Такая работа

миниобщее / 13+ слеш
30 мая 2019 г.
30 мая 2019 г.
3
7319
2
Все главы
Отзывов пока нет
Эта глава
Отзывов пока нет
 
 
 
— Смотри, что я тебе принес… — проорал Вир, врываясь в кабинет и разбрызгивая вокруг дождевые капли с куртки. — Тебе понравится, я в этом уверен.
На бумаги прямо перед Ирвейном легла тяжелая фиолетовая фигурка изогнувшейся ящерицы, а напарник бесцеремонно уселся на край столешницы, болтая ногами.
— Слезь со стола, мокрая лягушка, — буркнул Ирвейн, задумчиво разглядывая ящерицу. — И зачем мне эта рептилия? Долбануть тебя при случае по башке, когда ты в очередной раз начнешь блистать своим остроумием в мой адрес?
— Фи, какой ты грубый, — буркнул Вир. — Где же ваша галантность, рыцарь?
Ирвейн только поморщился.
Полученное недавно за раскрытие нашумевшего дела звание было всего лишь формальностью и ничего не давало, кроме права приписывать слово «рыцарь» к имени и фамилии, однако Вира веселило несказанно. И подкалывать напарника он не уставал. Тот лениво огрызался, Вир удваивал усилия — и все были счастливы. По крайней мере, количество трупов не увеличивалось, а настроение у Вира было отличнейшим.
— Галантность к званию не прилагалась. Можешь жалобу написать на эту тему в вышестоящие инстанции. Так зачем мне эта ящерица?
— Ну, она подходит по цвету к твоим глазам. Я ее увидел в сувенирной лавке, куда заскочил от дождя укрыться, вспомнил тебя. И решил приобрести.
Ирвейн сунул подарок в ящик стола, хмуро глянул на Вира:
— Будь так любезен, сгинь отсюда, пока я не отказался от напарника. И в следующий раз не тащи мне всякую дрянь, которая подходит по цвету к моим глазам, волосам или прочим частям тела.
— И чего ты такой злой с утра пораньше? — Вир даже с места не сдвинулся.
— А что, утро уже? — Ирвейн глянул на часы, показывающие восемь часов.
— Ты тут всю ночь торчал? — ужаснулся Вир. — Ирвейн, это уже ненормально. Ты хоть поспал бы…
— В твоих советах я не нуждаюсь. Как и в тебе самом.
— Я, между прочим, тоже не просил, чтоб мне навязывали тебя, — Вир явно обиделся. — Мне тебя и дома хватает выше крыши.
— Ну вот, — Ирвейну стало смешно, — сам пришел, меня от дел оторвал, голову мне своей болтовней задурил и теперь я же и виноват.
Вир спрыгнул со стола, гордо фыркнув.
— И не дуйся, а то лопнешь, лягушечка, — напутствовал его телепат.
— Привет, Искорка, — в дверь просунулась голова Дейва. — Пошли кофе пить? Нам автомат починили с раннего утра.
— Идем, — Вир тут же про обиду забыл, ринувшись к дверям.
Ирвейн, не обратив на Дэйва ни малейшего внимания, — его приглашение не касалось — продолжил перебирать бумаги, сортируя черновики и нужные листы по разным коробкам, одну — для архива, вторую — для уничтожителя. Надо ж чем-то Вира занимать, пока заданий нет, вот пускай и сидит около бумагорезки.
В отделе Ирвейна дружно не любили за его холодность и высокомерие. Сам он никоим образом не собирался развенчивать мифы о себе. Главное — работа, а то, каким его считают коллеги — их проблемы. Опять же, людям надо кого-то постоянно жалеть, а Вир, напарник, приказом начальства приставленный к Ирвейну, подходил для этой цели как нельзя лучше. Как же, бедняжка работает бок о бок с мрачным и нелюдимым телепатом, который его вечно обижает. Знали бы они, что происходит порой за дверями общей квартиры телепата и его напарника — пожалуй, еще задумались бы, того ли они жалеют.
— К глазам подходит, значит, — хмыкнул Ирвейн, открывая ящик стола и разглядывая ящерицу.
Иногда Вир бывал просто невыносим со своими шуточками — настолько, что Ирвейн мечтал оглохнуть. Иногда напарника хотелось убить на месте. Телепат вскидывался, ментальный посыл рвался к Виру, амулет на нем вспыхивал огнем, Вир хватался за него, хотя было нельзя цапать отражающие предметы, когда они активны.
В результате Ирвейну приходилось лечить обожженную ладонь, матерясь на напарника. Однако болтливый, плаксивый, бестолковый раздолбай Вир, вечно портящий отчеты и не умеющий даже яичницу самостоятельно сварганить, ни разу не сдал телепата начальству — напарнику он был верен. Может, потому Ирвейн и позволял себе немного отпускать самоконтроль и срываться на Вира — знал, что последствий не будет, а мазь от ожогов действует моментально. К тому же, над щитами этого раздолбая он сам работал, все-таки, хоть и геморрой, но родной и привычный.
— Нет, ну какой дурик все же со мной в паре…
Дверь открылась, пропуская Вира с какой-то папкой, на которой стояла чашка. Юноша доволок импровизированный поднос до стола Ирвейна.
— Это тебе.
— А что, в кофейном автомате нынче чай с лимоном выдается? Как ты его так настроил?
