Приятное разнообразие

миниAU / 13+
14 апр. 2019 г.
14 апр. 2019 г.
1
1578
 
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
Мальчишка влюблен без памяти, если не в первый раз в жизни, то уж точно не в десятый… Это по всему видно — он краснеет, дерзит в три раза больше, чем обычно; огрызается на любое замечание, ершится, когда его пытаются погладить по голове. Со стороны это выглядит очень забавно, Гэбриэл прикусывает губу и сдавленно фыркает, глядя на ужимки Маккри.
— Что это с ним? — удивляется Джек, когда Маккри в очередной раз ежится и шипит на попытку потрепать по волосам.
А Джек, как всегда, ничего не понимает, вечно в делах, вечно где-то над миром смертных, как и полагается солнцу. Нет, если намалевать на всю стену его кабинета «Моррисон, я вас люблю», то он информацию осознает и примет к сведению. А уж если еще и подписаться…
— Влюбился, — просвещает его Гэбриэл и, не выдержав, самозабвенно ржет.
— О? Это же прекрасно…
— В тебя влюбился.
Маккри психует, несется к двери, бросив напоследок злой взгляд на командира, который так беззаботно спалил его нежные чувства.
— А ну стоять, — Джек делает бросок к той же самой двери.
Сейчас Гэбриэл сильно жалеет только о том, что под рукой нет ведра с попкорном. На это представление смотреть можно бесконечно, никакой билет в цирк не нужен.
— Отстаньте, — орет Маккри так, словно Джек его там на пороге уже лишает последней девственности.
— Нам надо поговорить!
— Не хочу я с вами разговаривать!
Гэбриэл устраивается поудобнее на столе, принимает позу роденовского «Мыслителя» и пытается сам с собой поспорить, что сегодня победит — подростковая дурь или упрямство Джека. Похоже, что второе. Удрать Маккри не смог, а кругами по кабинету бегать от Джека он благоразумно не решается.
Маккри сейчас похож на кота, которого тащат купаться, а он ноет дурным голосом, не пытаясь сопротивляться, растопыривает конечности и висит. Висит в буквальном смысле — Джек ничего лучше не придумал, как его над полом поднять за шиворот. Разве что растопыриваться в позу парашютиста это несчастное создание не стало.
— Итак, давно это у тебя? — спрашивает Джек тоном бывалого венеролога, узревшего свищ на неприличном месте очередного пациента.
— Что у меня?
— Влюбленность в меня.
Маккри закатывает глаза, скрещивает руки на груди и явно собирается уйти в глухую оборону, мол, что-то там командир Рейес напутал, ничего не знаю, отстаньте от меня.
— И что мы с этим будем делать?
Джек растерянно смотрит на Гэбриэла.
— С «этим» — это с Маккри или с его стояком при виде тебя?
Джек возмущенно смотрит, однако Гэбриэлу весело настолько, что подобные взгляды его не задевают. Незатейливый солдатский юмор, что поделать.
— Допустим… Со вторым.
— Старик, — Гэбриэл приказывает себе выглядеть спокойным и говорить участливо, хотя голос ощутимо подрагивает. — Я понимаю, что в тридцать восемь лет уже не очень помнится, что в таких случаях делают, но я тут читал умную книжку с картинками. По-моему, там полагается кого-то раздеть, что-то там куда-то всунуть и подвигать. Говорят, от этого бывает приятно, но я не очень уверен.
Маккри помалкивает, ради приятного разнообразия, видимо, Джек из него все слова вытряхнул. Ну или, судя по тому, как он даже в такой позе облизывает взглядом кусок шеи Джека, видный из-за ворота плаща, все мысли уже утекли в штаны. Еще бы — такой тесный контакт с предметом воздыхания.
— Но я не могу вот прямо так…
— Ну начни с малого — поцелуй его.
Джек от растерянности рекомендацию выполняет. Гэбриэл прекращает смеяться и внимательно наблюдает за тем, как Маккри прижимается к Джеку всем телом, трется о того. Наверняка, сейчас еще и в поцелуй стонет.
— Ты только там с языком полегче, — заботливо советует он. — Помни, что Маккри у нас нервный и…
Судя по тому, как Маккри обмякает в руках Джека, совет запаздывает.
— Ну ты еще спроси, что с ним делать, — ворчит Гэбриэл вполголоса.
— И что с ним теперь делать? — растерянно спрашивает Джек.
— Ну не знаю, в окно выкинь!
Раздражается Гэбриэл отчего-то до странности легко. Ну хотя бы потому, что это он должен был там стоять, лапать Джека, прижиматься и все прочее, разве что одного поцелуя ему не хватит, чтобы кончить. Хотя при виде Маккри раздражение стихает, слишком уж тот выглядит… светлым каким-то, воздушным. Как лупоглазая зефирка.
— В постель тащи, — поясняет Гэбриэл.
— В чью?
— В мою, разумеется. Это же мой агент. Логично?
— Логично, — говорит Джек, являя всю натуру истинного светловолосого создания.
И тащит. В комнату Гэбриэла. Который следует за ними, пытаясь сквозь множественные фейспалмы рассмотреть дорогу.
— А теперь что?
— Раздевай его. И сам раздевайся. Должен же я получить немного аморального удовольствия от созерцания вас двоих?
