Кошачий беспредел

от Lezion
минифлафф, романтика (романс) / 13+
8 апр. 2017 г.
8 апр. 2017 г.
1
5333
1
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
— А ты хоть раз можешь взять и поужинать вместе со мной?! Здесь! Дома?! — повышая голос, говорит Адриан, глядя злыми глазами на отца. Габриель хмурится, отвечая аналогичным взглядом через планшет. Да, как обычно, разговор с Адрианом ведется у Агреста через технику. В жизни они лишь несколькими словами перебрасываются между собой: Габриель занят на работе и постоянно куда-то спешит, а Адриан понимает, что отцу некогда, поэтому каждый раз лишь томно вздыхает, грустно рассматривая пол под ногами.

Но на этот раз Адриан не может сдержаться: юноше осточертели такие семейные отношения. Он хочет хоть немного, но ощутить отцовскую любовь. Мамы нет, папа вечно в делах. А Адриан постоянно один. Большой особняк Агрестов слишком велик для него, а отца целыми днями не бывает дома.

— Не смей повышать на меня голос! — стараясь говорить как можно спокойнее, отвечает Габриель. В голосе отца Адриан слышит стальные нотки, чему, собственно, давно не удивляется. — Я занят, мне некогда! Так ты понял, что от…

— Вот и отлично! Работай хоть вечность! — Адриан не дает ему договорить. Как обычно, эмоции берут верх, и Агрест-младший просто кипит от злости и обиды, не желая слушать вечных оправданий. Известному дизайнеру совершенно не нравится, что сын смеет его перебивать, и уже хочет строго отчитать его, но Адриан снова его опережает. — Думаю, ты даже не заметишь моего исчезновения, если я сбегу из дому! — нагло заявляет он.

— Да куда ты денешься? — смеется мужчина. Его-то сынок решил сбежать? И к кому он побежит? Адриан закатывает глаза, понимая, что его последние слова отец не воспринимает всерьёз. — Если ты так хочешь сбежать, то пожалуйста. Твоя воля, — Месье Агрест улыбается, но глаза по-прежнему холодны. Габриель полностью уверен, что сразу после побега Адриан прибежит домой как миленький. Он мысленно ставит на то, что «домашний мальчик» больше пяти дней на улице не продержится.

Адриан молчит, пребывая в шоке. Он ожидал, что за дерзость его посадят под домашний арест, запретят видеться с друзьями и играть в видеоигры. А самое худшее, что может случиться — вернут на домашнее обучение. Но нет. Отец спокойно соглашается с его необдуманным решением. Это правда? Он не ослышался? Его отец правда отпускает его в свободное плавание на все четыре стороны?

— Вот и отлично! — снова дерзит Адриан, чувствуя, как за спиной вырастают крылья эйфории. Габриель усмехается, завершая видео-звонок.

Адриан хмурится, направляясь в свою комнату. Что ж, игра началась! Вызов брошен! Теперь нельзя идти назад, нужно доказать отцу, что он отвечает за свои слова, пусть они и были сказаны в гневе. Правду говорили, сначала подумай, а потом делай. А у него всё наоборот. Вспылил, нагрубил, сказал, а потом уже подумал и пожалел. «Язык мой — враг мой» — фраза, полностью характеризующая Адриана Агреста.

Парень выходит из дома, запихнув в рюкзак первые попавшиеся под руку вещи. Теперь нужно хорошенько обдумать, куда все же идти.

— Доигрался? — слышится над ухом голос Плагга. Тот явно сдерживается, чтобы не засмеяться. — И куда теперь? Мне, конечно, всё равно, что творится в твоей жизни. Главное, чтобы при тебе всегда был камамбер, — котик довольно улыбается, представляя свою любимую, но вонючую вкусняшку.

Адриан фыркает.

— Ну да, ты больше ни о чем другом и думать не можешь, — веселая усмешка появляется на лице Агреста, но вскоре быстро исчезает. Адриан погружается в себя, совершенно не слушая возмущения Плагга в его адрес и восторженные речи о сыре.

Адриан решает попроситься к Нино, хотя от этой мысли его выворачивает — он не хочет навязываться, но другого выбора нет. В последний момент он вспоминает, что к другу вчера нагрянули родственники с долгосрочным визитом: на людей посмотреть и себя показать. Мысленно он ставит крестик — Нино отпадает.

Хлоя? Стая омерзительных мурашек бежит по телу Адриана. Нет уж. От этой мысли становится еще хуже. Идти к ней равнозначно смертному приговору от ее удушающих объятий. Нет, однозначно, Буржуа его друг, причем первый. Но ее приставаний ему хватает и в коллеже. Страшно даже представить, на что она способна на своей территории. Хлоя на все сто процентов отпадает. В голове — очередной крестик.

