Дом Великой Кузинатры или дом на изнанке мира

от Tequillas
максиангст, мистика / 18+ слеш
08 июня 2017 г.
08 июня 2017 г.
15
21107
 
Все
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
Кузинатра — понятие, появившееся в результате ошибки переводчиков романа «Trumps of Doom» Роджера Желязны: в одном месте герой книги спрашивает у сфинкса, что такое «зеленое и красное, и кружится, и кружится, и кружится (в другом варианте: „и бегает по кругу, по кругу“)». А когда сфинкс сдается, объясняет, что это «лягушка в/из Кузинатре (а)».

Этот образ используется, например, в одной из серий мультфильма «Смешарики» под названием «Смысл жизни», в которой Кар-Карыч отправлялся с Барашем искать «Кузинатру, дающую смысл» с целью научить его житейской мудрости.

статья из Лукоморья

****

POV Поттер

— Ты?! — выдыхаем мы одновременно.
— Это какая-то шутка? — спрашиваю я, недоуменно смотря во все глаза на блондина.
— Если и шутка, то явно не моя! — надменно цедит сквозь зубы мой давний школьный враг.

Мы стоим и глядим друг на друга. Я отмечаю про себя, насколько он повзрослел, стал еще больше похож на своего отца. Только глаза у него были менее холодные — в них нет льда, что сквозил во взгляде Люциуса Малфоя.

— Поттер, так что ты тут делаешь? — нарушил он тишину.
— Хотел бы тебя об этом же спросить… Я получил вот этот портал с информацией, которая не смогла меня не заинтересовать, и прибыл сюда по своим делам.
— Я… — Малфой помахал рукой с зажатым в ней пером — односторонним порталом, — аналогично… ну, что ж, твое утомительное присутствие не помешает моим планам.
— Надеюсь, что ты не будешь путаться у меня под ногами… — высокомерно бросает блондин и, не прощаясь, начинает подъем на холм.

Я еще, наверное, с минуту стою и гляжу в удаляющуюся спину недруга, потом начинаю свое восхождение. Подъем совсем нетруден, так что мне удается немного обдумать ситуацию. В первую очередь я пытаюсь понять, как получилось, что мы оказались тут одновременно. Насколько я понял, наши порт ключи сработали синхронно. Загадка… Я понимаю, что содержимое дома на холме может привлечь не только меня. Война перемолола и погрызла многих. И тех пяти лет, что прошли, совершенно недостаточно, чтобы оправиться от всего, что было. Но почему именно сегодня и именно в эту минуту? Я помню, как совершенно случайно узнал о тайне этого места и потом долго и планомерно искал подходы сюда. Несколько месяцев обходил все злачные места Лондона в поисках проводника и только вчера, в совсем дрянном пабе, повстречал его. Странный человек со стеклянными рыбьими глазами и глумливой улыбкой. Неприятный до крайности, но он единственный, кто мог продать мне портал сюда. И вот я тут с этим… Как такое может быть? Или это злой умысел? Бред… Кому надо нас стравливать?

Так за моими невеселыми мыслями я и поднялся на вершину. Малфой тоже тут стоял и брезгливо разглядывал строение. Дом был огромным двухэтажным особняком, до крайности запущенным и неприглядным. Многие окна смотрят на нас пустыми проемами. Кое-где они забиты досками крест-накрест. Унылое зрелище. Краска давно осыпалась, обнажая потемневшую основу. Стены обвиты многолетними зарослями дикого винограда так плотно, что кажется, лоза единственное, что держит их и не дает осыпаться. Должно быть, летом это очень красиво, но сейчас, в конце февраля, эти голые стебли только портят картину.

—М-да… Ну, что ж, я не привык останавливаться на полпути, — я прошел и постучал в двери. Старинный бронзовый молоточек, соприкасаясь с дверью, издавал непередаваемый звук.

Дверь открыли тут же, словно старик, что оказался на пороге, стоял и ждал моего сигнала. Он заслуживает отдельного упоминания. Одетый в сюртук старинного кроя, сам невысокий и очень худой. Седая, всклокоченная шевелюра маячит где-то в районе моего плеча. Старое, изрезанное глубокими морщинами лицо гладко выбрито, на скулах кудрявятся седые бакенбарды. Но не это было самым примечательным в нем. Больше всего удивлял и настораживал его взгляд, который сквозил непередаваемым высокомерием. Таким мощным, что создавалось впечатление, будто он смотрит на меня сверху вниз, что невозможно при его росте. Я прочистил горло и поздоровался:

— Добрый вечер, сэр. Я Гарри Поттер. Пришел от Оливера Джонса, — старик молча отошел в глубь холла, пропуская меня. Я прошел до середины запущенной прихожей и остановился. Старик тем временем закрыл дверь, не обращая внимания на Малфоя, который хотел так же представится. Меня это даже позабавило: «Так тебе и надо! Высокомерный гад… дверью по носу, надо же было так…»

Тот, конечно, не смог стерпеть такого пренебрежения к своей персоне и яростно застучался в дверь. Вновь старик быстро открыл дверь. Драко Малфой пыхал жаром. Его холеное бледное аристократическое лицо пошло красными пятнами, и ноздри яростно раздувались, но он достаточно холодно представился:

— Я Лорд Малфой! Так же прибыл от Оливера Джонса, — старик, опять же молча, пропустил его. Потом, удостоверившись, что мы оба смотрим на него, молча и с большим достоинством двинулся вглубь дома. Мы последовали за ним. Вышли в следующую залу, откуда вела широкая лестница на второй этаж. Мы поднялись вслед за стариком, и он провел нас мимо библиотеки и еще ряда закрытых дверей, потом, так же молча, остановился у одной из дверей и открыл ее. Постоял несколько секунд и пошел к следующей. Поравнявшись с открытым проемом, я увидел, что это достаточно большая, но крайне запущенная спальня. Подозреваю, что и следующая была такой же. Эти спальни оказались нашими комнатами. Малфой был бы не Малфоем, если бы промолчал и не возмутился:

— Мистер, изволите представиться! Почему вы молчите? Ну? Я жду! — старик смерил молодого человека презрительным взглядом и удалился.
— Привыкай, Малфой, перед тобой тут никто расшаркиваться не будет, — сказал я, входя в первую комнату, и, не дав Малфою вставить ни слова, хлопнул дверью перед его носом.
— Забавная традиция намечается… — улыбнулся я сам себе и пошел устраиваться в новом жилище.

