Два поцелуя

от Sumya
минифлафф / 13+ слеш
9 сент. 2018 г.
9 сент. 2018 г.
1
2139
 
Все
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
- Поверить не могу. Вольфрам целовался с Йозаком!

Конрад устало закатил глаза. Эту фразу на разные лады Юури-хейка повторял ровно с того момента, как ему, вылезшему из фонтана, в ответ на вопрос, почему его не встречает Вольфрам, сообщили о том, что его жених и Йозак арестованы за государственную измену. Фраза, конечно, каждый раз звучала по-разному: «Поверить не могу - он целовался с Йозаком на балу в Дай-Шимароне», «Поверить не могу - Вольфрам целовался с ним», «Поверить не могу - его арестовали за то, что он целовался с Йозаком» и много прочих вариаций, в которых неизменно присутствовали слова «не могу поверить» и «целовался».

История и правда получилась некрасивая. Йозак шпионил на балу по поручению Гвендаля в неизменном женском платье и при соответствующем антураже. Вольфрам и Гюнтер присутствовали на балу в качестве представителей Шин-Макоку. И все было хорошо ровно до того момента, как Йозака поймали за изучением сверхсекретных бумаг в кабинете короля. Он, конечно же, не стал дожидаться, пока его схватят, и бросился наутек. После нескольких минут петляния по коридорам дай-шимаронского дворца он выскочил на балкон, где и ему встретились Вольфрам и Гюнтер. Прыгать вниз не было никакой возможности, ибо там прогуливалась стража, а бежать еще куда-то, продираясь сквозь толпу в зале, было дохлым номером. Поэтому Йозак приготовился сражаться.

Но когда его преследователь высыпали на балкон, Вольфрам неожиданно для всех (для себя в первую очередь) спас положение, нежно обняв Йозака за талию и прижав к груди. Точнее, это Йозак, подхватив его игру, прижал лицо Вольфрама к свой «груди». Страже Дай-Шимарона было сказано, что девушка - спутница лорда фон Бильфельда и не может иметь никакого отношения к шпионажу. К сожалению, стражи идиотами не были и потребовали доказательств. И тогда Вольфрам поцеловал Йозака в губы у них на глазах, чем вызвал обморок у Гюнтера. Все бы ничего, но эту сцену видел Сарареги-хейка, о чем написал очень подробное, открытое(!) письмо народу Шин-Макоку об измене жениха Мао этому самому Мао.

- Поверить не могу… - начал было снова Юури, но был перебит Конрадом.
- Хейка, мы сейчас не о том говорим. Йозаку и Вольфраму грозит смертная казнь за измену. Гвендаль и Гюнтер не спят уже три ночи, ища лазейки в законодательстве Шин-Макоку, чтобы заменить её на вечное изгнание.
- Стой! Погоди! Какая смертная казнь! Какое еще изгнание???
- Вольфрам - Ваш жених, хейка. То, что он позволил себе поцелуй с другим мужчиной – это измена Вам, как Мао, что приравнивается к государственной измене, а она в свою очередь карается смертной казнью.
- Глупости какие, - возмутился Юури. - Ну поцеловались они разочек, ну странно все это. Поверить не могу - Вольфрам поцеловал Йозака… Э... о чем это я? Ах, да! Никакая это не измена Шин-Макоку. Не нужно никого казнить, тем более Йозака и Вольфрама…
- К сожалению, таковы законы Шин-Макоку, и Ваши подданные ждут, что Вы сурово покараете изменников родины, и не только они...

Дальнейшую часть пути из дворца Истинного Короля до замка Клятвы на Крови они проделали молча, хотя Конраду все же иногда казалось, что король бормотал себе под нос что-то очень похожее на «целоваться» и «поверить».

***


- Сара! Зачем ты это сделал? - воскликнул Юури, когда, спешившись, увидел идущего к нему короля Ше Шимарона с неизменным Бериасом за спиной. - Зачем нужно было писать это письмо?
- Как, Юури? – «искренне» изумился Сара. - Как я мог не сообщить об этом? Ведь тебя предали, подло обманули за твоей спиной! И кто? Твой жених и человек, которого ты зовешь другом. А твой советник, господин фон Крист, прикрывал их адюльтер. После того, что я видел на балу в Дай-Шимароне, я подождал неделю, справедливо полагая, что твои подданые способны уладить ситуацию по всей строгости закона самостоятельно, но когда этого не произошло, я просто был вынужден принять меры. Ты мой друг, Юури, и я не мог смотреть, как из тебя делают посмешище.

Юури тяжело вздохнул. Сара, как всегда, руководствуясь ему одному известными мотивами, сумел повернуть всю ситуацию таким образом, чтобы самому остаться как бы ни при чем, но всех заставить плясать под свою дудку.

- Не нужно было, Сара, - покачал он головой. - Вольфрам и Йозак мои друзья, я всецело им доверяю. Зря ты это сделал.