— Нет, там кофе выдается, а чай я у Сорки отобрал.
— И он не возражал?
— Ну, он не успел.
Ирвейн только вздохнул. Временами от несносного мальчишки был хоть какой-то толк — связываться со внешне открытым и улыбчивым пареньком-пирокинетиком не решился бы в здравом уме никто, кроме раздолбая Вира. Характер у Сорки был под стать умению — вспыхивал легко, погасал долго. И он терпеть не мог, когда кто-то пытался одолжить его чай — заваривал его Сорка умело, но мало кому удавалось сей божественный напиток испить.
— К тому же, я ему взамен оставил пирожное.
— А оно-то у тебя откуда?
— А его мне дал Дейв. За то, что я ему помог кофейный автомат починить окончательно.
— И как ты его починил? — удивился Ирвейн.
— Я его метко пнул. Автомат, в смысле. Он как-то странно зажужжал и стал работать, вот.
Телепат вздохнул, принимая чашку. Это ладно, что удачно пнул. А то сейчас бегал бы весь отдел с тряпками, затирая пол, а Вир бы потом полгода на починку автомата работал.
— Я сперва хотел тебе пирожное принести. Потом смотрю, Сорка с чаем стоит… Ну, я ему пирожное сунул, чай отобрал и ушел. По пути встретил шефа и отнял лимон.
Ирвейн подавил желание сползти под стол и срочно проглотить улику вместе с цедрой, пока начальник не явился выяснять, что за буйный ураган спер у него из рук цитрус.
— В общем, ты пей, а я пока почитаю, что у нас там в новом деле. Шеф вместе с лимоном отдал это, — Вир потряс в воздухе папкой.
— Дурдом, — простонал телепат. — Нет, я точно от тебя откажусь.
Вир только хихикнул, устраиваясь на своем привычном месте — на столе напарника. Положил папку на голову Ирвейну и принялся разглядывать содержимое принесенного. Телепат уныло хлюпал чаем и раздумывал над тем, почему эта белобрысая тварь все еще жива и не обзавелась испекшимися мозгами.
— Нам надо расследовать убийство, — растерянно пробормотал Вир. — Они, что, совсем рехнулись? Как мы будем допрашивать труп? Ты же только с живыми умеешь… А я вообще ни с кем не умею.
Это было правдой — не умел. Иногда Ирвейн всерьез задумывался над тем, что в отделе ментал-специалистов делает совершенно лишенный каких бы то ни было способностей — да и мозгов тоже, по мнению телепата, Вир. Досье на него содержало только одну многообещающую строчку: «способен терпеть все выходки менталов и налаживать с ними контакт», что, конечно, было правдой — Вир успешно проработал вот уже полгода и ни разу не нарвался на применение способностей со стороны коллег. Ирвейн был исключением, впрочем, для телепата Вир был кем-то, к кому их применять можно безбоязненно. Вот еще бы за амулет работающий не хватался при реагировании того на выброс…
А еще Вир успешно мирил поссорившихся меж собой менталов, совершенно по-детски удивлялся простейшим фокусам со стороны Дейва — телекинетируемый по воздуху чайник Вира приводил в неизменный восторг — искренне радовался иллюзиям Валькира, пытался поймать огненных бабочек Сорки… Остальные тоже тепло относились к нормалу. И только Ирвейн его недолюбливал.
— Убери эту хрень с моей макушки, пока ты тут пузыри пускать не начал и ножками сучить, крича «агу», — процедил телепат. — И вообще, отдай мне папку.
Дейв неоднократно предлагал Виру написать рапорт и попроситься в напарники к нему. Все сходились во мнении, что сдержанный телекинетик, оживлявшийся только при виде Вира, был бы для него идеальным напарником, однако Вир только качал головой и заявлял:
— Ирвейн на самом деле добрый, это я его просто вывожу из себя, потому что я бестолочь.
«Поговорить» с Ирвейном неоднократно пытался весь отдел. Телепат все подобные попытки пресекал на корню, беззастенчиво читая коллег, и, едва завидев направлявшегося к нему доброжелателя, сухо ронял:
— Мое. Личное. Дело.
На том все и заканчивалось. А потом и шеф в неофициальной обстановке попросил не лезть к этой парочке, заверив всех, что вреда Виру не причинят, а работать полноценно он может лишь рядом с Ирвейном, и отдел успокоился.
— Так мы что, будем расследовать убийство?
— А ты что, трупов боишься? — неприязненно осведомился Ирвейн.
— Ну, некоторых боюсь, утопленники, например, страшные. И удавленники тоже, — юноша неожиданно взвизгнул и ввинтился на колени к Ирвейну, словно из всех стен уже лезли вышеозначенные личности.
— Не надо бояться мертвых, Вир, они тебе ничего не сделают. К тому же, их тут нет. Пока что. Но, если одна блондинистая тварь немедленно не слезет с меня…
Вир незамедлительно вернулся на стол, сделав вид, что ничего не было, и подвел итог:
— Некоторых — боюсь.
— Ты работаешь детективом. Думаешь, нам вечно доставались бы дела по розыску сбежавших бухгалтеров и слежке за мужьями?
— Я надеялся, что… — с неохотой пробормотал Вир.
— К несчастью, у нас всем заведует шеф. Сказано — убийство, значит, идем расследовать убийство. И расслабься, могло быть и хуже.
— М?
