Шаг назад

максиAU, фэнтези / 18+ слеш
Бильбо Бэггинс Торин Дубощит
11 февр. 2019 г.
11 февр. 2019 г.
25
86314
3
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
Тихо было внутри Одинокой горы. Не слышались бодрые голоса народа кхазад, не стучали молоты, не пылал горячий огонь внутри печей и горнил. Лишь лежали в темноте останки несчастных, обожженных драконьим пламенем десятки лет назад. От невыносимого жара плоть их сплавилась в черный уголь, а кости многих были поломаны безжалостными когтями старого ящера. Мертвецы покоились, не зная могилы, не ведая успокоения, отрезанные от Чертогов своего бога. Быть может, если бы здесь был кто-то, кроме дракона, он мог бы прислушаться и различить печальные стоны потерянных душ.

В глубине просторного зала, целиком заполненного золотом и драгоценностями, лежал дракон с алой чешуей. Он не был самым огромным из своего рода и уж точно проиграл бы по уму своим далеким предкам, когда-то наводившим ужас на древние королевства эльфов. Однако злоба его и коварство были все так же велики.
Дракона звали Смауг. Это имя он получил давно, как прозвище, и принял его — оно было не хуже прочих, а ему, в сущности, было все равно, как назовут его глупые жертвы.

Когда-то давно Смауг напал на Эребор и забрал у карликов-гномов право называться Королем-под-Горой. Его пасть была влажной от крови сожранных им смертных, а острые когти обнимали груды золота. В чешуйчатой груди колыхалось жаркое пламя, вечно стремящееся вырваться наружу. Он лежал, почти целиком зарывшись в несметные сокровища, и копил силы. Десятки лет длится сон драконов — беспробудный и подобный смерти, если нет поблизости никого, дерзающего покуситься на их сокровища.
Смауг спал, и ему снились гномы. Множество мелких, злобных коротышек, ползающих по его золоту, жаждущих украсть его богатство. Драконам не важна ценность золота, но оно завораживает их своим блеском, притягивает неодолимо.

А еще золото придавало ему сил. Он владел горами золота, океаном драгоценных камней, они вдавились в его тело и добавили бесценный и прочнейший панцирь к его и без того крепкой чешуе. Смауг не страшился никого и ничего — и вместе с тем не было на свете существа более трусливого. А что, если проберутся воры в его дом, пока он спит? Что, если вернутся гномы, жаждущие его золота и мести?
Тревожно старому дракону. Источенное жадностью черное сердце пульсирует в чудовищной груди, гоняя кровь, и дрожат чешуйчатые веки, готовясь открыться. Скоро, совсем скоро прервется сон чудища и оно вылетит на новую охоту, чтобы опять вселять ужас в сердца своих жертв.

***
— Ну что ж, вот и Бри, - радостно воскликнул довольный Балин, ехавший впереди отряда и указывавший путь.
Гномы приободрились и заулыбались. Пара дней пути по Тракту от Шира до людского поселения оказалась довольно неприятной. Полил дождь, а прохладный ветер постоянно норовил пробраться сквозь одежду и заморозить тело. Особенно неуютно было Бильбо — в отличие от гномов, он не носил доспехов и одет был довольно легко, о чем теперь жалел. Правда, по ночам, когда отряд останавливался на привал, можно было погреться у костра, но во время пути приходилось прятать руки в гриве пони и шмыгать замерзшим носом. И хоббит, и гномы отчаянно жаждали наступления лета, когда путь станет легче.

— Остановимся здесь лишь на одну ночь, - распорядился Торин. - Мы не можем терять время, надо добраться до Эребора как можно скорее.
Это заявление вызвало печальные вздохи, но возражать никто из отряда не осмелился. Чтобы не соглашаться с волей Торина, надо было быть как минимум волшебником. Но на сей раз и Гэндальф был не против продолжить путь и не задерживаться. Причиной этого был разговор, состоявшийся накануне между ним и Торином.

