Теперь ты мой

мидидрама, романтика (романс) / 13+ слеш
19 авг. 2018 г.
19 авг. 2018 г.
13
19912
 
Все
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
Первая встреча с американским отделением Overwatch вышла не особенно удачной, вернее, с точки зрения сотрудничества все было отлично, просто привыкший к четкому регламенту Ханзо не сразу сумел перестроиться на местный стиль общения и ведения дел. Все казалось каким-то чересчур суматошным, люди вокруг были слишком уж дружелюбны, что внушало опасения. Наверное, сопровождающий его агент — «меня зовут Стивен Эшкомб, но можно просто Эш, меня так все называют» — просто хотел быть милым: неумолчно травил какие-то байки, улыбался. Ханзо казалось, что его собираются попросту пристрелить по прилету, настолько этот Эш был любезен. Попрощаться с ним оказалось воистину отличным завершением полета.
По прибытии Ханзо встретила симпатичная темноволосая девушка в деловом костюме, представилась личным секретарем коммандера Рейеса и вручила прибывшему распечатку с указаниями.
— Коммандер передает извинения, он не сможет пока что поприветствовать вас лично. Однако после завершения задания он непременно встретится с вами.
Ханзо уверил девушку, что ничуть не оскорблен данным обстоятельством, кивком поблагодарил за все и, следуя выданным инструкциям, направился в комнату разгрузки, как ее поименовали на плане. Звучало это как название кабинета психолога. Но оказалось, что это скорее зал разгрузки багажа, в роли которого выступали агенты, рассылаемые по разным направлениям. Периодически негромкий женский голос поднимал с места то одного, то другого, то целые группы.
— Агент Уилсон, вас ожидают у четвертого выхода. Агенты третьего отряда, просьба направиться в зону А-восемнадцать. Группа в Афины отправляется из зоны А-двадцать, просьба переместиться к выходу. Доктор Чжоу, прошу подойти к вашей группе, до отправки в Антарктику осталось пять минут, повторяю, доктор Чжоу…
Ханзо проводил взглядом симпатичную китаянку, торопливо бегущую к группе ученых, приветствующих коллегу добрыми смешками, невольно улыбнулся, потом огляделся, разыскивая своих будущих напарников. Если верить разговору с коммандером, они были лучшими из всех его подчиненных.
Странный парень, косящий под ковбоя из золотого века вестернов, внимание Ханзо привлек сразу же. Он весьма выделялся на фоне других агентов, запакованных в стандартную форму Overwatch, этот долговязый чудак, как раз закончивший смолить сигару к тому моменту, как повернуться к двери. Черные штаны и рубашка цвета хаки разбавлялись красным шейным платком, шляпа мгновенно приковывала взгляд, а револьвер — какой пережиток прошлого — завершал картину.
«Выглядит, как идиот, — слегка неприязненно подумал Ханзо. — Надеюсь, это не обещанное сопровождение».
Судьба решила оскалиться в зловещей ухмылке: ковбой направился прямиком к Ханзо. Разумеется, перепутать того с кем-то еще было затруднительно, особенно, если сопровождению выдали инструкции и приложили фотографию соратника по грядущей миссии. Ханзо такой милости не удостоился, что расположения к американцам не прибавило.
— Джесси МакКри, — ковбой протянул руку, улыбнувшись.
— Шимада Ханзо, — Ханзо поклонился, не сообразив пожать протянутую конечность, потом спохватился, вспомнив о принятом на Западе приветствии, но было уже поздно.
Новый знакомый убрал руку, слегка смущенно хмыкнул.
— А… Ну ладно. Ханзо — это имя, так ведь? Постой…. Шимада?
Ханзо сдержанно кивнул.
— Старший брат Гэнджи, — поторопился прояснить он ситуацию.
— Я не об этом, — Джесси сдвинул на затылок свою ковбойскую шляпу, оглядел его. — Клан Шимада, так ведь? А ты, видимо, его наследник?
Эта прямота странным образом не коробила, так что Ханзо кивнул. Может, этот ковбой не такой уж и ряженый идиот, каким сперва показался. Взгляд у него был цепким и внимательным, осанка выдавала армейскую выучку, а движения были нарочито небрежными. «Посмотрите на меня, я хороший парень, простой и неуклюжий, разве я могу быть опасен?», — спрашивал Джесси всем видом. Наверное, те, кто попался на эту обманчиво простую внешность, потом сильно жалели. Если успевали.
