Тип нордический, характер стервозный

максиAU, хeрт/комфорт / 16+
Лили Эванс (Поттер) Люциус Малфой Петуния Дурсль
14 нояб. 2018 г.
16 окт. 2019 г.
17
66875
3
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
Ирина Тихонова медленно опустила ноги на пол, согнула их в коленях и вышла из майюрасаны. Дыхание восстанавливалось легко и она села в падмасану. Сейчас, она минуточку потратит на медитацию, приведет сознание в порядок и встанет в ширшасану. Вспомнилось, что она уже давно не девочка, а девушка, вот уже сорок пять все девушка, объездила половину мира, побывала в самых разных ашрамах, научилась обуздывать свое дикое наследие, и теперь ровно дышит. Вдох-выдох, вдох-выдох…
     Когда в стойке на голове она уловила настрой, равновесие, начала расслабляться… И в этот момент дом тряхнуло так, что шатающийся шкаф начал падать. Ирина расширенными зрачками смотрела на приближающуюся смерть и… ровно дышала.
     Она сделала судорожный вдох и открыла глаза. Темно, но она дышала, грудь вздымалась и опускалась. В комнате было достаточно прохладно. В комнате ли? Внезапно послышался странный вопль за окном, и Ирина села. Через минуту она выяснила, что у нее на глазах повязка, которая была с раздражением сорвана. В комнату заглядывал уличный фонарь и даже темная штора не могла задержать ее назойливый свет. Стоило прислушаться, чтобы понять, где она очутилась. Не Поттериана, только не Поттериана. Пусть будут Люди Икс или мир Шерлока Холмса. Да хоть Звездные войны!
     В комнате кто-то был. Его легкое дыхание Ирина ощутила вполне. Спать она не могла, но и определить, где дверь не знала, как и расположение комнат. Памяти прошлого тела ей не досталось. Совсем. Собственно, в ней не могло быть чего-то особенного, поскольку рука не обнаружила у себя груди, ни после этого, холодея от ужаса, мужские причиндалы. Тело было мелким, детским. На голове оказались длинные волосы длиной ниже лопаток, достаточно густые и шелковистые, и пахнущие ромашкой. Чтобы усмирить свое нетерпение, узнать, куда она попала, Ирина спустилась с кровати, уселась в падмасану, с трудом, но все же, и начала дышать. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Она медленно дышала, а в животе медленно увеличивался теплый и очень приятный шар. Тихонова сразу сообразила, что это ядро. Так, значит все же Поттериана. Только бы не долбанутая Лили. Ирина терпеть не могла рыжих, будучи обладательницей нордической внешности, которую и любила. Именно на этой внешности она и сосредоточилась. Вдох-выдох… Вдох-выдох… Она заснула перед самым рассветом. На соседней кровати она сумела рассмотреть огненную макушку. Ха-ха, едва не произнесла она вслух. Лили Эванс лежит там, а она, получается, Петунья. Ха-ха. Магла… Именно это заставило ее сесть снова на пол и начать разгонять тепло из живота по всему телу, что вызвало напряжение, потоотделение, но она упорно занималась, расширяя каналы. А забылась она от усталости, забыв даже натянуть повязку на глаза.
— Мама, папа! У Туни волосы стали белыми! — оглушительно завопили над ухом и Ирина, выхватив подушку из-под щеки, ловко отправила ее в сторону источника шума.
— Мама! Она кинула в меня подушку!!!
     Ирина, казалось, только заснула, измученная переживаниями. Ей снились сны о магии и волшебниках, но сейчас она с удовольствием поспала бы еще, потому она махнула в сторону оглушительно звонкой заразы рукой и невнятно рявкнула:
— Силенцио!
После этого наступила блаженная тишина. Ровно на пятнадцать минут, после чего ее выдернули из постели и начали трясти:
— Петунья, что ты сделала с Лили, признавайся! — Ирину трясла очень миловидная женщина, а за ее плечом стояла и разевала рот ее мелкая копия худшего качества.
— Фините, — брякнула Ирина и небольшую комнату заполнил отвратительный писклявый голос Лили.
— Мама, это все-таки она!!! Накажи ее! Мамочка!
Ирина обвиняюще посмотрела на женщину, что буравила ее злым взглядом.
