Размер шрифта  Вид шрифта  Выравнивание  Межстрочный интервал  Ширина линии  Контраст 

Старик, Морпех и Полицейский

Открыть саммари
миниАнгст, Семья / 13+ / Джен
Джон Доггетт Уолтер Скиннер
16 апр. 2017 г.
16 апр. 2017 г.
1
2.329
 
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
16 апр. 2017 г. 2.329
 
Секретные материалы
Основные персонажи:
   Джон Доггетт, Курильщик (C.G.B.), Уолтер Скиннер
Пэйринг:
   старик, полицейский и морпех
Рейтинг:
   PG-13
Жанры:
   Драма, Мистика, AU, Эксперимент
Предупреждения:
   Смерть основного персонажа
Размер:
   Мини, 8 страниц, 1 часть
Описание:
У костра сидели трое. Каждый был занят своим делом: лысый Морпех чистил винтовку, голубоглазый Полицейский ворошил палочкой потрескивающие угли, а седоволосый Старик неторопливо и со вкусом курил, вглядываясь в серые небеса.

Публикация на других ресурсах:
С разрешения автора

Примечания автора:
В работе звучат мотивы пьесы Филиппа Леллуша «Пьяница, Курильщик и Лихач».


Снег падал пышными хлопьями. Черная, вся в рытвинах земля постепенно преображалась, теперь она не казалась смертельно больной — оспины, оставшиеся после разорвавшихся снарядов, прикрыл снежный пластырь.

У костра сидели трое. Каждый был занят своим делом: лысый Морпех чистил винтовку, голубоглазый Полицейский ворошил палочкой потрескивающие угли, а седоволосый Старик неторопливо и со вкусом курил, вглядываясь в серые небеса.

— …И тогда я всадил в него шесть пуль, — заверил всех Полицейский. — Я точно попал. Все шесть прямо в тушу клыкастого. И ничего. Не то, чтобы это было чудо. Просто каждый раз удивляюсь.

Морпех пожал плечами и отложил винтовку. Он казался растерянным, будто впервые видел окружающих его людей или попросту не ожидал их увидеть.

Старик выдохнул сигаретный дым и кивнул.

— Вы знаете, — перебил Полицейского Морпех, — а ведь форма мне мала, жмет жутко. И почему форма? Я уже и цвет ее успел забыть.

— Это бывает, — согласился Полицейский, помолчал немного и продолжил:

— Никак не пойму, что там случилось? Шесть чертовых пуль. И хруст такой неприятный, будто кто-то что-то ест. А потом пришли вы.

— Пришли! Вы все еще не поняли, агент Доггетт? — спросил Старик у Полицейского. — Я никогда не пришел бы к вам на помощь. Мне плевать.

Морпех сощурился и снял очки, будто в них он видел гораздо хуже.

— Ваше мнение никто не спрашивает. Мы обсуждали то, что помнит каждый из нас. Он уверен, что мы пришли. Значит, так и было. Какие могут быть основания ему не верить? Лично я ничего не помню. А вы что скажете?

— Я могу рассказать вам больше, чем вы способны вынести, мистер Скиннер, — пробормотал Старик, сжимая дрожащими пальцами сигарету. — Но не стану.

Морпех брезгливо поморщился, нацепил очки и повернулся к агенту Доггетту.

— И это всё? Напал клыкастый, вы держали оборону. Потом выстрелы. Этот хруст. И тут появились мы?

— Да. Вы, этот бивак, полицейская форма и снег. А вы? Неужели совсем ничего?

— Только то, что было до… похищения. Потом я открыл глаза, а кругом снег.

— Сейчас могут пригодиться любые факты, — отметил агент Доггетт.

— Я шел на работу, очень спешил. В новостях говорили об эпидемии. На улице были люди — умирающие и мертвые — жуткое зрелище! — мистер Скиннер нахмурился. — Грипп или что-то вроде того. У меня очень болела голова, всё тело ломило. Я понимал, что тоже болен, но в тот момент ничего с этим сделать не мог. На подземной парковке Бюро было очень много машин — директор созвал всех на экстренное совещание. Лифт забили под завязку, я побежал к другому — там всегда есть места. Можно было подождать этого, но слишком много всего происходило… Чертов адреналин! Нужно было работать или лечь умирать — иначе я не мог. Почти у лифта меня поймала за рукав женщина. Блондинка. Имя… Я ведь знаю ее, просто…

— Да-а, — протянул агент Доггетт. Он никак не мог вспомнить имя бывшей жены. Будто череп вместо мозгов был заполнен соломой. Или ватой.