Комната мне досталась вполне нормальная, а после десятка бытовых заклятий, так вообще уютная. Большая кровать под балдахином приятного сливочного цвета, вместительный шкаф, письменный стол с лампой и удобным высоким стулом. Кресло у окна. Самым приятным оказалось, что тут же имелась дверь в ванную. Я представил, как, должно быть, сейчас злится Малфой. Да, тут не хоромы, маленький закуток с душем за занавеской и унитаз. Все старое, но в рабочем состоянии. Есть даже зеркало в 15 дюймов высотой над умывальником. Вполне ничего. Когда я увидел дом, то был морально готов, что удобства будут общие на этаже, а тут такая роскошь. Еще пару раз взмахнул палочкой, очищая поверхности от пыли и грязи. Вот так вообще отлично. Я достал свой сундук, увеличил и поставил в шкаф. Этим я решил ограничиться. Не знаю, насколько я тут задержусь, поэтому не буду пока разбирать вещи. Меня больше интересует то, что за дверьми… Тайны, что хранит дом…

Оглядев себя и решив, что мой вид вполне приемлем, я без раздумий открыл дверь. Ну что! … Я иду за вашими тайнами, мистер Джонс!

****

POV Малфой

—Черт, черт, черт… я блуждаю по этому дому уже больше часа, совершенно точно помню, как нас вел этот странный старик! — я вышел и сразу же свернул в нужную сторону, надеясь попасть к лестнице и спустится на первый этаж. Но каково же было мое удивление, когда я шел и шел, а лестница все не встречалась, — Я точно помню, что особняк двухэтажный, без башенок и прочего, но я уже повстречал две лестницы наверх и не одной вниз! — и возмущенно обсуждал сам с собой это глупое положение. Пыльные коридоры сменяются один на другой. Обшарпанные стены с редкими картинами, закрытые двери. Унылый, неяркий свет. Я попытался вернуться к своей комнате и, опять же, не смог найти дорогу.
— Да… дом Джонса поистине таинственное место, но от этого совсем не веселее.

Тут дверь чуть дальше по коридору открылась, и из комнаты вышла женщина немного за сорок. Высокая и стройная. Можно сказать, красивая, если не смотреть в глаза. Лицо застывшее, как безжизненная маска, а глаза совершенно сумасшедшие.

— Мэм! — попытался я привлечь ее внимание, но она прошла мимо, как будто не услышала меня. Я попробовал снова:
— Мэм, вы слышите меня?! — она продолжила свой путь. Я решил пойти за ней, может, она знает, куда идти… Я отстал от нее буквально на пять шагов. Дама шла медленно, и я не боялся потерять ее из виду, но внезапно она свернула в соседний коридор. Я прибавил шагу, и через мгновение уже сам поравнялся с тем коридором. Коридор оказался пуст. Он был длинной ярдов тридцать и заканчивался двойными дверями.

— Что ж такое! Куда могла она деться?! Мантикору вам всем в постель! — еще раз осмотревшись, я решил подойти к тем дверям.
Одна из створок подалась легко, но с протяжным стоном. Значит, женщина сюда не заходила. Такой скрип я точно не слышал. За дверью было достаточно темно, верхний свет не работал, но я все равно смог рассмотреть высокие заросли. Наверное, это зимний сад или что-то подобное. Привычно взмахиваю палочкой и произношу заклинание:

— Люмос! — на кончике еле вспыхивает свет и тут же гаснет. Несколько секунд тупо рассматриваю ее. И пробую еще раз… и еще… Голос начинает опасно дрожать. Вижу в просвете меж листьями заколоченное окно. Направляю свою палочку туда и произношу:
— Бомбарда! — вместо мощного взрыва проносится лишь легкий ветерок, всколыхнувший ветки. Я начинаю впадать в панику. Чувствую, как липкий пот выступает на спине, и как холодеет все внутри.
— Мерлин, великий, помоги!.. Что с моей магией?.. — Я оглядываюсь и понимаю, что двери за моей спиной уже нет, хотя я точно не делал и шага от нее.
От паники, как не странно, спасает наш вечный герой Поттер. Как обычно, вовремя… проломившись спиной вперед, из зарослей каких-то полузасохших цветов. Свалился прямо мне под ноги. Этого мне хватило, чтобы взять себя в руки:

— О, Поттер, ты, как всегда, сверхэлегантен, — цежу сквозь зубы, а сам пытаюсь скрыть, как же я рад видеть настоящего живого человека.
Гарри вздрагивает, как от удара, и распахивает глаза. Оказывается, свое падение он проделал, плотно зажмурившись.
— О, как! — пронеслось в голове.
— Малфой, ты? Черт, где я? — он быстро оглядывается по сторонам. Это было бы забавно, если бы не было так странно.
— А где ты ожидал оказаться? В благоухающих кущах? — усмехаюсь я через силу.

Поттер встает и отряхивает свои магловские джинсы. Потом поднимает на меня свои огромные глаза и совершенно серьёзно говорит:

— Я выпал из окна на третьем этаже. Спиной назад, как ты видел, и совершенно не представляю, как оказался тут. Но я рад, что не встретился с мерзлой землей.

