Один день вне стен академии

от Sumya
минифлафф / 18+ слеш
9 сент. 2018 г.
9 сент. 2018 г.
1
8059
 
Все
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
Гюнтер: - И здесь я впервые встретил Конрада. Он был блестящим студентом.
Йозак: - Слышал?
Конрад: - Йозак.
Юури:- А?
Конрад: - Гюнтер был превосходным учителем. Лучшим.



Стояло чудесное летнее утро. Чудесное, потому что дни были чересчур жаркими, и именно утренняя и вечерняя погода были наиболее приятными в это время года. Но в Военной Академии Шин-Макоку красоту и прелесть начинающегося дня вряд ли кто-то замечал. В Академии был просто сумасшедший день, хотя, возможно, сумасшедший дом было бы правильнее. С тех пор, как три недели назад пришло письмо от регента Штоффеля о внеплановой проверке, которую он собирался провести, ректор сходил с ума от ужаса и беспокойства и делал все, чтобы остальные - преподаватели и студенты - света белого не взвидели.
Три недели подряд Академию красили, мыли, высаживали цветы в клумбах, меняли мебель, выбивали ковры, составляли меню для приема высоких чинов, короче, занимались всем, кроме учебы. Один только Гюнтер фон Крист оставался предельно спокоен, он не бегал по Академии с криками, не старался изменить план занятий, чтобы в глазах комиссии выглядеть замечательным преподавателем, он просто вел свои уроки фехтования как обычно.

«Еще бы, - шептали за его спиной завистники, злясь на его спокойствие. - Он же состоит в браке с Гвендалем фон Вальде, старшим сыном Мао, ему в любом случае ничего не будет».

Как же они ошибались. Гюнтер прекрасно знал, что эта проверка была направлена в первую очередь против него. Полгода назад они с Гвендалем создали политический союз посредствам брака. И эта маленькая коалиция между двумя представителями Десяти благородных родов была Штоффелю как кость в горле. Вот регент Мао и решил при помощи проверки в Академии прижать своих политических противников «к ногтю». На самом деле это было глупо, даже если бы результатом проверки явилось увольнение Гюнтера, он бы не слишком расстроился. Да, ему нравилось преподавать – нести новые знания своим ученикам. Но вместе с тем его мучила мысль о том, как будут эти знания применяться. Нет ничего ужаснее войны, а она должна была рано или поздно начаться, политика Штоффеля провоцировала страны людей с каждым годом все сильней. И тогда Гюнтер начнет терять своих учеников… Возможно, если его уволят - это будет даже к лучшему. А унижение он как-нибудь переживет.

Отдельной головной болью ректора стал Конрад Веллер. Юноша был просто неуправляем. В последнее время самоволки участились, и не было никакого способа его остановить. Ни серьезные устные выволочки, ни наказания не могли отучить его уходить из Академии и возвращаться в неё, когда душе угодно. Гюнтера тоже расстраивал этот факт, правда, по другим причинам. Конрад так и не нашел друзей или хотя бы просто товарищей в Академии. Все время держался особняком, вел себя дерзко как с сокурсниками, так и с преподавателями. Он не мог найти свое место не только в учебе, но и в жизни. Судьбе полукровки не позавидуешь, даже если он сын Мао. Во избежание проблем с Конрадом ректор посадил его под домашний арест, заперев в комнате, и приставил к дверям и окнам караул.

***


Гюнтер как раз заканчивал занятие с утренней группой, когда его срочно вызвали к ректору.

- Что, комиссия уже приехала? – изумился Гюнтер, умение рано вставать никогда не было сильной стороной Штоффеля, поэтому поверить в то, что он, поднявшись ни свет ни заря, приехал инспектировать Академию, было практически нереально.

Курсант отрицательно покачал головой и уточнил, что ректор просил господина фон Криста подняться к нему немедленно. Тяжело вздохнув, Гюнтер решил не спорить и направился в главный корпус. Постучав и услышав слова разрешающие войти, фон Крист толкнул дверь.

- Чем я могу быть полезен? – начал он с порога, не здороваясь.
- Веллер опять сбежал! – ответил так же, без особых церемоний, ректор.
- Как? – изумился Гюнтер. - Вы же окружили его со всех сторон. Почти как в клетку посадили.
- Я не окружил, - огрызнулся ректор, - я принял все возможные меры во избежание инцидентов с проблемным курсантом, но их оказалось недостаточно. Поэтому вы, лорд фон Крист, пойдете и найдете его!
- Я? – возмутился Гюнтер. - Нельзя ли поручить это кому-то другому?
- Именно вы, - отмел все возражения ректор, - вы же родственники. Разве не так? Вот и решите эту проблему по-родственному. Боюсь, никому другому поиски сына Мао я все равно поручить не смогу. Поставьте себя на мое место, вы тут самый титулованный преподаватель, а он самый титулованный курсант. Даже не будь вы родственниками, я бы все равно попросил бы именно вас заняться поисками. И постарайтесь успеть до того, как прибудет комиссия. Не хватало еще перед господином регентом опозориться. Идите!

Жестом он дал понять, что аудиенция окончена, а поручение обжалованию не подлежит. Гюнтер хотел возразить, но сумел подавить в себе этот порыв, в конце концов, распоряжения начальства не обсуждаются. В расстроенных чувствах он покинул кабинет ректора.

***


Отношения с Конрадом складывались крайне неудачно. Будучи обиженным на весь мир, юный Веллер никого не подпускал к себе кроме, разве что, одного рыжего парня, тоже полукровки. Казалось, они вдвоем были готовы выступить против всего мира. А по отношению к Гюнтеру у Конрада были свои причины для неприятия. Не считая того, что он никак не соглашался отставить в покое своего самого талантливого ученика, как это сделали другие учителя. Главным камнем преткновения было не это, а свадьба с Гвендалем. Важный политический союз, который Конрад отказался принять.

Гюнтер хорошо помнил, как после их с Гвендалем возращения из Дворца Истинного Короля, Шерри бросилась ему на шею и, поцеловав в губы, воскликнула «Добро пожаловать в семью». Вольфрам тоже поцеловал его, правда, в щеку и пробормотал ту же фразу. А Конрад, которого на несколько дней по просьбе Мао освободили от занятий, посмотрел на молодоженов презрительно, развернулся и пошел в Замок. И от этого стало очень обидно. Ведь юный Веллер очень нравился ему. Вечером фон Крист хотел поговорить со своим студентом, но… Тут Гюнтер покраснел, вспоминая, что было потом. Он остановился, выровнял дыхание и понял, что уже дошел до того места, откуда планировал начать поиски Конрада, а именно - до его комнаты.