— Ладно, если клан готов тобой рисковать, кто я такой, чтобы им возражать… Тогда перейдем к делу. Я уже представился. Это Жерар Лакруа, мой лучший друг, самое надежное прикрытие моей бедовой задницы. Когда я знаю, что на одной из крыш надо мной сидит мой ангел-хранитель со снайперкой, я становлюсь неудержим в бою. Сегодня он будет спасать нас обоих.
— Очень рад слышать от тебя комплименты, Джес, — грассируя, произнес один из агентов, весьма щегольского вида мужчина, совершенно не напоминающий военного. — Рад знакомству, — добавил он уже в сторону Ханзо.
— Работать придется с нами двумя, — других Джесси явно представлять не собирался.
Впрочем, те агенты никоим образом не выказывали своих чувств, словно они существовали в параллельных реальностях, Джесси, Жерар и Ханзо — и все остальные, погруженные в различные способы убиения времени. Ханзо еще раз осмотрел зал, понял, что все группы так или иначе собрались вместе, не обращая внимания на соседей.
— Значит, насколько я понял, наша задача: ослабить влияние клана Симидзу в этом квадрате? — Джесси покосился в сторону развернутой неподалеку голографической карты.
— Да, — коротко ответил Ханзо. — В обмен клан Шимада…
— Не интересует, — Джесси поднял ладонь, потом добавил, смягчая улыбкой резкость фразы. — Об этом пускай у Рейеса голова болит, у него мозги крепче. Я простой агент, который делает свою работу и не заморачивается всякими делами вроде договоров и союзов.
Ханзо склонил голову, признавая право собеседника ничего не знать о подоплеке миссии. Он и сам рад был бы не иметь никакого представления о том, чего стоило главе клана Шимада заключить это соглашение с тайным подразделением Overwatch, и чем именно придется расплачиваться в случае неудачи.
— Вылет через четверть часа, — Жерар посмотрел на часы. — Джес, встречаемся в транспортнике?
— Как обычно, — кивнул тот. — А вы уже готовы, Ханзо?
— Все с собой, — Ханзо коснулся пальцами футляра с луком. — Но я оставлю оружие в транспорте, сегодня у нас всего лишь деловой ужин.
— И что, это реально… — Джесси пощелкал пальцами, подбирая слова.
— Да, это весьма действенно, — Ханзо наизусть знал все реплики в подобных случаях, слишком часто приходилось их произносить. — И я отлично стреляю.
Джесси засмеялся, показывая слишком ровные и белоснежные для настоящих зубы. Ханзо кольнуло какое-то странное несоответствие этой улыбки и всего облика, но в чем дело, он понять не успел, Джесси коснулся полей своей шляпы и отошел, направившись к боковой двери. Жерар уже успел пропасть.
— Вам что-нибудь принести? — о госте решили позаботиться.
— Воды, будьте любезны, — не отказался Ханзо.
— Обычной воды? — уточнила собеседница.
— Да, — Ханзо вспомнил о том, что нужно улыбаться постоянно, так принято в Америке, — мисс Окстон, — хорошо, что фамилия была написана на форме.
Размышлять о том, что он здесь делает, Ханзо не стал. Если отец приказал отправляться в Америку, заручившись поддержкой могущественной организации правопорядка, и разрушить бизнес семьи Симидзу, решившей усилить свое влияние, значит, нужно выполнять распоряжение. Тем более, что на этот самый Overwatch уже работал Гэнджи.
Как и всегда при мысли о брате сердце сжалось, кольнуло что-то глубоко внутри. Ханзо все никак не мог привыкнуть к тому, что его непоседливый младший братишка в одночасье вынужденно повзрослел. Неудачное покушение на Соджиро Шимада закончилось гибелью его супруги Мидори и превращением в паралитика младшего сына. Overwatch пообещали, что сделают то, чего не удалось сделать лучшим хирургам Японии — поставят Гэнджи на ноги. Цена: пятилетний контракт в качестве полевого оперативника. Пришлось соглашаться. И вот уже четыре с половиной года Гэнджи не показывался в Ханамуре, добросовестно отрабатывая плату за свои новые ноги. Единственный, с кем он общался из своего прошлого, был старший брат. Отец то ли знать не желал младшего сына, то ли не хотел видеть, во что тот превратился, то ли ему до сих пор было больно от того, что он не смог его уберечь. В любом случае, общался с Гэнджи лишь Ханзо.
