Прекрасные и Проклятые

от Monchique
максиангст, романтика (романс) / 16+ слеш
Лили Эванс (Поттер) ОЖП ОМП Северус Снейп Сириус Блэк "Бродяга"
17 мар. 2019 г.
28 апр. 2019 г.
2
5814
1
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
Они опять убежали за стены , далеко за лес , в десяти милях от барьера шотландского города Абердиншира. Воздух был таким , каким он только может быть в самый разгар лета ― теплый , немного душный и очень душистый , пахнувший полевыми цветами , легкой сыростью от близости речки и той хмельной свободой , которая пьянит не хуже любого вина. Солнце запеченным в меду яблоком покоилось над озером , разливая свое умопомрачительное сияние по всей долине. Мэри Макдональд лежала на траве вытянувшись струной и заложив руки за голову . На небе еще не появились первые звезды , но оно приобрело тот нежный цвет который свидетельствовал о скорых сумерках , пока только ласкающих пятки. Трава смешно щекотала спину и ноги , и Мэри довольно жмурилась : ей казалось , что ни этой земли , ни ее самой не существует , что она парит в этом воздухе ― Мэри видела каждый его виток , каждый порыв , все воздушные потоки этого июльского неба и вспоминала картину маггловского художника , которая будто светилась синеватым светом и тоже изображала небо со всеми его ветрами. Мэри досадливо вздохнула ― если бы она только могла запечатлеть подобно ему всю красоту неба , такого , каким его видит она… Её всегда удивляло какой мучительной может быть красота , если она доступна только тебе ! Мэри отчаянно хотелось , чтобы Имми видела небо таким же восхитительным , особенно когда оно станет индиговым и ярким от звезд , рассыпавшихся по нему жемчугом. Сестра рассказывала , что в Хогвартсе , в Большом Зале , зачарованный потолок показывал небо гораздо более звездное , чем то , что простиралось над южным небом Шотландии. Это были чужие небеса , и они манили Мэри больше всего на свете.
―Имоджен , ―вдруг попросила Мэри наверно в тысячный раз. ―Расскажи , какой потолок в Большом Зале , а? Не могу поверить , что есть небо прекрасней чем то , что над нами.
Но Имоджен Макдональд , кузина Мэри , в отличие от сестры даже не смотрела на небо. Она со скучным выражением лица пролистывала старый альманах , явно вгоняющий ее в тоску;, ее русые волосы заплетенные в растрепанную французскую косу и так и не высохшие до конца после купания казались синими в свете Люмоса , палочка ― не своя , конечно , а контрабандная , но лучшего качества , чем французские «шлюшки» ― торчала из ее волос , где-то за ухом . Имоджен подняла взгляд к небу и фыркнула― пришедшее из Хогвартса письмо с отметками ввергло ее в какое-то состояние фатальности и ворчливого равнодушия , хотя точных слов начитанная Мэри так и не смогла подобрать. Мэри пыталась приободрить ее по началу , но малодушно забросила это занятие , так как оно бередило ее собственные душевные переживания.
―Обычное небо в твоем Хогвартсе , ―все-таки ответила она и угрюмо добавила : ―Все никак не обвалиться на эту дранную кошку! Попросить кого заколдовать что ли?
Мэри предательски хихикнула и тут же получила легкий подзатыльник от сестры ; вернее получила бы , если бы не успела увернуться. На трансфигурации Имоджен приходилось особенно тяжко , и Мэри горячо сочувствовала ей. Кто такая «дранная кошка» она знала и догадывалась , что подобные проблемы в обозримом будущем ждут и её,и были они также неизбежны, как и тролли по трансфигурации, если , конечно , она ― когда она! ― поступит в Хогвартс , правда , в куда большем масштабе . Однако подобное развитие событий совсем не устраивало Мэри: в конце концов, её отец тоже был боевиком, но трансфигурация давалась ему вполне неплохо, не говоря о других школьных предметах.
Мэри снова перевела взгляд на небо , его перистые облака , приобрётшие в закатных лучах солнца золотисто-розовый цвет. Она слушала шелест пергамента в руках Имоджен и тихий стрекот каких-то насекомых в высокой траве , плеск воды о скалистый берег и щебетание редких птиц. Мэри смотрела на небо так долго и так чутко вслушивалась в ночные звуки , что незаметно провалилась в забытье. Этому было глупо удивляться : последние недели она выматывала себя как только могла , но тревожные мысли все равно нагоняли ее.