Ночью, когда остальные участники похода спали — или, во всяком случае, погрузились в дремоту, — Торин тихо подсел к волшебнику, устроившись рядом с ним на поваленном бревнышке. Гэндальф, задумчиво вглядывавшийся в далекую темную полосу леса, повернулся к гному.
— Что случилось? - поинтересовался он. - Ты выглядишь встревоженным и сегодня постоянно рассматриваешь карту Одинокой горы. Быть может, стоит отдохнуть? Будет нехорошо, если Король Подгорный свалится с седла посреди дороги.

— Дело не в усталости, - отмахнулся Торин. - Меня тревожит наш путь. Гэндальф, - он понизил голос, - я помню, что поблизости рыщут орки. Азог Бледный жив и относительно здоров, не считая отрубленной руки. Я помню, что эта тварь охотилась за нами. Он назначил награду за мою голову и не успокоится, пока не получит ее на блюде — или хотя бы в мешке. Я не хочу, чтобы мои товарищи бегали от орков и рисковали жизнями, сражаясь с предводителем этой погани.
— Согласен, мне бы тоже хотелось, чтобы путь прошел более спокойно, - кивнул маг. - Однако Бри нам не миновать в любом случае. Лошадкам не помешает отдых, да и мы сможем в последний раз перед путешествием по Дикому Краю поспать в чистых постелях.

— Мы заглянем в Бри ненадолго, но после этого надо сворачивать с Тракта, - прямо сказал Торин. - Мне нужен твой совет, чародей, о том, как сократить путь до Эребора. На севере собираются толпы орков, да еще и во главе с Азогом. Я не стану рисковать. Мы должны раствориться в пустошах, скрыться в лесах и болотах — словом, стать незримыми. Я… не так много путешествовал, как ты. Поэтому прошу твоего совета.

— Не иначе, сами валар вразумили тебя, Торин Дубощит, - лукаво усмехнулся маг. - Я рад, что ты интересуешься моим мнением. И вот тебе мое слово: сворачивай к югу. Идите через холмы, перейдите Бруинен в его низовьях и минуйте Туманные горы южнее обычного перевала.
Торин кивнул. Опасностей в дороге им в любом случае не избежать, но сойдя с Тракта, они, по крайней мере, собьют со следа азоговых ищеек. Пусть порыщут орки и их прихвостни, пусть роют носами землю! Когда нужно, гномы умеют скрываться от погони и чужих глаз.

Так и получилось, что в Бри они завернули на денек, чтобы прикупить еды и переночевать под надежной крышей в последний раз.
Народу в селении, как обычно, было много. Кто-то торопился на ярмарку, кто-то проезжал на юг с караванами торговцев. На главной площади неспешно прогуливались наемники, готовые предложить услуги охранников за определенную плату. Еще некоторое время назад Торин не пожалел бы денег, покупая их мечи, однако теперь он знал, что за его отрядом охотятся — не следовало доверять никому.

Бильбо медленно сполз с пони, стараясь, чтобы гномы не заметили, как он морщится и с трудом распрямляет затекшую спину. Однако он не учел, что Торин теперь наблюдал за ним почти все время. Король подошел ближе и как бы невзначай встал между товарищами и полуросликом.
— Ну, как ты? - поинтересовался он. Бильбо пожал плечами, старательно притворяясь очень бодрым.
— Не так уж плохо. Надеюсь, скоро станет теплее и я смогу ночевать подальше от вас, господа. При всем моем уважении, у вас ночью, кажется, вырастают дополнительные ноги — и предлинные притом.

Торин не удержался от усмешки. Бедняга полурослик еще не привык к гномам, ему казалось ужасно неудобным спать вповалку на голой земле, а среди ночи постоянно просыпаться от неожиданных пинков или чужого громоподобного храпа.
— Прости, - спохватился между тем Бильбо, - мне не следовало выражать неудовольствие, да еще так откровенно. Я ничего не имею против того, чтобы идти с вами, просто…
— Ты привыкнешь, - перебил его гном. - Хоббиты куда выносливее, чем кажутся на первый взгляд. Ты научишься быстро засыпать в любых обстоятельствах и не обращать внимания на помехи. И вот еще что: я думаю, тебе следует научиться владеть мечом.