— Она сказала: «Пожалуйста, Скиннер. Мне нужна защита от них. Помогите мне, и вы будете жить». Она показала мне серую коробочку с антенной. Рация или приемник. Я пошел за ней.

— Вот так просто?

— Меня знобило. Так рано сдаваться я не планировал.

— Это многое объясняет, — согласился агент Доггетт. Мистер Скиннер растерянно развел руками. Старик же швырнул окурок в сугроб и поинтересовался:

— Она вас обманула?

Мистер Скиннер пожал плечами.

— Я задавал вопросы, она отвечала уклончиво, но отвечала. Мы спешили.

— Но что-то важное она всё же сказала? — агент Доггетт подвинулся ближе к костру. — Что-то важное для нашей истории.

— Она сообщила мне, что серая коробочка — подарок от Крайчека.

Агент Доггетт вздохнул и спрятал руки в карманы форменной куртки.

— Исключено.

— Почему же? — заинтересованно спросил Старик.

— Крайчек мертв.

— Он мог быть суперсолдатом и не умереть.

— Пуля пробила его голову. Один мой знакомый присутствовал на вскрытии.

Старик недовольно повел плечом.

— Вообще-то, если вы перестанете перебивать мистера Скиннера, то мы услышим финал этой истории совсем скоро.

Агент Доггетт смерил Старика презрительным взглядом. И десяти минут не прошло, как эти двое закончили спорить на тему клыкастых. Старику не нравилась терминология, он настаивал на «личиночной форме пришельца», агент Доггетт же утверждал, что «клыкастый» проще и точнее.

— Итак, блондинка принесла вам подарок от Крайчека, а вы…

— А я не успел. — Мистер Скиннер развел руками. — Слева вылетела машина — черная, тонированные стекла. Да еще и без номера и… этот хруст.

Все трое переглянулись.

— Странно всё это. Когда Малдер говорил об абдукции, он никогда не упоминал хруст.

В поисках сигарет Старик нарочито громко похлопал себя по карманам. В отличие от остальных он единственный был в гражданской одежде. Белая рубашка, черный костюм, галстук-бабочка, свободно висящий на шее, не завязанный, но старательно выглаженный.

— В правый положили, — заметил мистер Скиннер.

— И то верно, — согласился Старик. — Вы наблюдательны, несмотря на возраст.

— Зато вы не отличаетесь педантичностью.

— Это потому, что я был женат.

Агент Доггетт ковырнул носком ботинка снег. Имя бывшей жены все еще крутилось на языке.
— А вы как здесь оказались?

— У меня был сын. И так получилось, что… — начал было Старик, но его прервали.

— Господа, не возражаете?.. — из-за их спин послышался тихий женский голос. Все трое обернулись. Позади стояла невысокая рыжая женщина. На ее плече висел автомат.

— Я присяду? — уточнила она.

Мужчины подвинулись, освобождая место на старой шинели, протянули незнакомке фляжку, а агент Доггетт вытоптал дорожку, чтобы ее ноги не утопали в снегу.

Рыжая села к костру.

— Это очень мило, — заметила она, когда агент Доггетт опустился на свое место.

— Просто вы похожи на одну мою знакомую, — заверил тот. — Очень похожи.

— Да, — согласился мистер Скиннер. — Да, действительно похожа.

Старик чиркнул зажигалкой, но промолчал.

— Думаю, это из-за цвета волос. Со мной такое случается, — заявила Рыжая.

— Кто вы такая? — поинтересовался агент Доггетт.

— А вы? Видите ли, важнее не моя личность, а ваше ко мне отношение. Вот что у вас с той рыжей женщиной?

Агент Доггетт ткнул палкой в костер, угли зашипели.

— Я не знаю.

— Любовь?

— Нет.

— Дружба?

— Не знаю. — Агент Доггетт взглянул на мистера Скиннера.

— Секс?

— О, нет. Вот это — нет. Мы были партнерами, — агент Доггетт старательно подбирал слова, — она даже подарила мне одну вещь, символизирующую партнерство.

— Я могу вас немного поправить? — Рыжая улыбнулась, склонив голову. Получив одобрительный кивок, она продолжила:

— Преданность. Вот ваше слово. А вы? — она перевела взгляд на мистера Скиннера. — Что было у вас с рыжеволосой женщиной?

Мистер Скиннер поморщился.

