24/76

мидидрама, романтика (романс) / 16+ слеш
Габриэль Рейес Джек Моррисон
5 нояб. 2018 г.
13 дек. 2018 г.
13
31772
1
Все главы
1 Отзыв
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
"Скрип вашей койки слышит весь этаж", — скинула Джеку Пятая, сопроводив смайликом.
"Я сейчас дверь открою и проверю, на каком ты от нее расстоянии".
"Честное слово, не подслушивала — мимо проходила".
"Ага, конечно, я такой доверчивый и наивный. Да все у нас хорошо, просто мебель двигаем, спать удобнее на сдвоенной койке, между прочим".
— С кем ты там так активно переписываешься, Солнышко?
— Да так, интересуются, что за звуки отсюда летят. Все, я уже почти ушел в душ.
В коридоре Пятой не было, зато из-за приоткрывшейся двери комнаты Двадцать Восьмой летело хихиканье на два голоса. Джек показал в ту сторону кулак и ускорил шаг.
В душевой жить легче не стало, под лейкой самозабвенно о чем-то трепались Девятнадцатый, Сорок Второй и Девяностый. Судя по тому, как они заржали при виде Джека и следующего за ним Гэбриэла и принялись подмигивать — оставалось только на стене комплекса написать "Да, мы трахаемся. Хотя вообще-то нет".
— Вот трепло, — сказал Гэбриэл.
— Мы за вас радуемся, между прочим.
— А что, койка и вправду так скрипит? — ужаснулся Сорок Второй.
— Бери с меня пример — спи на полу, — хмыкнул Девятнадцатый. — Если два мешка постелить…
— А второй ты у кого отжал?
— Да есть тут кое-кто.
— Да двигали мы эти койки! — рявкнул Джек. — Просто вместе составили. А вы уже…
— А нахрена вы их сдвигали? — хитро спросил Девяностый.
— Солнышко, просто прими душ, — посоветовал Гэбриэл. — Молча. А то тут уже нас во всех позах отсношали. Мысленно.
— И воду сделай похолоднее, Солнышко, — Девятнадцатый старательно сохранял серьезное выражение лица. — И морду не такую довольную.
— А с чего бы ему ее строить скорбную?
Джек поспешил ополоснуться и покинуть душевую.
— Ты в порядке, Солнышко? — Гэбриэл догнал его около комнаты.
— В полном. Просто… Не знаю, ничего остроумного не придумал сходу, а швыряться мочалками — чересчур глупо.
— Тогда нам осталось только одно.
— Что? — с подозрением спросил Джек.
— Совершить все то, в чем нас заподозрили.
Если бы не шутливый тон Гэбриэла, Джек бы точно эту чертову койку оттолкал в комнату Пятой и улегся спать там. Но ухмылялся сейчас Гэбриэл совершенно по-дурацки.
— Ни за что! — возопил Джек нарочито возмущенно, давая понять, что шутка понята и оценена. — Собирай трусы в охапку и уматывай вместе со своими гнусными предложениями!
— Солнышко, я же исключительно со светлыми и чистыми мыслями…
— Видел я твои мысли, может, они и чистые сейчас после душа, но уж ни разу не светлые, латинос чертов!
Гэбриэл заржал со всхлипываниями и подвываниями.
— У вас там все в порядке? — поинтересовался Третий, выглядывая в коридор.
— Семейная жизнь, — пояснил Джек. — Довел мужа до истерики, как и полагается в ненормальной семье двух военных психов.
— А, — глубокомысленно сказал Третий. — Понятно, — и вернулся к себе.
Джек затащил Гэбриэла в комнату, толкнул на кровать.
— Спать пора.
— Пора, Солнышко, — согласился тот, вытирая глаза.
Джек улегся, сразу же оказался в теплых объятиях. Думать о завтрашнем дне не хотелось, весь страх перегорел, осталась только усталая злость, еле тлеющая.
— Кстати, — нарушил он молчание. — Помнишь, я заржал, когда увидел тот листок, который на дверь повесил?
— Помню. Ты так и не рассказал, что тебя развеселило.
— Есть такая штука — фанатские рассказы по разным вселенным. И вот там обычно герои, между которыми отношения, как раз через косую черту и обозначаются.
Гэбриэл захохотал.
— Значит, это судьба?
— Судьба, — вздохнул Джек. — Ладно. Спокойной ночи, Габи.
— Спокойной ночи, Джеки.
Заснул Джек быстро, крепко прижимаясь к Гэбриэлу, вцепившись в него как утопающий в спасательный круг.
Утро порадовало прекрасным зрелищем: Гэбриэл сидел на столе и украшал своей нашивкой трусы Джека.
— Поближе к сердцу, — пояснил он.
— Анатомию тебе точно надо подтянуть. Доброе утро. Последний забег?
— Последний забег. И к вечеру мы получим свободу. Можно будет собраться всей компанией, посидим в саду, обменяемся информацией.
— Будет прекрасно, — Джек поймал брошенные в него трусы.