— Что? - переполошился мистер Бэггинс. - Думаешь, на нас нападут? То есть… разве не достаточно того, что вокруг меня много гномов, опытных воинов, и волшебник?
— Я не знаю, что случится в дороге, - сурово бросил Торин. - Может статься, что мы ввяжемся в бой и нам будет не до того, чтобы постоянно присматривать за господином Взломщиком. Если на тебя бросится орк или гоблин, ты станешь плакать и молить о пощаде? Или просто возьмешь меч и прикончишь эту тварь, пока она не убила тебя?

Видно было, что Бильбо напуган. Резкость гнома заставила его задуматься о его словах. Очевидно, бедняга рассчитывал на увеселительную прогулку — и его довольно грубо ткнули носом в простую истину.
— Ты прав, - печально согласился хоббит. - Вот только я в жизни не держал меча, Торин. Я буду ужасным учеником.
— Конечно. А я родился в седле своего пони, с топором наперевес, и отрубал головы врагов до того, как научился говорить, - саркастично сказал узбад. - Мы все были когда-то неумехами, Бильбо. Вопрос только в том, как прилежно ты станешь учиться.

Он отошел, предоставив Бильбо размышлять над его словами. К счастью, полурослик не мог слышать, как часто билось сердце предводителя отряда при мысли о том, что предстоит учить дорогого ему Взломщика обращаться с оружием. В прошлом походе — Торин про себя называл его так — Бильбо не выражал большого желания браться за меч. Он дрался, только когда его к тому вынуждали, и стремился улизнуть или хотя бы победить хитростью. Увы, поскольку путь отряда теперь проляжет в других краях, вряд ли хоббит и в этот раз отделается так просто.

Для отряда гномов требовалось несколько комнат — и, чтобы сэкономить место, Торин остановился в одной комнате с Двалином. За многолетнюю дружбу они не раз спали под одной крышей и привыкли к храпу друг друга.
Воин как раз складывал возле кровати на стул свое облачение, чтобы утром как можно скорее одеться, когда Торин буквально ворвался в комнатку и принялся перебирать оружие.
— Что? - подобрался Двалин, протянув руку к топору. - Нападение, что ли?
— Нет, все хорошо, - отмахнулся король. - Просто ищу подходящий меч. Если у нас нет с собой короткого и легкого клинка, придется покупать у кузнецов, а дело к вечеру и ярмарка скоро закроется на ночь.

— Легкий меч? - Двалин удивленно уставился на друга и даже головой помотал, чтобы убедиться, что правильно расслышал. - Торин, зачем тебе ножичек? Ты же всегда предпочитал нормальное оружие. Пусть не топоры, но…
— Это для Бильбо, - спокойно отозвался узбад. - Я хочу научить его сражаться — и не кинжалами Фили, варг подери! Проклятье, придется все же спешить к кузнецу. Надеюсь, особый заказ заставит его открыть лавку после заката.

Старый воин несколько секунд взирал на друга с изумлением, а потом остановил его, придержав за плечо, когда Торин бросился к двери.
— Стой, стой. Ты оставляешь нас на ночь глядя, чтобы бежать к кузнецу и покупать короткий легкий меч. И все это для того, чтобы учить рыхлого полурослика, фермера и растяпу, держать клинок? Торин, что с тобой?
— Я хочу, чтобы Бильбо мог постоять за себя, если никого из отряда не окажется поблизости, - отрезал король, стискивая зубы. - Остальное тебя не касается. Во имя нашей дружбы, не мешай мне!