Мы молча перевариваем сказанное. Не знаю, что меня толкает на откровенность, наверное, вызывающая странность этого места:

— Я уже черт знает сколько блуждаю по этим затхлым коридорам и совершенно не представляю, где моя комната. И… и моя магия совсем не работает, — выдавливаю я под конец со стыдом и отвожу взгляд от Поттера. Ожидаю насмешек, но вместо этого слышу:
— М-да! Я тоже блуждаю здесь черт знает сколько времени. Зачем-то попёрся наверх, а там в одном кабинете я… я встретил Дамблдора. Такого, каким он, наверное, стал после смерти, за все эти годы. Высохшим в мумию. Брр… Я не понял, чего он от меня хотел, речь его похожа на шорох ветра. И когда он ко мне шагнул, я шарахнулся и выпал из окна, а дальше ты все видел… — теперь Гарри старательно отводит глаза. Так мы и стоим несколько минут, каждый думая о своем. Поттер первый нарушает тишину:

— Что тебя привело в этот дом? Что тебе пообещал Джонс? — он пытливо смотрит мне в лицо. У меня совершенно нет желания ему отвечать, но после последнего его признания, я чувствую, что совсем ничего не ответить не могу, и решаюсь:

— Эти слишком личный вопрос, но все же скажу. Мистер Джонс, как и тебе, обещал мне ответы на мои вопросы. Тебя устроит такой ответ?
Он криво усмехается и отвечает:
— Наверное… А, что там с магией? — он достает палочку. — Люмос!
У него так же ничего не происходит, и только тут я замечаю, что задерживал дыхание. В душе я очень рад его неудаче, мне даже почти стыдно.
— В комнате и на третьем этаже магия работала, — говорит он задумчиво, — пойдем, поищем выход?.. А откуда ты пришел сюда? — я указал на абсолютно пустую стену у себя за спиной и сказал скучающим голосом:
— Тут была двустворчатая дверь. Как раз перед твоим появлением я обнаружил, что ее нет… Здравая мысль, пошли отсюда, — говорю я и не делаю даже шага, мне страшно, что если я сейчас отвернусь, он пропадет так же внезапно, как и появился. Наверное, у него такие же мысли, и он нерешительно протягивает мне руку свободную от палочки. Я молча беру ее, и мы без ненужных слов вступаем в те кусты, из которых он недавно вывалился. Буквально сразу же натыкаемся на дверь, а за ней коридор с нашими комнатами. Я тут же выдергиваю свою ладонь из его руки.

— Удачи, Поттер. — бросаю на прощание и ухожу в свою комнату.

Не хочу признаваться даже самому себе, что мне всего минуту назад было жизненно важно держать эту сильную широкую ладонь.

****

POV Поттер

Не знаю, что меня разбудило. Вроде ничего особенного мне не снилось. Не знаю, не помню. Просто вдруг сон слетел и все. Комната тонет в полумраке, за окном темная февральская ночь. Тишина. Одеваю очки. Достаю палочку, взмахиваю и вижу, что на часах 04:04.

— Ух! Можно спать еще и спать.

Странно, так тихо здесь никогда не бывает. Я уже три дня тут. Дом полон звуков, он дышит и стонет во сне. Скрипят полы и стены, гремят трубы отопления… Смешно… нигде в магическом мире таких нет, а тут есть. Но дом явно не простой, не магловский. Тут полно живых портретов, и еще он постоянно изменяется. Тут дважды не встретишь одного пути. Не знаю, живут ли тут люди, а если и живут, то не ясно, в каком времени. Такое впечатление, что иногда я вижу сны дома или отголоски других времен. Вчера, вот, шел из библиотеки и увидел, что в окне яркое лето. Причем окно точно не магическое. Обычное, с облупленной краской, а за ним солнечный сад, сочная зелень, цветы, бабочки, как положено в мае–июне, но точно не в феврале. Следующее окно отражало действительность: унылый пасмурный день, мерзлые кости деревьев, редкие проплешины снега, желтая жухлая трава клочьями. Уныние и холод.

Спать совсем не хочется, но и вылезать из нагретой постели нет желания. Мой взгляд блуждает по комнате по неясным теням мебели. Тут я совершенно четко вижу крысу, бегущую от окна в ванную. Не люблю крыс, но и не боюсь. Крыса как крыса… только вот у нее нет пальца. Питер Петегрю!.. Но он же много лет назад умер… Додумывать уже нет времени, я вскакиваю, бегу в ванную, чтобы в тот же миг понять, что там никакая не ванная комната, а пустой класс в Хогвартсе. Тот самый, где когда-то много-много лет назад стояло зеркало Еиналеж. В классе пусто и пыльно. Я оглядываюсь, и мой взгляд не находит ничего, что могло бы выдать, что я не в замке. Лунный свет падает из высокого окна, и в классе достаточно светло. Крысы нет, что совершенно неудивительно. Я делаю несколько шагов к зеркалу и в нем вижу страстный клубок тел. За холодной гладью зеркала бушует страстный пожар. Совсем не сразу узнаю в этих прекрасных телах себя и Драко Малфоя. Вижу, как возбуждение искажает холеные черты моего врага, как тот я беззвучно стонет, терзая податливое тело блондина, раз за разом вминая его в постель. Я настолько удивлен и ошарашен, что могу оторваться от зрелища, только когда они, в зазеркалье, изливаются в последнем судорожном движении.

Не помню, как я оказался в своей комнате, по-моему, просто вышел из темного класса и сразу же очутился у себя. Я вновь взмахнул палочкой — 06:32. Значит, я проснулся уже достаточно давно. Я устало привалился к окну. Что это было? Видение? Мечты? Бред? Точно бред… я и в страшном сне не пожелал бы Малфоя, и потом, я ж вроде натурал? Да и он тоже… Вообще, зачем я сюда приехал?! Я даже себе боюсь признаться, зачем мне это понадобилось. Единственные дорогие мне люди Рон и Гермиона заняты своей жизнью, своей семьей, работой. Я устал от одиночества и бессмысленности своей жизни. Все мое детство было подстроено добрым дедушкой Дамблдором, и ничего от меня не зависело. Он и смерть мне продумал, а я взял и выжил и уже пять лет не понимаю, зачем. Пять долгих лет. Пытался быть как все, отринул свою геройскую славу, прятался. Из-за этого не пошел в аврарат, чем очень расстроил общественность, мать ее туда в качель! Пытался построить семью с Джинни, но, как оказалось, вся ее любовь была мыльным пузырем, радужным и пустым. Её постоянные придирки и скандалы, ей очень хотелось красиво жить — приемы, балы, а я старался уйти в тень. Я готов был оплачивать ей красивую жизнь, благо богат. Но предательства я ей никогда не прощу, лучше бы она меня убила. Как я тогда ее не покалечил? Просто чудом. Нет, не хочу об этом… Неужели теперь я стал на мальчиков засматриваться? Криво улыбаюсь. Этот дом сумасшедший, и все, кто в нем, такие же…

