Печаль старшего брата

минифлафф, юмор / 13+
Вольфрам фон Бильфельд Гвендель фон Вольтер Конрад Веллер Сёри Сибуя Юри Сибуя (Мао)
14 мая 2017 г.
14 мая 2017 г.
1
1260
 
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
Название: Печаль старшего брата
Автор: Peroxidepest17
Переводчик: Lavender Prime
Бета: Estimada
Оригинал: Big Brother Blues
Размер: мини, 1 249 слов
Персонажи: Шори, Юури, Гвендаль, Конрад, упоминание Вольфрама
Категория: джен
Жанр: флафф, юмор
Рейтинг:PG
Разрешение на перевод: получено
Краткое содержание: на тему «Внутренняя борьба с самим собой». Шори должен улыбаться и терпеть, а Гвендаль показывает, как

Шори стиснул зубы.
Гвендаль выгнул бровь, впрочем, не отрывая взгляда от своего вязания.
– Не смотрите, – предупредил он будущего мао Земли.
– Но он же…
– Не смотрите, – только повторил Гвендаль.
Шори тихо и сдавленно застонал.
– Камера. Почему у вас здесь до сих пор не изобрели видеокамеру?!
На это Гвендаль ничего не ответил.
– Шори-сама, – негромко начал он, – как тот, кому пришлось наблюдать за взрослением двух младших братьев, смею надеяться, что вы можете положиться на мой огромный опыт в данном вопросе.
– Но…
– Будет лучше, чтобы он не видел у вас такого выражения лица, иначе он перестанет вас уважать, Шори-сама, – настойчиво и рассудительно проговорил Гвендаль, с виду целиком погрузившись в свое крайне сложное занятие – вязание шарфа.
Шори повернулся к нему с видом потерянного щенка.
– И что же тогда полагается делать? – спросил он, и Гвендаль вспомнил себя много лет назад.
Перестав вязать, он медленно оглядел комнату (старательно не смотря в ту сторону, куда пялился Шори), потом наклонился к Шори.
– Мне тоже нравится все милое и маленькое, – заговорщицки прошептал Гвендаль, словно делясь страшнейшим секретом. Он указал на вязальные спицы. – Вот почему я начал… ну, вот.
Шори побледнел и недоверчиво посмотрел на него.
– Так вы советуете… То есть вы хотите, чтобы я…
Гвендаль пожал плечами, отстранился и сел ровно в кресле.
– Не вижу в этом ничего зазорного, – угрюмо пробормотал он, и Шори подумал, что, похоже, нечаянно обидел его.
– Ну, нет, конечно же, ничего постыдного в этом нет, я просто… Впрочем, я ведь не знаю, может, у меня и получится. Раньше мне никогда не хватало терпения на… к тому же… – он украдкой бросил взгляд на танцпол. – Вряд ли это помо…
Он скривился, когда Юури споткнулся на середине разворота, и Конрад быстро – и ожидаемо – подхватил его и, с теплом и заботой глядя прямо в глаза, сказал:
– Юури, у тебя почти получилось.
Тот неуверенно рассмеялся, на его щеках от смущения вспыхнули розовые пятна, когда он поблагодарил Конрада за помощь и добавил:
– Никак не привыкну к этому платью.
Шори вновь стиснул зубы.
Гвендаль понимающе хмыкнул.
– Агр-р!... Ну почему он такой милый?! И зачем вы нарядили его в платье? Это же невероятно, невыразимо прелестно! – застонал Шори и сполз в кресле, сраженный чуть ли не насмерть. – Словно Юу-чану снова три годика.
Гвендаль вновь сочувственно что-то буркнул себе под нос, потом закончил ряд и положил вязание на колени.
– Традиция одной из пограничных стран, – объяснил он. – На официальных мероприятиях все лица младше восемнадцати обязаны носить женские торжественные одеяния. Лет двести назад у них там произошло восстание, и женщины той страны изменили законы, так что мужчины с ранних лет на собственном опыте узнают, каково приходится девушкам, и учатся им сочувствовать.
– Очень предусмотрительно, – пришлось признать Шори.
– То еще мучение при их визитах. Особенно для юношей, – Ну, этого по мнению Шори, Гвендаль мог и не говорить. – Постарайтесь смотреть не очень пристально.
Шори хотелось зарыдать.
– Но он же такой милашка!
Гвендаль вновь отчетливо вспомнил себя в прошлом.
– Вы бы видели Конрада и Вольфрама на их первых балах, – еле слышно проговорил он – маленькая, смущенная уступка явно страдающему собеседнику. – В канареечно-желтом и младенчески-розовом соответственно.
