Принц Огня

миниромантика (романс) / 13+
19 авг. 2018 г.
19 авг. 2018 г.
1
5493
1
Все
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
Через парк Валя ходить не любил. Там было много, слишком много людей на его взгляд, но сумки неприятно оттягивали руки, и он понял, что лучше пройти так — отдохнув где-то посередине на лавочке, чем красиво свалиться где-то у дома. Совсем слабаком Валя не был, но в тот раз он пожадничал, накупив продуктов на месяц вперед и понимание, что допереть их — слишком большой для него труд, пришло, увы, уже когда он вышел из супермаркета. Сцепив зубы, тихое мрачное существо поплелось по центральной дорожке. Наконец он увидел тонкую тропинку к своей любимой лавочке. Любимой — потому что там никогда никого не было, да и никто никогда не заходил. Свернув с дороги, Валя протиснулся туда и едва не застонал от огорчения — на лавочке уютно возлежал симпатичный молодой блондинистый парень и увлеченно что- то читал.
"Сегодня явно не мой день", — мрачно подумал Валентин и осторожно стал протискиваться обратно, молясь, чтобы его не заметили.
Дмитрий захлопнул книгу и подпер голову руками, обдумывая все образы, теснившиеся в голове. Рассеянно прогнулся в позвоночнике, а то затекло все. И краем глаза заметил движение. Быстро выпрямился, поднялся на ноги и приветливо улыбнулся груженному сумками незнакомцу.
— Я ваше место занял, да? Извините, уже ухожу.
Он закинул книгу в рюкзак, забросил тот за спину. И еще раз улыбнулся.
— Нет, — Валя мотнул волосами и изобразил что-то вроде донельзя смущенной улыбки. — Парк общественный, место, соответственно, тоже. Простите, если помешал.
Он раздраженно высвободил пакет от особо жадного до консервов куста и выскользнул-таки на дорожку. Необходимость разговаривать с незнакомым да к тому же таким очаровательным парнем заставила сердце испуганно забиться. Он сто раз пожалел, что он такой неловкий и не убежал оттуда сразу и половчее. «Надеюсь, я ему не слишком помешал».
Дмитрий кое-как выпутался из объятий веток, так и норовивших вцепиться в одежду. Парень, которому он помешал отдохнуть, далеко уйти еще не успел. Да и как можно развить скорость, так нагрузившись?
— Вам помочь?
«Ага, я сильный. Но легкий».
— А? — Валя вначале не сообразил, что фраза относится к нему. Полуобернувшись, он посмотрел на парня из-под неровной челки. — Да нет, не нужно, мне недалеко осталось, — он косо улыбнулся, понимая, что теперь чисто из упрямства будет пилить до дома без передыху. Сесть отдохнуть и быть застуканным в этот момент этим незнакомцем… нет, Валя бы не пережил такого стыда для себя, даже если бы потом никогда в жизни не встретил больше этого парня, он припоминал бы это до пенсии.
— Но спасибо за предложение, — в итоге выдавил из себя он, прячась под челку. — Я не хотел вас сгонять с лавочки, простите.
— Все в порядке, я все равно уже дочитал все, что планировал, — успокоил его Дмитрий. — Так вам помочь?
Он склонил голову набок, выжидающе глядя на собеседника.
— Мне ведь нетрудно, так чего вы упрямитесь?
Валя подумал, что он похож на кокетливую девицу, и про себя фыркнул, укоряя себя за глупые мысли и ненамного более умное поведение.
— Ладно, вот, — он протянул парню пакет полегче — тот не производил впечатление силача, к тому же с одним пакетом Валя знал, что доберется спокойно. — Я живу как раз около парка, так что нам недалеко.
Дмитрий легко ухватил пакет. Терпимо, приходилось таскать и тяжелее.
— Ведите, — солнечно блеснул улыбкой он. — Хоть на край света.
Настроение было отчего-то легкое и праздничное. Хотелось шутить и вообще излучать позитив.
Валентин неуверенно улыбнулся шутке и спокойно вывел парня из парка — постоянно притормаживая и присматривая, чтобы он не потерялся. Людей было не то чтобы много, но Валя знал, что любой может на что-то засмотреться и забыться. Он сам, правда, обладал уникальной «нетерялкой», основанной больше на том, что если он был с кем-то, то панически боялся упустить его из виду и обычно шел чуть позади, как тень.
— Зайдешь? — неожиданно спросил он юношу, когда они подползли к его подъезду.
— Зайду, — весело заявил Дмитрий. — Если ты не против чаем напоить. У меня есть кружка.
Кружка в рюкзаке действительно была, купленная утром. Он увидел ее в магазине и тут же приобрел в подарок сестре. Она собирала именные кружки, но почему-то с ее именем найти было сложно. И Дмитрий не смог упустить такого шанса — порадовать сестренку.