****

POV Малфой

Как надоел этот свинарник, но выбирать не приходится. Я сам стремился попасть сюда и вот, за что боролся, как говорится, на то и напоролся. Ем дрянную овсянку, давлюсь, но ем через силу. Еда исправно появляется на столе в комнате, но нет гарантии, что в обед я найду эту самую комнату. Уже дважды я оставался без обеда по этой самой причине. Еда скудна и не особо вкусна, выбор небольшой. Закончив есть, я составляю посуду на поднос, и он сразу же исчезает. Так, отлично, теперь можно отправляться на прогулку по дому. В который раз посещает крамольная мысль: «Какого дементора я сюда приехал?»… Все мои доводы, которые дома казались мне весомыми, тут не имеют силы. Я уже четыре дня блуждаю по этому особняку. Вдыхаю пыль затхлых коридоров и чувствую себя еще более одиноким, чем когда-либо. Я встречаю людей, но они либо не из этого времени или места и не видят меня, они в собственном аду, либо это надоедливый гриффиндорский придурок. Как вспомню, как мы выбирались в первый день из зимнего сада, взявшись за руки, так сразу в жар бросает. От стыда… Я лорд древнейшего магического рода, взрослый и самостоятельный, и вдруг струсил и взялся за ручку, как первоклашка. Отгоняю неприятные мысли и решительно выхожу. Коридор пуст. Я прохожу мимо двери Поттера и на миг замираю, прислушиваюсь. Тишина. Сам себя одергиваю.
— Он не стоит твоего внимания, — говорю я себе.

Сегодня я без приключений добрался до первого этажа и решаюсь выйти на улицу, чтобы подышать воздухом. На улице, к счастью, не особо холодно, легкий минус. С неба сыпет легкий снежок. Меня ждет вполне приятная прогулка. Не спеша иду вдоль дома, всматриваясь в окна. Какие-то из них освещены, несмотря на то, что на улице вполне светло. Тут я вижу, как из-за угла дома выныривает какой-то старик и идет нетвердой походкой ко мне навстречу. Одет достаточно дорого, но меж тем вид имеет совершенно непрезентабельный. Мантия застегнута неправильно и части пуговиц нет. Дорогая ткань измята. Брюки в мокрых потеках и ошметках грязи. Гладко выбритое лицо с глубокими морщинами и сизым носом. Глаза налиты кровью. Волос у него практически нет, пара прядок зачесаны наверх, прикрывая лысину. Вот мы и встретились. Ох, и разит от этого чучела. Он мерзко так улыбается, растягивая тонкие губы в глумливой улыбочке, и тянет:

— Ооооо! Дык, это ж я… — он взмахивает руками, теряет равновесие и припадает на одно колено. Тут же коряво встает. Обтирая грязь с рук об себя. Я в ужасе всматриваюсь в его лицо. НЕУЖЕЛИ ЭТО Я! Лет через 50 и тысячи галлонов спиртного. Не может… не может быть! Этот дед меж тем резко кидается вперед и хватает меня за грудки. Я пытаюсь стряхнуть его, но он держится крепко.
— Нет, сэр, вы ошиблись, — шепчу я пересохшими от ужаса губами, — отпустите, отпустите меня!
—Ну, как же, ошиблисяяя мыыыыыыы? — продолжает он глумливо, — таким я был сосуночком, Сииииииииятельнейший лордик Малфой, — он пьяненько улыбается, — что, нашел, что искал? А? Че молчишь? Я такой стал из-за тебя, — заканчивает он неожиданно зло. Отпускает мою мантию и бьёт меня в нос, но с пьяных глаз промахивается, и его кулак влепляется в мою скулу. У меня перед глазами взрываются миллионы искр. Он вновь теряет равновесие и падает на попу. Раздается сразу два хлопка, и пред моим взором предстают два домовика. Ласси и Триста. Я знаю этих домовиков. Они из моего родного менора. Но когда я уезжал сюда, они были намного моложе.
— О, хозяин ушибся, сейчас, мистер лорд, мы пойдем домой купаться. Вы же уже устали, сэр! Пойдемте, пойдемте, уважаемый хозяин, — пищат они наперебой и поднимают этого старика с земли, уговаривая, как маленького, а тот, пуская пьяные слюни, шепчет что-то про заветную бутылочку, что ждет его дома. И они с хлопком исчезают. Я пораженно смотрю на то место, где они были, потирая ушибленное лицо.
— Чем ты ему не угодил? — раздается голос за моей спиной. Я оборачиваюсь и застаю вечно растрепанного Поттера.
— А ты не слышал? — спрашиваю я, а сам думаю о том, что значит здесь бывают не только виденья — лицо болит.
— Нет, я видел только, как он тебя ударил и упал, а потом домовики эти появились. Так кто это? Знакомое какое-то лицо, не вспомню, где видел, — говорит он задумчиво, — больно? — он протягивает руку и касается моей щеки, потом, наверное, стыдясь, резко отдергивает руку.
— Не знаю и знать не хочу. Уже почти нет, — цежу я, надевая маску надменности на лицо, а самому жаль, что он убрал руку и сам злюсь на свою слабость.
«Это же Поттер! Мне не могут нравиться его прикосновения, не могут!» — говорю сам себе, — «и не нравятся…».

Он равнодушно пожимает плечами и осматривается. Я еще больше злюсь. Пауза затянулась, и она мне очень неприятна, но я чертов надменный чистокровный волшебник и должен держать лицо.

— Ты дальше пойдешь? — нарушает тишину этот придурок. — Я хочу прогуляться, — он вопросительно смотрит, потом опять пожимает плечами, идет дальше вдоль дома. Я чертыхаюсь и иду следом. Несколько широких шагов, и я его догоняю. Он молча чуть отступает к краю тропинки, и мы продолжаем путь.

****

POV Поттер

Мы вдвоем обходим вокруг дома. В полной тишине. Больше ничего примечательного не встречаем. Я берусь за молоточек и стучу в дверь. Невольно вспоминаю, как совсем недавно была та же картина, и как Малфою двинули по носу дверью. Но на этот раз ничего подобного, дверь просто открылась. Мы входим в холл, отряхиваясь от налипшего снега. Мне неловко, что нам приходится идти вместе, чувствую шаги Малфоя за спиной. Мы поднимаемся по лестнице и сворачиваем в наш коридор.

