Теплый вечер

от Scissor
миниомегаверс, хeрт/комфорт / 13+ слеш
4 нояб. 2018 г.
4 нояб. 2018 г.
1
1322
 
Все
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
— Почему так поздно? — альфа недовольно хмурит брови, выбираясь из мастерской, едва услышав хлопок входной двери. Только что вернулся его супруг. Они перебрались в эту квартиру совсем недавно. Уже успели все обустроить: спальню, детскую и небольшой художественный кабинет, где альфа мог спокойно выполнять заказы на свои картины. Рисование… Оно-то и свело их вместе. В их любимом парке, в котором так часто гуляли с момента первой встречи и всегда со смехом вспоминали ту ситуацию.

— Гулял с Оли, — тут же отозвался светлый омега, ловя неустающего сынишку и усаживая его на пуфик, ведь тут намного легче снимать ботиночки. — Ты же знаешь, как он любит бегать по лужам, а совсем недавно был дождь. Плюс, не мешал бы рисовать заказ. — Немо подхватил мальчика на руки и поцеловал в щечку, крепко прижимая его к себе. — Видел бы ты, что этот негодник творит на улице. Даже не знаю от кого это у него, — Немо лукаво взглянул на супруга, тихо посмеиваясь. Он помнил очень мало рассказов о детстве альфы, но все же. Маленький омега тут же завозился и зацепился за папины волосы, вызвав недовольное, но ничего не предвещающие ворчание. Оливер внимательно поглядел на короткие вьющиеся волосы и зарылся в них носом, тихо бурча что-то. А после выпрямился и чуть откинулся назад, держась за отцовские плечи и задумчиво высунув язык и сжав его губками.

─ Оли, прекрати. Мне же больно. ─ недовольно фыркнул на сына Немо, уже и не ругая за кривляние. Это ведь бесполезно… А младший омега лишь недовольно поджал губы и выпрямился, не расслабляя цепкие пальчики, но уже и не оттягивая папины вихры настолько сильно.

—Извини. — уныло пролепетал мальчишка и поежился, чувствуя, как его отцепляют и опускают на пол сильные руки папы-альфы. Он недовольно посмотрел на отца, выпятив губки. Оливер взглянул сначала на одного родителя, потом на другого. Маленький мальчишка не сильно вдавался в подробности того, о чем говорили взрослые. Такое происходило почти каждый вечер.

— Раньше ты так не возвращался. — он устало улыбнулся, потрепав сына по волосам, что в точности копировали папины вихры. — Даже обидно становится, — альфа добродушно усмехнулся. Он осознавал, что постоянно сидеть дома тоже не дело, особенно для Немо, который совсем-совсем недавно прочувствовал жизнь на всю.

— Я раньше и не мог. Но теперь все изменилось. Все изменил ты. — Немо засмеялся и выпустил сынишку. Он уже начал вырываться. Видимо, вспомнил про запрятанную в кухне шоколадку. — Эй, малыш… А ну-ка прекрати… — Немо нахмурился и побрел за сыном, на ходу сдувая светлую челку с глаз. Он все никак не отвыкнет от нее. От младшего омеги послышалось недовольное бурчание про то, что папа обещал, вернее «проиграл» мальчишке шоколад.

— Ладно, понял, не вспоминаем. — в след бросил альфа, возвращаясь в мастерскую, последние слова донеслись уже из-за закрытой двери. — Я пока займусь картиной, а ты отдыхай. Уже через два дня крайний срок сдачи.

— Опять ты сидишь за ними, неделями не вылезая. — он по-доброму засмеялся, вспоминая о том, как ждал неделями альфу в темноте, а после тот возвращался и дарил букеты, заставляя щеки омеги покрываться румянцем. Хоть он и не знал, как выглядит букет, но было через чур тепло и приятно. Теперь вместо пахучих бутонов на обеденном столе на стене над ним висела картина этих же цветов. Очень старая, немного нелепая… Но нарисованная ими двумя лет пять назад. Немо и не думал, что у него выйдет так хорошо. Да он вообще не думал, что хоть когда-то… нарисует алые бутоны.

***


Схватив шоколадку, Оливер забрался на подоконник и уселся там, подвернув ноги под себя. Ему жутко нравилось кушать на подоконнике, на который отец его чаще всего не пускал. Но вот папа совсем другое дело! Немо перебрался за его спину, мягко прижимая сына к своей груди и откидываясь на прохладное стекло окна. По спине тут же прошлись приятные мурашки.

—Только не всё, а то завтра будешь хныкать, что сладость закончилась и просить другую. — Немо отломил кусочек шоколадки, медленно смакуя его, машинально облизнувшись. — Я же тебя, как облупленного знаю. Сколько раз ты такое проворачивал, м?