— Да у меня и дома есть, — Валя чуть рассеянно улыбнулся, вызывая лифт. Ползти на пятый этаж пешком ему не слишком хотелось.
Квартира встретила хозяина с гостем довольно неприветливо. Вечная привычка Вали не отдергивать штор приводила к тому, что квартира казалась прибежищем вампира, а не скромного программиста. Впрочем, в остальном она была вполне чистой — в комнате около компьютера стояла неизменная чашка Вали, рядом банка с кофе, сахар и электрический чайник. Бегать за всем этим на кухню всегда казалось для него адом.
Сама же кухня сияла едва не хирургической чистотой. Это, правда, была не столь заслуга аккуратности Вали, а сколь его долгого там непоявления. Последнее время он или писал программы, или обедал в тихом кафе внизу дома — выйти за продуктами у него просто не было времени.
— Какой ты чай предпочитаешь: белый, зеленый, черный или фруктовый? — Валя открыл полочку, на ней стройными рядами стояли пакетики и баночки с чаем — его драгоценная коллекция.
— Зеленый, — отозвался Дмитрий.
И, поразмыслив, добавил:
— Границкий Дмитрий. Будем знакомы.
Валя аккуратно снял с полочки банку с традиционным зеленым чаем, поставил на огонь чайник — электрическому он в процессе заварки не доверял. Потом осторожно засыпал чай в заварочный чайник.
— Я Валентин. Комаров, — он оторвался от засыпания и протянул руку новому знакомому. — Программист, — зачем-то добавил Валя.
Дмитрий энергично пожал руку новому знакомому.
— Студент. Раздолбай, в общем.
И смущенно поинтересовался:
— А где руки помыть можно? Я за сегодня столько дверных ручек перелапал.
— Ванна там, — махнул рукой Валя в сторону коридора. — Мы ее проходили, дверь с маленькой картинкой — водопадом. Свет рядом, мыло там вроде на видном месте, — программист неуверенно почесал в затылке. — Ну, я думаю найдешь.
— Я очень постараюсь, — с энтузиазмом заверил юноша, удаляясь по коридору.
В ванной он быстро вымыл руки, ополоснул лицо, чтоб не выглядеть совсем уж заспанно-помятым: выдернула староста с утра из кровати, как всегда, все срочно, стенгазету по практике рисовать, успел только в зеркало плюнуть от омерзения.
— Мыло вкусное, — блаженно заявил Дмитрий, возникая на пороге кухни.
— Может, я тебя лучше нормально покормлю? — фыркнул Валя, который уже успел разложить почти все продукты и теперь общался с парнем откуда-то из-под стола — он запихивал консервы на полку под окном.
— Я как раз продуктов на месяц закупил. Теперь честно начинаю бояться, как бы они у меня не протухли, — задом выкарабкавшись и поднявшись, покаянно признался парень. — Я же, как любой программер, о еде вспоминаю, только когда шатаюсь и норовлю грохнуться в обморок.
— Я его нюхал, — смущенно огрызнулся Дмитрий. — А есть не хочу.
И желудок тут же выдал обиженную трель.
— Или хочу. Ладно, если не очень трудно, покорми.
Он поковырял ногой пол, смущаясь. Увязался, свалился на голову, еще и есть требует. Никакого воспитания.
Валя спокойно повел плечом — ему было довольно далеки все эти ужимки, он просто не понимал, почему ему не покормить парня, если тот хочет есть.
— Могу предложить макароны с грибным соусом, — зевнул он, осматривая содержимое в холодильнике. — У тебя на молоко, грибы аллергии нет?
— У меня вообще ни на что аллергии нет. Она сбежала от студенческой жизни. Я всеяден и неприхотлив.
Дмитрий обосновался на табуретке за столом, уговаривая мысленно желудок заткнуться и больше не выступать.
— Хорошо, — Валя кивнул и запустил макароны, доставая сковороду, если все делать быстро, то и результат получится вкуснее. Помыв и порезав грибы, он приступил к изготовлению соуса. Ни разу, даже во время резки, он даже не откинул челку — было непонятно, как он вообще сквозь нее видит.
Дмитрий внимательно наблюдал за новым знакомым. Валентин ему нравился, он был какой- то уютный и домашний. И спокойный. И хозяйственный. Сам Димка даже под угрозой голодной смерти готовить не мог — максимум перехватывать в кафе что-нибудь горячее, а дома резал хлеб с сыром.
Валя готовил скорее механически, будто просто вспоминал то, чему однажды научился, и теперь выстраивал это в памяти, воспроизводя на сковороде. Соус он попробовал только один раз, перед тем как выключить огонь под сковородой. До этого, спокойно лил в грибы, казалось, совершенно не сочетаемые вещи — немного перца, соевый соус и, неожиданно, молоко.