Мои мысли плавно перетекают с одного на другое так, что я совершенно оказываюсь не готов. Дом ощутимо встряхивает, и пол под моими ногами проваливается. Драко успевает схватить меня за руку. Я повисаю над бездной. Дна во мгле не наблюдается, да и звука падения досок тоже.

— Поттер, держись, мать твою! — шипит блондин. — Ты чертовски тяжёлый! — я пытаюсь ухватится за его вторую руку и подтянутся, но тут дом еще раз встряхивает, и мы с Малфоем летим в пролом. Нас накрывает мгла, и я теряю сознание.

***

Я в себя прихожу долго и мучительно. Все тело болит. Лежу на каменном полу, очки съехали на бок, одно стекло треснуло.
— «Репаро» — привычное заклятье, и они в порядке. Оглядываю огромный пустой зал. Медленно приходит осознание, что где-то тут должен быть Малфой. Вот и он, ближе к стене валяется бесформенной кучей. С трудом встаю и, пошатываясь, подхожу к нему.
— Эй, Мал… Драко! — чувствую, как поднимается волна беспокойства, а вдруг… не даю себе разрешения на панику, — Эй, ты живой?! — присаживаюсь перед ним. Он стонет и переворачивается на спину.
— Поттер, какого лешего ты меня втянул в свою персональную жопу? Падал бы один на здоровье, — шипит он яростно, садясь и оглядываясь. Я чувствую невероятное облегчение. Живой и даже привычно язвительный Малфой. Значит, не сильно пострадал.
— Интересно, чего нам теперь ждать? — озвучивает он общую мысль. Драко встает и отряхивается. Пытается пригладить встрёпанные волосы. Мда-а… сегодня явно не его день. Он обходит зал по периметру.
— Пошли, — говорит он, и мы идем к арочному выходу из зала. Следующая зала намного меньше, но тоже пуста. Тут немного светлее, на стенах чадят факелы. В стене массивная дверь, закрытая на огромный замок.

— Мне что-то туда не хочется, — говорю я.
— Из того зала нет других выходов. Я проверил на скрытые проходы, — вздыхает Малфой. Ему явно тоже не хочется идти туда.
Мы еще раз осматриваемся и подходим к двери. Я снимаю магией замок. Дверь начинает медленно открываться, из проема клубами вываливается туман, тугими седыми завитками оседает на пол, расползаясь по залу. Мы еще раз переглядываемся, и я как чертов герой иду первым. Борясь с желанием взять Малфоя за руку. Туман сразу же поглощает меня, и свет Люмоса не развевает мглу вокруг. Я иду, вытянув вперед одну руку, а рукой с палочкой стараюсь освятить путь перед ногами: не хватало еще провалится. Я не слышу ничего, кроме своего шумного дыхания. Свет мне не помог, я спотыкаюсь и падаю. Моя палочка отлетает в сторону и гаснет. Я пытаюсь на ощупь ее найти и понимаю, что пол весь усеян костями. К горлу подступает тошнота. Паника нарастает. Я, видно, споткнулся об этот череп. Моя рука в тумане нащупывает осколки костей, обрывки ткани. Наверное, это была чья-то одежда. Вот явно рукоять меча. Ну, хоть что-то. Только бы не встретится с теми, кто эти ошметки оставил. Не выпуская меча из рук, продолжаю шарить по полу. Палочки все нет и нет… Слышу чьи-то шаги, под тяжёлыми ногами хрустят кости, что-то большое надвигается из тумана. Миг, и вот я могу различить шумное дыхание. Я сразу же вскакиваю, выставив вперед меч, мое единственное оружие. Из белесой пелены выступает чудище. Мощный торс, поросший рыжим курчавым волосом, широкий разворот плеч, из которых вырастает огромная бычья голова. Маленькие глазки горят яростью, пасть полна крепких, совсем не коровьих зубов. В руках Минотавр держит длинный кривой нож. Вся моя решимость куда-то испаряется, но я понимаю, что удрать не смогу. Чудище явно лучше ориентируется тут. Я стараюсь, медленно щупая ногой, отступить, но вновь спотыкаюсь и взмахиваю руками, чтобы удержать равновесие. В этот момент чудище издает яростный рык и нападает.

****

POV Малфой

Поттер первым входит в туман, я следом. Туман очень густой, на расстоянии вытянутой руки все тает. Иду еще несколько метров и тут понимаю, что я один. Поттера впереди нет.
— Поттер! — мой окрик замирает в тишине. Белесая пелена поглощает звуки. Я стараюсь ступать осторожно, но все же поскальзываюсь и падаю, — черт! — ломаю свою палочку. На глазах вскипают злые слезы. Отшвыриваю от себя ненужные обломки. Встаю, иду дальше и почти сразу вновь падаю, больно ударяясь коленом. Рядом со мной лежит человеческий скелет с длиннющим кинжалом в грудной клетке. Встаю, потирая колено. Выдергиваю нож, он приятной тяжестью ложится в ладонь. Иду дальше, вглядываясь в пелену тумана.
— Что же мне так везет-то сегодня?! За один день я умудрился получить по лицу, упасть с верхотуры и сломать палочку, а теперь еще и потеряться в непроглядном тумане. Где этот придурок шрамоголовый? — бурчу себе под нос. Тут замечаю чуть в стороне силуэт человека, подхожу ближе и понимаю, что вышел прямиком к чудовищу. Огромный иссиня-чёрный человекобык стоит, широко расставив ноги, с мечом наперевес. Яростно сверлит меня маленькими злобными глазками. От ужаса я забываю, как дышать, но уже ничего не успеваю предпринять. Он взмахивает мечом и нападает. Мне ничего не остается как, издав крик устрашения, кинуться в нападение. Малфои не бегут от врага. Нож встречается с мечом и выдерживает, я отбрасываю противника и сразу же наношу ответный удар. Кривой нож вспарывает предплечье монстра, кровь стекает по густой шерсти. Он ревёт еще яростнее и вновь кидается на меня. Его меч ненамного длиннее моего ножа, но мне все равно сложно уворачиваться от рубящего лезвия. Я отскакиваю, но недостаточно быстро, и лезвие меча на излете цепляет мое бедро. Вспышка острой боли. Чувствую, как теплая кровь начинает стекать по ноге. Мы стоим на некотором расстоянии и выжидающе смотрим на друг на друга. Зверь тяжело дышит и не спешит нападать. Его рана не опасна, а моя — напротив. Нога все сильнее и сильнее болит, кровь уже хлюпает в сапоге. Еще немного, и я не смогу и шага ступить. С радостью отмечаю, что туман вокруг нас начинает редеть. Понимаю, что ждать бессмысленно и решаюсь на еще одну атаку. Кидаюсь вперед, замахиваюсь ножом, вкладывая в удар все свое отчаянье. Он мечом перехватывает мое лезвие. Наше оружие сцепляется, и мы давим изо всех сил. Держу рукоять двумя руками. Чья возьмёт? Чудовищная морда совсем близко, и я могу рассмотреть каждую шерстинку на ней, страшные кривые клыки из приоткрытой пасти. Наше противостояние продолжается несколько долгих секунд, и вдруг… завеса тумана исчезает, а на месте бычьей головы я вижу ошарашенное лицо Поттера. Огромные зеленые глаза за нелепыми круглыми очками. Мы отшатываемся друг от друга… Я хочу высказать все, что думаю, но тут меня накрывает тьма обморока.