— Нам могли бы поручить его совершить.
Пока Вир судорожно дохлебывал чай, Ирвейн с довольной ухмылкой вытаскивал из шкафа плащ.
— Люблю тебя пугать, ты хотя бы молчишь. Вир… Вир, не жри лимон! Выплюнь его, Вир! Ну вот, опять…
Белобрысого, как всегда, затошнило от вкуса цитруса. Ирвейн покачал головой, привычно вытаскивая из его стола салфетки, пропитанные лавандой. Прижал одну к лицу Вира, закатывающего глаза под череп.
— Вдохни. И выплюнь несчастный фрукт, он не хочет быть с тобой.
Вир закашлялся, прижимая руку к горлу:
— Какая гадость, как ты их ешь?
— А нефиг пить мой чай. О нет, только не это… Это было молоко! — Ирвейн едва успел переворошить мозг напарника.
Вир свел глаза к переносице, потом вернул их в нормальное положение:
— Как в мое молоко попал твой лимон?
— Упал случайно.
К счастью, амулет не засчитал это как попытку атаки, так что внушение прошло с блеском, сперва мгновенное, а затем и закрепленное — теперь Вир был уверен в том, что принес в кабинет две кружки, одну для телепата, с чаем, вторую для себя, с молоком. Ирвейн поспешил оттащить напарника от стола прежде, чем тот поймет, что на столе только одна чашка.
Вирриоран был классической блондинкой из анекдотов в некоторых вещах. Например, сообразить, что лимонный сок в чае уже присутствует, он не смог.
И это было к лучшему — только больного Вира Ирвейну сейчас не хватало.
— Как думаешь, мне стоит показаться медикам?
— Угу, патологоанатомам желательно. Нет, я так, вслух мыслю. Покажись.
В дверь постучали.
— Входи, Сорка, — буркнул Ирвейн.
Пирокинетик просунулся в кабинет:
— Я слышал вопли. У тебя все в порядке, Искорка?
Вир закивал:
— Мне в молоко лимон упал. Я его случайно едва не проглотил, но Ирвейн меня спас.
— Молоко? — удивился Сорка, но тут же схватился за внезапно разболевшуюся голову. — Ах да, молоко… Ну, я рад, что твой напарник такой героический спаситель от коварных лимонов. И как только у меня перестанет болеть голова, — он выразительно глянул на телепата, — я вам кое-что сообщу. Интересное.
Вир тут же уставился на него с нескрываемым любопытством.
— Нам в помощь дали Дейва на это расследование, — Ирвейн покопался в мозгах Сорки.
— Ура-а-а-а, люблю Дейва-а-а-а-а.
— Нет, ну кто бы сомневался, — Ирвейн посмотрел на потолок с видом «как-меня-задрали-твои-романы-на-рабочем-месте».
— Но тебя я люблю еще больше, — тут же заверил Вир. — Просто Дейв такой классный… И умеет чайники таскать.
— Хочешь произвести впечатление и чтобы тебя любили — научись наливать Виру чай телекинезом, — заржал Сорка. — Искорка, ты неподражаем.
Ирвейн только вздохнул, иногда восторженность напарника действовала на нервы. Мог бы за полгода привыкнуть уже, нет, все равно, каждый раз как ребенок — глаза круглые, рот приоткрыт, и дикий восторг при виде парящей в воздухе чашки. И Дейв тоже хорош. Вот нет, чтобы объяснить, что в этом отделе такое в порядке вещей, выпендривается, сволочь, все канцелярские принадлежности вокруг летают, пройти по кабинету невозможно. Долбаный телекинетик. Из практических умений только и есть, что возможность изловить карманного воришку на улице, а строит из себя аж пси-мастера. И эта… Зажигалка на ножках… Научился прикуривать от пальца, а понтов — как минимум на пиромага.
— Хочешь произвести впечатление, научись мебель взглядом передвигать, — буркнул Ирвейн. — Телекинетик в соседнем кабинете сидит, а столы на руках из машины выгружаем. Его любимый Вир, между прочим, таскает.
— Дейву нельзя перенапрягаться, — тут же заступился за приятеля Сорка.
— Конечно-конечно, — согласился Ирвейн. — Простите, забыл, что у нас тут пансионат для благородных девиц.
— Он еще только учится владеть своим даром.
— Что-то у него обучение затянулось, смотрю.
— Ирвейн, — мягкий голос Валькира прозвучал неожиданно для всех, кроме телепата. — Ты неправ, извинись.
Иллюзионист был единственным, чья специальность действительно не пригождалась толком в расследованиях. Хорош он был уже на поимке преступника, наводя такие иллюзии, что ошарашенные криминальные личности сами выползали со скулежом в руки полицейских, умоляя спасти их от очередного чудовища. Ирвейн так не умел, его дар был хоть и похож, но все же иным. И состязаться с иллюзионистом в искусстве управления разумом телепату не улыбалось.
— Хорошо, был неправ. У нас тут не пансионат благородных девиц, у нас тут дурдом без дверей. Вир, идем, нам пора.
Блондин поскакал к двери, успев по пути повиснуть на Валькире с радостным воплем, подрыгать ногами в воздухе и отцепиться — все за пару минут.
— А нам точно труп покажут?
Стоявший у стола Дейв поперхнулся кофе. И изумленно глянул на Вира:
— Малыш, зачем тебе труп?