Когда он впервые увидел на видео брата в полный рост, то никак не мог поверить своим глазам. Он помнил зареванного и перепуганного мальчишку, цепляющегося за него и никак не могущего понять, что случилось, где мама, почему он не может встать и отчего постоянно хочется спать. Помнил бледного и еще не отошедшего от операции подростка, клюющего носом и невнятно говорящего, что с ним все в порядке. Сейчас с экрана смотрел уверенный в себе юноша, улыбавшийся широко и радостно.
— Ну как, — Гэнджи рассмеялся. — Я круто выгляжу?
— Очень круто, — согласился Ханзо, разглядывая металл ножных протезов.
— Через пять лет посостязаемся в скорости?
— Проиграешь, как и всегда, Воробей, — Ханзо заставил себя улыбаться, негоже разрыдаться на ровном месте от горечи понимания, что он брату помочь ничем не мог.
— Посмотрим, — заявил Гэнджи.
Ханзо глубоко вздохнул, про себя усмехнувшись — он впервые оказался так близко к брату за последние пять лет. По крайней мере, теперь их не разделял океан. Правда, Гэнджи, согласно его последнему письму, сейчас пребывал где-то в южных штатах. Но встретиться со старшим братом он обещал непременно, настрого приказав Ханзо не возвращаться домой до того момента, как они смогут обняться. Отцу Ханзо сообщил то же самое: в случае удачного исхода миссии сразу же в Ханамуру он не вернется, он должен увидеться с братом.
Из воспоминаний его вырвала милейшая агент Окстон, принесшая стакан родниковой прохладной воды.
— Вот, держите, мистер…
— Шимада.
Воду Ханзо прикончил в четыре глотка, сразу же почувствовав себя намного лучше.
— Ух ты, знакомая фамилия! Вы ведь родственник Гэнджи? Это так круто!
Поделиться своим мнением о том, что именно круто в появлении второго Шимада, агент Окстон не успела, хотя по лицу видно было: не терпится высказаться.
— Старший брааааат!
Звонкий вопль прервал работу агентов, которые замерли, потом с удвоенной скоростью защелкали по клавишам, залистали свои журналы и уткнулись в телефоны еще глубже, демонстрируя всем своим видом, насколько их не касается все происходящее. Собеседница Ханзо хихикнула и куда-то умчалась с потрясающей воображение скоростью.
Ханзо раскрыл руки, ловя бешеный вихрь по имени Гэнджи.
«Хорошо, что воду выпить успел».
— А ты совсем не изменился! Я так рад, что ты приехал! Я даже задание свернул в рекордные сроки!
Ханзо молчал, только крепко обнимал брата, не в первую очередь, чтобы выдавить из него дыхание вместе со словами, так что вскоре Гэнджи вынужденно умолк и успокоился.
— Значит, вы с Джесси и Жераром отправляетесь на задание, так?
— Все-то ты знаешь.
— Сначала я должен был занять твое место, — Гэнджи неловко усмехнулся. — Но встреча с Симидзу пройдет в ресторане, куда вход таким, как я, запрещен.
Ханзо отстранил его от себя на вытянутых руках, окинул внимательным взглядом. Под белой обтягивающей футболкой виднелись чересчур правильные очертания торса, словно пластиковый манекен запаковали. Взгляд опустился ниже, скользнул по джинсам, остановился на металлических ступнях с идеально проработанными пальцами. Шарнирными.
«А он даже на цыпочки встать может», — слегка отстраненно подумал Ханзо, пытаясь сосредоточить разум на чем-то неважном.
— Ну что ты молчишь? — слегка опасливо спросил Гэнджи.
— Ты все еще круто выглядишь, — неуклюже сказал Ханзо. — Сколько процентов?
— Пятьдесят, — Гэнджи шагнул к нему, обнял, прижимаясь. — Пятьдесят процентов кибернетических имплантов. Под законы об омниках еще не подпадаю, но в приличные места пускать уже перестают.