«Ну, а что дальше? Ночевать на вокзале? — Адриан усмехается от глупых мыслей. — А потом разойдутся по всему Парижу новости: „Известная модель Адриан Агрест — единственный сын Габриеля Агреста — живет на вокзале!“ Смешно». — Но мысль о вокзале все же затаилась где-то на краю подсознания. Если ничего путного не придумает, то точно будет спать, как бездомный. Ну, не идти же ему домой, в конце-то концов! Как говорится: «Слово не воробей, вылетит — не поймаешь», а значит, за всё сказанное, даже если случайно, нужно платить. А возвращаться домой он не намерен, во всяком случае, в ближайшее время.

Алия? Щеки парня заливает алый румянец. Сезер, несомненно, классная девушка и хорошая подруга. Но все же она — девушка, и как-то будет странно, если он объявится вот так вот. К тому же, очень велика вероятность того, что родители просто-напросто не так поймут. Так что Адриан ставит очередной воображаемый крестик.

Маринетт? Нет, глупо. Всё тоже самое, что и с Сезер. Странно и лишние вопросы от родителей…

И тут лампочка осознания загорается в голове Адриана. Маринетт! Это же отличная идея! Нет, конечно, заявится он не как Адриан Агрест, а как герой Парижа — Кот Нуар!

Такому счастливому лицу хозяина Плагг не рад. Он всем нутром чует что-то неладное, поэтому весьма насторожился. Адриану что угодно может прийти на ум, а квами уже достаточно того, что теперь они являются бездомными.

Адриан замечает волнение на, казалось, весьма безразличном выражении мордашки котика, и улыбается. Если подумать еще, то можно прийти к выводу, что людей больше нет в списке. В классе из мальчиков Агрест общается только с Нино. Да, было дело, что играл в видео-игру с Максом и обмолвился парой слов с Кимом, но заявиться к ним домой, мол, «Простите, меня выгнали из дома, можно остаться на некоторое время?» — не вариант.

Выбора нет.

— Плагг, когти! — говорит Адриан, как всегда не дав доесть бедному квами свою любимую вкусняшку.


* * *
Маринетт смотрит с родителями какую-то комедию по телевидению. Но её веки медленно опускаются, она теряет суть происходящего на экране, а ладошка то и дело тянется ко рту — скрыть очередной зевок  — все признаки того, что пора спать. Она желает спокойной ночи и целует своих родных. Дюпэн-Чэн отправляется в комнату, решив не мучить себя и сразу лечь спать, ведь завтра идти в коллеж.

Пожелав и Тикки добрых снов и услышав взаимный ответ, девушка уже готова лечь и окунуться в сладкий мир Морфея, как вдруг слышится тихий стук в окно, который весьма пугает её. Открыв люк на крышу-балкон, в крышку которого настойчиво стучит не только дождь, Маринетт обнаруживает там своего напарника по супергеройской жизни — Кота Нуара: промокшего до нитки, поникшего, с жалобным выражением лица и большими грустными глазами. И когда только дождь успел пойти?

— Кот? — удивленно спрашивает Дюпэн-Чэн, приподняв бровь. Адриан хитро улыбается, нагло протискиваясь в теплую комнату. Он бросает свой портфель на пол и заваливается на кровать девушки в мокром костюме.

— Принцесса, ты же не против, если я тут немного поживу у тебя? — заметив злой взгляд девушки, Нуар спешит надавить на жалость, изображая грустную и чересчур милую мордашку. И у него это получается.

Маринетт не задает лишних вопросов, вроде «Что случилось?», «Что за повод?» и тому подобное. Молча и нервно вздыхая, она разрешает остаться на некоторое время. Нуар так часто бывает тут, что, кажется, готов поселиться у нее навсегда. Девушка корит себя. На кой чёрт её дернуло как-то раз сказать: «Ты всегда можешь на меня положиться!»?

Это была шутка. Видимо, очень удачная для него и очень геморройная для неё. Теперь Маринетт полностью понимает, что в тот злосчастный день она сболтнула лишнего. Потому что…

— Спать ты будешь на полу, так что брысь с моей кровати, тем более ты мокрый! — повысив голос, говорит Дюпэн-Чэн и указывает пальцем на пол. Нуар расстраивается, но ложится на указанное место около кровати, пока Маринетт копается в шкафу.

Кот в последнее время частенько без приглашения вторгался в домашнюю жизнь девушки, любил подкрадываться со спины, пытаясь напугать, за что получал пенделя от своей милой принцессы. А когда его выходки переходили все допустимые границы — чем-то тяжелым по голове.