— Ну, задание же такое. А я трупов боюсь.
Телекинетик аккуратно поставил чашку на стол, приблизился, пощупал лоб Вира и вздохнул:
— Температуры нет вроде.
— А ты с нами идешь.
— Я знаю.
— Прокати меня до дверей, — Вир с радостным воплем запрыгнул на спину Дейву.
Ирвейн только усмехнулся — ну вот, теперь напарник уже и на чужих шеях ездить научился. Все лучше, чем самому тащить его на спине к двери под изумленными взглядами. И ведь не убьешь же эту цепкую мелкую падлу — жалко. И даже скинуть нельзя. Висит себе, в шею сопит, пятками по бокам бьет.
— Так, что у вас тут происходит? Вирриоран, это что за захребетнические повадки?
Вир тут же брякнулся на пол, вернее, разлегся на воздухе, Дейв успел его вовремя подхватить. Ирвейн мысленно хмыкнул — как белобрысого таскать, так и силы есть, и дар вовсю разворачивается.
— А мы на задание идем, — отрапортовал Дейв.
— Ирвейн, зачем вы внушили Дейву мысль, что он — патрульная лошадь, а Вирриорану — что он едет на задание верхом?
— Ничего я им не внушал, у них и без меня мозги набекрень.
— Отправляйтесь уже на место преступления, — посуровел шеф.
— А Вир мертвых боится, — брякнул Дейв.
— Пускай купирует страх действием.
— Что он сказал? — подергал Ирвейна за рукав Вир.
— Что-то умное, не напрягай копчик, малыш. Все равно не поймешь.
— А почему копчик?
— Потому что все мозги в… Там, в общем.
На лице Вира отразилась напряженная умственная деятельность. Ирвейн хмыкнул, подхватил напарника под руку и повлек к выходу, не заботясь о том, следует ли за ними Дейв. Знал — следует.
— А на чем мы отправимся на место преступления?
— Пешком пройдемся, — Дейв ткнул пальцем в конец улицы. — Нам не очень далеко отсюда идти. К тому же, машин свободных все равно нет.
— Значит, если не очень далеко, то следы свежие, — Ирвейн настраивался на работу.
— Следы чего? — тут же влез Вир.
— Пока не знаю, но сейчас проверим. Дейв? Нам точно вот сюда?
Улица изогнулась, упираясь в кирпичную стену. Вир подошел, с любопытством поковырял ее пальцем.
— Ой…
Палец прошел сквозь кирпичи, словно те были сделаны из пластилина. Менталы переглянулись.
— Искорка, — мягко начал Дейв. — Ты не мог бы аккуратненько расковырять эту стену?
— Мог бы, а тебе не проще по ней стукнуть?
— Сигнализация, — буркнул Ирвейн. — Спалится. И меня спалит.
— А меня, значит, нет?
— А ты нормал. Она на тебя не среагирует, даже если ты ее всю разнесешь. Принцип такой, она не воспринимает тебя как того, о ком следует докладывать.
— Несмотря на то, что я ее вижу?
— Несмотря на то. Не забывай, ты видишь ее исключительно потому, что на тебе висит амулет. Понимаешь, тут создается двойственная ситуация. С одной стороны, ты вроде бы как ментал, видишь такие вещи, осязаешь их и можешь воздействовать. С другой стороны, у тебя нет никаких способностей, так что они на тебя в ответ не огрызнутся. Потому что они тебя не распознают как ментала.
— А я-то думал, зачем это я в вашем отделе работаю. Теперь понятно — кирпичные стены расковыривать.
— Это не кирпичи, это прессованная энергия.
— А вон та личность за стеной, чей глаз на меня таращится — тоже прессованная?
— Пригнись!
Вир распластался на асфальте. Из пролома вырвалась пламенеющая стрелка, ушла куда-то за спины детективам. Вир, сосредоточенно сопя, принялся проковыривать дыру в подножии стены.
— Удирает…
— Я его запомнил, так что пусть удирает, далеко не убежит, — Ирвейн хмурился. — К тому же, мне эта личность смутно знакома. Мелкая сошка, дохленький пирокинетический дар, промышляет жульничеством. Интересно, кто его нанял.
— Он упал, — доложил Вир. — Поднялся. Дальше побежал.
— Я знаю, где его искать, так что пробивай стену и не разменивайся на подглядывание.
— Ой, какой красавчик, — вдруг взвизгнул Вир. — С таким шикарным хвостом.
— Никакого красавчика не чувствую, — напрягся Ирвейн.
— Мяу, — возвестил белый откормленный котяра, небрежно проходя мимо детективов.
Телепат дал ласкового пинка напарнику.
— Искорка, не надо сбивать нас, — Дейв присел рядом. — Мы не видим, что там, за стеной.
Вир кивнул, поднялся. Отошел на пару шагов, разбежался и напрыгнул на стену, проломив ее плечом.
— А теперь сравни свои габариты и наши, — посоветовал Ирвейн.
Белобрысый разбежался снова, уже с той стороны, вынес еще часть кирпичей, на полном ходу влетел в объятия телепата.
— А сейчас все нормально?
— Практически, — просипел Ирвейн. — Ты мне в пах бедром заехал.
— Извини… Я нечаянно.
— ПРЕКРАТИ МЕНЯ ГЛАДИТЬ!