Уже через каких-то пятнадцать минут он поставил перед Димой тарелку с макаронами, политыми сверху соусом.
— Приятного аппетита, — улыбнулся он, накладывая себе.
— Спасибо. Умммммммм.
Желание съесть все вместе с тарелкой было велико. Но Дмитрий заставлял себя есть медленно. Медленно, понемногу. И не урчать от удовольствия. И не вылизывать тарелку.
— Мням, мням, мням.
Он оторвался от вылизывания тарелки. И залился краской. Ну не мог оголодавший организм, нормально не питавшийся уже с месяц, расстаться с восхитительно пахнущим блюдом и упустить хотя б немного.
— Добавки? — спокойно склонил голову на бок Валентин. Макарон осталось еще прилично, да и соус тоже еще был — программист любил готовить впрок, к тому же, когда макароны застынут, их можно будет пожарить с соусом и это тоже будет съедобно. Но Валя не был уверен, что не забудет про макароны с соусом тут же, как сядет за компьютер — он сам мог спокойно существовать на бутербродах и кофе довольно долго.
— Нет, спасибо.
Соблазн был слишком велик, но Дмитрий слишком хорошо знал, что, если он сейчас поддастся на уговоры организма, либо его начнет тошнить здесь же, либо он так захочет спать, что уснет на полу в прихожей.
— Это очень вкусно, вот.
— Как угодно, — Валя взял у него пустую тарелку, налил чаю. — Сахар, думаю, виден, — он кивнул на кафешечную сахарницу, с трубочкой дозатором. Подарок от друзей — ему она жутко нравилась, потому что обычные он вечно опрокидывал и рассыпал.
Налив чаю и себе, он положил сахару и отошел к раковине — посуду его с детства приучили мыть сразу, он даже в гостях становился к раковине.
Дмитрий чай и кофе всегда пил без сахара, привык уже за годы жизни. Так что сейчас он смотрел на Валентина поверх очков и тянул жидкость из чашки, чувствуя, как его потихоньку клонит в сон.
Отряхнув руки и промокнув их полотенцем, Валя вернулся за стол, спокойно помешивая свой чай.
— Ты, кстати, прав — зеленый чай всегда пьют без сахара, — он чуть заметно улыбнулся. — Но я так не могу, мне он кажется горьким, — еще одна слабость Вали, он любил ненавязчивую сладость, к примеру, варенья и сгущенку он не переносил — для него это было слишком приторно, но скажем, сладкий чай или молочный коктейль он пил с воистину детским удовольствием.
— А я люблю горькое.
Дмитрий снял очки, становясь беззащитно-трогательным. Потер глаза. И снова спрятался за стеклами.
— Родители никогда не понимали, почему я полынь грызу на поле.
— А она не ядовитая разве? — слегка удивился Валя. Еще он приподнял бровь, но под челкой этого все равно не было видно. Вид студента перед ним Валю умилял. Хотелось как- то позаботиться об этом ребенке — накормить и уложить спать, аккуратно подоткнув одеяло.
— Ядовитая пижма, или дурман-трава. А полынь, наоборот, лекарственное растение.
Дмитрий улыбнулся:
— Просто бабушка-травница, нахватался от нее, — он прикрыл рот ладонью, зевая.
Спать хотелось все сильнее.
— Ясно. Ну, я бабушку не знал, поэтому и знаний у меня по этой части никаких, — Валя отпил чуть-чуть из чашки и склонил голову на бок. — Не выспался? Могу предложить кофе, или диван. И судя по твоему виду диван тебе будет предпочтительней, я прав?
— Диван, полжизни за диван. В тишине. Покое. И чтоб больше не дергали срочными вызовами в университет, — мечтательно простонал Дмитрий. — Готов продаться в рабство за пару часов нормального сна.
Валя хмыкнул. Уж что-что, а с основами панцирной жизни он был прекрасно знаком.
— Дай на минуту свой телефон, — с улыбкой попросил парень, протянув руку.
— Держи.
Дмитрий покопался в карманах и вручил старенькую «Нокию» Валентину. Затем сонно похлопал глазами.
Валентин совершенно спокойно выключил телефон и положил его на стол.
— Теперь пошли в комнату, я тебе постелю. Шум компьютера тебе не помешает, надеюсь? Я его вообще не выключаю.
— Мне не помешает сейчас даже цыганская свадьба, которая будет разъезжать на бульдозерах и сверлить все стены в квартире, — заверил Дмитрий, выбираясь из-за стола.
Валя осторожно улыбнулся — шутки он воспринимал слабо, всегда слишком нервничал из-за присутствия другого человека, чтобы дать себе волю и посмеяться.