****

POV Поттер

Сон не спешит отпускать меня из своих душных объятий. Открываю глаза и понимаю, что нахожусь у себя в комнате на постели. Почему-то полностью одет. В окно просачивается мутный утренний свет.

— Это был сон? — на тумбочке лежат мои очки и палочка, — определенно сон…

Все тело болит и затекло. С трудом сажусь, в голове что-то звенит и бУхает. Накатывает дурнота. Пережидаю немного и пытаюсь встать. Тело слушается со скрипом. Плетусь в ванную. Из зеркала на меня смотрит бледный, встрепанный юноша с огромными синяками вокруг глаз. Стаскиваю с себя одежду, она вся перепачкана и порвана. На плече кривой, свежий, затянувшийся рубец. Туда угодил нож Минотавра. Нож Малфоя. Что же это было за наваждение? Умываюсь холодной водой. На душ сил уже нет. Возвращаюсь в комнату, натягиваю джинсы, свитер, забираю палочку. Надо проверить Малфоя, у него вчера была рана серьёзнее.

Без приключений добираюсь до соседней двери. Стучусь. В ответ тишина, нет даже шороха с той стороны. Решительно дергаю ручку.
Дверь заперта.
— Алахамора, — щелчок, и замок открывается. Вхожу. Спальня точно, как моя, только в серо-зеленых тонах. На постели лежит блондин. Так же, как и я, он полностью одет. Подхожу ближе и зову его. Он с трудом раскрывает глаза и в ужасе смотрит на меня. Он очень бледен, вся левая сторона лица в лиловом потеке синяка. Глаза ввалились, а черты еще больше заострились.

— Драко, все хорошо, — пытаюсь я его успокоить, — Дай я посмотрю, — наклоняюсь к его бедру и в разрыве брюк вижу, что его рана тоже затянулась, — Рана, к счастью, уже зажила.

— Поттер, что это было? — выдыхает мой школьный недруг, — Как такое могло быть?

—Не знаю я! — отхожу от него и сажусь в кресло. В ногах противная слабость. Малфой с явным трудом садится на кровати и тут же хватается за голову. Его лицо из бледного становится приятного салатового оттенка. Это было бы очень забавно, если бы не было так страшно. Я мог его вчера убить.

— Моя палочка! Но я же сломал ее. Как такое возможно? — ошарашено произносит он, беря ее в руки.— Но это точно она, — взмахивает рукой, и на конце палочки рождается яркий сноп искр.

— Почему ты напал на меня?

Он удивленно смотрит на меня и задумчиво говорит:

— Это ты напал первый, — мы некоторое время молчим, а потом он добавляет: — я видел тебя жутким чудовищем и ждал от тебя только нападения.

— Нам повезло, что мы отделались только легкими ранами. Кто-то из нас мог убить другого. Помнишь, все эти кости там… — меня передергивает, — неужели все они погибли из-за магического тумана, по ошибке?

— Знаешь, эта стычка очень похожа на нашу войну в школе. Мы видели в друг друге этаких чудищ под чужими флагами. Ведь, по большому счету, нам поначалу совершенно нечего было делить, — говорит Малфой. Я поражённо на него смотрю. Он прав, вражда факультетов традиционна и, по сути, очень глупа.

—Могло быть все совсем по-другому, если бы я тогда принял твою руку, — говорю через силу, — но меня очень задели твои слова. Обо можно тоже было сказать, что я недоделанный. Я о том, что я маг, узнал только за несколько дней до поезда. В тот день, когда мы столкнулись в примерочной. Помнишь? — теперь он пораженно на меня смотрит.

— Герой всей магической Британии до одиннадцати лет не знал, что он маг, — говорит он не особенно весело и пытается встать. Я поднимаюсь, подхожу и помогаю ему встать.

— Как нога? — спрашиваю я. — Держит нормально?

— Доковыляю как-нибудь, — говорит он спокойно. Я смотрю на него и не могу понять, где вся та спесь, что так бесила меня все годы нашего знакомства. Где надменный Хорек, что не давал мне спокойно спать на шестом курсе?

— Ладно, раз ты в порядке, пойду к себе, — говорю я и выхожу в коридор. Уже входя к себе, понимаю, что стена предубеждения между нами сломана, и мне радостно от этого.

****

В этот день я никуда не выхожу из комнаты. Ем, размышляю. Одним словом, прихожу в себя. К вечеру я чувствую себя вполне бодро. После ужина ко мне зашел Драко. Долго изучал комнату, разглядывает её так, будто наши комнаты не абсолютные близнецы.

— Как самочувствие? — спрашиваю я, пряча усмешку.

— Вполне, нога почти не беспокоит.

— Присядешь? — указываю я на кресло.

— Собственно… Я хотел сказать спасибо, — он жестом фокусника достает пыльную бутылку из складок мантии, — как насчет вина? Очень хорошего вина.

— С удовольствием. — подхожу к столу, из двух скрепок трансфигурирую два бокала. Из ящика стола достаю маггловские чипсы. Малфой удивленно приподнимает бровь.

