Team Building and Happiness

миниAU, драма / 13+
Вудс Роджерс Джеймс Флинт Джек Рэкхем Чарльз Вейн Элеонор Гатри Энн Бонни
4 мая 2019 г.
4 мая 2019 г.
1
1107
1
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
 
‒ Пять минут до старта, - голос судьи там, далеко внизу, заставляет отвлечься от своих мыслей и собраться. Вспомнить знания студенческих времен ‒ хотя, по правде сказать, он тогда занимался греблей, а не яхтингом, ‒ недавний короткий инструктаж, поймать ветер…
Вудс Роджерс ловит взгляд Энн. Рыжеволосая бестия сосредоточена и спокойна. Её, кажется, совсем не волнует ни то, что фехтование, в котором она мастер, имеет еще меньше общего с парусным спортом, чем навыки и умения капитана их команды, ни сама идея подобного корпоратива.

Конечно же, это была идея Джека — отметить мини-юбилей фирмы подобным образом. Регата: две яхты, специально модернизированные для гонок, три захода. Команда топ-менеджеров компании и членов их семей против команды акционеров, плюс по одному настоящему моряку в каждой. Хотя, скорее, те будут следить, чтобы развлекающиеся бизнесмены не угробили суда, чем помогать.
Брызги воды в лицо, солнечные блики, напряжение мускулов, когда не сразу удается совладать с непослушным парусом, каждый удающийся команде маневр вызывают в груди позабытое было за годы офисной работы ощущение настоящей свободы, почти эйфорию.

«Бродяга» скользит по волнам впереди, будто дразнит. Эйфория уступает место ярости, окутывающей будто ядовитый туман. Когда он в прошлый раз уступил этой ярости, дело закончилось безобразной дракой в баре, разбитыми в кровь костяшками пальцев, наложением швов и внушительными счетами от владельца бара, стоматолога самого Роджерса и стоматолога его противника — Чарльза Вейна. К счастью, счетами дело тогда и ограничилось, обвинений никто никому предъявлять не стал.

Вудс Роджерс никогда не спрашивал Элинор, как её когда-то угораздило закрутить роман с Чарльзом Вейном. Может, кто-то и считал его наивно лишь красавцем и плейбоем, но слухи о связях с мафией на пустом месте не возникают. Правда, тогда это казалось делом прошлым, и он благоразумно не обсуждал с молодой красавицей-женой её бывших любовников (или любовниц, такие слухи тоже были), а она, в свою очередь, не устраивала сцен, когда он возил своих детей от первого брака на выходные в Диснейленд, оплачивал их каникулы в Шотландии или на Майорке, а также откладывал деньги на их высшее образование. Учитывая, что в финансах она разбиралась лучше мужа и помогла выпутаться из истории с банкротством, размеры его трат на первую семью она знала до цента, но всегда оставалась понимающей и тактичной.

Вот только несколько лет назад, когда потребовались значительные инвестиции, она обратилась к Чарльзу. Тот помог, заодно и в совет директоров вошел. Роджерс подписывал бумаги, улыбался, обменивался рукопожатиями, но вечером после заключения сделки пришел в бар… После случившегося Элинор не разговаривала с ним месяц. Оттаяла лишь тогда, когда близняшки начали говорить. С разницей в день. У одной первым словом было «мама», у второй – «папа», м-да.

Вообще, если подумать, дети играли в их жизни и бизнесе огромную роль. За несколько месяцев до того происшествия Джек предложил устроить у них на фирме мини-ясли: Энн нужно было готовиться к олимпийским играм, на работе был очередной завал, а няням и веб-камерам Рэкхем не готов был доверить сына на десять-четырнадцать часов ежедневно. Предложение он аргументировал какими-то научными исследованиями и графиками по производительности труда. Страдающий от недосыпа и рабочих проблем Роджерс с ужасом представил, что детский ор будет теперь и в офисе, раздраженно отмахнулся и, разумеется, не собирался разрешать ничего подобного. Но неожиданно предложение поддержали почти во всех отделах. В 21 веке сочетать семью и карьеру хотели не только матери, но и отцы! И что же? Переоборудовали несколько комнат, получили пачку разрешений, наняли воспитателей. Даже в новости на ТВ попали! А потом одна из бухгалтеров, — молодая мать, любящая йогу, — спелась с кем-то из отдела маркетинга. И с пиарщиком-Джеком. Кто бы мог подумать, что от ясель и от детских рисунков до запуска линии мягких игрушек, подушек для беременных и напольных подушек для релакса в виде бананов, апельсинов или папайи пройдет менее года! Но да, тогда им понадобились инвестиции, и Элинор посчитала возможным и нужным обратиться именно к Вейну. Безумие! А кто-то говорит, иметь свой собственный успешный бизнес легко.

И вот теперь, спустя годы, они вновь соперники. Корпоратив, как же.
‒ Капитан, вы в порядке?
Роджерс старается успокоить дыхание. Если суметь обуздать ярость, он превратится в стрелу, летящую прямо в цель. В подобном состоянии никто не в силах его остановить. Так он побеждал в юности. Так он победит сегодня. Отрывистые команды. Удивление в глазах моряка, призванного контролировать происходящее. Но люди, его люди, подчиняются. Ветер наполняет паруса. «Эвридика» вырывается вперед. И счет становится 2:1.

На берегу зрители радостно машут флажками и воздушными шариками. Кто-то открывает шампанское. Роджерс и Вейн жмут друг другу руки под вспышками фотокамер. Хотя, вероятно, репортеры хотят заснять жену Чарльза, Абигейл. Единственная дочь известного политика, она была похищена несколько лет назад. Затем загадочно спаслась. Вместо того, чтобы скрыться от мира в какой-нибудь швейцарской клинике, вышла замуж. И, если верить таблоидам – и её улыбке – счастлива со своим мужем, которого излечила от ряда вредных привычек. Блузка с кружевным жабо вся в брызгах крови, рука перевязана, видимо, поранила её во время гонки, но глаза задорно блестят из-под пиратской шляпы. Кажется, её нисколько не огорчило поражение.

‒ Поздравляю с победой, капитан! Кстати, давно хотела спросить, можно ли использовать идею с вашими релакс-подушками в моем новом романе?
‒ Только не в самой страшной сцене, дорогая! – Абигейл, кроме прочего, пишет триллеры, и, хоть и издает их под мужским псевдонимом по настоянию семьи, не особо это скрывает, вон, и Элинор в курсе. И обнимает сначала отнюдь не мужа, а миссис Вейн. «Дорогая», надо же. Вудс Роджерс чувствует, ему надо выпить. А впереди ведь еще праздничный банкет!

Близняшки, ради праздника нарядившиеся не в джинсы, а в платья с оборками, что-то затевают вместе с юным Рэкхемом и с кузеном. Роджерс надеется, что это всего лишь запуск нового вертолета на радиоуправлении, подаренного им «дядей Джеком», а не дополнительный фейерверк из тайком раздобытых ингредиентов.

Сотрудники подходят с поздравлениями, шутят, хлопают по плечу, нарушая всякую субординацию. Где-то в толпе, кажется, мелькает постаревший и чуток располневший Джеймс. Видимо, его не забыли пригласить, как тринадцатую фею. Роджерс улыбается этой мысленной аллюзии, тут же ощутив укол сожаления: своим старшим детям он сказок не читал, вечно пропадая на работе. Он подзывает жестом официанта, наконец-то делает первый глоток шампанского и понимает, что счастлив. Счастлив благодаря своей семье, коллегам, друзьям, которых всё же не оттолкнул, счастлив несмотря на все взлеты, падения, ссоры и примирения. Просто счастлив.