Он резко дернул плечом, освобождаясь от хватки воина, и вышел за дверь. Двалин еще с минуту смотрел ему вслед, постепенно начиная все шире ухмыляться.
— Ну и ну, - прогудел он в конце концов. - Кто бы мог подумать? Полурослик, надо же! Ай да Торин…

Узбад успел вовремя. Широкоплечий человек, владевший кузницей, был немало удивлен, что к нему под конец дня заявился раздраженный, тяжело дышащий гном и потребовал «тонкий клинок, желательно эльфийской работы, если таковые найдутся в ваших краях». Это было что-то несусветное: гном, требующий клинок работы эльфов! Однако Бри был центром торговли в этих краях, а значит, там были самые разные товары. Среди клинков, которыми торговал кузнец, нашелся короткий меч, с тонким, но прочным лезвием. Клейм на нем не стояло, так что утверждать, что это работа эльфов, кузнец не взялся бы. Однако меч был хорош — Торин определил это, взвесив его на руке и попробовав остроту лезвия.

Гном осмотрел клинок, попробовал несколько раз взмахнуть им и на пробу разрубил поленце, любезно предоставленное кузнецом. Меч был немного длинноват для хоббита, но не слишком. Пожалуй, на ладонь длиннее приснопамятного Жала, которое в прошлый раз досталось Бильбо. Отлично.
Торин еще раз изумил кузнеца, без торга отдав за клинок требуемую сумму — благо, обсчитывать богато одетого кхузда кузнец не посмел. Обзаведясь новым приобретением, король вернулся в трактир.

Здесь его уже ожидал Балин, приготовивший аккуратно составленный контракт. Торин прочел вновь составленный текст — там было куда меньше завуалированных издевок и больше уступок и привлекательных условий. В частности, Компания обязывалась оберегать Взломщика от всяческих опасностей, вплоть до самого Эребора, в обмен на ответную услугу того же свойства. И «транспортные услуги» — то есть доставка золота — теперь так же ложились на плечи представителей Компании.
— Вижу, ты начал уважать нашего Взломщика, - Балин пристально посмотрел на бывшего воспитанника. Торин пожал плечами:
— Он заслуживает, чтобы к нему относились с уважением, коль скоро согласился помогать нам. Я не стану обращаться с ним как с рабом.

— И это я тоже вижу, - подтвердил старый гном, выразительно кивнув на короткий клинок, висевший у пояса короля. - Я рад, что ты открыл свое сердце хоть кому-то, Торин. Правда рад.
Узбад только кивнул. Обсуждать с кем-то свои чувства он не был готов, даже если этим кем-то будет старинный друг, знавший его буквально с пеленок. Вот если у них с Бильбо что-то сложится…

Порой Торин казался самому себе безумцем — похуже, чем когда ползал по золоту, уподобляясь Смаугу. Он по-прежнему видел важность похода, но теперь разрушенный дом казался ему далеким и пустым, если там не будет в дальнейшем жить тот, кто стал таким близким. Торин сознавал, что его любовь к полурослику странна и, возможно, даже неуместна. Но когда он думал о том, чей голос и образ помог ему преодолеть драконью болезнь, этим образом неизменно оказывался Бильбо. Не то чтобы красивый — скорее, добрый до красоты. Не то чтобы мудрый — но сообразительный и преданный. Его Бильбо, его собственный мастер-вор.

Не подозревавший о таких собственнических порывах Короля-под-Горой хоббит нашелся во дворе. Он направлялся к конюшне, неся в руках кулек с яблоками. Видно, собирался проведать лошадок и посмотреть, хорошо ли за ними здесь ухаживают.
Торин вышел ему навстречу — черная тень в надвинувшейся темноте.
— Ой! - от неожиданности Бильбо вздрогнул и нервно повел плечами. - А, это ты…
— Извини, если напугал, - Торин старался не улыбаться слишком уж широко, чтобы не испортить небольшой сюрприз. - Я кое-что принес для тебя.