Изучив обстановку внутри, проверив на прочность решетки на окнах, установленные после очередного побега Конрада, Гюнтер решил расспросить тех, кто стоял на карауле. Покидая комнату, он с грустью про себя отметил, что за годы обучения Конрад так и не обзавелся соседом, никто не захотел заселиться в одну спальню с полукровкой. И хотя строптивый студент утверждал, что его это более чем устраивает, Гюнтер был уверен, что ему обидно из-за такого пренебрежения со стороны сокурсников.
Расспросы стоявших на карауле тоже вначале не дали результатов, Конрад всю ночь вел себя тихо, утром, когда они открыли дверь, чтобы проводить его на завтрак, его не оказалось в комнате.

- Может, он вечером ушел? – попробовал объяснить ситуацию Гюнтер.
- Нет, - хором возразили часовые и покраснели.
- Так, - максимально строго начал фон Крист, - а ну, рассказывайте.

Видя, что юноши мнутся, он добавил:

- Я ничего не буду говорить ректору, просто мне нужно найти Конрада как можно скорее.
- Мы вечером из его спальни двух девиц выдворили, - наконец признался один из парней.
- Понятия не имеем, как они там очутились, - добавил второй, - но не в нашу смену точно.
- Девиц? – изумился Гюнтер.
- Ну да, - подтвердил часовой, - хорошеньких таких.
- Ага, - согласился его напарник, - рыжая – просто конфетка!
- А мне вторая, скромная, больше понравилась.

Уцепившись за слово «рыжая», Гюнтер начал догадываться о том, что произошло.

- Опишите мне их, пожалуйста, - вежливо попросил он.

Все было гениально и просто, в душе фон Крист даже восхищался изобретательностью того самого рыжего парня, Гонзика, кажется. Поскольку «вылизать» Академию дочиста своими силами не представлялось реальным, ректор нанял женщин из близлежащих деревень и города. Каждое утро они приходили, работали, а вечером уходили домой. Рыжик, видимо, переодевшись одной из них, пробрался сюда и исхитрился проникнуть в комнату Конрада, где помог другу надеть женское платье. Дальше стоило только пошуметь, и стражи сами открыли дверь и выгнали нахалок из комнаты, не потрудившись даже посмотреть, на месте охраняемый или нет. Конрад, по-видимому, прикрывал платком лицо, чтобы не быть узнанным, а часовой принял этот жест за проявление скромности. Вечером, вместе с прочими наемными работницами, Веллер с другом покинули академию. До утра его никто не хватился.

- Скажи, Бернар, куда бы ты поехал, если бы оказался вне стен Академии? - спросил фон Крист.
- Ну, - замялся курсант.
- Я жду ответа, - чуть нахмурился Гюнтер.
- Я бы к девчонке какой-нибудь рванул, - краснея, признался парень. - Такой, чтобы посговорчивей была.
- А ты, Жером?
- Я бы тоже, наверное, - признался тот, - и еще где-нибудь пивка попить.

Что ж, Гюнтер получил всю необходимую информацию о том, куда бы мог отправиться молодой человек, оказавшись «на свободе». Выпивка и женщины, как это предсказуемо в их возрасте, а вот он всегда был озабочен в первую очередь учебой, не удивительно, что в первую брачную ночь он оказался абсолютно не готов к тому, что произошло… Отмахнувшись от смущающих мыслей, Гюнтер сосредоточился на своей главной цели – вернуть Конрада в Академию до приезда комиссии. Десять минут спустя он уже седлал лошадь, чтобы ехать в город.

***


В два часа дня, под палящим летним солнцем, Гюнтер был вынужден признать свое окончательное и полное поражение. Найти двух молодых людей в трех близлежащих деревнях и одном поселении городского типа было ничуть не легче, чем отыскать иголку в стоге сена. Прекрасно понимая, что проверка уже должна была начаться, и найти Конрада удастся вряд ли, Гюнтер решил вернуться, ведь, в конце концов, лучше он встретиться со Штоффелем лицом к лицу, чем позволит тому думать, что он испугался и сбежал.

По дороге обратно в Академию Гюнтер встретил Его. Своего мужа. Будучи погруженным в невеселые мысли, фон Крист даже не сразу заметил всадника, скачущего к нему на встречу. А когда заметил, то не поверил своим глазам.

- Гвендаль? – все еще не до конца веря в реальность происходящего, спросил он.
- Гюнтер, - с достоинством ответил муж.
- Как ты здесь оказался? – продолжил удивляться фон Крист.
- Я, между прочим, вхожу с состав инспекционной комиссии, - почему-то недовольно ответил тот.
- Правда? Я и не знал. Уже в курсе про Конрада?
- Да, - буркнул Гвендаль и нахмурился сильнее обычного. - Дерзкий мальчишка нуждается в хорошем уроке. Я так понимаю, ты его не нашел?
- Нет, они с другом как в воду канули. Но он вернется, он всегда возвращается. Это просто юношеская эскапада.
- Да уж, мне ректор все уши прожужжал об этих эскападах. Об успеваемости и дисциплине тоже. Какой позор! Член королевской семьи, и такое недостойное поведение! – Гвендаль говорил все громче и в конце даже сорвался на крик. Лошадь Гюнтера дернулась, испугавшись, и тому пришлось успокаивать животное, мягко поглаживая по холке. - Ладно, - Гвендаль успокоился и сбавил тон. - Поехали искать этого любителя приключений!
- Я уже искал, - мягко, но вместе с тем уверенно возразил Гюнтер. - Не думаю, что тебе это удастся лучше, чем мне.
- Это лучше, чем вернуться сейчас в Академию, - ответил Гвендаль, глядя мужу в глаза. - Мне очень жаль, но после сегодняшней инспекции ты в любом случае потеряешь свое место преподавателя. Я уже видел подписанный Штоффелем приказ.
- Что ж, - пожал плечами фон Крист, совершенно не удивившись осведомленности мужа, - это было ожидаемо. С чего ты хочешь начать поиски? - сменил он тему, давая понять, что не хочет обсуждать складывающуюся ситуацию.

Гвендаль хотел что-то еще добавить, но запнулся. Помолчал пару секунд и ответил:

- Ты упомянул, что Конрад не один. Знаешь, с кем он может быть?
- У него есть друг, он учится в Военной школе, рыжий такой, не помню, как зовут. Я видел их пару раз вместе…
- Йозак! – перебил его супруг. - Мог бы и сам догадаться!
- Ты его знаешь? – удивился фон Крист.
- Видел пару раз, - неопределенно ответил Гвендаль. - Поехали в школу, может, удастся что-то там выяснить.
- Я бы не хотел, чтобы у этого Йозака были бы потом проблемы из-за нашего визита, - Гюнтер удержал мужа за рукав. Не требовал, не просил, не указывал, просто предупредил и твердо посмотрел в глаза.
Гвендаль нахмурился чуть сильнее, чем обычно, но согласно кивнул.
- Сделаю все, что в моих силах, чтобы не подставлять парня. Показывай дорогу.