Гэбриэл не стал обнимать его или целовать, проводил улыбкой и внимательным долгим взглядом. Джек на мгновение остановился в дверях, затем все-таки вышел. Идти в лабораторию было тяжело. Ноги он еле переставлял, или это просто так казалось.
— Ave, Caesar, morituri te salutant! — пробормотал кто-то.
Джек содрогнулся.
В лаборатории его встретили улыбкой.
— Последний рывок, номер семьдесят шесть?
— Последний рывок, доктор. Надеюсь, что он и впрямь окажется рывком вперед.
Медсестра уже привычно пристегнула его к креслу, приладила капельницу. Джек приготовился к оглушающей боли, постарался дышать как можно размеренней. Надо пережить это и вернуться к Гэбриэлу, успеть до его отбытия на процедуры.
— Я тут слышал, что у вас сложилась семейная ячейка?
— Да. Это ведь не запрещено правилами?
— Нет, если вы все еще не сказали друг другу ничего, что запрещает Программа.
— Не сказали, — твердо сказал Джек.
— Что ж, я за вас рад. Ожидайте, когда прокапает последняя партия лекарства.
Боль снова пришла, но слабая, заставляющая лишь досадливо морщиться и отсчитывать время. Вокруг попискивали какие-то приборы, в поле зрения попадала пара мониторов с цветными линиями. Джек засмотрелся на них, хоть что-то отвлекало от этой нудной боли, которая была хуже чем зубная.
— Номер семьдесят шесть, говорить можете? — подал голос доктор откуда-то сзади.
— Не уверен, что прилично в присутствии вашей медсестры говорить то, что хочется…
— Терпите. Думайте о супруге.
Джек закрыл глаза и попытался подумать о Гэбриэле. Очередная вспышка боли отдалась огненными кругами под закрытыми веками, перебив все мысли.
— А долго еще?
— Пять минут.
Это были самые длинные пять минут в жизни Джека. Он успел про себя досчитать до трехсот, а боль не унималась. Успел вспомнить еще и обратный счет на французском, который ради любопытства изучал когда-то в школе — от сгиба локтя продолжали идти волны огня.
— Пять минут по какому времени?
— Все, снимаем вас с кресла. Идти можете?
— Скажите мне те четыре слова, которые я так страстно мечтаю услышать, доктор. И я не то что идти смогу — я от вас сбегу.
Доктор ненадолго задумался, пока медсестра отвязывала подопытного, потом торжественным тоном провозгласил:
— Вы свободны, Программа закончена.
— Ура, — согласился Джек.
Сверхспособность ему даже помогла, из лаборатории он выбежал, дальше, правда, пришлось вцепиться в стену. Но он хотя бы стоял на ногах. Из-за соседней двери выбралась бледная Пятая.
— Я смотрю, тут некоторые готовы вприпрыжку прыгать. Вот что с людьми любовь делает.
— Да и тебя не несут… Индия.
— Джек, — она усмехнулась, сползая по стенке на пол. — Как думаешь, стоит позориться и звать медперсонал?
— Зачем медперсонал? — Джек поднял руку с коммуникатором. — Звони Третьему, пускай разносит по палатам.
— Точно Третьему?
— Семьдесят Шестой — Двадцать Четвертому. Запрашиваю эвакуацию из коридора около лабораторий седьмой линии.
Примчался Гэбриэл через пару минут, сгреб Джека в охапку и поволок в сторону комнат. Третий попался навстречу, помахал рукой, но останавливаться не стал — торопился забрать Пятую.
— Программа закончена, — Джек ощутил внезапную слабость. — И я внезапно даже не знаю, что теперь делать до того момента, когда тебя потащат на экзекуцию.
— Просто посидим. Или полежим.
Звук, предваряющий начало работы динамика, отчего-то заставил все внутри оборваться. Ничего хорошего не объявят.
— Солдаты первой волны, поздравляю вас с окончанием Программы.
— Ура, — хмыкнул Гэбриэл.
— Второй волне пройти в лаборатории…
— Какого хера, — оторопел Джек. — Что за…
— Солдатам первой волны приготовиться к переброске.
Джек помотал головой, слова до сознания никак не могли дойти, не складывались в осмысленную фразу.
— Почему к переброске?
— Внимание. Второй волне пройти в лаборатории! Повторяем: вторая волна — подойти к вашим докторам. Первая волна готовится к переброске на военные базы.
— Джеки… — Гэбриэл вцепился в его руку.
— Меня зовут Джек Моррисон. Я был приписан к военной базе в Индианаполисе, штат Индиана.
Джек никак не мог поверить в то, что их сейчас разлучат, смотрел на напарника, пока динамик не рявкнул еще раз, повторяя призыв пошевеливаться. Гэбриэл зашагал прочь, поминутно оглядываясь, пока не скрылся за поворотом.
Джек мотнул головой и направился в комнату. Надо забрать вещи. И приготовиться к переброске. И к ожиданию того, когда Гэбриэл разыщет его. И надо утащить футболку того на память. Чтобы вернуть потом при встрече.
Написать отзыв