— Я всё жду свои любимые вкусняшки и чая! — требовательным голосом произносит Нуар, и когда брюнетка смотрит на него, он игриво подмигивает. Маринетт закатывает глаза, швыряя в наглого Кота полотенце. Не, ну, а какого черта он себя ведет не как гость, а как постоянный сожитель, к слову, делая из неё — хозяйки комнаты — какую-то прислугу?

Как и обычно, это, похоже, неизменно; кот требует свои «законные» круассаны с чаем, вызывая этим у девушки сначала лёгкое недоумение, а потом — злость.

Накрыв кота одеялом, чего, кстати, он не ожидает, Маринетт ложится спать, перед этим выключив свет. От злости она даже не желает ему спокойной ночи, хотя он в глубине души очень жаждал услышать тихое «Спи сладко».


* * *
Громкий и противный звук будильника будит бедную девушку, которая всю ночь плохо спала. Сев, Маринетт разводит руки в стороны, широко зевая.

— Доброе утро, кот, — сонно здоровается Дюпэн-Чэн и замирает, округлив глаза.

Кот, который поздней ночью заявился к ней, мол, жить временно, лежит в ее кровати. Он хоть знает меру своей наглости? Или он думает, что все это в порядке вещей? Что все его действия с легкостью простятся и забудутся? Нет, Маринетт терпела все его выходки и наглую игривую мордашку, но у всего и у всех есть предел. Хотя, если посудить, то у наглости Нуара вовсе нет предела — эдакое исключение из правил жизни.

Маринетт надоело закрывать глаза на действия напарника.

— Кот, ты обнаглел! — пнув Адриана, говорит Дюпэн-Чэн, наблюдая за полетом друга. Нуар встает, почесывая лоб и издавая жалобные кошачьи стоны. Маринетт, гордо задрав носик, легкими шагами подходит к столу. Она берет расческу, разделяя на пряди иссиня-черные волосы. Весьма странно, что в комнате царит тишина и кот ничего не творит. Хотя…

Покрутив на пальце вещь, Нуар заигрывающее свистит.

— Знаешь, Принцесса, а вот эти трусики очень даже замур-р-чательны, — нагло расположившись на кровати Маринетт, кокетливо шепчет Кот, игриво подмигивая. И когда он только успел взять нижнее бельё из шкафчика?! — А лифчик к ним имеется?

— Кот, какого ты черта роешься у меня… — Дюпэн-Чэн со злостью оборачивается лицом к Нуару, разглядывая вещь в его руке. Легкомысленные трусики красного цвета в черный горошек, красиво украшенные кружевом вокруг талии. Щеки Маринетт заливает алый румянец. Заметив смущенное лицо принцессы, Кот усмехается. Маринетт сейчас такая милая, и ему это безумно нравится. — …в вещах…

— Они лежали на видном месте, — спешит ответить и оправдаться в своих деяниях Кот, указывая своими изумрудными кошачьими глазами на стул у окна. — Твоих рук дело? — заинтересовано спрашивает Адриан. К слову, смущенный не меньше Маринетт. Дюпэн-Чэн тихонько кивает в ответ.

Брюнетка спешно забирает свое творение из лап кота, прячет в шкафчик и вылетает из комнаты, приложив руки ко все еще алеющим щекам. Адриан остается один в миленькой комнате, осматривая её. Нет, он у своей подруги уже не в первый раз, но его фотографии, развешанные на стенах, до сих пор удивляют. В голове крутится много вопросов. Кто она — сумасшедшая фанатка или милая влюбленная девушка? И какой вариант верный, он и сам не знает.

Девушка оставляет его ненадолго. Маринетт, аккуратно и не спеша поднимается в свою комнату, неся две кружки чая и любимые круассаны кота. Адриан радуется, и она это замечает. Громко фыркнув, но все-таки дружелюбно улыбнувшись, Дюпэн-Чэн протягивает ему чашку. Тот с радостью набрасывается на вкусняшки, поедая одну за другой, совсем как Плагг. Но от глаз Адриана не спрятался один факт — Маринетт успела переодеться. И когда только? Вроде бы вещей с собой не брала или же он просто упустил этот момент?..

— Сиди тихо, а я в коллеж, ладно? — мило улыбнувшись, Маринетт снова покидает комнату.