Дейв тихо помирал со смеху на той стороне за стеной. Ирвейн мысленно записал телекинетика в список тех, кому надо устроить сеанс мигрени, на первую строчку.
— Ты идти сможешь?
— Если ты слезешь с моей ноги — даже бежать. Подальше от тебя.
Стену они миновали беспрепятственно. А дальше возникла небольшая проблема…
— Ты уверен, что это то место, куда нам надо было явиться? — Ирвейн оглядывал вывеску отеля с красноречивой красной розочкой в углу.
— А что тут? Ого, бордель, — растерялся Вир.
— Не бордель, а дом отдыха, — поправил его Дейв, морщась. — Да уж, доверия не внушает.
Обшарпанное здание выглядело так, словно вот-вот развалится, обрушившись на головы тех, кто рискнет войти. Кучи мусора вдали, какие-то подозрительные хвостатые тени — переулок выглядел так, что Вир всерьез подумал, не пора ли открыть в себе талант к левитации и слевитировать куда подальше.
— Как тут вообще такое местечко существует? Его бы санэпидемстанция прикрыла моментально, — блондин удивленно уставился на напарника.
— Не прикрыла бы, малыш, — Дейв поежился. — Ее нет здесь.
— Что?
— Мы сейчас находимся не в той реальности, к которой ты привык.
— А где мы? — вытаращил глаза Вир.
— Не напрягай копчик, — снова посоветовал Ирвейн. — Я тебе потом расскажу.
— У нас с ним проблемы будут, — Дейв покосился на Вира. — Прибьют и не заметят.
— Меня — заметят, — уверил его телепат. — А чтобы прибить нашу тварюшку, сперва придется грохнуть меня. Стучись.
Дейв посмотрел на дверь:
— Тут не стучаться надо, а дверь выламывать.
— Почему?
— Ты запаха не чувствуешь?
— Я чувствую, — встрял Вир.
Телекинетик бросил взгляд на дверь. Щепки брызнули во все стороны, ударяясь о невидимую преграду перед детективами.
— Прошу…
— А как ты так?.. — Вир с любопытством смотрел на Дейва, непривычно строгого.
— Потом, Искорка. Все потом.
Вир потянул с пояса пистолет, прислушиваясь, шагнул внутрь. Менталы обменялись понимающими взглядами — сразу видно, впервые на Отблесках, еще рассчитывает на физическое оружие.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
На дикий вопль Вира с последующими выстрелами менталы ринулись, сталкиваясь плечами. Блондин торчал посреди гостиной, расстреливая какую-то тварь. Та дергалась, скребя лапами пол, в последних конвульсиях, Вир все давил курок, не в силах прекратить это. Патроны давно кончились, однако сухие щелчки не приводили юношу в чувство.
Ирвейн мимоходом подхватил со стола вазу, вышвырнул цветы прочь, плеснул воду в лицо напарнику. Дейв отбросил тварь к стене.
— Чт-т-то это? — прозаикался Вир.
— Мне б тоже хотелось знать.
— Кстати, — Дейв пытался казаться невозмутимым, однако лицо его странно подергивалось. — Ты, кажется, трупы хотел увидеть…
Вир обвел взглядом помещение. И бесславно брякнулся в обморок.
— Что-то мне рядом прилечь хочется, — Дейв прижал ладонь ко рту.
Ирвейн сглотнул, разглядывая десяток белых тел, полностью иссушенных.
— Вампир?
— Не глупи, — Дейв мотнул головой. — Ни одному вампиру не под силу выжрать столько.
— Несколько вампиров?
— Ага. С десяток лордов устроили себе пир, — телекинетика все же вывернуло в углу.
Ирвейн склонился, преодолевая головокружение, осмотрел ближайшее тело. При жизни это была вполне миленькая цветущая девушка. Сейчас — белая кукла в безвкусном наряде, пытавшемся прикинуться дорогим.
— Укусы…
— Что? — простонал Дейв.
— У нее на шее — укусы. Здесь все же поработал вампир.
— Кто? — пискнул очнувшийся Вир. — При чем здесь летучая мышь?
— Боюсь, это была оч-чень большая летучая мышь, Искорка, — Дейв вытер тыльной стороной ладони рот.
— Огромная летучая мышь?
— Ты про графа Дракулу читал? — усмехнулся Ирвейн. — Вампир…
— Который в сказках, да? Такой бледный, с клыками.
— Да-да, — телепат возился с одной из жертв, разжимая ее руку. — Бледный с клыками, на двух ногах, с двумя руками. И блондин, что самое интересное.
— А что интересного в вампире-блондине?
— Может быть, ничего, — Ирвейн посмотрел на что-то. — А может быть, очень даже интересно будет…
— Слушай, у вампиров какого только цвета волос нет, — небрежно отмахнулся Дейв. — Я лично с зеленым ирокезом видел.
— И много ты знаешь вот таких вампиров?
Ирвейн повернулся. В воздухе сверкнула прядь волос.
— Ух ты, серебряная, — восторженно присвистнул Вир, но свист тут же оборвался, стоило ему видеть лица напарников. — Это плохо? — догадался юноша.
— Это не плохо, — Дейв нервно усмехнулся. — Это пиздец. Мы влипли по самое не балуйся…
— Почему?
— Потому что я даже не знаю, что паршивее… То, что это среброволосый вампир… Или то, что он вышел на охоту, — Ирвейн сосредоточенно рассматривал прядь. — Скажем так, я бы согласился с ним встретиться исключительно днем, на залитом солнцем пляже, имея при себе поддержку в лице десятка специально натренированных на отлов вампиров парней.