Он хотел уже пройти мимо Сарареги в замок, но тот вдруг схватил его за руку повыше локтя.

- Господин фон Бильфельд не просто твой друг Юури, он твой жених.
- Да помню я! – воскликнул Мао и почти бегом бросился в замок.

***


- О, Ками-сама, а нельзя просто написать закон, что женихи… и невесты Мао могут целоваться с кем им угодно, и это не будет считаться изменой! – взвыл Юури после того, как они уже полдня прообсуждали, как им быть в сложившейся ситуации.

На обсуждении присутствовали представители десяти благородных родов, точнее, девяти - Адельберта фон Грантца, конечно же, не было - Аниссина-сан, Шери-сама, Конрад и вызванный в спешном порядке Мурата Кен.

- Можно, - ответил Великий Мудрец. - Но такой закон не будет иметь обратной силы, то есть он будет распространяться на все будущие случаи подобного поведения, но Вольфрама и Йозака мы все равно должны будем судить по тому закону, что действовал на момент совершения ими преступления. То есть, ты должен будешь их казнить.
- Но я не хочу казнить Вольфрама… и Йозака тоже не хочу, - спешно исправился Мао после совсем неделикатного покашливания Конрада.
- Я пока не вижу иного выхода, - ответил Мурата. - К сожалению, законодательство в этом отношении очень старое, и предыдущие суженые Мао не совершали подобных глупостей, по крайней мере, публично. Возможно, все дело в воспитании…

И Великий Мудрец укоризненно посмотрел на Шери, которая всхлипнула:

- Бедный мой Вольфи, - и спрятала лицо в руках.
- Неужели нет никакой лазейки? – воскликнул Юури.
- Ну, если один из них признает, что принудил второго к поцелую, то ты можешь казнить изменника, а «жертву» отправить на вечное изгнание в земли людей, - сообщил ему Мурата.
- Я поговорю с Йозаком, - Гвендаль встал и вышел из кабинета.
- Нет, Гвендаль, погоди, так нельзя, - Юури попытался остановить маршала, но Мурата заступил ему дорогу.
- Юури, пойми, так будет лучше, это наш единственный шанс сохранить Вольфраму жизнь и не потерять свое лицо в глазах других стран.
- Я пойду с Гвендалем, - пробормотал Конрад и быстрым шагом покинул кабинет.
- Ну, вот и славненько, что все решилось, - Штоффель откинулся на спинку стула. - Я всегда знал, что мудрость его величества Мао не знает границ. Найти такое великолепное решение…
- Заткнитесь!!! – заорал Юури и выбежал из кабинета.

***

Ночью Юури никак не мог уснуть, он все думал о Йозаке, согласившемся пожертвовать собой ради Вольфрама, и о Вольфраме, отказавшемся принять такую жертву. Как бы Гвендаль и Гюнтер не уговаривали младшего сына 26-ой Мао, как не умоляла его сама Шери, а также Вальторана и Штоффель, последний, правда, чисто ради позерства, Вольфрам твердо стоял на своем - он изменил Мао и должен понести наказание по всей строгости.

Юури была ясна позиция жениха, в конце концов, он сам тоже никогда бы не позволил кому-то пожертвовать жизнью ради него. Но вместе с тем его убивала ситуация, в которой он оказался. Он был беспомощен. Беспомощен простив законов Шин-Макоку, беспомощен против политических моментов, согласно которым если он не покарает изменников, то выставит себя слабым королем в глазах других стран, и это может перечеркнуть все то, чего ему удалось добиться в деле объединения людей и мадзоку.

И еще ему не хватало Вольфрама… Он так привык спать с ним в одной постели во время своих визитов в Шин-Макоку, что теперь не мог заставить лечь себя спать в одиночестве. Грету забрала к себе Шери, Юури не стал спорить, им обеим это было сейчас нужно.

Вольфрам, этот чертов гордец, отказался с ним разговаривать. Просто сказал «Прости, Юури» и «Уходи», и все… И больше ни единого словечка не удалось от него добиться. Что же делать, публичный суд назначен уже на завтра, а Мурата как на зло только разводит руками и ведет пространственные речи о внешней политике Шин-Макоку и устаревшем законодательстве. Что же делать?

***


Новый день наступил отвратительно рано. Суд был назначен на середину дня. Все, кого это дело касалось, выглядели измученным и невыспавшимися… такими же, как и сам 27-ой Мао Шин-Макоку.