* * *
Так проходит неделя. Дни и ночи, не спеша, сменяют друг друга. Вроде только недавно была среда, а уже пятница. Хищная Моль каждый день находит себе очередную жертву, так что без боев не обходится. Из-за того, что Нуар временно сменил место жительства, Маринетт поначалу было трудно и рискованно перевоплощаться. Всё-таки после битвы им надо идти в один и тот же дом, в одну и ту же комнату. За это время девушка чуть не раскрыла себя, благо с легкостью умудрилась повесить лапшу на уши напарнику. Тот, в свою очередь, без лишних вопросов ей верит.

Порой Дюпэн-Чэн проводит уроки рисования для Нуара, который с интересом и с особым вниманием слушает своего милого учителя. И, вроде бы, что-то пристойное у него выходит карандашом на листке, хотя брюнетка, глядя на творчества кота, не может сдержать смеха.

Маринетт, к несчастью, не дружна с химией и физикой. Над домашними заданиями она долго мучается, и Кот с радостью помогает ей сделать задания, объясняя при этом тему. И Маринетт обещает себе, что если благодаря этой наглой мордашке она сдаст контрольные хорошо, то обязательно сделает какой-нибудь подарок Нуару. Вот только какой? Подарить десять коробок круассанов и сто пачек чая? Кажется, этого мало… А надо уже решать — скоро контрольные!

Каждый день Кот что-нибудь вытворяет: то беспорядок наведет, то втихую спускается вниз и поедает круассаны, то своими каламбурами достает — в общем, нервишки своей принцессы расшатывает по полной программе. Каждый день по-разному, но одно общее имелось: Маринетт каждый раз просыпается с ним. И каждый раз она все меньше и меньше злится, привыкая. Утром, в первый выходной, проснувшись рано и заметив рядом мирно спящего кота, Маринетт лишь вздыхает, слегка улыбается и вновь проваливается в сон, не выгоняя Нуара с кровати на пол.

Но, несмотря на все наглые действия со стороны Кота, Маринетт с ним весело. Очень, особенно в те минуты, когда ему надо принимать душ. В первый раз, когда Нуар заикается о купании, Маринетт язвит:

— Ты же кот — оближи себя и все. Так ведь делают животные? — она старается придать голосу и лицу полное безразличие, но в итоге, не выдержав, громко смеется, не сводя взгляда с обиженного Котика.

Они тихо пробираются в душевую комнату, так, чтобы родители не заметили. Всё-таки они не знают, что в их доме появился новый сожитель. Впустив в ванную Нуара первым, Маринетт кричит: «Я в душ» и спешит закрыть дверь. Адриан отодвигает шторку и включает воду.

— Только не подглядывай, принцесса! — шутливо говорит Кот, показываясь из-за шторки. Маринетт закатывает глаза, всем своим видом показывая: «Не больно-то и хотелось». Зеленое свечение распространяется по комнате, и девушка оборачивается. Сердце гулко стучит, а где-то внизу живота появляется странное щекочущее чувство. Что же это такое? Неужто она в глубине своего сердца желает узреть настоящую личность напарника? Нет, это бред. Маринетт же знает, что нельзя. Но… — Хей, Принцесса, хочешь присоединиться? — неожиданно раздается игривый голос кота, отчего Дюпэн-Чэн вздрагивает и закрывает рот обеими руками, чтобы не закричать. Нуар своими неожиданностями точно хочет свести ее в могилу. Хотя в данный момент она сама виновата, что так сильно погрузилась в себя.

— Кот, мойся молча, — шипит Маринетт, в очередной раз краснея. Всё-таки необдуманные слова Нуара, которые он принимает за шутки, смущают бедную Дюпэн-Чэн. — Или будешь себя вылизывать, — мстительно добавляет она.

— Молчу-молчу, Принцесса, — Адриан усмехается. Смыв с себя остатки, юноша снова трансформируется, перед этим накормив Плагга дурно пахнущим сыром. Кот вылезает из ванны, блаженно улыбаясь.

— А я думала, коты не переносят воду, — пожав плечами, усмехается Маринетт, повесив на плечо свое полотенце. Теперь её очередь принимать душ. — Будешь поглядывать — придушу, — на полном серьезе заявляет Маринетт, и Нуар разочарованно отворачивается. А он так надеялся…

И так всю неделю. Родители Маринетт беспокоятся, ведь так долго их дочка никогда не принимала душ. Но на всякие вопросы, например «Все ли хорошо?», Маринетт отмахивается или старается давать более убедительные ответы.