— Правда? - удивился хоббит. - Что ж, спасибо. И что же это такое?
Торин молча протянул ему купленный клинок. Сердце колотилось где-то в горле, судя по ощущениям. Только бы Бильбо принял меч! Ах да, он ведь еще не знает, что значит, если гном дарит кому-то меч, пусть даже не его руками изготовленный… И все же, если хоббит возьмет подарок, это будет означать согласие, негласное обещание. Пусть хоть так, хоть невинно, они станут ближе!

Бильбо взял меч. Повертел в руках, наполовину извлек из ножен, шагнул к фонарю, со скрипом раскачивающемуся на воротах конюшни. Пригляделся, неуверенно улыбаясь.
— Очень красивый, - похвалил он, явно не зная, что еще сказать. - Я видел мало мечей, Торин, но этот мне нравится. И он легкий!
— Я купил его для тебя, - в голосе проскользнул предательский хрип, и король прокашлялся. - Тебе было бы неудобно тренироваться с нашими мечами, а топор и вовсе стал бы оттягивать руку. Покажи, как ты стал бы держать его перед лицом врага.

Хоббит перехватил меч за рукоять, одной рукой по-прежнему сжимая кулек с яблоками. Торин помог ему вытащить клинок из ножен до конца, и полурослик вытянул руку, держа меч плашмя.
— Почти правильно, - улыбнулся гном. - Ты держишь его одной рукой, и это хорошо. Только неопытный юнец станет хвататься за рукоять обеими руками. Ты должен быть ловким и быстрым, как тень. У тебя это получится.

Хоббиту больше подошел был стиль боя эльфов — быстрый, с их уловками, финтами и уворотами. Но при одной мысли о том, что Бильбо стал бы учить какой-то остроухий, у Торина внутри поднималась черная волна отрицания и злости.
— Начнем тренировки завтра, ладно? - попросил Бильбо. - То есть, я не против уроков, не подумай, но хочу подготовиться. Сегодня уже поздно, мне хотелось бы выспаться перед долгой дорогой. Если ты не против.

Торин через силу кивнул. Предстоящий путь вырисовывался в его сознании долгой лентой, терялся в дымке воспоминаний. А Бильбо стоял рядом, горе-воин, сжимавший в руках яблоки и меч, улыбался так светло и радостно — и не рыдал над глупым умирающим королем, будто сердце у него из груди вынимали… Торин знал, что хоббит тоже любил его — тогда, на окровавленном льду Вороньей высоты. Любил и терял.

Гном шагнул вперед, не обратив внимания на то, как испуганно Бильбо отдернул клинок, боясь ранить короля. Шагнул — и обхватил руками плечи хоббита, прижал его к себе, вздрогнув от щемящей нежности в сердце. Бильбо был теплым, живым, самым настоящим — и сейчас Торин поверил до конца, что жив, что вернулся и сможет справиться со всеми проблемами.
— Торин? - удивленные потемневшие глаза совсем близко, блестят в вечерней мгле. Где-то за стеной фыркают лошади, неподалеку горланят песни подвыпившие ночные гуляки. Торин смотрит, смотрит, не в силах наглядеться, и дышит глубоко, и сжимает пальцы на теплом и мягком…

Раскатились, упали на землю яблоки, звякнул оброненный клинок. Король-под-Горой пришел в себя, моргнул, прогоняя накатившее вдруг наваждение — и обнаружил, что прижимается губами к губам мистера Бэггинса, жадно, как в последний раз.
Он сейчас же отпрянул, тяжело переводя дыхание, замер настороженно — что-то скажет жертва его желаний? Глупо, как глупо с его стороны! Не нужно было, ведь хоббит едва знает его…

Бильбо несколько раз моргнул, поднял руку и коснулся пальцами губ, будто не веря в произошедшее.
— Что это значит? - тихо спросил он. - Стой, не отвечай, вопрос дурацкий, я и так понял. Эм-м, Торин, но разве мужчина может целовать другого мужчину, если они не родственники?
— Может, - невольно улыбнулся гном. - Если другой мужчина нравится ему, то может. Извини меня, Бильбо. Я не стану делать ничего непристойного или принуждать тебя.
— Пф, хотел бы я посмотреть, как ты принуждал бы меня! - нервно хохотнул Взломщик. - Между прочим, мы, хоббиты, очень сильно и метко лягаемся.