Были последние дни июля и письмо из Хогвартса должно было прийти больше недели назад.
Мэри эту неделю провела плодотворно : большую ее часть она провела в лесу с такими же малолетними и чуть постарше отпрысками ковена , раз двадцать заново облазила все поместье Макдональдов , которое уже мало кто звал гордым словом «замок» несмотря на изредка сваливающиеся на голову барельефы в стиле барокко и готики, и , кажется , не оставила в отсыревшей библиотеке ни одну книгу нетронутой : по-своему обыкновению она утаскивала их в свою комнату десятками , читала вперемешку отрывки , беспорядочно перебегая от одной книги к другой , и засыпала незадолго до рассвета в комнате , где было почти невозможно передвигаться даже между высокими и кособокими островками книг. Эта ее бесцельная и лихорадочная тяга к знаниям была не новостью , а скорее укоренившимся образом жизни. Ей вполне хватало усидчивости во всем , чем она действительно хотела заниматься, что , впрочем, было редкостью ― так она ночь напролет могла пялиться в звездное небо или часами страдать над непонятным латинским или гэльским отрывком казалось из чистого упрямства , а затем , добившись своего отбрасывать книгу в сторону и тут же хватать другую ; никакая работа , даже самая кропотливая и изматывающая не была способна испугать Мэри , если только она этого не хотела. Но в последние дни , тревожные и бессонные , Мэри как будто и вправду впала в загадочную лихорадку. От недосыпа она вся побледнела и даже немного осунулась , проступили скулы несвойственные для лица , которым она пошла в мать , Терезу Нотт ; только ее глаза темно-зеленого , бархатисто-болотного цвета с серыми прожилками, стали нездорово яркими и даже приобрели болезненный блеск.
И все же даже такие яростные истязания не помогали ей укрыться от тревожных мыслей. Она не могла сомневаться в том , что достаточно талантлива для Хогвартса. Да , кроме своей стихийной магии у нее мало что получалось и большинство заклинаний , которые она освоила были скорее заменой тем , которые колдовали родители и их знакомые , но , во-первых , Мэри это считала достижением , да к тому же Хогвартс полон маглокровок , которые впервые услышат о магии этим летом и уж навряд ли Мэри будет выделяться на их фоне в худшую сторону ; а во-вторых , она прекрасно знала , что две стихии ― стихии огня и воздуха ― которые снобистскими стараниями бабки Блэк поместились в ней и до сих пор уживались были беспрецедентным случаем , даже сам Мерлин не был наделен подобной силой. Он , правда , колдовал нормальный Люмос и другие заклинания , но Мэри не волновали придирки жалких посредственностей. Причина того , что она до сих пор не спит с заветным письмом под подушкой могла быть только одна ― отец придержал его у себя. И вот тут и было раздолье для тревог. Причиной , почему отец решил не вручать желанное письмо было море. Макдональды жили бедно , даже очень . Отец Мэри , Магнус Макдональд , промышлял егерством ― делом не очень прибыльным и без того , а Магнус , щепетильно честный и совестливый , рыцарь порою до крайней глупости , хотя мало кто мог его в этом заподозрить, терзался своими принципами больше , чем его семья бедностью. Мэри , конечно , не догадывалась о такой степени его мук , но подозревала , что отец далеко не в восторге от своей вынужденной профессии. Пару проектов , которые он пытался протолкнуть в Министерство , наделали много шума , дошедшего и до его дочери , но Мэри и тут не спешила делать выводы. И все-таки ей отчаянно не хотелось верить , что отец не мог приберечь средств на образование единственной дочери , хотя ― и тут Мэри сама попадала в объятия своей совести ― на образование племянницы у него хватало средств уже третий год.
Были , безусловно , и другие причины. Может , отец приглядел для нее другую волшебную школу или , может быть , решил и вовсе не отправлять ее учиться. Может Хогвартс сгорел , но этого не пишут в газетах или еще что-то в этом роде. Мэри мучалась самыми сумасшедшими догадками , многие из которых смахивали на многоходовые интриги из тех , которых было в изобилие у Дюма. Она с замиранием сердца ждала разговора с отцом , но он все не происходил. Первые дни Мэри ждала , почти не отлучаясь из замка ― неслыханное для нее дело! Она таскалась по каменным , холодным даже жарким летним днем , коридорам и пыталась почаще попадаться всем на глаза , изнывая от беспокойства ; но все говорили о чем угодно , только не о Хогвартсе. Мэри было только одиннадцать лет, но она знала точно, что ничто не прочищает мозги лучше, чем выматывающие походы по лесам и ничто не занимает их лучше латыни.