* * *
Вторая неделя почти подходит к концу. Дни летят весело и всё также рискованно. Свезло, что Кот тот ещё тормоз. Маринетт умудряется чуть не спалиться напарнику, в спешке добираясь домой. Но и в повседневной жизни Дюпэн-Чэн, сама того не замечая, раскрывается: то скажет что-то такое, что больше подходит ЛедиБаг; то совершит действие, которое, к слову, тоже свойственно героине Парижа; то среагирует на поступки Кота, как девушка, скрывающаяся под маской Божьей Коровки — всё указывает на то, что Маринетт ведет двойную жизнь. Но, главное, во всю чепуху, которую мимолетно придумывает в оправдание Маринетт, Кот верит. Верит без лишних вопросов и подозрений.

Четверг. Утро нового дня у Маринетт начинается с будильника и с осознания того, что Кот снова нагло сопит в её кровати. Ну, к этому явлению Маринетт уже спокойно относится, а вот к будильнику — нет. Из-за того, что напарник живет у Маринетт дома, ей приходится ставить будильник. Ведь до этого брюнетку будили то Сабина, то Тикки. А теперь ничего из этого не подходит. Кот не должен знать о квами, как и мама Маринетт о Коте. Боже, как какой-то непонятный египетский треугольник!

— Замур-р-чательное утро, Принцесса! — сонно произносит проснувшийся Нуар.

— Ага, доброе, кошак, — улыбается Маринетт. — Так, глаза закрыл и не подглядывать! Я переодеваюсь! — грозно говорит Дюпэн-Чэн, а Нуар лишь хитро улыбается, прикрывая глаза руками и отворачиваясь.

Маринетт, убедившись, что Кот не подглядывает, переодевается из пижамы в школьную одежду. Ох, не стоило так легко верить Нуару, ведь тот, обернувшись и растопырив пальцы, взглядом пожирает девушку. Изящная спина, спортивное и красивое тело… Адриан невольно краснеет и снова отворачивается. Сердцебиение учащается, а увиденное все еще стоит перед глазами. Кот может поклясться: температура его тела превышает норму. Всё-таки не каждый день Агрест видит оголенное девичье тело, тем более что большую часть жизни он был заперт в стенах дома.

— Кот, ты чего? — странно покосившись на Нуара, неожиданно для Адриана спрашивает Маринетт. Кот вздрагивает, потихоньку оборачиваясь к однокласснице. Щеки его до сих пор горят. — Чем больше я тебя узнаю, тем больше поражаюсь, извращенец, — фыркнув, смеется Дюпэн-Чэн, а кот, в свою очередь, готовится уворачиваться от тумаков. Но их не следует. Только какое-то шуршание, а после звук захлопнувшейся двери. Адриан понимает — принцесса ушла в коллеж.

Облегченно выдохнув, Агрест отменяет трансформацию, свободно расположившись на кровати Дюпэн-Чэн. Он уверен, что Маринетт уже не заглянет.

— Чего это у тебя такое счастливое лицо? — фыркнув, спрашивает Плагг. — В мир грязных мыслишек ушел?

— Вот, ешь свой камамбер и помалкивай, — поспешно отвечает Адриан, морщась от запаха сыра. — И ни о чем таком я не думаю… Просто… Маринетт… Она… — прерывисто-мечтательно говорит парень, глядя на потолок.

— О боже, началось, — раздраженно фыркает Плагг, закатывая глаза. — То «Моя Леди», теперь «Маринетт». Ты уж определись.

Адриан открывает рот, чтобы ответить, но внизу раздается шум, скрипит ступенька и слышится взволнованный голос — Маринетт возвращается. Агрест резко встает, округлив глаза. Мотая головой из стороны в сторону, юноша ищет, куда бы спрятаться. Бинго! Резко схватив Плагга, который наслаждается сыром, Адриан подлетает к шкафу.

Войдя в свою комнату, перед этим несколько раз запнувшись в спешке и наставив себе синяков, Маринетт совсем не замечает отсутствие наглой морды. Адриан тихонько поглядывает из шкафа, прикрыв рот рукой. Он с трудом сдерживает смех, глядя на то, как взъерошенная Маринетт что-то ищет на столе, тихо ругая саму себя за рассеянность. Она такая смешная и в тоже время милая: надутые алеющие щеки, растрепанные волосы, закушенная губа.

Она находит то, что так долго искала и издает победный клич. А потом, вдруг опомнившись, спешит вниз, скатываясь по перилам. Слышится грохот и негромкий вскрик. Все-таки Маринетт очень неуклюжая, особенно, когда волнуется и опаздывает. И почему-то от этой мысли Агрест нежно улыбается.

Адриан, теперь уж точно убежденный, что хозяйка комнаты не вернется, выходит из шкафа, выпуская из рук бедного черного квами.

— Влюб… енные… дуфаки, — пережевывая сыр, говорит Плагг.