- Мурата, тебе удалось что-нибудь придумать? – спросил Юури, едва завидев Мудреца.
- Сожалею, Шибуя, но нет. В этом деле все предельно ясно, и если ты не хочешь, чтобы твои союзники разочаровались в тебе, и как следствие - распад самого союза, тебе придется поступить по закону, - ответил Мурата, но очки его при этом выглядели подозрительно непрозрачными…

***


Суд проходил в тронном зале Шин-Макоку, народу набилось много. Юури, как и полагается королю, сидел на троне, слева от него стояли Конрад с Муратой, справа Гвендаль с Гюнтером. Йозак и Вольфрам стояли напротив трона метрах в пяти от него со связанными руками и не отрывали глаз от пола. Где-то в толпе были Шери, Штоффель, Рейвен, Аниссина, Вальторана и прочие представители благородных семейств. Сарареги и Бериас тоже были там.

«Что же делать? Что же делать?» - это была единственная мысль в голове у Юури, пока Гвендаль проводил допрос свидетелей, в число которых попали Гюнтер и Сара.
«За подобное можно отплатить подобным,» - раздался голос у него в голове.
«Шин-О хейка?» - изумился Юури.
«За подобное можно отплатить подобным, и тогда все квиты. Это был один из немногих законов, которые придумал лично я, уверен, он все еще действует», - отвел Шин-О. - «Не оплошай, Мао».

Именно в этот момент Гвендаль как раз закончил зачитывать обвинение и собирался огласить приговор.

- Подожди, Гвендаль!

Юури встал, положил руку на Моргиф и сошел по ступеням вниз. Подойдя к Йозаку, он громко, чтобы все услышали, спросил:

- Гурриер Йозак, ты признаешь, что целовал моего жениха Вольфрама фон Бильфельда?
- Да, хейка.
- А ты, фон Бильфельд Вольфрам, - Юури даже голову в его сторону не повернул, - признаешь, что целовал Йозака Гурриера?
- Да, Юури, - ответил Вольфрам дрогнувшим голосом и добавил совсем тихо. - Прости.
- Я надеюсь, вы оба раскаиваетесь в содеянном? – строго уточнил Юури.
- Шибуя, - зашипел где-то сзади Мурата, - ты что творишь?
- Да, хейка.
- Да, Юури.
- Что ж, вот мое решение, - Юури изо всех сил старался выглядеть как можно внушительней. - Господин фон Бильфельд оскорбил меня, а за подобное платят подобным.

С этими словами Юури положил руки на плечи Йозаки и, надавив, заставил его опуститься перед ним на колени. Йозак не сопротивлялся, но и не смел поднять на Мао глаз. Но Юури заставил его посмотреть на себя, взяв шпиона одной рукой за подбородок. А потом сам наклонился к нему и в полной тишине поцеловал Йозака в губы. Поцелуй длился от силы секунд десять, потом Мао оторвался от губ шпиона, улыбнулся ему и подмигнул.

Приблизительно в это момент Юури ожидал услышать звук удара тела об пол, ибо вряд ли нервы Гюнтера были способны вынести подобное зрелище. И тихое «Ах!» таки раздалось где-то у него за спиной, но больше ничего. Позволив себе обернуться, Юури увидел, что свалившегося в обморок фон Криста благополучно успел подхватить на руки предусмотрительный Гвендаль и теперь уже выносил его из зала.

- Согласно закону, принятому во времена Истинного Короля, если один мадзоку отомстил другому мадзоку за оскорбление тем же способом, которым это оскорблением было нанесено, то конфликт между ними читается исчерпанным. Мой жених целовался с Йозаком Гурриером в присутствии многих людей, я сделал то же сейчас. Считаю свою честь восстановленной, а ситуацию разрешенной, - с этими словами Юури наконец отпустил подбородок Йозака и пошел обратно к трону. - Развяжите их, - бросил он страже.

Толпа сначала ахнула, потом загудела, а потом начал рассасываться, причем многие были поражены справедливостью и милосердием 27-го Мао и никому в голову не пришло обвинять его в слабости характера или недостатке твердости. Юури смотрел, как люди выходят из зала, и ему даже на секунду показалось, что он увидел улыбку Сары, но, скорее всего, ему это только показалось.

- Шибуя, как ты узнал про этот закон? – Мурата смотрел на него с подозрением.
- Меня больше волнует, почему ты не вспомнил про него? – ответил на вопрос вопросом Юури.
- Ах, хейка, как же вы здорово придумали… - договорить Шери не дали…
- ИЗМЕННИК!!! – заорал Вольфрам. - Ты… ты посмел поцеловать Йозака у меня на глазах!!! Все сущности огня…

По соображениям собственной безопасности Юури не стал дослушивать речь Вольфрама и, схватив Мурату за руку, бросился в сторону двери в поисках ближайшего водоема…

- А ну стой, изменник!!! Не смей от меня убегать! Я все еще твой жених, ты не забыл???

За этой суетой никто не заметил, что господин Конрад Веллер сам лично развязывал дрожащими руками веревки на запястьях Йозака …

***


- Ну и как целуется Мао-хейка, Йозак?
- Приблизительно так же, как и фон Бильфельд, то есть никак, но сколько энтузиазма, доложу я тебе, тайчо…
Написать отзыв