Джек по самые гланды затрахан работой. От Маккри вообще проку немного. В общем-то, сейчас в этой комнате мозгом думать может только Гэбриэл Рейес, а в его мозгу так и носятся какие-то картинки из порноролика, который он нынешней ночью смотрел, пока Джек рядом… нет, не спал. Работал с документами. С другой стороны, а почему бы и нет? Маккри отлично знал, в кого влюбляется, какие отношения связывают двух командиров, да и вряд ли у него внезапно пробудится высокая мораль.
И если быть честным до конца, его присутствие может помочь наладить отношения с Джеком. Откатить их со ступени «мы много лет женаты, у меня на тебя поднимается только веко поутру, чтобы посмотреть, что ты там возишься» хотя бы до «а мы еще ого-го какие жеребцы».
И Гэбриэл раздевается, попутно рассматривая обоих партнеров по грядущей постельной игре, с горечью ловит себя на мысли, что тело Джека знает до мелочей, до последнего шрама. Великолепное тело, все еще желанное. Перед сном. По выходным. Да уж, иногда отношения надо освежать, это точно.
Маккри выглядит без одежды более… спортивным, чем в ней. Это интересное наблюдение. Оказывается, он не тощий, просто поджарый.
— Присоединишься? — спрашивает Джек, закончивший последние — они же единственные — трусы с Маккри стаскивать.
— Конечно.
На ребрах Маккри, уже не напоминающих анатомическое пособие, виднеется парочка свежих гематом от тренировки. Гэбриэл зачем-то их трогает. Маккри ежится.
— У вас руки холодные.
Гэбриэл сразу же прикладывает обе ладони к его животу. Погреть. Маккри дергается, но покорно замирает, больше от того, что таращится на Джека, который начинает с себя все снимать: и одежду, и обязательства перед всем миром.
— Ты там раздевайся или сразу или как можно медленней, а то твоего воздыхателя удар хватит от восхищения и перевозбуждения.
— А сам-то…
Маккри только сейчас соображает, что тут еще и непосредственное начальство в чем мать родила, переводит взгляд и с интересом изучает Гэбриэла сперва взглядом, потом и руками, трогает, прощупывает. Впрочем, деликатно, ниже талии не спускается. Разве что накладывает горячие ладони тому на бедра.
— А малыш-то разбирается, за что надо тебя хватать, — со смешком замечает Джек.
— Да ничерта он не разбирается. Выше. Левее. Еще левее. О да. Вот так. Сильнее.
Маккри самозабвенно чешет спину Гэбриэлу и понемногу приходит в себя от этой глупости. Ненадолго. Джек забирается на постель, Маккри сразу же замирает, словно впав в транс, что вызывает у Гэбриэла умиленное фыркание.
— Можно руками трогать. И не только руками. И не только трогать. Вперед, парень, не стесняйся. А ну куда полез!
Хватка у Маккри крепкая. Насколько полагается ей таковой быть. Когда в руке зажат член. Чужой.
— Почему меня-то?
— А вы мне тоже нравитесь.
Джек ржет где-то за спиной, потом целует Гэбриэла в шею, оставляя засос, обхватывает поперек груди и принимается будоражить мелкими укусами загривок любовника. Рейес вздыхает, потом рывком подтаскивает к себе Маккри.
— Значит так, агент. Сейчас мы слегка нарушим устав и завалим наше командование, вернее, я заваливаю, а дальше твоя задача сделать так, чтобы оно не возмущалось. Усек?
— Усек.
Джек возмутиться и не успевает, когда оказывается в объятиях Гэбриэла, поменявшись с ним местами. А потом сразу же глухо стонет. Что ж, в своей идее мальчишка оказался прав — во время орального секса возмущаться не жаждет даже Джек Моррисон, у которого воля оказывается не такой крепкой, как стояк, над которым вовсю трудится Маккри.
— А неплохо выглядите, — шепчет ему на ухо Гэбриэл.
Маккри старается, причем так, что Джек почти забывает о присутствии Гэбриэла, наслаждаясь, откидывает голову тому на плечо, тяжело дышит. И вызывает желание бесконечно смотреть на то, как он выглядит, когда вот так кайфует, безотчетно пытается податься бедрами вперед — у Маккри опыт в подобном явно почерпнут из порнухи, никакой практики. Глубоко брать не рискует, да и больше лижет как бестолковый щенок.
Хотя Джеку все равно хватает и такой неумелой ласки. А может, в ней все и дело. Может, именно такое робкое ублажение его и заводит. Рейес перебирает в памяти все моменты, вынужденно признавая, что да, у него, конечно, опыт и отсутствие морали…. Но может, этим Джек и пресытился?
— Эй, а что это у нас капитан Рейес так нагло уклоняется от исполнения долга? — спрашивает Джек, все еще прерывисто дыша, и слабо усмехается. — Мне опять все самому делать?
И смотрит так, что способен исцелить любую импотенцию одним лишь этим взглядом. Маккри уже откатился к стене, лежит там, почти не шевелится. И такие затуманенные взоры Рейесу хорошо знакомы. Надо же, мальчишка умудрился кончить, пока Джеку отсасывал. Вот что значит щенячья любовь.
— Ну что вы, страйк-коммандер… Как я могу вас утруждать нелепыми телодвижениями?
Почему-то под взглядом Маккри трахаться намного интереснее. И Джек это тоже понимает, отдается так горячо, стонет, нимало не стесняясь. Это все напоминает их первый раз. Или второй. В общем-то, все то время, когда секс друг с другом им еще был внове. И Рейесу кажется, что кровать им все-таки нужна побольше. Чтобы было куда складывать Маккри.
Написать отзыв