И хотя Мэри провалилась в забытье , и оно было полно сов , падающих на подлете к крепости Макдональдов и горящих замков ― впрочем , они как раз тревожили Мэри не так сильно , в последнее время ее сны все чаще были полны пламеня и ветра , наверняка связанных с приближающимся малым совершеннолетием.
Когда она очнулась от беспокойного сна , небо было таким , каким его ждала увидеть Мэри : темно-пурпурным , будто бархатным , со звездами бисером рассыпанным по небу , и только на горизонте золотился угасающий свет солнца. Имоджен забросила скучный альманах и сейчас присев у костра шевелила почти догоревшие бревна. Мэри приподнялась на локте и встряхнула головой , но проклятые тревоги не желали оставлять ее вместе со сном. И Мэри наконец-то решилась на откровенный разговор.
―Имми , ― позвала Мэри и почувствовала как неспокойно забилось её сердце. ―Имми , ― повторила она. ― Ты думаешь меня не отправят в Хогвартс?
Имоджен поражено вздернула свои прямые брови.
―С чего бы это ? ― как-то растеряно пожала плечами Имми , хотя и её подобные догадки порою посещали. ―У Магнуса дела идут вроде хорошо ― да и весь год так шли , если судить по письмам. ―Она нахмурилась и спросила : ― Или я чего-то не знаю?
―Ты же знаешь , что я без понятия , ― раздраженно передернула плечами Мэри и тут же отвела глаза, спеша скрыть давнюю обиду на молчаливость отца и волнение , одолевающее её. ―Просто письмо из Хогвартса должно было прийти больше недели назад , а ты сама видишь , что ни письма , ни… Ничего!
―Мэ-э-эри, ― протянула сестра так , что Мэри стало стыдно как-то заранее. ―Мерлин мой , ты же чуть ли ни неделями не показываешься из лесов , а когда я вылавливаю тебя чтобы поговорить , ты утаскиваешь меня на берег озера ― несколько миль от замка , между прочим! ― ещё до рассвета. Магнусу остается разве что аврорат нанимать тебя разыскивать или , вон , твой Ковен траханный!
Мэри залилась краской ,прекрасно зная , что Имоджен сказала чистую правду. И все-таки на душе у Мэри было неспокойно. Магнус Макдональд , ее отец и дядя Имоджен , был егерем ,хотя большая часть Европы и Америки знала его как ублюдка и одного из ближайших сподвижников Гриндевальда , но главное заключалось в том , что Мэри не сомневалась : ему стоит только захотеть и через неделю он добудет что угодно и кого угодно , начиная с философского камня и какого-нибудь затраханного домовика и кончая сказочными Дарами Смерти и самим Мордредом. Егерь Макдональд неприлично редко занимался своими прямыми обязанностями , зато каждый раз когда занимался , на мелкое не разменивался , были у него дела и в Лютном, о которых он говорить не любил.
И именно поэтому Мэри ну совсем никак не верила , что отец не мог вытащить ее хоть из пасти василиска и обрадовать хорошими новостями. Ну или хотя бы огорчить плохими , Мэри уже не была и против этого .
Имоджен бросила жалостливый взгляд на Мэри и предложила :
―Если ты так переживаешь из-за дурацкого письма , почему сама не поговоришь с отцом?
Мэри покраснела еще сильнее , хотя ей казалось , что это уже невозможно , признаваясь в собственном малодушии и трусости. Впрочем , что касается Магнуса Макдональда , то тут провалился бы даже самый опытный дознаватель, потому что , по мнению Мэри , ни один человек еще не рождался на свет с таким поразительным талантом ускользать от ответов. И Мэри , дочь своего отца , так же легко ускользнула от вопроса Имоджен. Душистая и по-летнему теплая ночь захватила Абердиншир полностью , и Мэри слабовольно отдалась в ее волю , в жемчужную россыпь звезд на индиговом небе и тихие звуки : потрескивание огня , плеск воды о скалистый берег , редкое щебетанье птиц.