—А вот и нет. Даже если я съем все сейчас, завтра плакать не буду. — словно взрослый, проговорил маленький омега и бросил короткий взгляд на картину, откладывая шоколадку в сторону. — Расскажи. — требовательно попросил он, переводя тему в более приятную. — П-пожалу-уйста. — тихо-тихо прибавил Оливер и уткнулся лбом в свои коленки, чувствуя, как щеки стыдливо загорелись.

— Ты ведь знаешь эту историю. — напомнил ему блондин, оглядывая картину и утыкаясь лицом в затылок сына. — Или ты просто оттягиваешь время, чтобы не ложиться вовремя? — он усмехнулся, поцеловав светленькую макушку.

— А об этом? — мальчик, игнорируя замечание, ткнул в стоящую рядом фоторамку с фотографией своих родителей. Ее когда-то давно Джон выложил в социальную сеть, а через какое-то время она оказалась распечатанной и стоящей на подоконнике. Немо с той поры несильно изменился: взгляд стал более живым, перестал быть затуманенным.

— Ох ну… Это наше первое фото, еще в том доме, где я жил раньше. В моей комнате. — уточнил он, проводя пальцам по рамке, вытирая с нее небольшой слой пыли. — Та ситуация вообще была довольно забавной, не учитывая, что твой отец пришел ко мне жутко голодным и уставшим, очень долго рисовал одну картину… — только начал Немо, как услышал смешок со стороны двери. — А вот он и сам. — старший омега качнул головой и поднял взгляд на альфу.

— Вы все еще не спите? — Джон прошел вперед и, выдернув сына из объятий супруга, усадил его на стул поблизости. Олив поджал губы и, приподнявшись, стащил недоеденное лакомство. Он стал спешно отламывать кусочки и пихать их в рот. Мальчик, слушая старших, набивал шоколад за щеки, делаясь похожим на хомячка. Он и правда хотел оттянуть время и не ложиться подольше. Но его плану не суждено было сбыться. Немо, поцеловав альфу в щеку, спрыгнул с подоконника и подхватил сына на руки.

— Ну все, малыш, пошли скорее в кровать. Завтра у нас еще сложный и важный день. — Олив быстро спрятал остатки шоколада в карман штанишек и помахал отцу рукой, вызвав легкую улыбку. Мальчик завозился и поджал губы, когда услышал о важности завтрашнего дня. Ему совсем не хотелось куда-либо ехать или идти. Он хотел побыть дома или же, на худой конец, пойти погулять. Усиленно вырываясь, Оливер практически повис на руках своего папы. За что слабо получил по лбу и оказался стоящим на полу. До детской комнаты его уже довели, держа за руку.

─ Спокойной ночи, Оли. ─ Немо уложил мальчика и укрыл плотным одеялом. ─ Добрых снов, малыш. ─ хихикнув, проговорил блондин и быстро поцеловал его в нос. Все же уложив сына, Немо неспешно вернулся к альфе и сел рядом с ним на подоконник. О, какой у них большой подоконник! На том, маленьком, было сложнее уместиться, потому было решено в новом жилище его увеличить, чтобы все были довольны.

— Как ты умудрился извозиться в краске? — омега улыбнулся и стер со щеки Джона небольшой след от синей краски. Со вздохом он уместил голову на родном плече и сомкнул веки, возвращаясь в привычный когда-то темный мир. Джон на это лишь улыбнулся, зарываясь пальцами в светлые вихры, целуя светлую макушку.

— Очень давняя привычка. — прошептал Джон, отстраняясь на одно мгновение и засматриваясь на супруга. Наконец-то светлые голубые глаза, растрепанные светлые волосы — все нравилось до безумия, заставляя бушевать бабочек в животе, а вдохновение пробуждаться. — Мой личный ангел… — с тихим смехом проговорил альфа, подтягивая его к себе и обвивая руками хрупкое тело. Ему еще с первых встреч понравилось заботиться об омеге, дарить ему свое тепло. Немо откинулся спиной ему на грудь и вновь протер фоторамку пальцами. — Ты жалеешь об этом? — альфа прикрыл глаза, задавая такой вопрос впервые. Джон не считал, что он был важен, но сейчас… Вопрос вырвался произвольно. Но это единожды, несмотря на то, что этот вопрос не сильно важен. Да же не так: этот вопрос совсем не нужен.

— Джон… Я не жалею совсем. — он грустно улыбнулся, беря в руки фотографию и смотря на прошлого себя. За то, что тогда был рядом, за то, что уговорил на эту операцию и теперь все совершенно иначе. — Спасибо, что спас меня от темноты.