— А что?! Я люблю чипсы, взял с собой когда собирался сюда. — говорю невозмутимо. Драко разливает вино, а я открываю чипсы. Двигаю кресло к столу и сажусь на стул.

— Попробуй. Это урожай 1968 года, очень хороший был год. Вино одной из моих французских виноделен. — говорит он пафосно и смакует бордовый напиток. Я тоже отпиваю вино. Как по мне, кисловатый, но вкусный тягучий напиток. Закидываю чипсину в рот и блаженно откидываюсь на спинку стула. Чувствую, что с каждым глотком вина отпускает напряжение последних дней. Малфой тянется из кресла и берет одну чипсинку. Осматривает, обнюхивает и с опаской отправляет в рот. Потом с лицом мученика жует. По лицу понимаю, что он бы выплюнул, но воспитание не позволяет. После большого и несколько судорожного глотка вина он выдавливает:

— Да чего, собственно, от тебя еще ожидать. Как это вообще можно есть? — весь его вид выражает искреннюю заинтересованность. Я пожимаю плечами. Он вновь откидывается в кресле и, глядя на вино на просвет, говорит:

— Такое вино надо подчеркивать изысканными сырами, нежными фруктами, — щелкает пальцами и зовет, — Солли! — и нечего не происходит.

— Ласси, Триста, Кусто! — Каждое имя сопровождает щелчок пальцев.

— Драко, я думаю, они тебя не слышат. Это место не даст нам достучатся на волю. — говорю я, старательно отводя глаза.

Он внезапно взрывается: — …!..?..?!..?! , — и тут же остывает, как бы обмякая в кресле.

— Когда ты понял? — спрашивает он тихо.

— Сегодня я много думал. Вспомнил все, что повстречал в этом месте, все, что слышал о нем, пока искал сюда дорогу. И… — делаю глоток, — полностью поверил, что этот дом на изнанке мира. Сюда легко попасть и трудно вырваться, — про себя поправился — «и не возможно вырваться». Блондин сидит, низко опустив голову, напряженно обдумывая мои слова. Потом садится ровно, плечи расправляются, а подбородок упрямо поднимается. Теперь вся его поза показывает, что он вновь готов к игре. Он добавляет в бокалы вина и наконец-то произносит:
— Давай выпьем за то, чтобы в этой игре мы вышли победителями.
Я согласно поднимаю бокал. Пьем. Вино приятно греет душу и играет в голове. Видно, Малфою тоже. Он подворачивает рукава своей пафосной рубашки. Расстёгивает ворот. Мне очень непривычно видеть такого «домашнего» Малфоя. Куда-то пропал зализанный, высокомерный аристократишка. Остался только осунувшийся, чуточку несчастный молодой парень.

— Тебе надо сменить прическу, и тогда тебя никто никогда не узнает, — говорю я. Ожидаю в ответ язвительной отповеди. Но тот только хмыкает и одним движением ерошит свою идеально уложенную прическу.

— Вот это да! Мы знакомы вообще? — новый образ будоражит меня, в голове мелькает видение искаженного от страсти лица Малфоя. Я встряхиваю головой, отгоняя несвоевременные и странные образы в голове.

Мы еще сидим некоторое время, обмениваясь нейтральными фразками ни о чем. Потом он прощается и уходит к себе. Я еще долго сижу и думаю о том, как это место меняет людей. С надменного хорька слетели все маски, и то, что осталось, вполне можно принять.

****

POV Малфой

— О, Драко! Привет! — этот очкастый придурок неплохо выглядит. Черные волосы отросли и тяжелой волной спадают на плечи. Блестящей мягкой волной. Истрепанная тонкая майка с коротким рукавом подчеркивает ширину плеч и красоту линии рук.

Стряхиваю непонятное самому себе оцепенение и цежу небрежно:

— И тебе не хворать, Поттер! — он стоит на верхней площадке лестницы на третий несуществующий этаж. Тут это в пределах нормы, уже совсем не удивляют причуды дома.
— Правда сегодня жарко? Пытаюсь выйти, уже полчаса брожу тут, но двери все нет, — говорит он безмятежно.
— С третьего этажа? — спрашиваю почти без интереса. — ну-ну!
— Третьего? Судя по окнам, я на первом, — говорит это недоразумение, — тогда понятно, почему я не нашел дверь.
— Я тоже хотел на улицу сходить, прогуляться.
— Пойдем, может вместе найдем путь, — спускаясь, говорит Поттер.

Мы без приключений добираемся до выхода и выходим из Дома. На улице очень жарко, весна в этом году стремительная и знойная. На улице хорошо, легкий ветерок доносит запах нагретой земли, первой листвы и пряный аромат цветов. Холм вокруг Дома весь зарос молодой травкой. Цветы дикорастущие, без клумб, яркими пятачками то тут, то там. Тропинка одна вокруг дома, больше дорожек нет.

— Надо бы в тень, как думаешь, удастся спустится с холма? — спрашивает он.
— Не знаю. Я однажды пробовал и не смог, — говорю я нехотя. Мне неприятно признаваться, что я пытался сбежать и не преуспел.
— Я тоже не смог уйти, — говорит этот придурок как ни в чем не бывало, — после того раза, когда я нашел Рона в петле. Помнишь, я тогда чуть с ума не сошел.

Да, я помню. Видел, как он выл у ног друга. Помню, и оттого еще тоскливее. Каждый день последних месяцев приносит нам испытания. Я не вижу ни системы, ни причин, почему нас преследуют те или иные видения и события. Иногда несколько дней просто пустые скитания по дому. Иногда яркое событие из жизни, как мучительное воспоминание, а иногда даже обороняться приходится.
— Как ты думаешь, это же неправда? — нарушил он первый молчанье. — То, что мы тут видим, — в его голосе настоящая тоска.
— Надеюсь, что нет… очень надеюсь, Гарри, — кладу ему руку на плечо. Он смотрит на меня с мукой во взгляде. Встряхивает головой, отгоняя тяжелые мысли.
— Пошли, попробуем спустится, что-ли, — говорит он ненатурально бодрым голосом, но плечом не дергает и руку мою не стряхивает.
— Пошли, — забираю свою длань, и мы идем с горки. Деревья плавно приближаются к нам. Я стискиваю палочку в руке — еще свежо воспоминание, как в прошлый раз на спуске на меня напало полчище огромных пауков. Я отбивался как мог, но не прошел, пришлось спешно вернуться в дом. По мере спуска небо начинает темнеть, огромные тучи заслонили солнце. Резкие порывы ветра нарастают. Яростно, сбивая с ног.
— Думаю, нам не пройти! — кричит Поттер. Я с ним согласен, но все же делаю упрямо еще пару шагов. Первые деревья уже совсем близко. Тут особо сильный порыв ветра сломал огромный сук. Кусок дерева со свистом устремился к Поттеру. Он его не видит, так как, следуя за мной, прикрыл локтем лицо от ветра. Одним отчаянным прыжком я оказываюсь у этого придурка и отбрасываю в сторону. Сам отшатываюсь недостаточно поспешно, и сук врезается мне в грудь. Противный хруст. И мрак.