Торин засмеялся. Он не хотел обижать полурослика, но смех вырвался из груди против воли. Ох, Дуринова наковальня! Он-то боялся, что хоббит оскорбится или будет расстроен — но тот вроде бы тоже смеется, хоть и нервно.
— Прости, - отсмеявшись, повторил Торин. - Я не стану больше поступать так.
— Это было немного <i>слишком</i> по-дружески, - фыркнул Бильбо. - Торин, и ты меня извини. Ты неплохой гном, я не против того, чтобы мы стали друзьями. Но, кажется, ты понимаешь дружбу немного не так, как я. Не хочу становиться причиной твоих страданий или переживаний, правда. Я лучше… я попрошу кого-то другого меня учить. Так будет лучше для нас обоих.

Он наклонился, наскоро собрав яблоки и подбирая меч. Убрал клинок в ножны, выпрямился, неловко косясь на замершего в неподвижности узбада.
— Мне жаль, - тихо сказал полурослик. - И спасибо тебе огромное за меч.
Хоббит уже убежал — скрылся в теплой и пахнувшей лошадьми конюшне, а Торин все стоял, опустив руки и задумчиво глядя в никуда невидящим взором. Реакция хоббита не стала для него сюрпризом — в конце концов, он ведь не успел узнать короля, а тот вдруг начал целовать его… Действительно глупо получилось.
— Вы редкостный дурень, Ваше Величество, - проворчал гном, досадливо морщась. - Такого олуха еще поискать надо! Идите-ка лучше спать и не морочьте голову честным полуросликам!

Он вернулся в небольшую комнатку, где остановились на ночь они с Двалином. К досаде короля, друг не спал и тут же уставился на него, понимающе ухмыляясь.
— Немедленно сотри эту ухмылочку, - потребовал Торин сердито. - Терпеть не могу, когда ты так себя ведешь!
— Да я вообще уже сплю, - отозвался Двалин, мирно поднимая ладони. - И даже не видел, как ты прыгал вокруг нашего Взломщика, будто юнец около первой любви. Что, так понравился? Вот не думал, что ты любитель пухлых полуросликов, тем более мужского пола.

— Я не «любитель», - ворчливо парировал узбад, забираясь на кровать. - Просто Бильбо — особенный, вот и все. И прекрати зубоскалить. В первую очередь он — Взломщик, а все остальное не имеет значения.
— Это ты кого уговариваешь, меня или себя? - поинтересовался Двалин, но король уже укрылся одеялом с головой и провалился в короткий и беспокойный сон, не слыша, что дальше говорил его друг.

Сны были мутными и неопределенными, но проснулся Торин на рассвете, бодрый и полный решимости немедленно продолжать путь. Если бы не опасливые взгляды хоббита, которые тот на него бросал, пока они садились на пони, Торин бы решил, что ночной инцидент ему почудился.
Сделав знак отряду выдвигаться, Торин чуть поотстал и поравнялся с хоббитом, устраивавшимся в седле. Бильбо уставился на попутчика, поджав губы.
— Никто, кроме меня, не станет тренировать вас, господин Бэггинс, - сказал ему узбад. - А я, в свою очередь, клянусь, что со мной вы в полной безопасности. Давайте пожмем руки и забудем, что было ночью.

Бильбо несколько мгновений испытующе глядел на гнома, сощурив глаза, а потом кивнул и протянул ладонь. Торин крепко пожал длинные, неожиданно сильные пальцы и, успокоенный, вернулся на свое место во главе отряда. Он уже не услышал, как хоббит, поглядев ему вслед, неодобрительно проворчал:
— «Забудем»! Как же!
Написать отзыв