— Ты мне не мать? — уточнила Ирина, та потеряла дар речи на несколько долгих секунд и торопливо удалилась.
— Дура! — заявило мелкое недоразумение и убежало вслед за матерью.
     Ира бросилась к шкафу, и о чудо, там обнаружилось зеркало. Увидев себя, Ирина расплылась в довольной улыбке. Тип нордический, характер стервозный, почти все родное. А то, что она симпатичнее себя прежней, так должен же быть бонус за замещение ушедшей души. Видимо, сейчас ослепительно светлые волосы, словно впитавшие лунные лучи, раньше были темнее, не зря же возникала Лили. Кстати, чего это Петунья усопла? Или у нее все же был магический выброс, с которым она не справилась? Да нет! Телу около семи лет, понятно, почему взбеленилась Лили, она же одна в семье великая волшебница.
     Как бы то ни было, теперь уже Петуния встала, накинула халатик, убрала кровать и пошла изучать дом и умываться. Что сказать, английские граждане жили скромно, фланелевый халатик не помог, Петунья еще до ванной замерзла. А обнаружив отсутствие горячей воды, она приуныла. Ирина всегда ополаскивалась холодной водой, но мылась-то теплой! Отступать от так трудно приобретенных привычек она не стала и после умывания скрутила волосы, полезла в душ и едва сдержалась от подобного Лили вопля. Стуча зубами, Петуния вылезла, и начала яростно растираться полотенцем. Зато пахло от нее чистотой и мятным мылом.
     На кухне ее встретило отчужденное молчание, завтрак на столе и кривящееся личико сестренки. Петуния поискала приборы, нашла столовый нож и приступила к еде. Две пары круглых глаз наблюдали за этим представлением. Оладьи были не особенно вкусными, но Ирине приходилось есть и не такое, так что спокойно расправилась с ними, запив отвратительным чаем с молоком, потому что считала это извращением, а не напитком. После завтрака поблагодарив за еду и вымыв за собой посуду, Петуния пошла искать старые газеты. Проблема решилась быстро, стоило увидеть небольшой телевизор и газету с программой рядом. Так и есть, восемнадцатое сентября, уже школа, а сейчас суббота. Интересно, если Северус живет по соседству, почему он не учился с Лили в школе по Канону? Делать было нечего и Пет, так она себя решила называть, пошла помогать матери. Стиральной машинки не оказалось в доме, что заставило Пет вздохнуть, елки же зеленые, это же старые времена ручного труда! Но как говорится, раз уж попал… Пришлось резать, пилить, перетирать, строгать, жарить… Лили в это время умотала дружить с Северусом и занималась этим с перерывами до самого вечера. А Пет осваивала премудрости английской кухни, поскольку не представляла, как можно так жить: без электромясорубки, миксера, блендера, скороварки…
     Тактику Пет выбрала правильную, видимо, прежняя Туни всегда помогала матери. Теперь же женщина сердилась, но постепенно расслаблялась. Она совсем простила Пет, когда та начала убирать дом. Не найдя пылесос, Пет пошла выбивать половики на задний двор, после чего вытерла пыль и начала мыть полы. В общем, к возвращению отца семейства она была усталая и злая.
     Темноволосый мужчина с медвежьим телосложением появился в начале шестого вечера. Он прилично поцеловал жену, кивнул дочерям и умотал мыть руки. А Лилс теперь кружилась вокруг, помогала накрывать на стол и всячески изображала причастность к этому обильному ужину.
— Петунья меня сегодня спросила, мать ли я ей, — подрагивающим голосом сообщила супругу мать, когда Гарольд Эванс уже пил чай.
Гарольд поперхнулся и закашлялся, а когда перестал, шумно выдохнул и посмотрел на Петунию.
— Откуда узнала? — после чего Лили вытаращила свои зеленые глазенки чуть ли не до размера пятаков.
— Магия проснулась во мне. Я не похожа ни на кого. Эта, — она кивнула на сестру, — относится ко мне как к дерьму. Я и подумала, а родная ли я здесь? — изложила свои мысли Пет.
— Так… Говоришь, магия у тебя проснулась?
— Ага, как и у Лилс. Мы обе ведьмы. Только она скорее всего Обретенная, а вот я… Внешность слишком… такую обычно культивируют. И знания. Откуда-то они взялись в моей голове, — спокойно закончила Пет.