— И что самое паршивое, — Дейв печально посмотрел на Вира, — этот кровосос пришел бы на полуденный пляж и внаглую разлегся бы там загорать. Предварительно закопав эту самую группу поддержки в песочек.
— Ибо принц Отблесков это вам не просто так, — завершил пламенную речь телекинетика возникший в дверях бледный хмурый нелюдь.
— А рассвет скоро? — пискнул Вир, разглядывая длинные серебряные пряди явившегося.
— Расслабьтесь уже, — велел вампир. — И откройте окна, здесь надо проветрить.
— Принц… — Дейв склонил голову.
— Всем привет, на этом с церемониями покончим. Кто меня не знает — Тэрн.
— Вирриоран. Вир. А зачем вы их убили?
Вампир с клыкастой усмешкой пронаблюдал, как менталы шарахнулись, закрывая собой человека. Выдержал драматическую паузу:
— Я их не убивал.
— Повернись, — велел Ирвейн. — И распусти хвост.
— Это новый метод дознания? По прическе предполагаемого преступника?
— Что-то вроде.
Вампир хмыкнул, встряхнул головой, медленно повернулся вокруг своей оси, грациозно, словно под ногами пол вращался сам. Вир тут же воззрился с восхищением.
— Доволен? — принц приподнял бровь, пытаясь испепелить взглядом Ирвейна.
— Это не он, у него выдранных прядей нет.
— А может, я их отрегенерировал? — пропел Тэрн.
И рассмеялся, глядя на ошарашенные лица присутствующих:
— Ладно-ладно. Ирвейн, я не убивал, мне незачем это делать. Я не голодаю настолько, чтобы врываться в бордель и всех там убивать. Я вообще не голодаю, тебе это прекрасно известно, лучше, чем кому бы ни было.
— Тогда с чего ты сюда приперся?
— Меня кто-то позвал. Зов был необычен, мне стало интересно, кто это, я не сумел определить сразу. А что ты делаешь, Дейв?
— Измеряю расстояние между проколами. Хочу удостовериться, что это точно не твоих клыков дело. Укуси.
Вампир безропотно цапнул яблоко, перебросил его телекинетику.
— Это не он, Ирвейн. Отпусти Искорку.
— А как ты определил? — пристал к Дейву неугомонный Вир.
— У Тэрна передние зубы выходят вперед, расстояние между клыками узкое. А у убийцы прикус был куда идеальнее, проколы находятся на удалении друг от друга.
— Теперь ты мне веришь, телепат? Строение челюсти я исправить не смогу, к сожалению.
— Я нашел это в руке убитой.
Вампир перехватил прядь, поднес свою, сравнивая:
— У меня светлее. Причем, намного.
— Да, теперь вижу.
Принц вампиров небрежно спихнул с дивана тело одной из убитых женщин, уселся, закинув ногу на ногу:
— Так что мне вы ничего не пришьете.
— Что за сленг, Тэрн? Ты же аристократ.
Вампир задумчиво разглядывал тварь, о которой все практически позабыли:
— О, Снежок. Давненько не видались.
— Ты его знаешь?
— Да, любимая тварь моего погибшего брата. Снежок сбежал после смерти Мариса, найти его так и не получилось. Бедолага… Должно быть, хотел есть, забрался сюда на запах смерти, но нашел здесь свой конец.
— А у Мариса волосы какого цвета были?
— Такого же, что и эта прядь… Но, вынужден разочаровать, Марис действительно погиб. Он умер на моих руках. И я лично вынес его на солнце. Так что это не мой брат. К тому же, у нас были прекрасные отношения, если б он что-то задумал, он бы поделился со мной своей задумкой.
— Конечно, — буркнул Ирвейн. — То-то после ваших братских встреч на месте особняка плещется озеро. Прекрасные отношения.
— Я же говорю, Марис погиб, — повысил голос Тэрн.
— Хорошо-хорошо…
— Он лжет, — уверенно заявил Вир, когда они покинули бордель, направляясь обратно в участок.
— С чего ты это взял?
— Я чувствую, — смутился юноша. — Он… Он так настойчиво подчеркивал, что его брат мертв, что я сразу не поверил. К тому же… Вы оба отвернулись и не видели, а я внимательно наблюдал, он сказал «Марис, зачем я согласился», когда смотрел на ту тварь.
— Нам его к стенке не припереть, — Дейв покачал головой. — Тэрн все будет отрицать. Кто мы и кто он?
— Зачем бы ему скрывать Мариса? Отношения у них действительно всегда были крайне натянутыми. К тому же, Тэрн умолчал об одной маленькой детали. Марис умер на его руках после дуэли. С Тэрном.
— То есть, принц сам убил брата?
— Именно так. Я не верю, что это тоже была инсценировка. Так что твой нюх тебя подвел, Вир. Марис мертв, Тэрн мог просто жалеть о том, что согласился отпустить Снежка. Убил какой-то вампир, свидетелей нет.
— А тот пирокинетик?
— Зацепка маловероятная, но попробуем.
Вир задумчиво смотрел в стену:
— Мне все равно не дает покоя какая-то мысль. Что-то сегодня Тэрн сказал важное.