****

POV Поттер

— Черт, черт, черт! Ну же, Драко, дыши, дыши, мать твою! — как чувствовал я, что не стоит спускаться. Обманчиво спокойный день. Солнышко, мать твою, птички! Вот и гребаные птички.
— Дыши, Драко, дыши! Молодец! — ветер заметно поутих. Солнце по-прежнему закрыто, стало ощутимо холоднее. Малфой без сознания. На оголенной груди проступил отвратительный синяк. Весь левый бок отекает прямо на глазах. Крови нет. Дышит без свиста, значит, легкие не повреждены.
— Соберись, тряпка! Все, что знаешь о травмах! Ну же! — вдох, выдох. — Нужна давящая повязка! Черт, мантикора драная! Спокойнее, Поттер! — сдираю с себя майку и рву на длинные широкие полосы. Негусто. Сшиваю магией их между собой. Такая же участь с рубашкой пострадавшего.
— Ох, оторвет мне голову Малфой, — меня трясет в нервном смехе. — Так, веселится потом будем. Беру получившийся бинт и туго обматываю грудь Малфоя. Тонкое бледное тело безвольно, как кукла. Начинаю растирать виски парня — вроде где-то слышал, что так можно привести человека в чувства.
— Драко, Дракуся, ну, открывай глаза, давай! Давай!
— Поттер, не ори так. Меня сейчас вырвет на тебя от твоего сюсюканья, — еле слышный голос. Какое счастье! В порыве обнимаю этого невозможного человека.
— Ты решил меня добить! — яростно стонет блондин.
— Нет, прости. Я просто… я испугался. Спасибо, что спас меня, — он кривится, но я вижу, что ему приятны мои слова. Малфой вообще часто говорит не то, что чувствует. Я в последнее время перестал на его слова внимание обращать.
— Похоже, начинается дождь. Ты можешь встать? — я встаю и подаю ему руку. Он тяжело опирается на меня, матерясь сквозь зубы. С трудом, но встает и вполне твердо стоит на ногах. Он пытается отстранится, но я не даю. Поддерживаю его.
— Боюсь, на сегодня с меня хватит. Я не готов к новым сюрпризам. Придется в дом вернутся, — говорит он, его голос все еще очень неуверенный. Я сам тоже не готов. Мы идем обратно на холм. До дома совсем недалеко. Он опирается на мою руку, наши голые торсы соприкасаются. Это вполне приятно. Кожа у него очень тонкая, светлая и нежная. На руках видны все жилки. Он вообще на удивление тонок в кости, худощав, но жилист. И очень красив, изящен. Совсем не производит впечатления задохлика.
Дождь усилился. Холодные хлесткие струи зло стегали обнаженные спины. Нежная трава под ногами моментально намокла и стала ужасно скользкой, сверху заструились звонкие ручейки грязной, ледяной воды. Еще пара неуверенных шагов, и я упал, уронив за собой несчастного Малфоя. Мы заскользили вниз по холму. Так на попе мы и оказались у подножья холма у самых деревьев.
— Гарри, мы спустились! Нас дом отпустил, — просипел Малфой. Ему наше путешествие здоровья не прибавило. Я вновь помог ему подняться. Я подставил плечо, и он, перекинув руку через мою шею, практически повис на мне.
— Ты как? — спросил я.
— Аппарировать не смогу. Боюсь, расщеплюсь! Давай попробуем отойти подальше. Передохнем, и уже тогда по домам!
— Ну, пошли, — я приобнял его, и мы заковыляли прочь от холма. Я чувствовал, что не все так гладко, как кажется, но решил промолчать. Где-то через полчаса мы вышли из леса и оказались на проселочной дороге. Прямо перед нами стояло пустое, готовое к посеву поле. Дорога уходила по кромке леса в обе стороны, но слева вдалеке вроде виднелось какое-то поселение. Дождь чуть притих, но был все так же холоден.

— Драко, ты видел, вон там вроде дома. Туда пойдем? — спросил я.
Он вяло мотнул головой.
— Давай здесь передохнем. Вон на том дереве, — мы подошли к поваленному дереву, и он буквально упал на него. Прислонившись спиной к другому дереву, сразу же закрыл глаза. Тут я рассмотрел, что Малфой очень бледен. Губы и треугольник под носом отдавали в синеву. Скулы еще сильнее заострились, дышал он отрывисто. Было видно, что последние минуты он шел на ослином упрямстве.
— Давай я за помощью схожу? — предложил я. Он тут же открыл глаза и просипел:
— Нет, не бросай меня. Поттер, ты же чертов герой, не бросай меня.
— Ладно, не буду. Давай передохнем и попробуем аппарировать в Мунго.
— Давай, — вяло прохрипел он вновь застывая с закрытыми глазами.
Я магией собрал хворост и сложил у ног пострадавшего маленький костер. Огонек, подпитанный магией, весело захрустел дровами. Я применил очищающие и сушащие заклятия к нам. Немного подумал и наложил на Малфоя согревающее. Оценив свои старания, я тоже сел на бревно. Теперь можно жить. Дерево, под которым мы обосновались, вполне спасало от мелкого дождика. Дыхание пострадавшего парня стало ровнее, на щеках появился легкий румянец. Складка страдания между бровей разладилась. Казалось, что он спит.
— Спасибо, Гарри, — донеслось до моего слуха так тихо, что, наверное, мне показалось.