— Ладно, мать, хочет знать, пусть, — посмурнел Гарольд. — Ты досталась нам от друга, он воспитывал тебя, когда его сестра умерла после родов. Отца Торы он не знал, во Франции она его встретила, там и нагуляла тебя. Витарр был как я сквибом. Так что к нам ты попала три года назад, я только через год смог оформить документы на удочерение.
— А какого рода ты сам?
— Эвансы, мастеровыми мы были. Только века жизни в магловском мире, революции, голод привели к нищете. Так что нечему у нас наследовать. А вот ты… Не знаю даже. Сестра у Витарра была волшебницей. Да… В общем, мутное там дело, но Витарр перед смертью мне и сказал, что у тебя память предков может проснуться, видно, подозревал он, что твой отец не сквиб и не магл.
— Значит, я бастард, — довольно-таки жалко шмыгнула носом Пет. — А на кого я похожа?
— Витарр говорил, что ты очень похожа на Тору, но и от отца взяла достаточно черт. Что, есть подозрения?
— С такой шевелюрой не так много волшебников, — Пет коснулась волос рукой. — И имена говорящие. Чтобы определить принадлежность роду, нужно оплатить анализ в Гринготтсе. А это дорого.
— Ну, дорого, а сколько?
— Нужно пойти и узнать, — поджала губы мать. — Всем вместе пойти.
— Лилс не стоит идти, она слишком мала, это опасно. А если ты магла, то вообще не сможешь туда попасть, — обидела мать Пет.
— Завтра у меня выходной, мы и съездим, — предложил Гарольд. — Только с чего ты решила уйти?
— Живете вы скромно, а я лишний рот. Уйду я, Лилс больше достанется.
— Так ты что, знаешь, как Туда попасть? — уставились на него супруга и девочки.
— У меня тетрадь предка есть с инструкциями, — лукаво усмехнулся мистер Эванс.
     На следующий день мистер Эванс вместе с Пет поехали в Лондон. Долгий путь на автобусе, на электричке и наконец они стоят перед невзрачным, а лучше сказать, отвратным баром.
— Он, родимый, — проворчал Эванс и толкнул дверь.
     За стойкой стоял молодой парень с роскошными темными кудрями и меланхолично протирал стол.
— Здравствуйте, откройте нам, пожалуйста вход, — обратился к нему Эванс.
— Зачем? — нелюбезно спросил бармен.
— У нас дела в Гринготтсе, — уверенно заявил Гарольд.
— Ходят тут…
— Дяденька, не ругайтесь, а то сделаю ваши волосы зелеными, — сердито сказала Пет и показала бармену язык.
— Петуния! — взвился Гарольд, но бармен расхохотался, запрокинув голову.
— Так бы и сказали, что у вас дочь волшебница. Проснулся дар?
— Да, — с тайной гордостью подтвердил Эванс, имея в виду младшую дочь.
— Идемте, провожу, — вышел из-за барной стойки маг.
     Через минуту Пет и Эванс уже стояли на Косой Аллее.
— Видите это белое здание? Вам туда, — напутствовал их Том.
     Пет смотрела на волшебную улицу и думала, что только ей повезло попасть в отсталое средневековье. Сама она была одета в очень магловское осеннее пальтишко длиной до середины бедра с коротковатыми руками, и вязанную шапку с помпоном. И этот вид вызывал презрительные взгляды и смешки, хотя Пет считала, что у нее намного современнее одежда, чем у прохожих.
— Идем, — дернул ее руку Эванс.
     Чем ближе они подходили к высокому величественному зданию без окон, тем больше Пет начинала понимать свой идиотизм. Чем ей помешала магла-мать? Ну не любила она ее, но ведь не били. И почему Пет не помнит ничего? Четыре года это уже сознательный возраст…
     Гоблин на белых ступенях казался исчадием ада. Если Пет все это снится, то привратник сойдет за кошмар. Эванс пёр в банк как танк, несмотря на то, что у него не было денег, поэтому Пет подумала, что Гарри Поттер унаследует эту черту, явно не от Джеймса.
     Волшебников в зале было мало, что при таких впечатляющих размерах зала подавляло. Эванс сильнее сжал ладошку воспитанницы и шагнул к дежурному, что сидел на краю ряда столов, ближнего ко входу. Выдающийся нос, широкий тонкогубый рот, сильно нависший лоб с густыми бровями щеточкой — это все о внешности дежурного гоблина.