Шори, разделенный с Гвендалем столом, глубоко вздохнул, трясущимися руками снял очки и начал их протирать.
– Быть братом – самая трудная в мире работа, – пожаловался он Гвендалю, протирая линзы краем рубашки, хотя, может, чуточку резковато. В любом случае, это какое-то время удерживало его внимание.
– М-м, – согласился Гвендаль.
– А в итоге они ничего не понимают… считают нас придурками и… – Шори уныло вздохнул. – Но в этом платье он такой хорошенький…
Гвендаль окинул его взглядом. Шори казался таким поникшим, таким юным – несмотря на то, что был старшим из двух братьев. Через пару секунд Гвендаль тоже вздохнул и наклонился к небольшой сумке, где держал вязание и все принадлежности для него.
Шори уныло следил за его действиями и, когда ему под нос сунули две новеньких спицы, даже ничего не возразил – хотя брать их тоже не подумал.
– И вот они, да? – вместо этого сказал он, явно сдавая позиции.
Гвендаль только кивнул.
Шори – после нескольких секунд мысленной борьбы – взял спицы в руки, потом нацепил очки и уселся попрямее.
– Ладно, – произнес он и сделал глубокий вдох. Разрази его гром, если он опять будет смотреть на танцпол, пусть даже и слышит сорванное дыхание дорогого братика и готов отдать полцарства за самый завалящий фотоаппарат. – Ладно.
Гвендаль вновь потянулся за сумкой с вязанием, вопросительно поглядывая на Шори, ожидая решающего подтверждения.
– Научите меня, – чуть рвано выдохнул тот.
– Это только внешне похоже на капитуляцию, – подбодрил его Гвендаль с выработанной годами мудростью и даже протянул ему темно-зеленый клубок отличной ягнячьей шерсти, который давно приберегал для другого изделия.
– Спасибо.
Тем временем, заметив, что брат больше не сверлит его адски странными взглядами через всю комнату – иногда Шори был уж очень прямолинеен, – Юури приостановился и встал на цыпочки, заглядывая Конраду через плечо. В конце концов, если Шори перестал смотреть ему в спину, то с ним явно что-то не так.
– Юури? – спросил Конрад и, раз они перестали танцевать, тоже повернулся проследить за направлением взгляда юного мао.
– Мой брат что, вяжет? – потрясенно сказал Юури, во все глаза уставившись на сидящую у стола парочку.
Конрад улыбнулся, еле сдерживая смех, потому как тоже видел, что его старший брат показывает старшему брату Юури, как вязать петлю.
– Почему бы и нет, ваше величество.
Юури скорчил рожицу.
– Все чудесатее и чудесатее. Особенно Шори тот еще чудик, ведь ему даже не нравится делать что-то руками. – На этот раз Конрад рассмеялся вслух, и этот приятный звук моментально отвлек внимание Юури от странной пары, усердно вяжущей шарфы. – Конрад?
Глаза того искрились весельем, когда он мягко сжал пальцы на поясе Юури и покачал головой.
– Однажды поймешь.
– Пойму что?
Конрад не ответил, лишь широко улыбнулся и вновь закружил Юури в танце.
– Сосредоточьтесь, ваше величество, – мягко напомнил он, – через два дня нам предстоит посетить большой бал.
– Да знаю, знаю! И не называй меня «ваше величество»!
Конрад посмеивался про себя, пока они танцевали, с теплой ностальгией во взгляде наблюдая, как Юури медленно, но уверенно осваивает науку маневрировать, будучи при этом одетым в ворох шелков и оборок. И на краткий миг вспомнил себя в юности: с ног до головы в желтом и в кружевах, делающего свои первые реверансы. Еще более живо ему вспомнилось, как его ругали за то, что пялился на маленького Вольфрама: на его украшенные жемчугами ленты в волосах, розовое платье и на то, как очаровательно он хныкал из-за колючих чулок.
И в этот миг, вновь из-за волны воспоминаний переживая те давние ощущения, Конрад всем сердцем посочувствовал бедному Шори-сама, который продолжал сидеть на другой стороне комнаты, усердно сосредоточившись на уроке вязания – чтобы не получилось отвлекаться на что-нибудь еще.
Нет ничего труднее, чем быть старшим братом, подумал Конрад.
Особенно в королевстве, где ни у кого нет хотя бы фотоаппарата.
Написать отзыв