— Я помогу вспомнить, — Ирвейн положил ладони на виски блондина.
Вир зажмурился. Затем охнул:
— Вот оно. «Так что это не мой брат»… Он мог сказать «Прядь не принадлежит моему брату» или «Так что мой брат не мог этого сделать», но он только подчеркнул, что убийца — не Марис в данном случае.
— По-твоему, он знает убийцу?
— Мне кажется, что он прекрасно его знает, но скрывает по каким-то своим мотивам, — Вир нахмурился. — Может быть… Он действительно так нечувствителен к солнцу?
— Поговаривают, что да.
— То есть, сам ты не проверял?
— Немного найдется желающих вытолкнуть Тэрна на солнцепек. Он же может и вернуться. А что?
— Просто. Он сказал, что вынес Мариса на солнце. Может быть, Марис тоже не воспринимал солнечные лучи? Когда он погиб, кстати?
Ирвейн что-то посчитал:
— Пять лет назад.
— Пять лет… За такой срок вампир может отлежаться где-то в укромном месте и залечить солнечные ожоги?
— За такой срок кто угодно отлежится и залечится. Но нужна кровь, причем много.
Дейв решительно хлопнул по столу ладонями:
— Хватит. Мы переливаем из пустого в порожнее. Никто не знает, на что способен Тэрн. И вообще, вампир, кто бы он ни был. Мы ничего не знаем о них, так что сейчас гадать бесполезно. Марис мог умереть, Марис мог выжить, Тэрн мог сказать правду, а мог солгать… Нам от него ничего не добиться. Нужно придумать, как вычислить убийцу.
— Нужно поговорить с тем пирокинетиком, — Вир задумчиво что-то прикидывал. — И… За Тэрном никак проследить не получится?
— Я не знаю того, кто мог бы это сделать, — Дейв развел руками.
— Я знаю, — буркнул Ирвейн. — Нам нужно найти Охотника, который сумеет не попасться на глаза Тэрну…
— Дадим объявление «Требуется самоубийца выследить принца вампиров, степень провала задания 101%, при поимке вампиром — медленное и мучительное умерщвление. Справку из психдиспансера приложить»?
— Кто-то убил одиннадцать человек. Они полностью обескровлены. А принц вампиров даже не вздрогнул при известии о том, что на его территории кто-то шляется… Подозрительно, не находишь? — Вир умоляюще смотрел на всех, прижимая руки к груди. — Это правда, Тэрн что-то знает, я это чувствую…
— Я на стороне Вира, — Ирвейн решительно кивнул. — Ищем Охотника.
— Прекрасно. В каком сумасшедшем доме мы разыщем такого психа?
— Понятия не имею.
— А может, просто поговорить с Тэрном?
— Искорка, ты сегодня фонтанируешь идеями… Почини систему мыслеснабжения, она сбоит.
— Но нам нужно выяснить, что скрывает Тэрн.
— Ну выясни-выясни, — буркнул Ирвейн. — Ты ему понравился, может, сразу и не убьет.
— Я ему понравился? Правда?
Телепат только вздохнул — иногда блондинистая тварюшка был таким… блондином.
— Ир, — возмутился Дейв. — А если он возьмет и пойдет?
— Ну и сам виноват будет.
Телекинетик только головой покачал, всем видом выражая, что чувство юмора у Ирвейна измеряется в отрицательных величинах.
— Давай лучше прикинем, что за пирокинетик там был. Ты сказал, что ты его знаешь?
— Да, встречались… Стоп. Где Вир?
Дейв выскочил в коридор, хлопнув дверью:
— Искорка… Сорка, где Искорка?
— К какому-то вампиру побежал, — пожал плечами пирокинетик. — На свидание, наверное. Да не волнуйся ты так, ему никакие вампиры не страшны, с амулетом Ирвейна. К тому же, небольшое кровопускание полезно для здоровья.
— Он к Тэрну пошел. Его там сейчас так оздоровят…
Телепат уже мчался к выходу. Сорка стартанул следом, обгоняя Дейва. Откуда там взялся Валькир, никто не понял. И тем более, уловить, откуда выломился остальной отдел в разной степени разозленности, Ирвейн не успел, только отметив, что в Отблески врывается неплохое скопление менталов. Этакая армия высокой степени убойности.
— Это у меня откуда столько гостей? — Тэрн стоял посреди площади, скрестив руки на груди.
— Где Вир?
— Кто? — удивился принц, затем просиял. — О, у меня на Отблесках тот красавчик?
— Он пошел к тебе, — прошипел Ирвейн. — Где он? Почему я не чувствую его?
— Ты же не думаешь, что я с ним что-то сделал? Успокойся, телепат, я его даже не видел. Расслабьтесь, сейчас все Отблески перевернутся, но вашего блондина найдут.
Внезапно Тэрн прислушался к чему-то, лицо его побледнело. Зрелище стремительно белеющего вампира заставило Дейва схватиться за сердце в предчувствии беды.
— За мной, — коротко бросил вампир, разворачиваясь.
Менталы ринулись следом. Краем глаза Ирвейн поймал разворачивающиеся языки пламени, сверкание иллюзоров и тени взлетающих коллег — отдел готовился к битве.
Тэрн мчался куда-то к недостроенному зданию, на ходу выволакивая едва ли не из воздуха клинок. На пороге он остановился, обернулся:
— Не все. Ир, Дейв, Кир, Сорка…
Названные бросились к нему, остальные замерли, рассредоточившись полукругом.