Бок о бок они пустились в путь. Ехать было не слишком долго - минут тридцать умеренным галопом. Скорость не давала говорить. И поэтому Гюнтер только изредка поглядывал на скачущего рядом мужа и против воли вспоминал их брачную ночь. В любое другое время он бы нашел способ отвлечь себя от этих мыслей, но не сейчас, не тогда, когда Гвендаль так близко, на расстоянии вытянутой руки.

***


Гюнтер и не думал, что это будет настоящий брак. Это должен был быть просто политический союз, не более того. Но вышло иначе. Все пошло наперекосяк еще с самой помолвки. Она вышла какой-то скомканной и неловкой. Даже несмотря на то, что они оба понимали, что это всего лишь политический союз, чувства было трудно скрывать. Гюнтер давно был влюблен в целеустремленного, молодого мадзоку, Гвендаля фон Вальде. Иногда фон Кристу даже казалось, что он любил его всю свою жизнь. Без надежды на взаимность, разумеется - Гюнтер знал, что предмет его мечтаний предпочитает женщин. Но все же, иногда, очень-очень редко позволял себе пофантазировать о том, как бы у них все могло быть, если бы его чувства были взаимны. Он представлял, как они вместе по вечерам сидят у камина, Гвендаль вяжет, а он сам читает. Их совместные прогулки на лошадях. Как бы они засыпали и просыпались вместе в одной постели, в объятиях друг друга. Правда, о физической стороне брака Гюнтер старался не думать – это было чересчур смущающе. К сожалению, он был не слишком опытен в постельных делах. То есть, женщины, конечно, у него были, но все это было не то, никаких фееричных ощущений, ничего такого, о чем пишут в книгах и поют в любовных балладах. Да, приятно, но не более того.

Брачной ночи не должно было быть. Точнее, она должна была быть самой обычной ночью. По крайней мере, об этом договаривались будущие супруги еще перед помолвкой. Но когда Гвендаль пришел в их общую спальню, стало ясно, что что-то пошло не так. Гюнтер уже переоделся в ночную рубашку довольно смущающего покроя, надо признать - еще бы, ведь это был подарок его свекрови - и сидел у окна, готовя план занятий на будущий семестр.

- Штоффель хочет аннулировать наш брак, - начал Гвендаль без предисловий.
- Что? Как он собирается это сделать, ведь наш союз был освящен в Замке Истинного Короля? – позволил себе усомниться Гюнтер.
- На основании того, что мы его не консуммировали, - тяжело вздохнул новоявленный супруг, садясь на кровать и запуская руки в волосы.
- Как ты узнал об этом? – Гюнтер слегка покраснел при мысли, что именно включает в себя понятие консуммации.
- Когда столько лет подряд противостоишь Штоффелю, волей-неволей учишься играть по его правилам, - Гвендаль принялся расстегивать мундир. - У меня есть несколько шпионов в этом замке. По большей части я могу оперативно получать важную информацию.

Он встал, повесил мундир в шкаф, расстегнул манжеты на рубашке и наконец, посмотрев на мужа, сказал:

- Боюсь, нам все-таки придется это сделать.

Помолчав, он вытащил из кармана штанов небольшую баночку и поставил её на стол.

- Что, вот так сразу? – фон Крист вскочил и принялся расхаживать по комнате, его тайные мечты неожиданно воплощались в жизнь в самом, что ни на есть, кошмаре наяву.
- Нет, - буркнул Гвендаль, продолжая раздеваться и вешать одежду в шкаф. - Я, конечно, могу потратить месяцы на ухаживания, мы узнаем друг друга поближе, влюбимся и, наконец, как венец наших отношений займемся-таки любовью. Вот только тут один тонкий момент: к этому времени мы уже перестанем быть супругами!!!

Гюнтер возмущенно вскинулся на супруга и замер. Обнаженный Гвендаль фон Вальде воистину был замечательным зрелищем, превосходящим любые мечты на эту тему, которые Гюнтер позволял себе. Мощное подтянутое тело с литыми мускулами, стройное, но вместе с тем невероятно мужественное. Такое хотелось запечатлеть в веках, неважно, кистью и красками или изваяв его в камне. Хотя Гвендаль вряд ли согласится позировать…

- Ну, так что, - строго спросил Гвендаль, - мы сделаем это, или дадим Штоффелю шанс все разрушить?

Гюнтер сглотнул. Отказаться - значит поставить все их планы под удар, согласиться – рискуешь выдать себя, а значит, и потерять то, что имеешь - некое подобие дружбы с мадзоку, в которого давно и безнадежно влюблен.

- Я готов, - сказал он чуть дрогнувшим голосом и, сжигая за собой мосты, сдернул с себя рубашку, и отбросил её на ближайший стул.

Гвендал одобрительно кивнул, взял баночку со стола и протянул её мужу.

- Ты или я?
- Я... я… я не знаю, - смутился фон Крист. - Я раньше такого не делал.
- Ты же не хочешь мне сказать, что все еще девственник? – кажется, муж был готов улыбнуться.
- Нет, - Гюнтер покачал головой, - но с мужчиной не был никогда, ни в одном качестве. А ты?
- Я, признаться, тоже как-то раньше предпочитал женщин, – Фон Вальде усмехнулся чему-то своему. - Честно говоря, я думал у тебя есть опыт в такого рода делах.
- С чего ты это взял? - вот теперь Гюнтер разозлился.
- Просто ты пользуешься популярностью у обоих полов, я считал, что этот интерес взаимен, - супруг пожал плечами, даже и не думая извиняться за возмутительное предположение.
- Ты ошибся, - холодно огрызнулся фон Крист.
- Разыграем на монетке, - предложил Гвендаль, когда понял, что муж больше ничего не скажет. - Орел – ты сверху, решка – я.

Гюнтер пожал плечами. После оскорбительного заявления мужа ему уже ничего не хотелось. Легкий трепет предвкушения, возникший в его теле, сошел на нет. Пожалуй, в ту минуту ему было абсолютно все равно, что будет дальше. Подбросили монетку, чтобы все было честно, дали ей упасть на стол. Монетка встала на ребро. Вторая, третья, четвертая и пятая попытки привели к тому же результату.

- Похоже, все же придется решать все самим, - невесело усмехнулся Гюнтер.
- Тогда это будешь ты, - ответил фон Вальде и направился к постели.
- Почему я? – удивился его супруг, откидывая одеяло со своей стороны кровати.
- Ты старше, тебе и карты в руки, – Перед тем, как лечь, Гвендал затушил все свечи в комнате, кроме той, что стояла на каминной полке. Её мягкого света было достаточно, чтобы увидеть очертания тел, но явно не хватало, чтобы рассмотреть выражения лиц.
- Я… - начал Гюнтер, «я не знаю, что делать», - хотел сказать он, но муж не дал ему продолжить, закрыв рот поцелуем.