Он осторожно и быстро разложил диван, постелил новую простыню, то же с одеялом и подушкой — те самые двое друзей изредка оставались ночевать, для этого у него и была всегда запасная чистая постель.
— Вот, прошу, — показал он на диван.
Дмитрий вылез из джинсов, осторожно сложил их и водрузил на пол. Сверху пристроил рубашку. Футболку он снимать не стал, внезапно засмущался. Нырнул под одеяло и повозился, устраиваясь.
— Спасибо.
Он сонно вздохнул. И провалился в сон.
От переодевавшегося парня скромный Валентин даже отвел глаза, голову он повернул только, когда шорох одеяла уже стих.
"Наверное, и правда очень устал", — подумал программист, присаживаясь за компьютер. Он поставил фильм загружаться в онлайн-просмотре и открыл файл с недописанной программой. Сдавать ее нужно было нескоро, но ему все равно было нечем заняться, пока грузится фильм, а новый знакомый сладко посапывает на диване.
Дмитрий позабыл о том, что сотовых у него было два. Он потерял старую сим-карту, завел вторую. А затем старую нашел. Так что оба номера существовали равноправно, только вот новый номер знали немногие.
— Кончилось время игры,
Дважды цветам не цвести.
Тень от гигантской горы
Встала на нашем пути, — завел девичий голос под гитару: песню на стихи Гумилева Дмитрий на звонок поставил сразу, как нашел.
Валя недовольно покосился на распевающий аппарат, потом на Диму. Не проснулся. Он взял телефон и, подумав, просто отключил звук. Так останется непринятый вызов, и парень сможет перезвонить как проснется. И мешаться телефон пока не будет
Звонки продолжились. Кажется, у кого-то то ли пожар случился, то ли делать было нечего, кроме тупого набирания номера. Затем еще и смс посыпались. Опять вперемешку со звонками.
А Дмитрий спал с блаженной улыбкой на лице.
Смотреть чужую почту было не в правилах Вали, но ему пришла мысль, что действительно могло что-то случиться и Дима вряд ли будет рад, если его не разбудят, когда он, скажем, затапливает соседей, поэтому Валя осторожно открыл одну из смс — в конце концов, он мог потом извиниться.
«Ты, подонок! Я тебя ненавижу! Можешь мне больше не звонить, все кончено. Влад», — гласила смска.
Валя затравлено посмотрел на мирно спящего Дмитрия и все-таки решился на отчаянный шаг. Выйдя на кухню, он позвонил по тому номеру, который высветился на экране. «Я просто скажу ему, что Дмитрий спит, я просто это скажу и все, смске он все равно не поверил бы»
— Что, решил извиниться за свое поведение? — злобно поинтересовался мужской голос.- Нагулялся где попало? Натрахался всласть? Думаешь, поверю, что тебя с восьми утра нет дома, потому что ты стенгазеты рисуешь?
— Простите, мы не знакомы, — устало вздохнул Валя. — Я и вашего друга не знаю — он помог мне донести сумки и неожиданно свалился спать. Собственно, я поэтому и звоню, не знаю что там у вас произошло, но в данный момент он спит и выглядит, если честно, как живой труп.
— А, новый ебарь нашего цветочка? Ну-ну. Ты сам-то вслушайся, какой бред несешь. Ладно, забирай это сокровище с потрохами, мне чужие объедки не нужны.
И Влад отключился.
Как бы то ни было, будить Дмитрия Валя не решился. Он не считал, что размолвка в отношениях — что отношения именно с парнем, его мало смутило — достаточно веский повод, чтобы будить усталого человека. Поэтому спокойно положив телефон на стол рядом с компом, он надел наушники и погрузился в фэнтезийный мир нового фильма.
Дмитрий потянулся, сонно заурчал и приоткрыл один глаз. Недоуменно заморгал и рывком сел, пытаясь сообразить, где он вообще находится. Взъерошенный, сонный и близорукий, он выглядел довольно забавно.
— Эм? — юноша засек фигуру неподалеку.
Валентин заметил шевеление краем глаза и, поставив фильм на паузу, стащил наушники.
— Выспался? — вежливо поинтересовался он у парня.
— Валентин, — хрипловатым со сна голосом опознал фигуру Дмитрий. И кивнул. — Выспался вроде бы. Долго я отдыхать изволил?
Он выскользнул из-под одеяла и принялся ввинчиваться в джинсы.
— Часа три, — повел плечом Валя, облокачиваясь на спинку стула. — К тебе тут пытался прорваться кто-то. Я взял на себя смелость ему позвонить и уведомить, что ты спишь, но он мне не слишком поверил. — Валя почесал в затылке и хмыкнул. — Прости, я иногда бываю дураком.
— Снова Алена? — в ужасе простонал Дмитрий. — Да что за наказание мне, такая староста инициативная. Что от меня опять хотели? Пластилиновые поделки? Дворец из спичек?