* * *
На небе алым расцветает закат; последние яркие лучи уходящего солнца расцвечивают небосвод, играя бликами розового, переходящего в сиреневые сумерки. Время будто застывает, приковывая взгляды влюбленных к столь красивой картине. Но не видать жителям Парижа спокойствия даже в такой замечательный вечер.

Очередное нападение акумы.

Маринетт, успевшая быстрее напарника добраться домой и трансформироваться, устремляет взгляд в небо. Нуар не заставляет себя долго ждать, как всегда эпично появляясь. Но Маринетт не отвечает на его очередные заигрывания. Даже не обращает внимание на Кота, продолжая рассматривать небо. В её взгляде таятся грусть и даже некий ужас, которые Дюпэн-Чэн пытается скрыть. Если в роли ЛедиБаг у неё это великолепно получается — поддаваться своим чувствам во время спасения Парижа некогда, — то в роли обычной девушки унять свои эмоции она не может.

Адриан разглядывает Маринетт, не решаясь задать волнующий его вопрос. Но, не в силах терпеть гнетущую тишину и грустный вид своей одноклассницы, он все-таки спрашивает:

— Принцесса, что случилось? — он протягивает руку и аккуратно заправляет прядку темных волос Маринетт за ухо. — Только прошу, не ври мне. У тебя ведь глаза на мокром месте.

И это правда. Маринетт готова вот-вот расплакаться. Вздохнув, она, не сводя глаз с закатного неба, тихо всхлипывая, находит силы, чтобы ответить.

— Адриан… — услышав свое имя, Нуар вздрагивает, а сердце заполошно бьется в ребра, — он пропал, — хрипло шепчет Дюпэн-Чэн. А парень готов поклясться всеми своими девятью кошачьими жизнями: в этом голосе он слышит пустоту и обреченность. — Сначала я подумала: «Может, он куда-то уехал», пока Хлоя не показала листовку, что его ищут, — плечи девушки слегка вздрагивают, словно ей холодно.

— Адриан… — Нуар на мгновение запинается, ища подходящие слова, чтобы не выдать себя и отводя в сторону виноватый взгляд, — это тот мальчишка, который изображен на фотографиях в твоей комнате? — Маринетт кивает. — Он тебе нравится? — в ответ тишина. Лишь ветер иногда нарушает её, шелестя листьями деревьев. Адриан уже сожалеет, что задал этот вопрос.

— Да, — отвечает Маринетт, смотря в зеленые глаза напарника. Ее глаза — заплаканные и красные, и Адриан отворачивается, не в силах выдержать ее взгляд. Ему слишком тяжело смотреть на Маринетт и осознавать, что он и есть причина её страданий. А Дюпэн-Чэн уже не смотрит на него, вновь рассматривая багряный закат и тихо продолжает: — Очень. Сначала он показался напыщенным, избалованным дружком Хлои, но я ошибалась, — услышав последние слова, парень затаил дыхание. — Он милый, добрый, заботящийся в первую очередь не о себе, а о других. От него так веет теплом и добротой, что я схожу с ума, — легкий румянец покрывает щеки девушки. — Но иногда я замечаю в его глазах затаенную тоску, которую он пытается скрыть. Нет, он добрый и хороший человек, которого я полюбила. Я знаю, что он никогда не посмотрит на меня, как на свою девушку, но мне для счастья хватает и того, что я просто могу его видеть, — Маринетт смущенно улыбается. От услышанного Нуар пребывает в растерянности. — Когда счастлив он, счастлива и я. Но теперь… — Маринетт больше не в силах сдерживать слезы, и они оставляют влажные дорожки на белоснежной коже.

— Маринетт… — хрипло выдыхает Адриан, чувствуя в груди боль.

— Кот, надо его найти! Кот… — Маринетт бьется в истерике, и Нуар обхватывает ее хрупкие плечи, притягивая к себе, позволяя выплакаться, уткнувшись носом в его ключицу. Он нежно обнимает ее, чувствуя, как дрожит под ладонями стройное тело, как заполошно бьется сердце в ее груди и тихие рыдания выворачивают его душу наизнанку. До этого момента он видел ее другой: неуклюжей, смешливой, заикающейся в его присутствии, но всегда улыбающейся. Теперь же она льет слезы в его объятиях и из-за чего?! Из-за него самого! Его необдуманный поступок заставил страдать его милую принцессу.

— Не выдумывай глупостей, Маринетт! — она поднимает голову, глядя на него своими невозможными васильковыми глазами. Адриан тепло улыбается. — Всё будет хорошо, я тебе обещаю. Я сейчас приду, Принцесса, — шепчет он и растворяется в сгустившихся сумерках. Вытирая слезы, Маринетт удивленно смотрит вслед убегающему Коту.

