Мой снежный принц

драбблыромантика (романс), фэнтези / 13+
Гарри Поттер Драко Малфой
2 мар. 2019 г.
2 мар. 2019 г.
1
1482
5
Все главы
2 Отзыва
Эта глава
2 Отзыва
 
 
 
 
Время ведь так незримо,
Времени нужно бежать
Но счастье проходит мимо,
Нет! Мне придется ждать
Когда-нибудь на рассвете,
Когда расцветёт земля,
Мы будем рады,словно дети..
Рады лишь ты и я.
В нас нет той истории славной,
Что названа странно: судьбой,
И вновь уж не будет той главной
Роли, занятой тобой
Как Кай и малышка Герда
Мы станем смеяться вновь,
И кто-то напишет снегом,
Что это была любовь
Нет-нет! Разлетятся мысли,
Мы вновь окунемся в свой мир,
Напишем друг другу письма
У нас будет свой кумир...

© 2012. Gerdellminna pro™



***


Давным-давно жил был мальчик по имени Гарри, у которого не было семьи, не было самого детства даже, а были лишь жестокие родственники в лице тети Петуньи. Тетя же его была настолько не похожа на маму мальчика, что было удивительно вообще, что женщина приходится родной сестрой Лили — так звали когда-то его маму. Хоть волосы и были ее белокурыми, напоминающими теплое топленое молоко, сама она была излишне худа, да и лицо ее не самое красивое становилось еще хуже, когда она смотрела так, будто сам Гарри не то что просто пустое место, а будто бы мальчик кучка навоза.
Так же был муж тети - дядя Вернон: он был очень злой и явно ненавидел ни в чем неповинного перед ним ребенка, а выглядел он одним словом, как хряк. Еще подрастал их сын - Дадли, Гаррин ровесник, но мальчик часто сомневался в этом, потому как Дадли был вдвое выше и шире самого Гарри.

Мальчик все время был один и даже когда знакомился с другими детьми, тетя или же дядя быстро пресекали попытки мальчика общаться хоть с кем-то. Ведь отчего-то, сын их, Дадли сам не мог поладить ни с кем и мало кто с ним хотел общаться сам. Так и получалось, что вплоть до восьми лет Гарри всегда оставался один. До дня, который впоследствии изменил всю его жизнь.

Это был канун рождества, когда снег только начинал неспешно кружиться, но еще не падал в таком количестве, чтобы накрыть землю своим снежным покрывалом. Гарри не любил рождество. Его никогда не приглашали за стол отведать праздничных угощений, никто не дарил ему подарки. Точнее, дарили, но даже для ребенка его лет было совершенно очевидно, что это не то, что к примеру, дарили кузену или вообще дарят детям. Вряд ли вы бы в детстве радовались носкам или поношенным вещам кузена, которые висят на вас мешком и чуть ли не падают.

От нечего делать, Гарри как можно незаметнее сначала шатался по дому, а после, когда он увидел, как приходят соседи с вкусностями и подарками, да и еще красиво разодетые, стало совсем тоскливо. Мальчик проскользнул в холл между гостями и своими родственниками и вышел на улицу. Ох, как же там было красиво: снег, точно маленькие балерины, которых однажды Гарри видел по телевизору, кружился в темноте и тишине ночи.

— Красиво, правда? — вдруг негромко произнес явно мальчишеский голос из-за спины.

Гарри, который не ожидал тут никого увидеть, немного испуганно обернулся на голос и увидел мальчика примерно своих лет, но таких, как он, Гарри никогда не встречал: с волосами, белыми точно снег, с такой же алебасторово-белой кожей, и темными, точно накрашенными углем бровями и серыми, точно серебро глазами.

— Правда, — Гарри ответил по привычке, которую в нем развили Дурсли, но все же решился спросить, — а ты… Кто?
— Ты так на меня смотришь, точно я какая-то диковинная зверушка, — чуть ухмыляется мальчик в ответ, — Когда-то меня звали Драко, а теперь я сам себя прозвал Каем… Ну, а вообще не очень прилично спрашивать сначала о том, кто я такой, самому не представившись.

— Ой, … Я Гарри. Гарри Поттер, — Гарри немного смутился и может из-за легкой язвительности и усмешки на лице «Белоснежки», как его про себя прозвал мальчик, хотел, было прекратить общение, но любопытство стало выше желания уйти. Да и уходить, в общем-то, было некуда.

Блондин же неожиданно для Гарри улыбнулся и протянул тому свою руку:

— Ну, будем знакомы, Гарри.

Гарри улыбается в ответ, скоро пожимает протянутую руку и несмело предлагает:

— Будем. А ты… Не хочешь поиграть со мной?

Драко лишь кивает в ответ, убирая свои руки в карманы толстовки, несколько смущенный такой просьбой. Он уже много лет не слышал этих слов, да и к тому же, Гарри был третьим человеком за всю его жизнь, который вообще видел его.

— Пойдем. Я тебе кое-что покажу.