— Нет, — Валя совсем покаянно вздохнул. — Он назвался Владом и был сильно недоволен тем, что тебя с утра нет дома. К сожалению, он мне не поверил. Я не очень силен в дипломатии, а будить тебя не хотелось, ты выглядел так, что я боялся как бы на улице не упал.
— Влад? — Дмитрий замер, не застегнув ремень.
И хмыкнул:
— Не обращай внимания, если ты его отшил — с меня что-то вкусное.
— По-моему, он и сам прекрасно справился со своим отшиванием, — косо улыбнулся Валентин, упрямо глядя в компьютер. Недозастегнутая или полуснятая одежда действовала на него всегда намного сильнее, чем если она просто отсутствовала, и сейчас он старался думать только о мониторе. Ну, еще о битом пикселе на нем.
Дмитрий, наконец, справился с одеждой, упаковавшись полностью.
— Я пойду, — неловко пробормотал он. — Еще задания выполнять надо, к семинарам.
Валя кивнул.
— Конечно, вот твой телефон, — он кинул парню мобильник. — Второй на кухне на столе, если забыл.
Дмитрий поймал сотовый, сунул в карман. Подержал в руке рюкзак. Вытащил кружку, которую хотел подарить сестре. Тонкий черный пластик, на котором позолотой было выведено: «Тебе, Валя». Поставил кружку на стол, сгреб со стола второй телефон.
— Пока.
Кое-как открыл дверь. И ссыпался вниз по лестнице, боясь, что, если еще минуту промедлит, точно не сможет уйти. В общем, позорно сбежал.
Валентин с удивлением прислушался к топоту по лестнице. Потом закрыл дверь, недоуменно пробурчав, видимо, только ей «пока».
Мысль налить себе чаю возникла только вечером, соответственно только вечером он с удивлением обнаружил у себя на столе чашку. Сказать, что он растерялся, не сказать ничего — он хотел было вернуть чашку Диме, но понял, что не знает даже номера его телефона.

— В общем, Валентина, это тебе, — Дмитрий торжественно вручил темно-синюю чашку с именем сестры колекционерше.
— Спасибо, — та взвизгнула и повисла на шее брата.
С момента приснопамятной встречи в парке и побега прошла неделя. Дмитрий отсиживался дома, боясь даже на улицу выскочить лишний раз. Он и сам не мог сказать, что на него нашло. А подсознательное знание того, что он просто боится увидеть Валентина, юноша нещадно загонял подальше.
— Д-и-и-им?
Валентина уже налила в рюмку коньяк и теперь выжидательно смотрела на брата. Тот улыбнулся и поднял емкость.
— За что пьем? — лукаво блеснула глазами девушка.
— За дела сердечные.
Домой он возвращался уже изрядно «хороший», благоухая коньяком и вишнями. Траектория передвижения была странная, напоминала кардиограмму.
— А я идиот, — сообщил он звездам, задрав голову.
Валя в этот момент не спал. Валя сидел на кухне, с тлеющей сигаретой в одной руке и чашкой в другой. Он никак не мог понять, почему эта кружка оказалась у того парня и, тем более, зачем он оставил ее у него.
"Я слишком много думаю о нем", — вздохнул парень, открывая пошире окно, чтобы впустить в прокуренную кухню побольше воздуха. Вообще-то Валя почти не курил, но уж если курил, то за пару часов у него могло выйти едва не две пачки.
— Я люблю тебя, Принц Огня,
Так восторженно, так маняще
Ты зовешь, ты зовешь меня
Из лесной полуночной чащи.
Первое, чему учат на филологическом факультете — выразительное чтение. Дмитрий этим навыком овладел в совершенстве. А коньяк свое дело сделал — привел его под окна к Валентину. Стихи читать.
— Так давно я ищу тебя
И ко мне ты стремишься тоже,
Золотая звезда, любя,
Из лучей нам постелет ложе.
Читал он четко, громко, нараспев и вкладывая всю душу в эти строки. Гумилева он выбрал неслучайно: сейчас именно этот поэт был созвучен его настроению.
— Ты возьмешь в объятья меня
И тебя, тебя обниму я,
Я люблю тебя, принц огня,
Я хочу и жду поцелуя.
Налетевший порыв ветра заставил покачнуться. И слегка протрезветь. И сообразить, что он стоит в два часа ночи, читает стихи малознакомому парню, который их еще и не слышит, наверное.
"Он явно нетрезв. Явно", — парень дрожал — он не понимал, что происходит, и почему так сильно бьется сердце. Он всегда ненавидел себя за это, но он так боялся, что ни за что не дал бы понять, что он все это слышал.