Ханзо потрепал его по макушке, ничего не сказал. Законы Америки, регулирующие взаимодействие людей и омников, ему были пока что непонятны. В Японии все было гораздо проще: уравнять в правах, дать свободу действий и жестко ограничить в возможностях занимать значимые посты в политике и экономике. И добро пожаловать в мир почти равных возможностей.
— Шимада, — окликнул кого-то из них вернувшийся Джесси, остановился, хмыкнул, сообразив, что теперь придется как-то выделять из братьев того, с кем он общается. — Старший, — добавил он. — Если ты готов, то можем выдвигаться.
— А со мной ты даже поздороваться не хочешь? — Гэнджи повернулся к нему.
— Здравствуй, жестянка, давно не виделись, еще столько бы не встречались, — огрызнулся Джесси.
— Все еще на меня дуется, — трагическим шепотом поведал Гэнджи. — Подумаешь, проморгал какого-то бандита.
— Да он во мне дырку проделал, пока ты медитировал на ящиках, мудак чугунный.
— Не проделал, а попытался. Не в тебе, а в твоей шляпе. Я же вовремя успел его прикончить.
— Еще бы ты не успел!
Ханзо переводил взгляд с одного на другого, про себя ухмыляясь — ссорились эти двое так, что было ясно, что они к этому привыкли. Искры между ними так и проскакивали. Потом Джесси захохотал, обнял шагнувшего к нему Гэнджи, принялся ерошить ему волосы.
— Но вообще-то, я тебя тут увидеть не ожидал. Ты с нами?
— Нет, буду сидеть у окна и тосковать, ожидая, пока вы явитесь обратно. Раз в час буду ронять печальные слезы. Эй, береги моего братца, ясно?
— Ясно.
— Оба друг друга берегите, — сердито сказал Гэнджи. — Я еще даже поболтать не успел обо всем.
Ханзо опять его обнял, позволяя себе выказывать публично свои чувства. Он не виделся с младшим пять лет, можно хотя бы постоять вот так, в обнимку.
— Агент Лакруа, забирайте свою группу и выдвигайтесь к зоне Б-4. Повторяю, группа агента Лакруа — выдвигайтесь в зону Б-4.
Джесси пошагал к двери с литерой «Б», позволяя братьям попрощаться. Ханзо напоследок снова потрепал Гэнджи по волосам.
— И не оборачивайся, — шепотом сказал тот.
Ханзо кивнул: старая примета, если хочешь, чтобы задуманное сбылось — не оборачивайся. Когда Гэнджи увозили из дома, Ханзо до последнего смотрел ему вслед, надеясь, что брат хотя бы рукой махнет на прощание, но напрасно. Гэнджи в его сторону даже головы не повернул. И примета не подвела.
Ханзо последовал за ожидавшим его Джесси, молча дошел до транспорта, в котором уже сидел Жерар с книгой в руках.
— Вылетаем, — коротко сказал тот.
Связь-наушник что-то прощелкала, затем транспорт мелко затрясся, отрываясь от площадки.
— Так, Ханзо, я верно понимаю, что мы мило ужинаем в ресторане, ты неустанно треплешь языком, я делаю вид, что тут случайно оказался, а Жерар морозит яйца на крыше, страхуя нас от непредвиденных обстоятельств? — уточнил Джесси по пути.
— Все верно.
Звучало это в изложении Джесси как-то странно, но возражать Ханзо не стал, его миссия не включала в себя обучение литературному английскому языку всяких навязанных напарников.
— Ты в таком виде и собираешься туда идти? — спохватился Ханзо.
Раз уж тут пошли такие непринужденные разговоры, далекие от делового стиля общения, к чему продолжать быть вежливым.
— А что не так с моим видом? Я причесался…
Ханзо внимательно изучил ковбойскую шляпу на голове собеседника.
— Честно, причесался. И трусы чистые надел.
Ханзо усилием воли приказал себе не реагировать на такие подначки. Наверняка этот Джесси его просто провоцирует на какую-нибудь реакцию вроде смущения. Не дождется. В такие игры можно и вдвоем поиграть.
— А носки?
— Чего? — Джесси казался выбитым из колеи.