Драко решительно хватает мальчика за руку и ведет за собой сначала по тропинке, а после и в лесок, впрочем, который отнюдь не был лесом с хилыми елочками, а был хоть и небольшим, но богат своим количеством деревьев: их высотой, густотой и просто своей красотой в любую пору.

— Тут… Очень красиво, — Гарри хоть и жил тут с рождения, никогда раньше тут не бывал.

— Сейчас станет еще лучше, — несколько самодовольно хмыкает Драко, делая несколько взмахов рукой.

Небо на секунду темнеет и тут же словно по крупинкам начинает белеть, но на самом деле это великое множество крупных, необычайно красиво сверкающих в ночи снежинок.

— Так и во что ты хотел бы поиграть? — как бы между делом спрашивает белокурый кудесник, все еще явно довольный тем, что такими простыми вещами смог порадовать Гарри.

— Я даже и не знаю, — Гарри проводит рукой по шее немного смущенно, понимая, что поспешил с предложением к мальчику, хоть и такому необычному, но все еще малознакомому ему.

— Эй, ну чего ты? Ну, во что ты играешь обычно со своими друзьями? — немного хмурится Драко, все же пытается подколоть мальчика и слегка толкает его в плечо, — ой, только не говори, что ни во что, я ни за что не поверю тебе.

— В общем, так и есть. У меня и друзей-то нет, — пожимает плечами мальчик, немного обиженный все же на Драко, немного отстраняется от него, но понимает, что тот не виноват.

На несколько минут воцаряется молчание, нарушаемое лишь привычными звуками леса: треском ветвей, спокойным гулом ветра, гуляющим по поляне и между деревьями.

— Кай, — впервые к необычному мальчику так обращается Гарри, — может, слепим снеговика? Правда, я об этом только читал мельком, да и видел только такое одним глазом по телевизору, пока дядя Вернон не замечал… И может, расскажу тебе про себя и семью.

— Конечно, если ты этого хочешь сам, — кивает Драко-Кай, садясь на корточки и принимаясь катать небольшой снежок в руках, спокойно соприкасаясь с холодным снегом, который не то что не тает в руках мальчика, а даже понятно становится, что ему ничуть не холодно.

После они неспешно катают снеговика, конечно не без легкого применения сил от Драко, и Гарри тихо рассказывает ему историю о своем неприглядном детстве.

— Но Гарри, так же нельзя! Неужели за столько лет никто ничего не видел? Ты же говоришь, что так было всегда, а с каждым годом становится все хуже, — Драко еле сдерживается, пытается контролировать свои силы, чтобы ничего непоправимого не произошло. За годы своей жизни он видел разные формы общения людей с друг другом, но такого он еще не слышал и не видел никогда.

— В том то и дело, что при гостях либо меня запирают в чулане, либо, если я должен появиться перед гостями, что дядя Вернон, что тетя Петунья ведут себя показушно вежливо, — удрученно вздыхает мальчик, долепливая глазки снеговику, — Все, вот и готово.

После лепки снеговика мальчишки еще какое-то время кидаются снежками, валяются в снегу, делая снежных ангелов. Но всему хорошему приходит конец. Гарри спохватывается, что ему, наверное, давно пора домой, а снежный мальчик решает его проводить.

Они неспешно идут обратно в сторону городка, подшучивая друг над другом и смеясь над шутками, что от самого Драко, что от Гарри. О Дурслях Драко не решался снова заговорить, да и тут толку от разговоров не было уже никаких по-большому счету. Нужно было что-то делать в скором времени.

Когда же мальчики уже почти дошли до дома, где жило семейство Дурсей и сам Гарри, из дома вышел внушительных размеров мужчина, с багряным от явной злости лицом. Драко сразу понял, что вероятно, это и есть Вернон Дурсль.

— Эй, какого черта ты где-то шляешься, и кто вообще тебе разрешил выходить из дома? — Вернон Дурсль не мог видеть Драко, поэтому считал, что мальчишка шатается один, — если еще раз увижу тебя шляющимся по улице, о том, чтобы ты вообще выходил из чулана хоть на минуту можешь и не мечтать!

Не слушая возражений, дядя Вернон потащил Гарри в дом, не трудясь даже взять того за руку, а просто волоча следом, хватаясь за его шарф.

Гарри обернулся лишь на мгновение, чтобы увидеть, как его снежный принц, практически исчезая, произносит:

— Я скоро заберу тебя отсюда, Гарри. Заберу к себе домой.


Прошло несколько месяцев, затем год, два, три, а загадочный зимний мальчик по имени Кай, которое тот сам себе и придумал, не возвращался. Гарри даже пробовал найти Кая на той самой поляне, на которой прошли самые лучшие моменты его жизни, но не увидел ни в поляне, не в тех местах, где он бывал еще с Каем чего-то особенного. После Гарри свыкся с мыслью, что Кай-это всего лишь мечта о настоящем друге, воплощенная его фантазией, которая просто казалась слишком реальной.