«Что со мной происходит?» — спрашивал он у себя, едва ли не впервые за все время пока жил там, потянувшись к бару. Он мало пил, но для друзей у него всегда был неплохой набор спиртного. Сейчас, он выбрал клюквенную настойку. Из горла было пить сложно, поэтому он налил в единственную близко стоящую чашку. А когда увидел, что это была за чашка, от неожиданности уронил ее, разлив настойку по полу. «Тебе, Валя» тускло отсвечивало в свете фонаря, что бил из окна.
Валентин закрыл глаза и облокотился о холодильник. Он себе в этом не признавался, но больше всего на свете ему хотелось сейчас выйти на улицу и просто еще раз увидеть того парня. Просто увидеть.
Дмитрий криво улыбнулся.
— Этого следовало ожидать.
Он развернулся и медленно пошагал прочь, на ходу вспоминая все стихи, какие только мог припомнить. Лишь бы не думать о том, как глупо себя выставил на посмешище. «Хорошо, что он не слышал».
Услышав отдаляющиеся шаги, Валя сорвался. Оторвав зубами пластмассовый дозатор на бутылке, он сделал несколько судорожных глотков — для храбрости, и пулей сбежал по лестнице. «Только бы успеть, только бы успеть», — думал он, сжимая в кулаке маленький пакетик, и бежал в том направлении, где слышал шаги.
— О пророк, злой вещун, птица ль, демон ли ты,
Ада ль мрачный посол, иль во мгле темноты
Пригнан бурей ты с берега грозного моря,
О, скажи, дальний гость, залетевший сюда:
Отыщу ль я бальзам от сердечного горя?
И вещун прокричал: «Никогда!» — глубокомысленно заявил Дмитрий, переходя на поэзию Эдгара По.
Сунул руки в карманы и побрел далее, выписывая замысловатые линии. Коньяк в голову дал крепко.
Услышав знакомый голос, Валя припустил сильнее, хотя легкие уже разрывались от нехватки кислорода — он не был особо спортивным юношей. И вот, наконец, спина Димы.
— Подожди, — прохрипел он, подбегая ближе и несмело касаясь рукава парня. — Секунду, подожди.
— О, мой Принц Огня, — Дмитрий радостно раскинул руки. — Ты все же снизошел до своего бедного дриада?
Он бессмысленно улыбался.
Валя глубоко вздохнул, пытаясь отдышаться после бега, а потом протянул Диме маленький мешочек.
— Вот, возьми пожалуйста. Я не знал, что делать, поэтому просто купил вот это.
— Спасибо, а это что? — любопытство алкоголь не приглушил.
Правда, язык слегка заплетался уже, опьянение вступало в следующую фазу.
— Это чай, — постепенно дыхание возвращалось и Валентин смог говорить уже нормально. — Ну, то есть почти, это чай из полыни с мятой, — Валя почесал в затылке. — Не думал, что такое есть, но вот оказалось.
— Как мило.
Дмитрий легко клюнул в щеку Валентина, обдав запахом вишен. Вернее, прицелился в щеку, но прикосновение угодило куда-то в уголок губ.
— А я думал, ты спишь уже. Или я тебя разбудил?
— Нет, я курил на кухне, — Валя смущенно посмотрел на парня, признаваться, что он все слышал не хотелось, хотя бы вслух.
— Поздно уже, может, у меня поспишь?
— Посплю, — кивнул Дмитрий. — До дома я в таком состоянии точно не доберусь. Тем более, что мне завтра в университет не надо, у нас там карантин объявили снова.
— Хорошо, — Валя облегченно вздохнул и утянул парня к себе. Там он спокойно разложил диван, постелил ему.
— Ложись, — программер смущенно замер на стуле, привычно отвернувшись в компьютер.
— А ты?
Дмитрий разделся и нырнул в постель. Закинул руки за голову и уставился на Валентина.
— Иди сюда. Я не кусаюсь. И я не сексуальный маньяк.
— Да я верю, — улыбнулся Валя, неловко стаскивая с себя джинсы. Единственным освещением в комнате был компьютер, но он и ему выключил экран, поэтому Дима мог только услышать, как рядом с ним что-то завозилось, залезая под одеяло.
— Спокойной ночи и сладких снов, мой принц.
Прозвучало это нежно и чуточку печально. Затем Дмитрий снова свернулся в привычный уже для сна клубочек на самом краю.
Валя тихо вздохнул, думая, что утром парень даже не вспомнит, что нес вечером, и, вытянувшись, спокойно задремал, тихо надеясь, что утром его не придется будить — как человек без четкого графика, спать он предпочитал днем.
Дмитрий, сквозь сон ощущая рядом тепло, неслышно подполз к Валентину и устроился рядом, уткнувшись ему в плечо носом. Кто именно сейчас лежит там, его не волновало. Смутно припомнилось, что вроде б его приглашал Валентин.