А целоваться Гвендаль фон Вальде умел мастерски… И Гюнтер «поплыл»… от одного сладчайшего поцелуя к другому. Позволяя желанию захватить себя полностью и с восторгом ощущая ответное желание мужа. Он очнулся только когда оказался лежащим на своем супруге, а тот уже развел ноги и согнул их в коленях.

- Я… - снова попытался притормозить творящееся безумство фон Крист, не доверяя себе.
- Хочешь, чтобы я перевернулся? – пробормотал Гвендаль ему куда-то в область ключиц и, кажется, даже начал двигаться.
- Нет! – остановил его распаленный Гюнтер. - Я хочу целовать тебя.
- Я тоже, - мягко признался фон Вальде.

И они продолжили. Нельзя сказать, что все было волшебно. В конце концов, отсутствие подобного рода опыта сказалось, но им было хорошо. Пускай неловко и даже несколько болезненно, но так тепло, так правильно, и, когда волна удовольствия захлестнула Гюнтера с головой, на задворках сознания мелькнула мысль о том, что это лучшее из того, что он в своей жизни испытывал, а потом стало слишком хорошо, чтобы думать. Уже отдышавшись и приведя себя в порядок, лежа в объятиях мужа, головой на его груди, Гюнтер все ждал, когда же тот скажет что-то из серии "ну вот, теперь никакой Штоффель нашему союзу не страшен", но Гвендаль не сказал. И фон Крист был ему за это благодарен.

***


Военная школа мало походила на Академию. Простенькие деревянные постройки, немного обшарпанные, но в целом очень аккуратные и какие-то незатейливые. Школу окружал невысокий бревенчатый забор, ничего похожего на кованые ограждения элитной Военной Академии. У ворот в маленькой будке стоял часовой. Юный тощий парнишка с мышиного цвета волосами. На полу-просьбу полу-приказ Гвендаля немедленно проводить их к ректору он очень вежливо поклонился и попросил подождать у ворот.

- Что они себе тут позволяют, - принялся бушевать фон Вальде, едва парень отошел на пару шагов.
- Ну же, - попытался утихомирить его супруг, - везде свои правила, не нам их нарушать.

Вскоре часовой вернулся на пост в сопровождении тщедушного на вид старичка.

- Добро пожаловать в Военную школу, - очень вежливо неожиданно молодым голосом поприветствовал их тот. - Моё имя Ирза Крайзен, и я директор данного заведения.
- Гвен… - начал было представляться фон Вальде, но старик прервал его движением руки.

В этот момент некая тень отделилась от стены и бодро отрапортовала:

- Это Гвендаль фон Вальде, старший сын 26-ой Мао и его супруг Гюнтер фон Крист, преподаватель фехтования Военной Академии Шин-Макоку.
- Молодец, Лютер, - похвалил его Ирза, и парень, кивнув, снова исчез в тени забора. - Прошу вас, господа, - продолжил директор, не обращая внимания на вытянувшиеся лица обоих мадзоку.

В кабинете директора обстановка была скромная, не чета обстановке кабинета ректора Академии, но все в нем было уютно и опрятно - от крепкого дубового стола до темно-зеленых плотных штор на окнах.

- Чем я могу быть полезен двум высокопоставленным мадзоку? – спросил господин Крайзен.
- Видите ли… - но Гвендаля опять прервал взмах рукой.

Дверца напольных часов с кукушкой отворилась, оттуда показался уже знакомый мадзоку парень. Высокого роста, довольно нескладный, с крючковатым носом.

- Они ищут Йозака Гурриера, потому что подозревают, что тот помог сбежать из Военной Академии Конраду Веллеру, брату господина фон Вальде.
- И что, это действительно так? – чуть насмешливо приподнял седую бровь Ирза.
- На все сто процентов, - с особой гордостью ответил парень.
- Спасибо, - директор махнул рукой, и тот вернулся обратно в часы.
- Йозак очень талантливый мальчик, - заметил господин Крайзе как бы себе самому. - Мне бы не хотелось, чтобы у него были неприятности.

Гвендаль захлопнул, наконец, рот, а Гюнтер перестал всматриваться в часы, пытаясь понять, каким же образом там мог поместиться человек.

- Нам просто нужно найти Конрада, - максимально мягко произнес фон Крист. - Мы тоже не хотим служить источником неприятностей для господина Гурриера.
- Но шельмеца все же придется наказать, - продолжил беседу с самим собой директор, - чтобы впредь неповадно было подбивать других отлынивать от учебы.
- Именно! – горячо поддержал его Гвендаль под неодобрительным взглядом Гюнтера. - Вы знаете, где их можно найти?
- Лютер? – вместо ответа протянул Ирза.

Из-за занавески вышел тот же молодой человек. Гвендаль протер глаза.

- Они, скорее всего, направились в трактир «Две пчеломишки», это их любимое место, так же они могли остановиться на постоялом дворе «У икающего дракона».
- Но я был и там, и там, - возмутился Гюнтер, - их там нет.
- Все зависит от того, о ком вы спрашивали, - насмешливо ответил директор школы. - Если о двух парнях, то да, их там нет. Ученикам особого класса запрещено покидать здание школы без маскировки. Йозак сейчас отрабатывает навыки переодевания в девицу. Советую вам вернуться и расспросить хозяев еще раз. Думаю, что пышную рыжую красотку довольно трудно не заметить и еще сложнее забыть. Удачи! – Ирза встал, давая понять, что беседа окончена. - Я провожу вас до ворот.

Когда Гвендаль посмотрел на то место, где секунду назад стоял Лютер, того и след простыл, и даже занавески не колыхались.

- Знаете, я всегда считал, что здесь обучают просто воинов, - заметил Гюнтер по пути к воротам, - дают им самый минимум необходимых знаний. Навыки владения мечом, верховую езду, несложные лекарские знания, умение ориентироваться на местности, а тут какие—то странные игры в переодевания.
- По большей части все так, как говорите вы, - согласился директор, - но некоторых особенно талантливых мальчиков, таких, как Лютер и Йозак, я определил в специальный класс и готовлю из них шпионов. Они учатся по иной, расширенной программе, включающей в себя различные навыки, помогающие выжить как на вражеской территории, так и в сложных географических условиях.
- Ясно, - улыбнулся фон Крист и тепло пожал руку слегка удивленному Ирзе. - Спасибо вам большое за помощь.

Гвендаль фон Вальде тоже пожал руку директору. Оседлав лошадей, мадзоку пустились в обратный путь, в город.

