то вылил на мокрый лист чернила. Клубился во впадинах и ущельях ядовитый туман, и в пустоши не было больше ничего и никого живого кроме двух человек на борту корабля.
— Взлетаем, — прошептал Джек.

Когда корабль лёг на курс, Вик решился вновь подать голос.
— Куда мы летим?
— К Иттл, — Джек яростно выплёвывал каждое слово, — у неё есть доступ к информации. Я хочу знать, кто убил всех пришельцев на «Хель», кто начал создавать этих паразитов и кто, сожги его Вечное Солнце, виноват в смерти Джулиана!
Он снял шлем, и Вик заметил на скулах навигатора румянец злости. Наверное, надо было остановить Джекки. Сказать ему, что сперва надо успокоиться, обдумать всё, сделать пару глубоких вдохов... Но Джек Кейси был слишком упрям, и Вик боялся потерять остатки его доверия.
— Хорошо, — кивнул он. — Я проверю системы корабля и топливо.
Лучше оставить Джека одного, наблюдая издали и не тревожа ещё больше, чтобы, когда понадобиться, схватить за руку и оттащить от опасности. Это большее, что мог сделать Вик для того, кого любил.

На проверку ушёл весь остаток дня. Хоть они и улетали во время заката, на корабле время считалось по Гривичу, значит, они покинули родину Барона не позже двенадцати часов, и до самого вечера механик вынужден был проверять каждый топливный шланг, каждый сантиметр покрытия: прохождение сквозь атмосферу безымянной планеты было огромной нагрузкой на все системы. Несколько деталей пришлось заменить, некоторые — подлатать; но критических повреждений не оказалось.
Они всё ещё летели.
На обратной стороне одной из пластин Вик обнаружил клеймо с цифрами «15.03.102». Скорее всего, дата сборки по-местному. Но почему без дублирующей даты по Гринвичу? Не мог корабль быть настолько старым, чтобы не успеть к переходу на двойную датировку, Барон говорил, что всё делалось по его личному заказу. Это не давало покоя, заставляя дотянуться до контрольной панели, вывести на дисплей место изготовления детали, ввести увиденные цифры и перевести на гринвичский вид даты.
«23.06.2349».
Похоже, о Звёздном Скитальце действительно должны рассказывать легенды.
Вернувшись в свою каюту, Вик поразился тому, как пусто она теперь выглядела. За каких-то две ночи он привык к Джеку рядом, но... Джекки сейчас было слишком плохо, чтобы куда-то идти. Наушник Вика молчал всё это время, но несложно догадаться, где может сейчас находиться навигатор.

Джек и вправду оказался в рубке. Он сидел в своём кресле и смотрел тем же невидящим взглядом на обзорный экран. Его пальцы замерли на клавиатуре: сейчас не нужны были поправки человека, корабль летел на автопилоте, но Джек всё равно оставался на месте, не в силах уйти. Было страшно оказаться наедине со своими мыслями, с пустотой внутри.
— Держи.
Обернувшись, Джек увидел Вика, протягивающего ему одеяло.
— Зачем...
— Иди спать, Джекки. От тебя не будет толку, если ты загонишь себя до изнеможения.
Джек бы вспылил, да сил уже не было. Не хотелось даже спорить. Он посмотрел на Вика... Сияющие солнца, каким он казался спокойным! Вновь промелькнуло желание кричать, спорить — только бы треснула эта скала, только бы хоть что-то эмоциональное... И так же исчезло под нахлынувшей усталостью, стоило только подняться на ноги.
Вик вовремя подхватил Джека и легко поднял на руки, словно тот ничего не весил.
— Я отнесу тебя, — выдохнул он. — Не беспокойся.
Джек посмотрел ему в глаза — и увидел там то же, что чувствовал сам: ту же боль потери, ту же злость, но их перекрывала забота. Забота о нём, о Джеке Кейси, брошенном собственным отцом.
— В твою каюту?
— Как ты захочешь.
Впервые после ухода Барона губы Джека тронула улыбка — пока ещё неуверенная и болезненная.
— Я не хочу быть один, Викки.
— Ты не будешь, — пообещал тот.
И дело не только в том, что Вик обещал Барону не отпускать парня вслед за ним, навстречу гибели.
Обнять Джека и слышать, как тот успокаивается и засыпает, было самым ценным и важным на свете.


Оценить и дать свою номинацию данной работе вы можете в комментариях и по ссылкам:
https://forum.ru.fanfiktion.net/t/163/1#jump1426
http://ru-fanfiktion.diary.ru/p212206826.htm