Валентин уже спал, поэтому обнял он его, как обычно люди обнимают свернутое одеяло, просто чтобы перекинуть руку. Но потом чуть прижал к себе, может как игрушку, может просто щуплый затворыш соскучился по людскому теплу.
Дмитрий прильнул теснее, ему было безумно приятно находиться в объятиях… В чьих он вообще объятиях? Юноша прищурился, пытаясь рассмотреть соседа. Или хотя б вспомнить, что он вчера творил. Кажется, от сестры он пошел… К дому Валентина. Точно. Стихи еще читал.
Резинку с волос на ночь Валя снимал — если этого не сделать, на утро чертовски болела кожа и любое, даже случайное прикосновение к волосам заставляло поморщиться, поэтому волосы частично были на лице, частично на шее и часть рассыпана по подушке. Челка растрепалась, так что сейчас Валентин лежал перед Дмитрием почти таким, какой он был на самом деле. Правда глаза были закрыты.
Дмитрий отчаянно пожалел, что в комнате так темно. Он созерцал лицо Валентина, впитывая в себя все детали и улыбаясь непонятно чему. Рассмотреть толком сквозь дремоту и сумерки все черточки не получалось, но общее впечатление у юноши сложилось. Он тихонько поцеловал Валентина в нос и улегся обратно, прижавшись щекой к его плечу.
Наутро Валя умудрился вскочить первым. Осторожно высвободившись от объятий Дмитрия, он вылез из кровати, потер лицо. Больше всего ему хотелось сейчас в душ. Но для начала он приготовил парню завтрак, поставил большую чашку с ледяной водой и кружку с кофе. Только после этого позволил себе уйти в душ. Прохладная вода успокаивала.
Юноша свернулся на месте Валентина, блаженно улыбаясь и прижимаясь щекой к простыне, хранившей тепло его тела. Спать впрок он всегда умел. И просыпаться не собирался.
Из душа Валя выполз не скоро. Потом быстро надел домашние штаны, футболку и сел за компьютер, на автомате расчесывая мокрые волосы — знал: не расчешешь сейчас, потом будет хуже, а ходить к заказчикам с беличьим хвостом на затылке ему совсем не улыбалось.
Дмитрий потянулся во сне, изогнулся каким-то странным для нормального человека образом, едва не связавшись в узел. Одеяло от него давно уже улетело. Подушка тоже ускакала. Он резко открыл глаза. Несколько секунд посозерцал Валентина. И снова уснул, так и не потрудившись развязать конечности.
Валя чуть удивленно на него покосился и пожал плечами. В конце концов он сам спал обычно, обвив руками одеяло — не менее странно для взрослого мужчины, чем сворачиваться в тугой узел. А его знакомый, когда его пытались разбудить, начинал драться, так что все было нормально. К тому же у него была недописана программа.
Наконец, Дмитрий соизволил проснуться. Глаз он, впрочем, не открыл. Пошарил вокруг.
— Угу. Явно не мой матрас на полу. Значит, я снова у тебя? Слушай, Валек, мне такой сон снился. Глупый. Про чтение стихов под окном одного парня. Упс. Это, что, не сон? — он наконец-то распахнул синие очи.
— Ну, я бы так сказал: почти не сон, — Валентин спокойно печатал и чуть повернул голову к Диме. — Любое, что мы творим в пьяном виде, может быть просто сном. Или забываем, или помним, но обычно мало соображаем. — Валя повернулся к компу. Он оставил ему отходные пути.
— Ну, я ведь ничего страшного не натворил.
Дмитрий поднял с пола одеяло и укрылся.
— К тому же. У меня нет привычки просто так читать по ночам на весь двор стихи.
— Исключительно после коньяка с вишней? — Валя улыбнулся. Нет, он не признавался себе в этом, но он боялся. Он просто не знал, что делать.
— Исключительно под окнами того человека, к которому я испытываю теплые чувства, — максимально обтекаемо отозвался Дмитрий, прикрываясь подушкой как щитом. — Ну и коньяк с вишней тоже помогают. Звонкости голоса.
Валя странно засуетился, поднялся, забыв, что у него на шее наушники, вздрогнул, снял их, положил на стол возле компьютера, после этого отошел, засыпая кофе себе в чашку и включив чайник.
— Я завтрак сделал, он рядом с тобой, там же кофе.
— Спасибо.
Дмитрий выхлебал воду.
— Я себя живым ощущаю благодаря тебе.
И принялся за завтрак.
Валентин чуть нервно улыбнулся, заварил кофе, потом не менее нервно погладил кончиком пальцев по пузатой полупустой банке, потом отвернулся. Тихо вздохнул:
— Спасибо. За чашку.