- И что ты обо всем этом думаешь? – спросил Ирза в пустоту.
- Я думаю, что лорд фон Крист красавчик! – Лютер свесился с дерева вниз головой.
- Не о том ты думаешь, - директор молниеносным движение, особенно удивительным для его возраста, отвесил молодчику подзатыльник.
- Ау, - не успев увернуться, Лютер свалился вниз. - А о чем надо?
- О том, что лорды и не подозревают об истинных отношениях между Йозаком и Конрадом Веллером, и что произойдет, если они об этом узнают, - чуть нахмурился Ирза. - Хотя, все что не делается, все к лучшему. Пойдем что ли, чаю у меня в кабинете попьем…

Юноша уже исчез в ветвях дерева, но старый шпион не сомневался, что когда он поднимется к себе, его уже будет ждать и горячий чайник, и вкусное угощение. В конце концов, это же его ученик, а кого попало он себе в ученики не брал.

***


В гостиницу «У икающего дракона» они прибыли в четыре часа, когда палящий зной, достигнув своего пика, начал спадать, а солнце мягко, почти незаметно стало клониться в сторону заката. Как бы ни было неаристократично в этом признаваться, но Гюнтер фон Крист вспотел и мечтал если не о полноценной ванне, то хотя бы о тазике с водой и полотенце. У его мужа были те же проблемы. Лошади, тоже порядком уставшие от скачки, нуждались в передышке и питье. На постоялом дворе их никто не встретил. Не было никакого конюха, вышедшего бы к ним помочь с лошадьми. Поэтому Гюнтеру пришлось ждать снаружи и держать коней под уздцы, тогда как Гвендаль пошел внутрь выяснять, не видел ли хозяин Конрада и Йозака. Вернулся он минут через пять, как раз когда Гюнтер укрылся в тени конюшни.

- Они остановились здесь, - бодро начал фон Вальде, беря поводья своей лошади и ведя её на конюшню, - вчера прибыли, сняли комнату, а сегодня ушли в город и еще не возвращались. Я тоже снял нам комнату, сможем подождать их, а также заказал обед у хозяина. Местечко, как я погляжу, вообще популярностью не пользуется. Конюхов здесь отродясь не водилось, так что расседлывать лошадей придется самим. Надеюсь, ты не против? Я могу и сам все сделать.
- Нет–нет, - возразил Гюнтер, - я помогу.

Конюшня была довольно большой, на двадцать стойл, что говорило о том, что все же в гостиницу не так уж и редко заезжали постояльцы и бывали здесь в большом количестве. А может, хозяин при строительстве просто переоценил её привлекательность. Гвендаль и Гюнтер выбрали ближние к выходу стойла, туда все же долетал легкий ветерок, тогда как сам воздух в помещении был тяжел, сперт и насыщен запахом сена. Вдвоем они быстро справились с задачей и уже собирались пойти на постоялый двор, как вдруг расслышали стон. Недоуменно переглянувшись, супруги замерли. Тихий стон повторился. Источник находился где-то в самом конце конюшни. Переглянувшись и положив руки на мечи, мадзоку направились туда, чтобы выяснить, что происходит. Стоны доносились из дальнего угла, в той части помещения запах сена буквально доминировал в воздухе, вытесняя кислород. Приоткрыв дверцу, они увидели…

… Гюнтер вскрикнул, его муж покачнулся, они синхронно отступили назад и покинули конюшню шаг в шаг, пятясь спинами, но, кажется, Конрад и Йозак их даже не заметили… А может, они просто сбежали, не в силах совладать с собой, потому что то, что предстало перед их глазами было слишком…

***


Гюнтер изо всех сил старался не вспоминать,

...так страстно, так эротично, так развратно, так чувственно...

не думать об увиденном,

...запрокинутая голова Йозака на плече у Конрада...

отвлечься,

…пальцы Конрада во рту у Йозака...

взять себя в руки,

...спина к груди, движения тел навстречу друг другу...

изгнать из мыслей,

...рука Конрада на плоти Йозака, ласкает в одном ритме с движением их бедер...

забыть,

...тихие прерывистые стоны-всхлипы Конрада в шею Йозаку...

сосредоточиться на чем-то другом,

...Конрад вынимает пальцы изо рта любовника, поворачивает голову, и они целуются...

не думать об этом.

...надрывное "люблю тебя", еле слышное, на выдохе...

- Гюнтер?
- Ах! - фон Крист вынырнул из омута воспоминаний и покраснел под внимательным взглядом мужа. - Прости, я задумался, - смущенно пробормотал он.
- Да-да, - выдохнул Гвендаль, нахмурился и отодвинулся. - Ужасно неловкая ситуация. Сожалею, что ты стал свидетелем этой сцены.

"А я нет", - мысленно возразил мужу Гюнтер, но вслух сказал нечто иное:

- Ты знал, что Конрад?.. – Гюнтер не осмелился задать свой вопрос до конца и сделал большой глоток вина из бокала, стоящего перед ним.

Час назад, вылетев из конюшен и отдышавшись, они все же пошли в гостиницу, не осмелившись вернуться и прервать молодых людей. По взаимному согласию было принято решение подождать их возвращения внутри. Поочередно они поднимались в снятую Гвендалем комнату, чтобы освежиться. В глаза друг другу старались не смотреть.

- Да, знал, - с тяжелым вздохом признался Гвендаль. - Они с Йозаком друзья с детства. Когда именно они стали любовниками, я не знаю. Но Конрад никогда и ни от кого не скрывает их отношений. То, что ты еще не в курсе – это случайность. Клянусь, я уже и не помню того времени, когда бы видел брата без этого рыжего парня, маячащего у него за спиной.
- Понятно, - кивнул Гюнтер, хотя что тут было понятного? У Конрада продолжительная любовная связь с другим полукровкой. Если об этом станет известно, проблем не оберешься. Ведь Веллер, как ни крути, сын Мао. – А Мао Шери в курсе?
- Да, - Гвендаль еще сильнее нахмурился. - Она просто в восторге от Йозака.
- А Штоффель?
- А он в бешенстве, - зло усмехнулся фон Вальде. - Он это рыжего на дух не переносит!
- Как ты думаешь, долго нам еще их ждать? – Гюнтер покраснел и уставился глазами в стол.
- Не знаю, но если через полчаса не явятся, я сам пойду туда и притащу их! – буркнул Гвендаль и приложился к своему кубку.

Несмотря на то, что фон Вальде заказал им обоим полноценный обед, ко всему изобилию, стоящему на столе и смотрящемуся вполне аппетитно, они не притронулись, только пили вино на голодный желудок. Изредка вздыхали, думая каждый о чем-то своем, и прятали друг от друга глаза. Гюнтер никак не мог забыть увиденное им.