— Здравствуйте. Уважаемый, подскажите пожалуйста, в вашем банке есть услуга определения родства?
— И вам места под солнцем, — меланхолично ответил служащий и опустил глаза вниз.
Пет поняла, что он оживился, взгляд из скучающего стал напряженным, а губы жестко сжались.
— Хотите узнать принадлежность к какому роду? — с ноткой презрения спросил гоблин.
— Девочка мне досталась от друга, а ему от сестры. Теперь только сдается мне, что отец Петуньи волшебник. Так сколько стоит процедура?
— Тридцать три галлеона. Курс галлеона: пять фунтов стерлингов.
— Итого сто шестьдесят пять, — прошептала Пет и уныло свесила нос, такие деньги Эвансы не могли потратить на нее.
— Мы, пожалуй, пойдем, — произнес ошарашенный Гарольд.
— Зря, — ухмыльнулся гоблин. — Вы знаете имя матери? А ее брата?
— Имя друга Виттар Ройал, сестру его звали Тора, отца девочки она встретила во Франции, — пересказал известные сведения Эванс.
— Если вы сейчас назовете дату рождения девочки, нам станет еще понятнее, — сказал гоблин и завозился, Пет не хватало роста, чтобы рассмотреть.
— Двенадцатое января пятьдесят восьмого года, — сообщил Гарольд.
— Мой совет будет стоить один галлеон, — сообщил гоблин.
— Пять фунтов, — перевел Эван и полез в карман за бумажником. — Хорошо.
Пять фунтов исчезли в руке гоблина.
— Мать девочки почти точно Тора Роули. Ее брат-близнец был изгнан из рода, так как оказался сквибом. Внешность девочки очень говорящая, определенно могу утверждать, что отец у нее аристократ, один из трёх: Малфой, Яксли, Лавгуд. Последний из них к моменту зачатия девочки только поступил в Хогвартс, поэтому исключаем его. Остаются двое, оба заинтересованы в детях своей крови. Предлагаю вызвать их сюда. С кого предпочитаете начать?
— С Малфоя, — заявила Пет, которая пришла к таким же умозаключениям в первый день попадунства. Черты Яксли на своем лице она не нашла, а Малфоя и Лавгуда — сразу же.
— А что будет, если Пет не окажется их родственницей? — испуганно спросил Гарольд.
— Чистокровный ребенок — отличный товар, — ухмыльнулся гоблин. — Лорд Малфой может ввести девочку в род воспитанницей, может продать тем же Роули.
— А сразу? Нельзя им предложить? — не унимался Эванс.
— Можно, но не нужно. Мисс Роули отвергла договоренности своей семьи о браке, очень подвела отца и деда, так что все долги матери лягут на дочь. Так что, будете говорить с поверенным Малфоев?
Эванс еще раз посмотрел на приемную дочь, вздохнул, и кивнул.
     Кабинет поверенного рода Малфой оказался безликим. Никаким. Белые стены, черный стол, напротив два кресла и узкий столик для бумаг между ними. Прислужник из тех, что курировали по холлу, привел Эвансов к поверенному Малфоев.
— Мистер Кощи, к вам по поводу ребенка.
     Этот гоблин был неизмеримо старше, тот, дежурный, теперь казался юношей. Серые редкие волосы, зачесанные назад и за уши, закостеневшие брови, выцветшие полупрозрачные глаза вообще вызвали у Пет дрожь.
— Садитесь, — каркнул он, и Эванс плюхнулся на кресло, усадив себе на руки дочь. — Продаете ребенка, значит-ца… — Кощи растянул губы и показал потемневшие от старости зубы, количество которых впечатлило людей, они побледнели.
— Нет, — мотнул головой Эванс. — Не продаю. У нее магия проснулась. Сильная. Я не знаю…
— Понятно. У вашей жены выросли рога? Или у сестры вместо носа появился пятачок? — покивал гоблин.
— Нет! Совсем нет! — торопливо ответил Гарольд. — Она, — он понизил голос, — стала как-будто старше. Махнет рукой и младшая голос теряет. И волосы ее… Еще неделю назад они были жиже и короче.
— Понятно. Магия решила проявиться. Что вы хотите в случае положительного результата? — резко и даже грубо спросил гоблин.