— Ну, — смутился Дмитрий. — Просто я… Хотел… Подарок…
Сегодня он точно поставил рекорд по косноязычию и заиканию. Так что прикусил губу и принялся за кофе.
Валентин и так выдавил из себя искренности больше, чем когда-либо, поэтому сделал вид, что ему очень интересно протирать экран у компа. Просто безумно интересно.
«Почему же я такой дурак? Почему я не знаю, что делать дальше?» От отчаянья хотелось не протирать гладкую поверхность, а хорошо так побиться об нее головой. А лучше об стену, она все-таки тверже.
Дмитрий на стену тоже косился с нехорошим чувством. Затем медленно выполз из постели, начиная одеваться.
— Спасибо за завтрак, — церемонно произнес он.
Ремень, как назло, застегнулся быстро. Подходящих причин остаться не придумывалось.
— Я… Пойду… До встречи.
— Можешь оставаться, — не зная почему выдохнул Валя. Он до конца не понимал, что делает, он не знал, что ему предложить, какой предлог… и просто выдохнул это.
Дмитрий сменил цвет лица на пятнисто-розовый.
— Что ты сказал? — неверяще переспросил он.
— Можешь оставаться, — выдавил Валентин, медленно опускаясь на стул. Ноги уже не держали. — Просто… оставаться.
Дмитрий сполз по стеночке, глупо улыбаясь.
— Ага.
Валентин глубоко вздохнул, приходя в себя. В голове шумело, сердце было готово выпрыгнуть из груди. Чтобы взять себя в руки, он начал нервно собирать постель.
Дмитрий обхватил руками колени. По-хорошему, надо было сейчас встать, подойти к Валентину. И что-то сделать. Он сам не знал, что.
— А. Зачем?
Парень вздрогнул, подушка выпала из рук. Как же он боялся этого вопроса.
— Просто. Я не знаю, просто, — он взъерошил челку и впервые посмотрел на Диму открыто, не скрываясь под волосами, не пряча глаза. Беззащитно улыбнулся.
— Прости, я правда не умею такое объяснять.
— Ну и не надо, — легко согласился Дмитрий.
И задумчиво добавил:
— А у тебя потрясающая улыбка.
Валя тут же отпустил челку, потому что почувствовал, что начинает неумолимо краснеть, чтобы скрыться, вновь стать тихим и серым.
— Спасибо.
Дмитрий поспешил подскочить к нему и смахнуть челку.
— Не прячься от меня. Пожалуйста, — он состроил умоляющую рожицу. — Я не могу разговаривать с человеком, которому, чтоб заглянуть в глаза, надо еще сообразить, где они есть.
— Прости, — вздохнул Валентин. Потом осмотрелся, подошел к полке. Порылся в ящике, извлекая на свет большие ножницы. Мгновение, и половина челки летела на пол, а на Дмитрия смотрели большие, чуть растерянные черные глаза.
— Так лучше?
— Намного.
Дмитрий с улыбкой смотрел на него.
— У тебя очень красивые глаза. Я в них просто тону.
Валентин покраснел — и теперь у него не было челки, чтобы это скрыть. Он вздохнул и понял, что если не можешь спрятаться, нужно просто сделать ответный ход.
— Я не могу сказать, что в тебе красивого, — он улыбнулся. — Потому что ты — сам ангел, а они прекрасны по определению.
Дмитрий смутился, искоса посмотрел на Валентина. И шагнул к нему, обвивая руками за плечи и утыкаясь лицом в грудь, чтобы скрыть смущение.
Валентин осторожно обнял его, погладил по спине.
— Не уходи, ладно? — мягко прошептал он ему на ухо.
— Ладно, — чуть слышно пробормотал Дмитрий.
Валентин замер. Двойственное ощущение — с одной стороны, ему было просто хорошо сейчас, в этот момент, а с другой он опять же не знал, что ему делать. Так и замер, легко поглаживая Дмитрия по спине.
— С тобой так тепло. И хорошо.
Дмитрий счастливо вздохнул. И поднял лицо.
— Принц, дождусь ли я уже поцелуя?
«Принц» покраснел как маков цвет.
— Ты будешь смеяться, — чуть заметно улыбнулся он. — Но я никогда раньше не целовался.
— Ладно.
И Дмитрий взял инициативу на себя. Со всем жаром и страстью своих неполных двадцати трех лет.
Валя вздрогнул, прижимая парня к себе. Пальцы скомкали его рубашку на спине, потом обхватили покрепче. Когда поцелуй распался, он тихо выдохнул в губы парня.
— Люблю.
Глаза Дмитрия напомнили два идеальных круга. Полных нежности.
— Я тебя люблю, — эхом отозвался он.
Валентин прижал к себе парня покрепче, чмокнув его в шею.
— И не отпущу.
— Не отпускай.
Написать отзыв