— Честно говоря, я не понимаю, какое это имеет отношение к происходящему. Мы не помним, как оказались в этом месте. Думаю, мы похищены. Я был болен, а теперь здоров — именно так иногда действуют пришельцы. Мы в такой щекотливой ситуации, а вы спрашиваете, как я отношусь к агенту Скалли. Абсурд!

— Скалли. — Старик покачал головой. — Точно, ее ведь звали Скалли.

— Что ж, раз у вашего друга сегодня приступ паранойи, ответьте мне вы, сэр. Что же такого вы чувствовали к этой Скалли?

Старик выпустил в воздух клубок белого дыма.

— Похоть вас устроит?

Рыжая покачала головой.

— Вы были очень умным мужчиной. Вы умели прятать истину не за молчанием или отрицанием. Вы прикрывали ее умелой ложью, своей неуместностью, неловкостью и уродливостью так похожей на правду. Похоть? Нет. Ваше слово — зависть. Завидовали ей. И всё еще завидуете. Настолько, что растеряли ум и возвели зависть в культ.

Старик погасил сигарету. Он ничего не ответил. Зато мистер Скиннер раздраженно хмыкнул. Рыжая тут же повернулась к нему:

— За вами должок. Надумали отвечать?

— Нет.

— Вы так боитесь ответа на простой вопрос... Почему? Неужели вам неловко перед этими людьми?

— Не понимаю, о чем речь.

Рыжая вздохнула и подбросила в огонь пару веток. Ветки задымили, запахло хвоей и смолой.

— Ваше слово любовь.

Агент Доггетт взглянул на мистера Скиннера удивленно. Тому не нашлось, что ответить, но он ссутулился так, будто произнесенные слова опустились ему на плечи тяжелым грузом и выдержать его вес он не смог.

— Любви не следует стесняться. Тем более, здесь. Что ж, вот мы и выяснили главное, то, что вело вас все последние годы. Преданность, зависть и любовь. И не нужно считать себя в чем-то лучше других. Даже зависть иногда действует во благо, впрочем, решать это не вам. И даже не мне.

— Всё это похоже на розыгрыш. Мы тратим время вместо того, чтобы разбираться в проблеме. Там, — он указал на линию горизонта, — гибнут люди. А мы разводим демагогию — в ней нет никакого смысла.

— Здесь не бывает бессмысленных разговоров. И мне искренне жаль, что я прервала вашу беседу, ведь вы не успели выяснить, как же сюда попал мистер Спендер. Или лучше называть вас Курильщиком?

— Где мы? — В голосе Курильщика послышалось отчаяние. Все трое вглянули на незнакомку в ожидании ответа.

— Вы трое всегда задаете слишком много вопросов, отказываясь принимать на веру даже то, что видите собственными глазами. Вам нужно измерить, попробовать на вкус, пощупать. А ведь есть вещи, которые измерить невозможно. И в них приходится верить.

— Мы умерли?

— Снова вопрос, мистер Доггетт.

Все трое опустили взгляды.

— Значит, это конец пути?

— Да.

— А что будет с остальными? — Мистер Скиннер поднялся на ноги. — Что будет со Скалли?

— Мне не дано знать будущее, а вам — что-либо изменить.

— Мы останемся здесь навсегда?

— Здесь? Конечно нет. Это лишь бивак, перевалочный пункт. Мы уедем отсюда, как только догорит костер. Скоро прибудет наш транспорт, — ответила Рыжая.

— А вернуться можно?

— А есть причина?

Агент Доггетт кивнул.

— Уильям. Я получил письмо с инструкциями сразу после того, как Малдер и Скалли сбежали. Не знаю, кто его написал. Я должен был втереться в доверие к его новой семье и беречь парнишку. Ушел из бюро, купил дом неподалеку. А потом всё как-то само вышло. Мы с его приемным отцом начали дружить. А потом он умер — ничего необычного, просто инсульт. Уильям остался с матерью, у него мало друзей и…

— Вы были преданны до конца. Это похвально, но свою миссию вы выполнили. Мальчик заменил вам Люка, и вы воспитали настоящего мужчину. Теперь у человечества есть шансы.

Джон опустил голову и кивнул.

— Та женщина, я вспомнил ее. Марита Коваррубиас. Несколько лет назад в мое тело внедрили наномеханизмы — разработку военных, основанную на инопланетных технологиях. Наномеханизмы однажды едва не убили меня. Но на этот раз мисс Коваррубиас планировала использовать их во благо. Теперь я понял. Крайчек раскаялся, он хотел спасти всех нас. И неважно мертв он или жив… Эти нанороботы могут стать ключом к спасению мира. И они во мне.