— Носки чистые надел?
— Конечно.
— Вот и отлично, — ухмыльнулся Ханзо и покосился на Жерара.
Тот внимательно изучал изящный футляр, украшенный каким-то тиснением. Не знать, что там внутри снайперская винтовка — никогда не заподозришь в этом элегантном мужчине убийцу. Скорей уж, он смахивал на уличного музыканта или художника.
— А что, если там нас уже поджидают неприятности? — Жерар глянул на Джесси.
— Им же хуже, — философски отозвался тот. — Я сам страшнее любых неприятностей.
— Коммандер меня в коридоре отловил, между прочим, грозно посмотрел с недвусмысленным намеком, потом выпустил. Без единого слова понятно, за какие места он меня подвесит на крышу казармы, если я не верну ему его главное сокровище.
— Не выдумывай, — отмахнулся Джесси.
— А потом у выхода меня изволил остановить нежнейший голос нашего дорогого страйк-коммандера, попросившего тебя вернуть. Вот тут-то я и поседел…
Джесси закатил глаза. Жерар похлопал его по плечу.
— Смирись, они никогда не перестанут за тобой присматривать. Особенно если ты еще разок умудришься получить пару лишних отверстий в ноге и боку.
— Облажался Шимада, а крыльями эти две насед… эти два гордых орла Америки хлопают надо мной. Вот где эта самая справедливость, о которой столько вещает дражайший отец?
Ханзо моргнул. Отец? Интересно, как это связаны страйк-коммандер Моррисон, коммандер Рейес и этот ковбой? Неужели он — ошибка молодости кого-то из них? Вряд ли, никакой примеси мексиканской крови нет, да и семейного сходства с Джеком Моррисоном не наблюдается.
— Твой дражайший отец, а мой непосредственный командир вещает, конечно, порой многовато, но в одном он прав: на рожон ты лезешь неустанно. Вот кому ты и что пытаешься доказать, а?
— Может, я стараюсь быть не хуже, чем он?
Этот спор звучал так, словно повторялся раз за разом, все стороны исчерпали аргументы и теперь по сотому кругу твердили их, наизусть заученные. Что ж, теперь Ханзо сумел выцепить то, что так напрягало его в комнате. Улыбка Джесси, чересчур дорогая улыбка для простого полевого агента. Ханзо невольно потрогал языком свои клыки, вспоминая, сколько пришлось выложить за восстановление после неудачной тренировки.
Мальчик из хорошей семьи, значит. Ханзо нюхом чуял какую-то интересную историю, но расспрашивать пока что было не слишком-то прилично.
— Достало, — подытожил Джесси, надвигая на глаза шляпу. — Все, я сплю до самого момента высадки.
Жерар в ответ ничего говорить не стал.
— Извините, — сказал он в сторону Ханзо. — Перед каждой миссией такое. Мальчики так любят играть в войну, не думая о том, что их где-то ждут. И что за них волнуются.
Сейчас, когда яркий свет безжалостно высвечивал лицо Жерара, было ясно, что он не так уж и молод, давно миновав тридцатилетний рубеж, хотя к сорока годам еще не приблизился.
— Я знаю. Мой младший брат…
— Еще один безголовый сорванец. Простите.
— Что случилось? — Ханзо решил выяснить все, пока была такая возможность.
— Эти двое, — кивок в сторону Джесси, — были напарниками на той миссии. И в какой-то момент все пошло кувырком, сбой в разведданных или их собственная небрежность, теперь уже неважно, что случилось, но итогом всего стал взрыв. Мы вытащили их из-под завалов здания, сразу же отправили в операционную. Джесси повезло больше, он стоял достаточно далеко от эпицентра, так что отделался сотрясением того, что ему заменяет мозг, и парой переломов. Гэнджи пришлось в срочном порядке заменять руку протезом.
— Он ничего не сказал.
— Гэнджи просил не сообщать его семье о случившемся до тех пор, пока не будет констатирована смерть. Или пока он не выздоровеет, тогда и говорить ничего не придется. Чтобы вы или оплакали его или ни о чем не узнали.
Ханзо промолчал.
— Это такая работа, — Жерар развел руками. — Мы пытаемся беречь друг друга, но это не всегда получается.
Написать отзыв