Нуар, тем временем, весь в поисках. Он не останавливается до самого парка, замирает над клумбой, выбирает самый красивый цветок и возвращается. Маринетт держит на коленях раскрытый блокнот. Карандаш вяло порхает по странице, и Нуар уверен — это будет очередной шедевр. Только для начала необходимо задать юному дизайнеру правильное настроение.

— Что на этот раз моя Принцесса придумывает? — мило улыбнувшись, спрашивает Кот, нависая над девушкой и касаясь нежными лепестками цветка бледной щеки.

— Э-это мне? — удивленно спрашивает Маринетт и с сомнением протягивает руку к обсыпанному шипами стеблю.

— Ну, а кому же еще, Принцесса? — смеется Нуар. Тихое «Ой!» — и тонкие пальчики Маринетт оказываются в его ладони. Адриан нежно дует на уколотый палец, слизнув алую каплю крови языком, а щеки девушки покрываются румянцем. Тоска в сердце не проходит, но ее заменяет тепло, медленно разливающееся в душе. Взгляд зеленых глаз Кота гипнотизирует, а ласковый голос успокаивает: — Ты так же красива и чиста, как и этот цветок. Возьмешь его завтра с собой? — в ответ на недоуменный взгляд девушки Нуар поясняет: — Роза — символ удачи. Если завтра она будет с тобой, поверь, чудо обязательно произойдет. Хорошо? — Маринетт кивает. — Вот и славно. А теперь пора отдыхать.

Дюпэн-Чэн, переодевшись в пижаму, ложится в кровать, и Адриан выключает свет. Перед тем, как уйти, он решается подойти к своей принцессе, пожелать ей спокойной ночи и, может, оставить невесомый поцелуй на щеке.

— Всё будет хорошо, Маринетт. Спи, — он делает шаг в сторону, но Маринетт успевает схватить его за руку.

— Ты всё равно нагло залезешь ко мне в кровать… — у обоих на щеках румянец, который скрывает темнота. — Ложись со мной, — тихо шепчет Маринетт, не понимая, что он собирается уходить домой. Погостили две недели и хватит.

Адриан соглашается. Он ложится напротив Маринетт, лицом к лицу, так близко, что чувствует ее теплое дыхание и слышит, как бьется ее сердце. Вдыхает запах ее волос и чувствует, как вздымается ее грудь при каждом вздохе, еще теснее прижимаясь к нему. Адриан осознает, что какой бы сильной ни казалась Дюпэн-Чэн, она — хрупкий цветок, его принцесса, которую он до дрожи в пальцах хочет защищать и оберегать.

Убедившись, что Маринетт спит и видит десятый сон, Нуар покидает комнату, прихватив свой портфель и бросив напоследок задумчивый взгляд на мирно посапывающую девушку.

У ворот своего дома Адриан снимает трансформацию, печально вздыхая. Плагг молчит, считая нужным на сей раз попридержать свой язвительный язык. Решившись, Агрест тянется к кнопке звонка, и ему тут же открывают. Самым неожиданным для Адриана оказывается то, что у дверей его ждет не только Натали, но и сам Габриель. Что??? Это не сон?

— Адриан… — тихо произносит Габриель, глядя на сына, а потом просто прижимает его к себе. — Никогда больше так не делай, — шепчет он. И Адриан улыбается, обнимая отца в ответ.

Теперь Габриель по мере возможностей завтракает и ужинает вместе с сыном, с интересом слушая его рассказы. Чему Адриан, несомненно, рад.


* * *
«Это точно утро?» — в сотый раз спрашивает себя Маринетт, сонно потирая глаза. Проснуться и не увидеть рядом сладко спящего и изредка мурлыкающего кота. Неужели такое утро правда бывает? За проведенными днями и ночами с Нуаром Маринетт совсем забывает, каково это — проснуться совершенно одной. Нет наглой моськи, развалившейся на её кровати, «Замур-р-чательного утра», шуток, жадного поедания круассанов и просьб о добавке. Нет миссий под названием «Беспалевный прием душа» и «Беспалевная трансформация в ЛедиБаг». Кот ушел так же неожиданно, как и пришёл. Наглая черная морда!

На подоконнике в вазе — белая красивая роза — всё, что осталось от Нуара.