— Что там? — телекинетик требовательно смотрел на вампира.
— Увидите.
— Если с Искоркой что-то случится…
Из глубины здания донесся отчаянный крик. Тэрн метнулся туда. Ирвейн, матерясь про себя, бежал следом.
Вир повис на вделанных в стену гнутых прутьях в паре метров над землей, отчаянно вереща и пытаясь лягнуть крутящегося внизу вампира.
— Остановись! — рявкнул Тэрн.
Среброволосый повернулся, посмотрел на принца.
— Марис? — ахнул Валькир.
— Это не Марис. Это его дитя, — принц медленно приближался к захныкавшему сородичу.
— Кто?
— Марис хотел создать совершенного убийцу. И он его создал. К несчастью, он нуждается в огромном количестве крови, потому я погрузил его в сон. Но он сбежал.
Среброволосый снова застонал, припадая к Тэрну. Принц обнял его.
— Он убийца, Тэрн, — Ирвейн мрачно смотрел на создание с лицом Мариса.
— Он — сын моего брата. И все, что у меня осталось от него. И вы получите его не раньше, чем я буду не в силах защитить Ая.
Дейв перетащил к себе Вира, судорожно тычущего сейчас пальцем в вампиров:
— Он ненастоящий.
— Тэрн, мне жаль. Но Ай слишком опасен, — Валькир покачал головой.
— Я тоже опасен, ментал, — недобро оскалился принц.
— А что, если в следующий раз ты не успеешь его поймать? Или он сбежит еще дальше? И он едва не убил Вира.
— Мы играли, — выпалил блондин.
— Что? — телепат повернулся к напарнику.
— Мы просто играли, Ир. Не убивай Ая. Он не нападал, просто не рассчитал силы и закинул на прутья.
Телепат посмотрел на заточенное переплетение прутьев. Закинул, значит. Тварюшка на удивление удачлива — не напоролся в полете на железо. Но в следующий раз ему может так не повезти.
— Он убийца, Тэрн. Десять человек, — Сорка сделал шаг вперед, окутываясь пламенем. — Я рискну…
— Не смей, — принц шипел. — Я усыплю Ая. Я запру его.
— Мы не можем рисковать, — Валькир опустил голову. — Я… ты знаешь, как я любил Мариса, Тэрн. Но его дитя…
— Как ты сможешь посмотреть в глаза Марису?
— Я не посмотрю ему в глаза, Тэрн. У вампиров нет посмертия.
— Как многого ты не знаешь о вампирах, ментал.
— Вы всерьез собираетесь драться с принцем? — ужаснулся Вир.
— Он не посмеет напасть. Ибо он должен сам хранить закон, — Дейв смотрел на блондина печально и сочувственно. — Мне жаль твоего товарища по играм, Вир.
— Хотя б дайте ему умереть от моей руки.
Ай снова застонал, чувствуя, что сейчас говорят о нем. Тэрн повернулся к нему, что-то прошептал. Ай доверчиво закрыл глаза.
Дейв прижал голову Вира к своей груди, не позволяя повернуться. Блондин не стал дергаться. Только вздрогнул всем телом при негромком вскрике за спиной.
— Убирайтесь, — безэмоционально процедил Тэрн. — И я клянусь, первый же ментал, что сунется на Отблески, вернется разодранным на куски.
— Я должен, — Ирвейн посмотрел на принца. — Ты понимаешь, что гарантий нет, пока у нас не будет головы Ая. Я верю тебе, но не верю Марису.
— Да, — тихо отозвался тот. — У тебя меч при себе? Я не смогу ему голову отрубить.
Телепат сделал шаг, протянул руку, коснулся плеча вампира. Тот положил ладонь поверх руки Ирвейна. Повернулся, утыкаясь в грудь менталу лицом.
— Давайте, мой принц, — тихо пробормотал Ирвейн, проводя ладонью по серебряным волосам. — Тэрн, всего лишь один удар. И все будет кончено.
— Ты останешься сегодня со мной?
— Останусь.
Тэрн, не глядя, махнул клинком. Дейв почти нежно прижал к груди голову Ая, привлеченную телекинезом. Все потянулись к выходу, оставляя телепата успокаивать вампира.
— Возвращаемся, — Сорка дал отмашку ждавшим на площади.
Вира затискали, завертели, осматривая. Он вяло трепыхался, бормоча о том, что все в порядке и пусть от него уже отстанут.
— Даже не знаю, кого больше жалеть — Вира, Тэрна или Кира, — пирокинетик стиснул зубы.
Иллюзионист шагал в отдалении от всех, ни на кого не глядя. Вир подбежал к нему, что-то сказал. Валькир с усилием улыбнулся.
— Это наша работа, Сорка. Какая б она ни была… И Валькир это знает.
— Как думаешь, Марис жив? — Дейв резко сменил тему.
— Кто знает. Про то, что Валькир в глаза Марису посмотреть не сможет, Тэрн не зря сказал. Он хитер, этот принц, но он несколько человечнее остальных.
— Он заронил в сердце Кира надежду… Беспочвенную…
Неизвестно, что еще собирался сказать Дейв, но тут к ним подбежал Вир:
— Ты переночуешь сегодня со мной? А то Ир остался с Тэрном, а мне без брата страшно одному.
Написать отзыв