...капли влаги на телах юношей, слипшиеся волосы, прикрытые глаза, запах пота, запах страсти...

Не думать об этом. Никогда прежде близость, тем более, близость между двумя мужчинами, не казалась ему красивой. А тут нет, это было не просто слияние тел, это было и слияние душ, идеальное выражение чувств.

...так страстно, так эротично, так развратно, так чувственно...

Не думать об этом.

...Йозак у Конрада на коленях, спиной к нему. Обнаженные, в отсветах солнечных лучей, льющихся из небольшого окошечка почти под потолком. Юные, прекрасные...

Не думать об этом.

...золотистые блики на телах...

Похоже, он просто не может не думать об этом.

***


Через полчаса молодые люди так и не появились в гостинице, как и через сорок минут, как и через час. Понимая, что дольше ждать смысла не имеет, Гвендаль встал и, заплатив за так и не съеденный обед, пошел на конюшню. Гюнтер пошел вместе с ним. Почему? Он и сам не мог себе объяснить. Возможно, хотел еще раз хотя бы глазком увидеть ту идеальную красоту любви, о которой до сегодняшнего дня он и не знал.

В конюшне никого не оказалось. О том, что там кто-то был, можно было только догадываться по одинокой белой подвязке, отделанной кружевом, которую Гвендаль нашел в дальнем углу. Когда он наклонялся её поднять, Гюнтер заметил, как что-то блестящее выскользнуло из кармана мужа и упало на сено. Подобрав выпавший предмет, фон Крист осознал, что эта та самая баночка смазки, знакомая ему по первой брачной ночи. Точнее, скорее, это её собрат, потому что ту он, на нервной почве, опустошил почти полностью, перемазав и мужа, и себя как в нужных, так и в ненужных местах. «Зачем она Гвендалю? Неужели у него кто-то появился?» - от этой мысли стало больно. Точнее, сначала он подумал, что это для него… для них. Но долго пребывать во власти иллюзий невозможно. А значит, нужно признать, что у Гвендаля появился кто-то. Кто-то особенный… Но не он. И это было больно.

- Гюнтер, - муж оглянулся и недоуменно замер, - пойдем, нам надо отыскать этих бездельников.
- Вот, - фон Крист протянул свою находку, - ты обронил…

Несколько секунд фон Вальде молчал, глядя на злополучную баночку на ладони супруга, а потом поднял глаза и:

- Прости…

Гюнтер даже не сразу осознал, что произошло. Вот он твердо стоит на ногах, а через мгновение уже лежит на спине, на полу, точнее, на покрывающем его сене, а его муж с яростью и остервенением срывает с них обоих одежду, периодически повторяя между поцелуями все то же «прости». Придти в себя в таких условиях оказалось очень непросто. Фон Крист взял себя в руки только в тот момент, когда муж начал настойчиво раздвигать ему ноги и неловкими движениями смазывать его.

- Подожди! – он уперся Гвендалю в грудь.
- Ты хочешь быть сверху? – немного разочаровано уточнил тот. В том, что муж в принципе хочет продолжения, сомнений не было, более чем очевидное доказательство упиралось ему в бедро.
- Я хочу как они, - смущенно пробормотал Гюнтер.

Гвендаль удивленно моргнул, потом потянулся назад, усевшись на пятки и усадил супруга себе на колени.

- Но лицом к лицу, - предупредил он, - я хочу тебя целовать.
- Я тоже, - улыбнулся Гюнтер.

И стало так хорошо, так правильно, так красиво… А потом они лежали, обнаженные, и просто обнимались.

- Прости, - в сотый раз за последние полчаса сказал Гвендаль.
- Я могу узнать, наконец, за что ты все время извиняешься? – не поднимая головы с его плеча, чуть насмешливо уточнил его муж.
- Завалил тебя на сено как какую-то простолюдинку. Мне очень жаль, я просто не смог удержаться, – в голосе фон Вальде звучала истинная мука, он явно раскаивался в своем поведении.

У Гюнтера почему-то от этих слов потеплело на душе…

- Мне все понравилось, - прошептал он еле слышно. - Знаешь, я не против экспериментов…

Гвендаль замер, хотел что-то ответить, но вдруг совсем рядом раздался голос Конрада:

- Йозак, я не понимаю, как можно было забыть одеть подвязку? Без неё же чулок сползает.
- Это ты во всем виноват, – ответили ему высоким голосом. - Отвлекал бедную девушку поцелуями, вот она и растерялась. Ах, какой позор, я вышла на улицу в сползшем чулке…

Единственное, что успел сделать Гвендаль до того, как в стойло вошли незваные посетители, это накинуть на них с Гюнтером свой мундир. Немая сцена длилась не менее трех минут. Первым нарушил молчание Йозак.

- А я погляжу, это стойло пользуется завидной популярностью у населения… Лорд фон Вальде, приятно снова увидеться, - добавил он и сделал шутливый реверанс. - Не представите меня своей даме?
- Это Гюнтер фон Крист - муж моего брата, - ответил вместо Гвендаля Конрад.
- У-ля-ля, а ты разве не говорил, что их брак – фальшивка? – вполне искренне изумился Йозак.
- Может быть, вы все-таки выйдете и дадите нам одеться? – грубо прервал их обмен взглядами старший из братьев. - Только не вздумайте сбежать.
- Мы подождем вас в обеденном зале, - заверил его рыжий парень и, подхватив Конрада под руку, потащил его прочь.

***


Одевались они быстро и молча, периодически прерываясь и вытаскивая друг у друга из волос солому. Не желая повторять ошибки предыдущей пары и проверив несколько раз, все ли они надели, супруги покинули, наконец, гостеприимное стойло. В дверях конюшни Гвендаль задержал мужа и долго, нежно целовал его, а Гюнтер отвечал пылко и страстно.

- Нам надо поговорить, - сказал фон Вальде, нацеловавшись всласть.
- Ммм? – покачнулся Гюнтер и потянулся за следующим поцелуем.
- Нам надо поговорить, - усмехнувшись, повторил Гвендаль, - но не здесь и не сейчас.
- Хорошо, - согласился фон Крист, придя, наконец, в себя – воистину, поцелуи мужа оказывали на него дурманящее воздействие.

В помещении, в котором им уже довелось обедать, и которое Йозак в шутку назвал обеденным залом, никого, кроме Конрада и его возлюбленного, не было. Они пили что-то подозрительно похожее на эль или пиво из больших глиняных кружек с массивными ручками. Гвендаль и Гюнтер сели за их стол.