— Нич… — начал говорить Эванс, но Пет успела приложить ладошку к его рту.
— Оплатить курсы повышения квалификации для него, небольшую премию и проведение анализа для Лили, — протараторила она.
— Зачем, мы справимся, — возмутился Гарольд.
— Нет. Нужно, — состроила неприступное лицо Пет.
— Тут и анализа не нужно, — хмыкнул Кощи. — Малфой, как есть Малфой. Но все очень странно. Ждите. Я вызову лорда Малфоя.
     Пока гоблин сочинял письмо, отправлял его со служащим, ждал, Пет уснула, так как она не выспалась, а еще и потому, что раздеться им не предложили, а она так и осталась в пальто и шапочке.
     Абраксас Малфой с раннего утра занимался фехтованием, стремясь погасить разочарование сыном, известия о котором получил вчера вечером. Откуда в голове первокурсника мысли, что он принц Слизерина? Джульетта забила чепухой голову наследнику, хоть поркой выбивай. Малфои ведут свой род от викинга Малто. Младший из сыновей ярла Снорке, отингир, был вынужден идти не просто за добычей, а за землей, которую он и смог завоевать в Нормандии. Деревенька, которую он взял под свою руку, приносила небольшой доход, но она и ее земли кормили его немногочисленный клан. Кузнецы, мастера по дереву, они быстро начали богатеть в условиях мелкопоместных войн. Но Малто хотел большего. Поэтому они неожиданно для местных поддержал бастарда Вильгельма и с сыном присоединился к его походу. И не прогадал. Лучшие земли Уэльса и Уилтишира были пожалованы ему за верность и стратегический талант. Деревенька в Нормандии оказалась за семьей, Арманд Малфой, наследник и знаменитый воин, не раз наведывался туда, закрепляя собственное право мечом и магией, постепенно расширяя поместье за счет захваченных земель врагов. Именно Арманд написал Кодекс рода и установил правило: следующим лордом Малфоем мог стать только воин. Абраксас хмыкнул, вспомнив, сколько пота и крови он пролил, пока овладел мечом, топором, копьем и луком. Отец был беспощаден, порол до крови за малейшую лень и небрежность, лечил, правда, сразу, но «удовольствие» от этого не становилось меньше. Ошибка отца была в выборе стратегического брака. Влияния роду Малфой прибавилось, как и состояния, но Джульетта оказалась достаточно сильна, чтобы сопротивляться роли хозяйки рода. Нет, ей захотелось стать Екатериной Медичи. У Абраксаса приподнялась верхняя губа, обнажая зубы и дернулась щека, делая его похожим на предка-викинга, но он об этом не знал. Время, он потерял время, занимаясь делами Вальпургиевых рыцарей. Джульетта больше не пускает его в свою постель… Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Так тому и быть, она сделала свой выбор.
     Как раз, когда он запечатывал письмо-заказ Екатерине Борха, домовик принес красный конверт из Гринготтса. Что-то срочное, слишком важное, чтобы игнорировать! Абраксас уменьшил письмо и положил его в зачарованный кошель и легкими шагами направился к камину. Домовик едва успел накинуть на его плечи мантию, прежде, чем он шагнул в зеленое пламя.
     Абраксас как хищная птица, с развевающимися полами мантии ворвался в кабинет и словно споткнулся о прозрачную стену. На руках незнакомого мужчины, по виду магла, спала девчушка. Нелепая шапка с помпоном упала на пол, и ее светлые волосы насыпались по руке ее спутника и свисали ниже. Их цвет… как выбеленная на морском берегу ткань. Нежная кожа, розовая ото сна, тонкие черты лица. Абраксас во все глаза жадно рассматривал девочку, начиная находить в ее лице черты сына.
— Она? — вскинул он глаза на поверенного.
— Похоже, — равнодушно пожал тот плечами. — Будете платить за анализ?
— Обязательно! — Малфой присел в кресло и начал внимательнее рассматривать девочку.
— Тогда будите ее, — проскрипел Кощи. — Не хотите узнать ее мать?
— Я достаточно пробовал, но ни одна не понесла, — отмахнулся Абраксас. — Я сделал вывод, что я стерилен. Все же я был связан магическим браком.