— Теперь мы можем с тобой нормально общаться, Тикки, — грустно произносит Маринетт, плюхаясь обратно в кровать. Квами вылетает из сумочки и замирает возле Дюпэн-Чэн. — Он ушел…

— Ты же сама хотела, чтобы он поскорее отсюда ушёл, — с непониманием говорит Тикки, глядя на убивающуюся хозяйку. Маринетт недовольно морщится и бросает очередной грустный взгляд на окно. — Во всяком случае, тебе надо поторопиться, а то опоздаешь на занятия, — усмехается божья коровка. Маринетт резко слетает с кровати, вытаскивая первые попавшиеся вещи из шкафа, впопыхах собирает рюкзак и, спотыкаясь на ходу, устремляется к лестнице.

Сабина удивлена. Всё это время Маринетт завтракала у себя, а теперь, как и раньше, кушает на кухне. Женщина улыбается, радуясь такому событию. А странное поведение за две недели она списывает на переходный возраст дочери. Покушав, Маринетт благодарит маму за вкусный завтрак и целует в щеку. Но, не успев выйти за дверь — возвращается.

Забывчивая. Из-за утренней суматохи, Маринетт забывает самое главное — белую розу. Нежный, чуть сладковатый запах приятно ласкает обоняние, пока девушка обрезает стебель и крепит цветок к волосам.

Остается надеяться, что чудо произойдёт…

— Вот это да, подруга! — слышится удивленный голос Алии, когда Маринетт появляется на пороге аудитории, тяжело дыша и упираясь рукой на стол. — От кого роза? Давай рассказывай! — отдышавшись, Дюпэн-Чэн садится за парту, улыбаясь любопытной подруге.

— Один хороший человек подарил, — краснея, тихо произносит брюнетка, а в голове проносятся воспоминания о прошедшем вечере.

«Роза — символ удачи. Если завтра она будет с тобой, поверь, чудо обязательно произойдет. Хорошо?»

Эхом слышится ласковый голос Нуара.

Чудо? Где оно? Какое чудо имел ввиду Кот? Маринетт переводит грустный взгляд с часов на розу. Она чувствует, что вот-вот снова заплачет. Неужели, слова про чудо и розу лишь для того, чтобы успокоить её? Утешить? Нуар просто пожалел её…

— Я не опоздал? — до боли знакомый голос вырывает девушку из раздумий. Подняв голову и устремив взгляд в сторону двери, Маринетт видит его. Вот оно — ее личное чудо. Оно и впрямь произошло, как и говорил Нуар. Маринетт смотрит на запыхавшегося Адриана Агреста, в глазах которого пляшут чертики, а на губах светится любимая улыбка. Маринетт счастливо выдыхает, украдкой смахивая предательские слезы.

Адриан… Он пришёл… Она снова может любоваться им…

Нино что-то эмоционально рассказывает вернувшемуся другу и искреннее радуется его возвращению. Алия косо поглядывает на подругу, понимая, что ей пришлось нелегко все то время, которое его не было, и тихо усмехается. А Маринетт не отрывает взгляда от любимого: широкий разворот плеч, золотистые волосы, ясные зеленые глаза, красивые, но недоступные губы…

— Адриан! Адриан! — окликает блондина Сезер, поглядывая на взволнованную Маринетт. — Ты где был? Мы переживали за тебя! Рассказывай давай!

— А-а… — повернувшись, неуверенно произносит Адриан, — то там, то здесь, — он пожимает плечами. Минутная пауза, не нарушаемая никем из четверых людей. — Маринетт? — его взгляд замирает на притихшей девушке, нервно закусившей губу. Мгновенно щеки Маринетт окрашиваются румянцем, едва она ловит его изучающий взгляд: — Ты не хочешь пойти погулять? Только ты и я?

— А?.. — на минуту Маринетт теряет связь с реальностью, не веря своим ушам. Он? Позвал? Её? Гулять? Её? Алия не сдерживает восторг, глядя то на Нино, то на подругу. — Ад… — спешит ответить Дюпэн-Чэн, выходя из «комы». Адриан удивленно приподнимает бровь. — Т-то есть да! — уставившись на Агреста, Маринетт глупо улыбается, понимая, что снова оплошала, — я хотела сказать «да»! — от стыда ей хочется провалиться сквозь землю.

— Вот и договорились, — хитрый взгляд Адриана и полу-улыбка окончательно добивают девушку.

Все занятия она витает в облаках, украдкой наблюдая за любимым и, как только звенит звонок, они покидают класс, держась за руки. Солнце превращает волосы Адриана в расплавленное золото, в зеленых глазах светятся смешинки. Маринетт смеется до колик в животе, сидя на покрывале под деревом, щурится и несмело прикасается к мягким пшеничным прядям. Парень уверенно кладет ей голову на колени, и девушке кажется, что мир точно сошел с ума.