- Мы и вам заказали, - жизнерадостно сказал Йозак, пододвигая еще две кружки к вновь прибывшим.
- Кажется, это твое, - Гвендаль положил на стол подвязку.
- Спасибо, - улыбнулся во весь рот рыжий нахал и, безо всякого стеснения поставив правую ногу на лавку и задрав юбку, принялся прилаживать найденный предмет одежды на его законное место.
- Как ты мог сбежать? – начал Гвендаль не слишком громким, но злым голосом. – Ты что, не понимаешь, что все только и ждут твоей промашки, чтобы накинуться на мать с дополнительными обвинениями за связь с человеком?
- А тебе-то какое дело до этого? – огрызнулся Конрад ему в тон. - Не ты ли первый стоишь в списке тех, кто ненавидел моего отца? Или нет, вы со Штоффелем делите это место между собой!

Возникла пауза. Гвендаль переваривал то, что сказал ему брат, а точнее, то, что осталось невысказанным.

- Ты поэтому сбежал? – решил продолжить расспросы вместо мужа Гюнтер. - Чтобы не встречаться со Штоффелем?

Конрад как-то неловко пожал плечами. Было видно, что он недоволен тем, что невольно выдал свои тайные мысли.

- Из-за этого, - подтвердил посерьезневший Йозак. - Этот тип изводит его каждый раз, когда оказывается рядом.
- Йозак! – зашипел на него возлюбленный.
- А что? – ответил тот, глядя Конраду в глаза. - Сам ты никогда не расскажешь. А я не знаю, как защитить тебя от него без чьей-то помощи.
- Я не нуждаюсь ни в чьей защите, - Конрад вскочил и собирался рвануть куда-то, но Гвендаль остановил его, удержав за рукав.
- Почему ты мне не рассказывал? – спросил он, глядя снизу вверх на брата. Тот фыркнул и отвернулся.
- Потому, Вашество, что вы не слишком-то жалуете Дин Хири Веллера, а он не хотел лишний раз проверять на прочность ваши и без того хлипкие отношения, - снова влез Йозак.

Гвендаль тяжело вздохнул, лоб прорезали морщины.

- Я твой брат, Конрад, и чтобы не случилось, я хочу всегда быть рядом с тобой, помогать и поддерживать. Если бы ты сразу рассказал мне о поведении Штоффеля, я бы нашел способ защитить тебя. – фон Вальде взглянул на мужа. - Мы бы нашли.
- Я не нуждаюсь ни в чьей защите, - упрямо повторил Конрад, правда, в этот раз его голос звучал гораздо менее убежденно.
- Конрад, - снова вступил в разговор Гюнтер, - так нельзя. Вы же семья. Неужели бы ты не заступился за Вольфрама, если бы посчитал, что ему нужна твоя помощь.
- Вольфрам еще ребенок, - огрызнулся Веллер.
- И сколько лет должно пройти, чтобы ты перестал считать его таким? Десять, двадцать, сорок?

Конрад нахмурился, пытаясь подобрать ответ, но, кажется, Гюнтеру удалось найти правильные слова, потому что Веллер сел на место.

- Пора возвращаться, - заметил Гвендаль.

Его брат просто молча кивнул. Они оставили деньги на столе и вышли наружу. Вечерело. Жара спадала. И пока Гвендаль, озаботившись покупкой еще двух лошадей для юношей, ушел за ними с Конрадом, Гюнтер позволил себе посидеть рядом с Йозаком Гурриером на перилах крыльца. Рыжий полукровка оказался очень приятным собеседником. Его чувство юмора было специфическим, но вместе с тем он был добрым, в чем-то даже милым парнем и так забавно изображал из себя разбитную красотку, что фон Кристу только и оставалось, что посмеиваться над его замечаниями. И все бы было хорошо, если бы на постоялый двор в этот момент не вошла группа молодых мадзоку. Двигались они вполне целенаправленно.

- Я же говорил, что это красотка сюда зашла! – радостно воскликнул один из них, пальцем указывая на Йозака. - Я за ними проследил! И этот нахальный только что свалил!!!
- Ну, здравствуй, деточка, - расплылся в хищной улыбке тот, кого Гюнтер мысленно назвал главарем. - Что, ушел твой ухажер? Уже, небось, не такая храбрая, как днем на площади?
- Твои знакомые? - спокойно уточнил Гюнтер у подобравшегося Йозака.
- Можно и так сказать, - ответил тот, не сводя глаз с приближающейся компании. - Этот тип заметил, что у меня чулок сполз, и стал ко мне приставать со своими дружками, а Конрад им по шеям накостылял. Видимо, за добавкой вернулись!

Последнюю фразу он произнес нарочито громко, имитируя женский голос. Видимо, он имел своей целью разозлить молодых людей, чтобы лишить их самообладания. Уловка подействовала - яростно заскрежетав зубами, молодчики кинулись к ним. Гюнтер уже приготовился достать меч, как вдруг перед его глазами возникла спина мужа.

Через две минуты все было кончено. Фон Вальде раскидал своих противников по сторонам, не позволив никому из спутников вступить в бой. Вид у него был пугающий. Глаза блестели по-злому. Гюнтер даже невольно поежился. Йозак и вернувшийся вместе с братом Конрад над чем-то громко смеялись, буквально ухохатываясь и чуть ли не падая наземь. Что в данной ситуации было такого смешного, Гюнтер так и не смог понять.

- Что, брат, собственнические инстинкты взыграли? – утирая слезы, уточнил Конрад, когда Гвендаль закончил связывать неудачливых ухажеров Йозака.

Вместо ответа фон Вальде зарычал на него. Гюнтер решительно отказывался понимать, что происходит. После всех перипетий, связанных со сдачей хулиганов с рук на руки местному шерифу, возвращаться в Академию пришлось в полной темноте. Йозак, ехавший чуть впереди вместе с Конрадом, напевал популярную забавную песенку про девушку, которая никак не могла выбрать между двумя ухажерами, а в результате они бросали её ради друг друга.

- Интересно, - задумчиво произнес Гюнтер, конкретно не обращаясь ни к кому, скорее высказывая мысли вслух, - а Вольфрам тоже?..
- Что "тоже"? - не понял Гвендаль.
- Конечно, тоже! – обернулся к ним Йозак. - С такой тягой к мужчинам, как у их матери, нет ни единого шанса, что юный фон Бильфельд будет предпочитать женский пол.
- Йозак! – прозвучало довольно осуждающе.
- Ах! – Гюнтер мечтательно прикрыл глаза. - Когда-нибудь он встретит какого-нибудь сококу и будет с ним счастлив.
- Так уж и сококу, - фыркнул Гвендаль.
- Да-да, я абсолютно уверен, что рано или поздно какой-нибудь прекрасный черноокий юноша падет к ногам твоего брата! – чересчур пылко принялся отстаивать свою точку зрения Гюнтер.