— Вы сами знаете, что означает неожиданная беременность у вашей любовницы, — усмехнулся гоблин, и Абраксас, поджав губы, кивнул.
— А вы кто? — с неприязнью посмотрел на Эванса Малфой.
— Приемный отец, — холодно ответил Гарольд. — Туни, проснись, — тихонько потряс он ее плечо.
— Туни? — взлетели брови Малфоя.
— Петуния, — пояснил гоблин, издевательски улыбаясь, а сам пытался просчитывать риски. Если Малфоям удалось снять проклятие, подтверждением чего является эта девчонка, тогда этот род скоро расплодится и опутает паутиной влияния весь остров.
     Девочку подняли, она достаточно быстро взбодрилась. А вот ее оценивающий взгляд серых глаз он оценил по достоинству. Такой алмаз и без огранки?.. Малфой настоял на своем присутствии при анализе и не пожалел. Девочка демонстрировала живой любопытный ум, сдержанность, а когда ритуалист заставил ее раздеться до скромного платья, Абраксас довольно сверкнул глазами: стройные прямые ножки, тонкая шея, обещающая в будущем стать лебединой, высокий лоб, небольшой прямой нос, губы абсолютно точно его, а еще прямой проницательный взгляд. С этим еще придется работать, для леди это неприемлемо. Но в целом и в частности этот ребенок выглядел абсолютно по-малфоевски, исключая, конечно, ее нелепый магловский наряд.
     Так что лорд Малфой уже не сомневался и даже строил планы, пока ждал результата. Когда дочь начала одеваться, он остановил ее и сделал знак поверенному. В свете полученных сведений, его магический союз уже не является таковым, но нужно это подтвердить. Так что он уверенно шагнул в ритуальный круг.
     Через полчаса лорд Малфой уже подписывал договор о взаимных обязательствах с Гарольдом Эвансом, после чего тот было вышел, но Абраксас остановил его и приставил к нему эльфа, чтобы тот узнал местожительства мужчины. Только когда в кабинете остались маг, гоблин и ребенок, Малфой начал читать результат анализа:
«Сигрун Торхильд Роули, магловское имя Петула Ройял, Петуния Эванс, чистокровная, не введена ни в один род.
Мать: Торнхильд Вигдис Роули, чистокровная в тридцать восьмом поколении, мертва.
Отец: Абраксас Александр Малфой, чистокровный в двадцать шестом поколении, жив.
Статус: бастард, непризнанный.
Способности: одаренная направленность магии: агрессивная, холодная, колючая
Отношения: условная магическая помолвка с Корбаном Яксли, наследование долга матери».
— Так… — протянул Абраксас. — Корбан во всех отношениях достойный молодой человек, но у меня на тебя несколько другие планы. Мистер Кощи, как можно объяснить, что родовое проклятие исчезло?
— Не исчезло оно вовсе, — оскалился гоблин. — Эта Роули отдала жизнь, чтобы дать родиться дочке. Не понимаю, зачем, только если она была как кошка влюблена. Сигрун теперь свободна от проклятия, и ее потомки — тоже. Магия жертвы. Молодой жертвы. И что-то странно в смерти ее и ее брата-близнеца. Они погибли странно, как бы не Роули их убрали как отступников.
— Яксли утрется, — пробормотал Малфой. — Как можно разорвать помолвку?
— Выкуп, замена, — отозвался Кощи.
— А дочка Эванса не подойдет? Она сильная ведьма, вроде, — отозвалась Пет. — А сын ее получится тоже неслабым.
— Заберем, значит, — кивнул Абраксас. — Сделаем анализ, тогда и решим. Корбан на маглокровку не согласится, а вот на Одаренную… Мы и сами ее приберем к рукам. Так что, дочь, добро пожаловать в семью. Кощи, я ее сразу введу в род, комплект для наследницы, большой. Роули не ищут ее?
— Я просмотрел, пока вас ждал, сводки и запросы. Именно искали. Целенаправленно, все семь лет. Сначала с ее матерью, потом с изгнанным сыном, а потом и только ее. Близнецы Роули прятали ее, возможно, Торнхильд задействовала серьезный ритуал для спасения жизни дочери. Очень похоже, что ее жертва потянула за собой и брата, они единоутробные кровники, — сказал поверенный. — Все, идите. Вот ваш комплект наследницы.
Написать отзыв