— Вы думаете сейчас вовсе не о мире, а о ней, о Скалли. Любовь... Вы любили ее до конца. Но так и не признались в этом. Свою миссию вы выполнили — были рядом, ограждали ее от опасности, насколько это было возможно.

Мистер Скиннер опустил голову. Старик судорожно выдохнул, Рыжая взглянула на него.

— Что ж вы молчите? Не станете искать причину вернуться?

— Нет. Мое место здесь.

— Зависть. Скалли была рядом с вашим сыном, получила его безграничное доверие, вы же все эти годы оставались для него врагом номер один.

— Он был достойным соперником.

— Но этого ли вы хотели?

Курильщик молчал. Его пальцы дрожали.

— Расскажите, почему вы здесь, мистер Спендер. Как вы здесь оказались?

— Фокс заболел. Он был при смерти, но отказался от моей помощи. Выбирая между мной и смертью, он выбрал смерть. На эту игру я поставил всё, что у меня было, но проиграл. Тогда я снял ремень, приладил его к дверной ручке, накинул петлю на шею и стал ждать, когда моя помощница вернется домой. Честно говоря, я надеялся, что задохнусь, но измученное хворями тело сыграло со мною злую шутку. Вместе с хлопком двери я услышал хруст. Так ломались шейные позвонки.

Рыжая поднялась, расправила китель и с готовностью кивнула.

— Будете ждать. А нам пора в дорогу.

— Он? Вы хотите сказать, что он заслужил второй шанс? — Агент Доггетт вскочил на ноги. — Это Бог придумал? Вот ЭТО его справедливость?

— Его называют по-разному. Но если вам удобнее говорить "Бог"...

— Этот человек — монстр. Ваш Бог ошибся. Мир летит в ад только потому, что его так и не смогли уничтожить. Сейчас самое время, — добавил мистер Скиннер.

— К тому же он самоубийца.

Рыжая взглянула на них виновато.

— Пути господни неисповедимы. Мне очень жаль, но миссия Курильщика пока не выполнена. Если он умрет сейчас, то мы отклонимся от намеченного плана. А так нельзя.

На горизонте появилась маленькая черная точка — в их сторону ехал старый военный автомобиль. Он скользил по снегу, будто по асфальту, а его двигатель не издавал ни звука.

Агент Доггетт покачал головой:

— То есть ему вы доверите судьбу мира? Он вообще — станет его спасать?

— Станет спасать или попытается уничтожить. Вариантов не так-то много. Я не умею предсказывать будущее.

Мистер Скиннер покачал головой и поинтересовался:

— Как же вы можете быть уверены, что он не приведет мир к гибели?

— Вы просто не видите картину в целом. Зло важно ничуть не меньше, чем добро, а хаос подчас важнее порядка.

Автомобиль остановился перед ними, когда в костре погас последний уголь. За рулем никого не было.

Мистер Скиннер взглянул на Курильщика. Тот молчал. Молчал и агент Доггетт.

— Прощайтесь, — скомандовала Рыжая и подняла с земли свой автомат.

Курильщик вынул из кармана измятую пачку и заглянул внутрь. Ни одной сигареты не осталось.

— Приветы передавать будете? — поинтересовался он.

— Пошел ты, — процедил сквозь зубы агент Доггетт. Умирать ему было не страшно, но жутко обидно.

— А вы, мистер Скиннер?

Скиннер мотнул головой, потом взглянул на Курильщика.

— Если вы ее хоть пальцем... я…

Курильщик смял пальцами бесполезную пачку.

— Во сне придете? По крайней мере, будет с кем поговорить.

Автомобиль тронулся плавно, легко взобрался на холм и помчался вслед заходящему солнцу. Он увозил двоих мужчин всё дальше и дальше по снежному покрывалу. Третий уселся на шинель, расправил пиджак и лишь тогда заметил позабытую мистером Скиннером винтовку.

Пуля показалась ему обжигающе холодной.

***

За больничными стенами тоже валил снег. Рыжая медсестра поставила капельницу и открыла жалюзи, чтобы уродливый Старик на смертном одре мог полюбоваться на белые хлопья, спускающиеся с неба.

Моника Райс с едва скрываемым выражением отвращения на лице склонилась к нему, как только тот разлепил пересохшие губы. Всего три слова, но ее брови взлетели вверх от удивления.

— Пожалуйста, найдите… Скалли.
Написать отзыв
 
 
 Размер шрифта  Вид шрифта  Выравнивание  Межстрочный интервал  Ширина линии  Контраст