Братья чуть заметно улыбнулись, мысленно соглашаясь с фон Кристом.

- Учитывая «замечательный» характер Вольфрама, - хихикнул Йозак, - сококу, вполне возможно, упадет к его ногам благодаря существенной «помощи» с его стороны, в виде пинка, например.
- Йозак! – это уже было сказано хором.
- А я что? А я ничего, - отмахнулся ото всех рыжий нахал и продолжил петь.

***


Гюнтер надеялся, что они приедут, уже когда комиссия покинет Академию. Но ему не повезло. Их маленькая компания подъехала к воротам именно в тот момент, когда Штоффель и Сессилия собирались садиться в карету. Приготовившись пережить несколько минут унижения, фон Крист спрыгнул с лошади и, поклонившись, поприветствовал Мао и регента.

- А вот и вы, - начал было Штоффель, но был перебил радостным криком Шери.
- Конрад! – Мао, наплевав на любые условности, кинулась на шею сыну.
- Мама, - чуть осуждающе пробормотал Конрад.
- Так вот, - продолжил Штоффель, выглядевший при этом на редкость самодовольно. - Фон Крист, сообщаю вам, что вы сняты с должности преподавателя Военной Академии в связи со служебным несоответствием!
- Какая глупость! – тут же ответила Мао.
- Но, Шери, - растерялся её брат, - результаты проверки показали…
- Глупость! – воскликнула Шери. - Пока я королева этих земель, положение мужа моего сына в этой Академии незыблемо. Если он, конечно, сам не захочет её покинуть. А он не хочет!

Гюнтер понял, что его мнения никто не спрашивает, поэтому согласно кивнул.

- Но я уже подписал бумагу, - принялся доказывать свою правоту регент.
- А я сказала «нет»! – волосы на голове у Шери зашевелились, не суля её брату ничего хорошего.
- Я все понял, - в подтверждение своих слов Штоффель даже руки поднял. - Фон Крист останется на своей должности. Только не злись!

Но Мао было уже не до него, она вовсю расхваливала наряд какой-то огромной рыжей девицы, почему-то называя её Йозаком. Штоффель выдохнул с облегчением и, злобно стрельнув глазами в сторону Гвендаля и Гюнтера, сел в карету.

- Мао Сесилия, - начал фон Крист, - я очень благодарен вам за помощь, но все же не стоило ставить под удар свою репутацию из-за меня.
- О чем ты говоришь? – изумилась Шери. – Меня и так все считают вздорной сумасбродкой. Так почему бы не воспользоваться этим и не помочь кому-то из тех, кто мне действительно дорог. Ведь, в конце концов, родственные связи на то и родственные, чтобы предпочитать свою семью всем остальным.

Потом она перецеловала всех «мальчиков», села в карету к Штоффелю и уехала, оставив фон Криста раздумывать над своими словами.

- Мне тоже пора, - с неохотой признал Гвендаль. - Давай, Йозак, садись на лошадь. Я тебя провожу до школы.
- Думаете, сам я заблужусь или сбегу по дороге? – хихикнул Йозак.
- Думаю, что в темноте кто-то и впрямь может принять тебя за девушку, - огрызнулся Гвендаль, - а мой младший брат потом будет по тебе страдать.

Аргументация оказалось железной. Конрад и Йозак нежно попрощались, благо, из провожавших комиссию во дворе уже никого не осталось, и рыжий бесенок лихо вскочил в седло. Гвендаль тоже очень нежно и почти целомудренно поцеловал супруга в губы и напомнил:

- Нам надо поговорить. Я приеду на неделе.
- Я буду ждать, - чуть смущенно сообщал ему муж.

Гвендаль с достоинством сел на свою лошадь, демонстрируя прекрасную выправку. И они с Йозаком пустились в дорогу, а Гюнтер махал им в след.

***


Во дворе остались только Конрад с Гюнтером. Звездная ночь и яркая луна над ними делали двор почти волшебным. Последний раз, взмахнув рукой, Гюнтер повернулся, намереваясь идти к себе, но оказался лицом к лицу с Конрадом. Молодой полукровка положил руки на плечи своему преподавателю и, притянув его к себе, очень нежно поцеловал в губы.

- Добро пожаловать в семью, - усмехнулся он, оторвавшись. - Мне очень жаль, что я тогда повел себя столь недружелюбно, - добавил Конрад, отпуская Гюнтера и отступая на шаг. - Мне просто показалось, что вы с братом заключили свой союз исключительно из политических соображений. И думать об этом было противно. Признаю, я был не прав. Примите мои извинения, лорд фон Крист.

Гюнтер покраснел, провел рукой по губам.

- А почему ты сейчас так не считаешь? - стараясь скрыть свою заинтересованность, спросил он.
- Ну, - протянул Конрад, хитро улыбаясь, - если бы мне не хватило того, что мы с Йозаком увидели на конюшне, то поверьте, драка с разбойниками убедила бы меня окончательно. Подумать только! Гвендаль задвинул лучшего мечника Шин-Макоку себе за спину в попытке защитить его! Если это не величайшее доказательство любви, то я в ней ничего не понимаю. Мы чуть со смеху не умерли, когда увидели это, даже сражаться нормально не могли. У вас был такой изумленный вид.

Конрад расхохотался, вспоминая инцидент на постоялом дворе.

- Наверное, он просто забыл о том, что я хорошо владею мечом, - ответил Гюнтер.
- Вот именно, - Конрад дотронулся до плеча преподавателя. - Мой рациональный брат забылся. При одной мысли, что с вами может что-то случиться, весь налет цивилизованного и рассудительно мадзоку слетел с него, как будто его и не было никогда, он в одиночку раскидал всех противников, лишь бы никто до вас не дотронулся. Это любовь.
- Я тоже люблю его, - Гюнтер говорил такое вслух впервые.
- Я знаю, мне очень жаль, что я этого не понял сразу, - повинился Конрад.
- Не вини себя, - улыбнулся Гюнтер. - Мы сами тоже не до конца разобрались в своих чувствах…

Пару минут они помолчали, думая каждый о своем.

- Ладно, пора ложиться, завтра рано вставать. Жду тебя на своих занятиях с утра, и не думай, что позволю отсиживаться в стороне как обычно. Лично займусь совершенствованием твоих навыков. И мне наплевать, что все кругом будут говорить, что это потому что мы родственники.

Ученик согласно кивнул, кажется, эта мысль пришлась ему по душе.

- Знаете, лорд фон Крист, я никогда не думал, что Гвендаль может быть таким, - Конрад подмигнул преподавателю и пошел в сторону казарм, насвистывая ту самую смешную песенку Йозака.
- Я тоже, - Гюнтер фон Крист запрокинул голову и улыбнулся звездному небу, - я тоже...
Написать отзыв